Осколки памяти и сталь в подземельях

Субботнее утро в ритуальном зале Малфой-мэнора пахло озоном и старым пергаментом. На массивном черном постаменте лежал дневник Тома Реддла. Он больше не притворялся неодушевленным предметом: обложка едва заметно пульсировала, а из-под страниц сочилась густая, похожая на чернила дымка. — Если мы просто проткнем его клыком василиска, мы уничтожим не только тьму, но и бесценный массив знаний, — Гермиона сосредоточенно чертила на полу гексаграмму из измельченного изумруда и крови дракона. — Наша задача — провести «декантацию». Мы выкачаем магическую суть и опыт Тома, прежде чем оболочка будет уничтожена. Снейп стоял рядом, сжимая в руках фиал с нейтрализующим составом. Люциус, чье лицо застыло в маске аристократического ожидания, наблюдал за процессом. Когда Гарри, защищенный руническими браслетами, коснулся обложки, из страниц вырвался призрачный силуэт. Том Реддл в свои шестнадцать лет был воплощением холодного обаяния. — Ты думаешь, ты сможешь победить меня, Поттер? — голос призрака вибрировал от скрытой мощи. — Ты всего лишь... — Ты всего лишь неудачная запись на полях истории, — оборвала его Гермиона. Она резко вскинула палочку, и рунный круг вспыхнул ослепительным белым светом. — Эвокацио Эссенция! Серебряные цепи, выкованные из чистой воли, рванулись к призраку. Реддл закричал, его идеальное лицо начало искажаться, когда воспоминания — секреты легилименции, забытые проклятия и структуры древних щитов — начали перетекать по магическим каналам в подготовленные Гермионой накопители. — Контрактум Финитус! — выкрикнула она финальное заклинание. Дневник вспыхнул синим пламенем, издав предсмертный хрип, и рассыпался серым пеплом. — Готово, — Гермиона устало опустила палочку. — Гарри, теперь твои щиты усилены его опытом. А Люциус... ваш долг перед этим предметом аннулирован. Магия Метки больше не имеет над вами власти через этот артефакт. В понедельник класс Защиты от Темных Искусств напоминал арену. Аластор Грюм, чья деревянная нога издавала тяжелый, методичный стук, прошелся перед строем студентов. Его магический глаз бешено вращался, заглядывая под мантии и в самые укромные уголки сознания. — Постоянная бдительность! — взревел он, внезапно ударив посохом об пол. — Я не буду учить вас размахивать палочками на балах. Я буду учить вас выживать в траншеях! Нападение! Слизерин — защита, Гриффиндор — атака! В бой! Гриффиндорцы засуетились, Рон Уизли что-то невнятно выкрикнул, но слизеринская четверка сработала как единый организм. Гарри и Драко мгновенно возвели Протего Дуо, а Невилл, используя магию земли, заставил каменные плиты пола приподняться, создавая физическое укрытие. — Слишком медленно! — Грюм внезапно развернулся к Гермионе и послал в неё серию мощных, невербальных проклятий. Гермиона не шелохнулась. Она не стала использовать стандартный щит Хогвартса. Вместо этого её палочка начертила в воздухе сложный геометрический узор. — Мюрус Арканум! — прошептала она. Перед ней возникла стена из мерцающих ромбов. Заклинания Грюма не просто разбились о неё — стена поглотила их энергию, становясь ярче. — Что это за дрянь? — Грюм прищурился и нанес удар посохом, посылая волну чистой кинетической силы. — Экспеллиармус Максима! Гермиона грациозно уклонилась, её движения напоминали танец профессионального дуэлянта. — Оскулум Спиритус! — выкрикнула она заклинание из арсенала боевых магов Восточной Европы. Из её палочки вырвался призрачный вихрь, который не просто атаковал Грюма, а начал вытягивать воздух из его легких. Грюм закашлялся, его глаз завертелся еще быстрее. Он ответил Конфринго, но Гермиона перехватила заклинание в воздухе, перенаправив его в потолок. — Редукто Пульсарис! — Гермиона ударила в ответ заклятием, которое должно было разорвать пространство в радиусе метра от цели. Грюм едва успел выставить свой знаменитый щит, но сила удара отбросила его на три шага назад. В классе воцарилась гробовая тишина. Даже гриффиндорцы замерли, понимая, что видят не школьную дуэль, а настоящий бой. — Ты... — Грюм вытер пот со лба, глядя на одиннадцатилетнюю девочку с нескрываемым подозрением. — Эти техники... Это «Стиль Ликвидаторов». Ты двигаешься так, будто у тебя за плечами десятилетия службы в горячих точках. Откуда у тебя база боевой трансгрессии в закрытом пространстве? — Библиотека Хогвартса очень обширна, профессор, если знать, где искать, — ледяным тоном ответила Гермиона, убирая палочку в рукав. Вечером Грюм сидел в кабинете Дамблдора, жадно отхлебывая из своей фляги. — Альбус, ты просил меня присмотреть за Поттером, — прохрипел он. — Но Поттер — это лишь щит. Настоящий клинок — эта девчонка, Грейнджер. — Аластор, она просто одаренный ребенок... — Ребенок?! — Грюм хлопнул ладонью по столу. — Она использовала Оскулум Спиритус, Альбус! Это проклятие запрещено в семи странах! Она блокировала мои удары техниками, которые я видел только у наемников «Гриндельвальдова круга». Она не просто учится — она вспоминает. У неё взгляд человека, который отдавал приказы о зачистках. Ты играешь в шахматы, а она уже расставила снайперов. Когда Гермиона спустилась в подземелья, Снейп уже ждал её. Он выглядел разъяренным. — Вы — безумная идиотка, мисс Грейнджер! — прошипел он, запирая дверь кабинета тройным заклятием. — Ваша демонстрация перед Грюмом! Вы понимаете, что он — лучшая ищейка Министерства? Он теперь не просто «присматривает», он будет рыть землю, пока не найдет ваше истинное лицо! — Профессор, он провоцировал... — Он проверял вас! — Снейп навис над ней. — И вы сдали экзамен с таким блеском, что теперь Дамблдор не уснет, пока не выяснит, какой древний дух поселился в вашем теле. Вы выдали технику «рефлекторного щита»! Откуда одиннадцатилетняя девочка может знать структуру заклинания, которое требует трехлетнего обучения в Академии Мракоборцев? — Я учту это, профессор, — Гермиона склонила голову, но в её глазах не было раскаяния. Позже, когда она ушла, в кабинет через камин вошел Люциус Малфой. — Северус, ты звал? Что случилось? Снейп молча извлек серебристую нить воспоминания и опустил её в Омут Памяти. — Посмотри сам, Люциус. Посмотри, как «маглорожденная девочка» заставляет Грозного Глаза Грюма отступать. Люциус погрузился в чашу. Когда он вынырнул, его лицо было бледным, но на губах играла странная, торжествующая улыбка. — Это... это было великолепно. Она не просто защищалась, она доминировала. Северус, мы должны ускорить наш план. Если Дамблдор решит изолировать её, мы должны быть готовы забрать всех четверых под защиту Рода. Хогвартс становится для них слишком тесным. — О нет, Люциус, — Снейп посмотрел на догорающую свечу. — Боюсь, это Хогвартс скоро станет для Дамблдора слишком тесным. Она не гостья здесь. Она — новый хозяин.