Глава 2. В кроличью нору

После такого падения мне уж не страшно будет упасть с лестницы.

Алиса, «Алиса в Стране чудес»

ooo

Разбираться с личными вещами Северуса Снейпа пришлось Гарри. Завещание Снейпа было обнаружено в кабинете директора через две недели после финальной битвы. По какой-то причине он завещал все Гарри на неделю после оглашения завещания, после чего право собственности переходило к Драко. Никаких объяснений не последовало, и никто из тех, кто знал Снейпа, не мог пролить свет на эту ситуацию, объяснить. Портрет Снейпа еще не был активирован, и это произойдет только после передачи права собственности. Однако Гермиона знала, что Снейп хотел, чтобы Гарри нашел что-то среди его вещей. Она была в этом уверена и поэтому убедила друга передать ей эту задачу, чтобы она могла вести учет и осмотреть все вещи Снейпа. Гарри с лёгкостью согласился, желая оказаться подальше от посторонних глаз, и вот Гермиона уже в Хогвартсе, в покоях Снейпа, вместе с Роном, Джинни и Невиллом. У неё был план, и всё шло по плану. Наблюдая за тем, как её друзья роются в вещах Снейпа, Гермиона не могла избавиться от лёгкого беспокойства. Вещи в этой комнате и в его кабинете что-то значили для их бывшего профессора зельеварения, а теперь с ними обращаются с тем почтением, с каким относятся к чему-то безразличному. Она вздохнула: этого следовало ожидать. Они не могли относиться к вещам Снейпа так, как он. Ей хотелось бы, чтобы им вообще не пришлось их беречь и чтобы Снейп каким-то чудом пережил войну. Чем больше она узнавала о нем, тем яснее становилась для нее истинная трагедия его жизни, и она жалела, что не нашла времени заглянуть за его холодную, жесткую оболочку, когда у нее была такая возможность. — Посмотри на это, — сказал Рон, доставая из одного из ящиков стола маленькую деревянную шкатулку. Он взволнованно протянул ее Гермионе, явно надеясь, что она оценит его старания. Они до сих пор не могли поговорить о поцелуе, и Гермиона все время откладывала этот разговор. — Что это? — спросила Гермиона, заглядывая в шкатулку. Внутри лежала тонкая полоска с шестью отверстиями. Три из них были пусты, а в остальных находились пузырьки, в которых плавала и кружилась бледно-голубая серебристая жидкость. — Воспоминания, — сказал Рон, доставая один из пузырьков. — На двух из них написано имя Малфоя. Гермиона нахмурилась. — Малфой? Дайте мне посмотреть. Рон протянул ей пузырек, который держал в руках. Конечно же, на нем была этикетка с именем Малфоя, написанным неровным почерком. Она вспомнила ту ночь на башне, когда столкнулась с Малфоем. Он сказал, что только Снейп может ему помочь… Что он имел в виду? Могут ли эти пузырьки быть как-то с этим связаны? — Спасибо, Рон, — сказала она, торопливо улыбнувшись, и взяла у него коробку. Он постоял еще немного, прежде чем вернуться к своим делам, и Гермиона почувствовала себя ужасно. Это она его поцеловала и с тех пор почти не обращала на него внимания. Конечно, для всех это была непростая неделя. Ни у кого не было времени ни на кого, столько всего нужно было сделать. Похорон было так много, что Гермиона была благодарна за возможность заняться чем-то полезным, что отвлекло бы ее от грустных мыслей. Рон и Джинни были с ней по той же причине: им нужно было чем-то заняться, чтобы отвлечься от горя. Гермиона добавила коробку с флаконами в свой инвентарь и осмотрела все три. Только на двух было написано «Драко», и это еще больше подогрело ее любопытство. Она отложила коробку в сторону, чтобы не перепутать ее с остальными.

ooo

Гермиона нетерпеливо притопывала ногой, скрестив руки на груди, с раздражением на лице. Этот лифт был чертовски медленным. — Знаете, мисс, лифт не поедет быстрее только потому, что вы этого хотите. Она посмотрела на стоящего рядом мужчину, высокого волшебника в традиционном облачении смотрителя тюрьмы Азкабан, и с трудом удержалась от того, чтобы не нахмуриться. Отвернувшись, она перестала притопывать ногой, но это не прибавило ей терпения. Наконец лифт остановился, и Гермиона вслед за мужчиной прошла по длинному коридору и открыла дверь с красной цифрой двадцать три на внешней стороне. — Вот, мисс Грейнджер, как вы и просили. Заключенный номер пятьдесят семь сорок два. Пожалуйста, постучите в дверь, когда закончите, — не удостоив ее взглядом, мужчина вышел за дверь и закрыл ее за собой. Гермиона медленно перевела взгляд в центр комнаты, где за широким столом сидел заключенный номер пятьдесят семь сорок два. На нем была серая тюремная мантия, а руки были скованы магическими наручниками, которые не давали ему развести их в стороны. Мантия подходила по цвету к его бледной коже и глазам, но Гермиону встревожило то, что его волосы были острижены. Драко Малфой выглядел не очень хорошо. Когда она наконец встретилась с ним взглядом, он приподнял бровь. — Грейнджер. Его голос разрушил чары, под которыми она находилась, и она подошла к стулу напротив него, села, достала из сумочки флаконы и поставила их на стол. Драко нахмурился, глядя на нее. — Ты знаешь, что это такое? — спросила она. — Нет, — просто ответил он, глядя на нее. — Позволь тебя просветить. Вещество в каждом из этих пузырьков называется «Мемориола Ликурис». Это воспоминания, Малфой, — На его лице по-прежнему не было ни малейшего признака узнавания. — Мы нашли их в вещах Снейпа, — тихо добавила она. Затем его глаза расширились, и он с интересом уставился на склянки. — Какое отношение они имеют ко мне? — На двух из них написано твое имя, а на третьей, хоть и без этикетки, тоже есть информация о тебе. Драко прищурился. — Полагаю, вы их уже просмотрели? — Да, — ответила она, отводя взгляд от его пронзительных глаз. — Они были переданы Гарри по завещанию Снейпа, но завтра в полночь перейдут в твою собственность, — она взяла флаконы в руки. — Думаю, Снейп хотел, чтобы мы их нашли. Он знал, что тебя отправят в тюрьму, и хотел, чтобы кто-то обыскал его вещи и нашел их. Сначала он все оставил Гарри, потому что знал, что я бережно отнесусь к его вещам и успешно восстановлю воспоминания. — Я знал… — Драко замолчал, в его глазах на мгновение промелькнула боль. — Я знал Снейпа всю свою жизнь. Эти воспоминания могут быть о чем угодно. Гермиона вздохнула. — Это не просто случайные воспоминания, Малфой, — она начала рассеянно вертеть в руках один из флаконов. — Что я хочу знать, так это… почему? Их глаза встретились, и Драко пристально посмотрел на нее. — Что почему? — спросил он наконец. — Почему ты никому не сказал? — спросила она, не желая говорить то, о чем думала. — Почему ты мне не сказал? — Я не мог, — ответил он. — Снейп запретил. К тому же кому я мог рассказать? Ни друзьям, ни учителям, и уж точно не родителям. Она посмотрела на него, слегка нахмурившись. Как он мог не подумать о ней? После того, что он сделал, спас ей жизнь… В ту ночь между ними возникла связь, по крайней мере, ей так казалось. Он наверняка знал, что может ей доверять! — Что? — спросил он. — Ну, — начала она, не зная, хочет ли говорить то, о чем думала. — Может, ты мне бы рассказал. Драко нахмурился. — Тебе? — Забудь об этом, — быстро сказала она, роясь в сумочке, чтобы не смотреть на него. — Вот. Волшебник, который будет представлять тебя в Визенгамоте, хочет, чтобы ты просмотрел этот список вопросов и подготовил ответы. Драко взял у Гермионы свиток и настороженно посмотрел на него. — Когда это будет? Я имею в виду суд. — Через две недели, — тихо ответила она. — Ты изучила тот крем, о котором я тебе рассказывал? — внезапно спросил он. Гермиона моргнула, удивленная сменой темы. — Да, изучила. Он очень хорошо работает. Чем дольше я его использую, тем больше он помогает. — Я рад, — сказал Драко с кривоватой улыбкой. — Я, э-э-э, изучил проклятие, которое использовал Блейз, и последствия отравления. Большинство пострадавших рекомендовали этот крем. Она удивленно посмотрела на него. Он потратил время на поиски средства, которое облегчило бы ее состояние. Ей было приятно, и это только усилило смущение, которое она испытывала уже больше года. — Спасибо, — пробормотала она, глядя на свои руки. — Итак, эти воспоминания, — сказал Драко, беря в руки один из пузырьков и вертя его в пальцах. — Что это такое? Полагаю, ты бы не принесла их сюда, если бы не думала, что они могут пригодиться. Гермиона кивнула, переходя в режим информирования. — Если эти сведения верны — а завтра мы назначим встречу, чтобы их проверить — они могут существенно повлиять на то, что тебе дадут совсем немного времени за решеткой. Учитывая обстоятельства, при которых ты действовал, думаю, мы сможем убедить Визенгамот отнестись с пониманием к твоему затруднительному положению. Гарри также может подтвердить, что Дамблдор знал о твоем задании и хотел, чтобы его выполнил Снейп. У него есть свой собственный набор воспоминаний, уже проверенных, и… Драко поднял руку. — Подожди, — сказал он. — У меня есть назначенный судом представитель. — Я знаю, — сказала Гермиона. — Я подумала, раз уж я… ну, Рон, на самом деле, нашел эти воспоминания, то я помогу. — Помочь назначенному судом представителю, который, судя по всему, занимается этим уже лет пятьдесят? — с усмешкой спросил Драко. — И что именно ты собираешься делать? И, что еще важнее, зачем? Зачем тебе помогать мне? Она нахмурилась. — Ты спас мне жизнь. Разве этого недостаточно? Драко раздраженно вздохнул и встал. — После всего этого? — наконец спросил он, прислонившись к стене. — Ты хочешь мне помочь? — А ты бы предпочел, чтобы я этого не делала? — спросила она, защищаясь. — Нет, я… Ладно. Пожалуйста, продолжай. Воспоминания. Гермиона не стала продолжать сразу. — Здесь есть доказательства того, что вы снабжали Снейпа информацией для Ордена. Как я уже сказала, их нужно проверить на подлинность и сверить с хронологией, но Снейп всегда указывал дату. После этого можно будет сделать вывод, что ваши данные использовались Орденом с пользой. В сочетании со всем остальным… Думаю, у тебя есть шанс избежать тюремного заключения.

ооо

Первое сентября — день, которого Драко обычно ждал с нетерпением. Он означал начало нового учебного семестра и встречу с друзьями. Однако в этом году Хогвартс был последним местом на земле, куда ему хотелось бы попасть. Ну ладно, не последним. Хогвартс был предпоследним, сразу после любого места, где мог оказаться Темный Лорд. Нарцисса стояла рядом с ним, высокая и гордая, и поправляла его мантию. Драко попытался отмахнуться, но она не унималась. — Староста, — сказала она с очаровательной улыбкой на губах. — Я так горжусь тобой. И ты тоже должен гордиться — ты это заслужил. — Снейп назначил меня старостой, чтобы порадовать отца, — угрюмо ответил он. Нарцисса покачала головой. — Твои оценки говорят сами за себя. Спорить с ней было бессмысленно, поэтому Драко промолчал. По сравнению с прошлыми годами на платформе царила непривычная тишина. Никто из учеников не бегал, не здоровался с друзьями, не смеялся и не улыбался. Он заметил Долгопупса с младшей Уизли, которые тихо прощались с родителями, глядя на них с подозрением. Этот год точно будет другим, подумал Драко, оглядываясь в поисках Поттера, Уизли и… Грейнджер. Он думал о ней чаще, чем мог бы признаться, обычно под предлогом того, что размышлял о ее шраме. Болит ли он? Рассказала ли она кому-нибудь? Ненавидит ли она его теперь? — Ну вот и ты, — сказал новый голос, в котором он узнал своего друга Крэбба. — Давай сядем в поезд и найдем свободное купе. Может, удастся выгнать оттуда первокурсников, — он усмехнулся про себя. Драко с трудом подавил желание закатить глаза. Он сомневался, что в этом году ему придется много издеваться над кем-то. У него просто не было на это сил. — Привет, Винсент. Да, Драко, поторопись, — сказала Нарцисса, в последний раз поправляя его галстук. — Напиши мне, как у тебя дела. Драко не мог не заметить тревожный взгляд в ее глазах. — Хорошо, мам, — сказал он и ушел вместе с Крэббом. Он не мог позволить себе впасть в уныние, иначе друзья бы это заметили и начали расспрашивать. Поэтому он присоединился к разговору и поддержал мысль о том, что без этого старого хрыча год был бы намного лучше, несмотря на то, что его слегка подташнивало при одном упоминании их бывшего директора. Пэнси была такой же прилипчивой, Крэбб и Гойл — такими же туповатыми, а Забини — таким же равнодушным и отстраненным, как всегда. Драко оставалось только важничать, и тогда он мог пройти мимо, не привлекая к себе лишнего внимания. В середине поездки Драко вызвал староста и сообщил, что его ждут в купе Макгонагалл, чтобы обсудить обязанности. Он с ужасом представлял встречу с этой женщиной, зная, что она, скорее всего, захочет медленно и мучительно расчленить его, а потом пытать по частям. Придя на место, он увидел, что Дафна Гринграсс уже внутри и разговаривает с Макгонагалл. — О, хорошо, мистер Малфой, вы здесь, — сказала пожилая женщина, не глядя на него. — Я только что закончила обсуждать ваши обязанности с мисс Гринграсс. Она может ввести вас в курс дела, — с этими словами Макгонагалл оставила их одних в купе. Он посмотрел на Дафну, которая пожала плечами. — Не могу ее винить, правда? — сказала она. Драко нахмурился и пробормотал: — Ну и ладно. Дафна села напротив него и начала пересказывать то, что ей рассказала Макгонагалл. Драко почти не обращал на нее внимания, глядя в окно и радуясь, что ему не нужно притворяться несчастным. — Драко? Ты меня слушаешь? Он повернулся, чтобы посмотреть на девушку, и та раздраженно фыркнула. — Знаешь, я не могу справиться со всем этим в одиночку. Я и представить себе не могла, что стану старостой, да еще и вместе с Грейнджер. Я тоже этого не хотела. Грейнджер? Ему только что пришло в голову, что не она сидит напротив него. Старостой была Дафна, а это означало, что Снейп сохранил за собой должность старосты своего факультета. Интересно. — Не волнуйся, — заверил ее Драко. — Ты начнешь все сначала?

ooo

Без Дамблдора торжественный пир в честь начала учебного года прошел совсем по-другому. Снейп был краток, резок и говорил по существу, представляя новых преподавателей и оглашая новые правила. Драко поёжился, узнав, что Кэрроу, Амикус и Алекто войдут в преподавательский состав. Он знал, что Снейп стал директором, но только сейчас понял, что Тёмный Лорд получил полный контроль над школой. Примерно в середине трапезы Драко получил записку от маленького мальчика, который на вид был не старше первого курса. Озадаченный, он осторожно развернул её. Драко Приходи ко мне в кабинет сразу после ужина. Пароль — Лейрион. С.С. Он нахмурился, сунул записку во внутренний карман и продолжил есть. С тех пор как Снейп пообещал Драко, что поможет ему, он ни разу с ним не заговорил. Конечно, Драко видел его только на собраниях, но даже тогда Снейп не удостаивал его взглядом. Это ужасно раздражало, ведь Драко сдержал свое обещание. Он как можно чаще искал общества родителей, особенно отца, чтобы разузнать что-нибудь, что могло бы пригодиться Снейпу. У него было десять пергаментных листов размером два на три фута, исписанных подробными заметками. Может быть, Снейпу они понадобятся сегодня вечером? После ужина Драко отмахнулся от Пэнси и с мрачным видом направился в кабинет директора. До этого он бывал там всего пару раз, и всегда из-за каких-то неприятностей. Дамблдор всегда был понимающим и справедливым. Драко почувствовал, что его сейчас стошнит, если он продолжит думать о старике. — Лейрион, — пробормотал Драко, обращаясь к горгулье. Он постучал в дверь, и Снейп впустил его. — Пожалуйста, присаживайся, — велел Снейп, наливая две чашки чая. Одну он поставил перед Драко и начал пить из своей. — Что ты думаешь об изменениях? — спросил Снейп. Драко положил в чай кусочек сахара и сделал глоток. — Интересно, — сказал он, вспомнив о профессоре Бербедж, бывшем… покойном профессоре маггловедения. Драко сделал еще один большой глоток, надеясь прогнать образ, который врезался ему в память в ту ужасную ночь. Голова у него пошла кругом, и… Затем Драко зевнул и открыл глаза, щурясь от света. Взглянув в окно, он увидел, что солнце село, хотя еще секунду назад было светло. — Я что… заснул? — спросил Драко. — Нет, — сказал Снейп, который теперь стоял у окна, хотя еще несколько мгновений назад сидел за столом. — Я применил к тебе Сыворотку правды. Драко посмотрел на свою чашку с недопитым чаем, которая теперь стояла на столе Снейпа. — Вы… зачем? — Я знал, что ты можешь мне доверять, но ты не доверял, — заявил Снейп, возвращаясь за свой стол. — Я должен был убедиться, что могу тебе доверять, и это был самый простой способ. — Довериться мне? — повторил Драко. — В чем? Снейп ничего не ответил, лишь поднес палочку к своей голове и прошептал заклинание. Когда он убрал палочку, за ней потянулся тонкий серебристый шлейф, прикрепленный к кончику палочки. Затем Снейп полностью вытащил шлейф из головы и поместил его в чашу, мерцавшую голубым светом. — Хочешь увидеть то, о чем мы говорили? — спросил Снейп, убирая палочку. — Э-э… конечно, — Драко понятия не имел, на что соглашается. — Хорошо, — сказал Снейп. — Просто коснись жидкости в Омуте памяти, и я последую за тобой. Драко нерешительно протянул руку, мельком взглянул на своего профессора и давнего наставника и окунул палец в субстанцию. Его тут же затянуло внутрь, и он оказался в той же комнате, в нескольких футах от стола Снейпа. Он огляделся и вздрогнул, увидев себя сидящим на стуле напротив Снейпа. Ни его двойник, ни Снейп не обратили на него внимания. — Это мое воспоминание о нашем разговоре, — раздался голос Снейпа у него за спиной. — Они… ну, мы не можем их слышать или видеть. Драко подпрыгнул. — Вы меня напугали. — Просто смотри, — сказал Снейп, оглядывая комнату. Драко сосредоточился на воспоминании, которое уже началось. — Как тебя зовут? — спросил Снейп. — Драко Абраксас Малфой. Драко подошел ближе к своему двойнику из воспоминаний и увидел, что его глаза остекленели и он невидящим взглядом смотрит прямо перед собой, не на Снейпа, ни на что-либо другое. — Сколько тебе лет и когда твой день рождения? — Мне семнадцать. 5 июня. — Где расположено ваше родимое пятно? — продолжил Снейп. — На внутренней стороне правого бедра. Драко взглянул на Снейпа, слегка смущенный тем, что ему задали этот вопрос, и тем более, что Снейп знал ответ. — Ты знаешь, что мы с твоей матерью дали Непреложный обет перед тем, как ты начал учиться в школе в прошлом году? Глаза Драко расширились, когда его воспоминание выдало монотонный отрицательный ответ. — Что? — Просто смотри, — протянул Снейп. — Ты добровольно принял Метку? — спросил Снейп из воспоминаний. — Да. — Ты по-прежнему хочешь быть Пожирателем смерти? Драко уставился на воспоминание, с нетерпением ожидая ответа. Драко, хранивший воспоминания, даже не колебался, если такое вообще возможно под действием Сыворотки правды. — Нет. Драко взглянул на Снейпа, который всё ещё осматривал кабинет. Снейп был одним из самых доверенных и почитаемых последователей Тёмного Лорда. Если бы он кому-нибудь рассказал об этом разговоре, у Драко могли бы возникнуть большие проблемы. Или его бы убили. Никто не высказывал никаких других мыслей, кроме желания следовать за Тёмным Лордом превыше всего остального. — Хочешь выступить против Тёмного Лорда? Глаза Драко расширились, кровь отхлынула от лица. Снейп пытался заставить его сказать что-то, что было бы равносильно предательству Темного Лорда. Его точно убьют! Но почему? Зачем ему… — Да, — сказал Драко из воспоминаний. — Насколько я понимаю, ты особо не задумывался об этом выборе. — Нет. — Почему? — спросил Снейп. — Другого выбора нет, — ответил его двойник из воспоминаний. — Я уже внутри, и всем известно, что оттуда никто не выходит. — Я и не предполагал, что ты… откажешься от него, — медленно ответил Снейп из воспоминаний. — Ты собирал информацию этим летом, как я и просил? — Да, сэр. Снейп из воспоминаний довольно кивнул. — Хорошо, Драко. Как ты смотришь на то, чтобы продолжить выполнять это задание в течение учебного года и регулярно отчитываться передо мной? — Да. — Хватит, — сказал Снейп, крепко сжимая руку Драко. Когда видение рассеялось, Драко увидел, как Снейп из воспоминаний постучал по себе волшебной палочкой. Затем они снова оказались в кабинете Снейпа, за окнами снова была темнота. Драко тяжело опустился в кресло и обхватил голову руками. — Ты собираешься меня сдать? — уныло спросил он. Он услышал шорох мантии Снейпа, когда тот резко обернулся и посмотрел на него. — С чего ты взял, что я стал бы это делать? — Ты… эти вопросы! — ответил Драко, чувствуя, что комната вокруг него сжимается. — Что еще ты собираешься делать с этой информацией? Снейп закатил глаза. — Ты забываешь обо всём, что предшествовало этому разговору, Драко, — затем, понизив голос, он добавил: — Вы с Поттером не так уж сильно отличаетесь друг от друга, — и уже громче: — Ни один из вас не слушает. Драко нахмурился, пытаясь вспомнить, о чем они говорили раньше. — Ты хотел узнать, можно ли мне доверять. — Именно. Если бы я задал тебе те же вопросы без Сыворотки правды, ты бы побоялся ответить честно. Я мог бы почувствовать твою нечестность с помощью легилименции, но наше время все равно было бы потрачено впустую. Теперь я знаю, что ты хотя бы отчасти готов работать против него. — Сэр, — сказал Драко, ерзая на стуле и не в силах устроиться поудобнее. — Зачем… зачем вам это нужно? Снейп смерил его взглядом, а затем сел, сложив руки на столе. — Драко. Я понимаю, в каком положении ты оказался в прошлом году. Я знаю, что ты не хочешь быть там, где находишься сейчас — на службе у Тёмного Лорда. Ты не только слишком молод для такого тяжкого бремени, но и явно не создан для этой работы. Драко открыл рот, чтобы возразить, но тут же закрыл его. Раньше он бы яростно доказывал, что на самом деле хочет работать на Тёмного Лорда и что у него есть всё необходимое, чтобы стать эффективным солдатом Тёмной армии. Но теперь он знал, что это не так, и почему-то не возражал против того, чтобы Снейп знал правду. — Тебе пришлось рано повзрослеть, — сказал Снейп. — И теперь ты зрелый человек, чего не скажешь о твоих однокурсниках. Для них быть одним из избранных Темного Лорда — все равно что быть героем, — он пристально посмотрел на Драко. — У тебя есть выбор. Ты можешь работать либо против Темного Лорда, либо на него. Третьего не дано. Если ты не оказываешь активного сопротивления, значит, ты позволяешь ему продолжать сеять террор. У Драко отвисла челюсть, и он тут же захлопнул ее, в изумлении уставившись на нового директора. — Сэр, — начал он. — Я… я не понимаю, — если бы Драко повторил кому-нибудь то, что только что сказал Снейп, его бы убили без лишних вопросов. — Я знал, что ты можешь мне доверять, но ты не доверял. Я должен был убедиться, что могу доверять тебе. Снейп терпеливо ждал, наблюдая за Драко, пока тот метался в поисках ответа. Какой бы путь он ни выбрал, все они вели к одному и тому же выводу. — Вы действительно шпионили? — Да, — просто сказал Снейп. Драко почувствовал, что в конце концов может лишиться своего обеда. — Как? Почему? Что… как насчет… Дамблдора? — Драко ахнул. Снейп вздохнул. — Он знал и о твоем задании. Мне было поручено проследить, чтобы ты не выполнил его. Он хотел, чтобы у тебя была возможность самому решать свою судьбу, а не действовать в невозможных обстоятельствах. В комнате внезапно стало невыносимо жарко, и Драко лихорадочно искал, чем бы освежиться. Заметив в углу мусорное ведро, он вскочил с места и блевал до тех пор, пока в желудке ничего не осталось. Когда он закончил, Снейп протянул ему влажную тряпку и стакан воды. Драко взял оба предмета, вытер рот, залпом выпил воду и почувствовал, как после приступа тошноты его тело начинает остывать. Он знал, что скоро его начнет трясти, поэтому остался сидеть на полу, отодвинувшись от мусорного ведра и подтянув колени к груди. Старик знал. Что ж, он сам сказал об этом в ту ночь на башне, но на самом деле он хотел, чтобы у Драко был другой шанс, другое будущее, не то, о котором он думал ночь за ночью. Драко… ты не убийца… Теперь у него был выбор, как и в ту ночь на башне. Тогда он почти сделал правильный выбор, но даже если бы и нет, было бы уже слишком поздно. А теперь… — Что мне делать?

ooo