Часть 1

17 декабря 1939 года. Бревенчатая вытянутая дверь осторожно открылась. Капуциновая половица тихо заскрипела под ногами Люси. Она заботливо раздвинула длинные горчичного цвета шторы по разным сторонам и, закрепив их небольшими колечками по бокам, дала путь солнечному яркому свету. Лучи, пробираясь по оливковым обоям, заставленным игрушками и фотографиями полкам, кукольному картонному домику, небольшому терракотовому сундуку с множеством памятных вещей, аккуратно проходя по банановому одеялу, будили маленькую спящую именинницу. Ее каштановые непослушные волосы первыми ловили солнечные лучи. Потерев руками небесно-голубые глаза и вопросительно посмотрев на открытое окно, она спросила у Люси: – Что случилось? Почему так рано? – Милая, но у тебя ведь День Рождения, совсем забыла? - ответила она дочери Френ, улыбнувшись произнесла: – Мама, а почему календарь тогда стоит на 4 года вперёд? Мам?... Лицо Люси вдруг начало размываться, только лишь слышалось : «Френ! Френ!» отчётливым маминым голосом, что медленно переменялся на строгий и холодный голос доктора Дирна. Теплые и уютные стены дома сменились на холодные и строгие стены, блеск которых раздражал не меньше всего здания клиники Освальда. Лус света, отразившийся в стекле очков доктора Дирна на секунду ослепил Френ. – С моей милой крошкой все будет хорошо? - с сочувствием спросила Грейс у доктора. – Не знаю, фрау Дагенхарт. Состояние не самое лучшее, но при этом не очень плачевное, поэтому думаю, что при активной и действенной терапии, девочка пойдет на поправку - с какой-то непонятной надеждой в голосе произнес Дирн. Через какое-то время Грейс, взглянув на позолоченные наручные часы с бордовым кожаным ремешком и такого же цвета окантовкой, попрощавшись, стремительно направилась в сторону выхода. Теперь нет ничего родного, теплого, уютного, приятного. Осталось лишь что-то ужасное, необъяснимое и до крайности неприятное. Теперь все по-новому. Новые, хотя очень странные и своеобразные люди, совсем другая, больше не теплая и уютная, а резкая и противная комната. Все по-другому. Но хорошо ли все это? Будут ли правильны перемены?