Часть 2

Сидя за третьей партой третьего ряда, он всегда неумолимо жалел, что выбрал это место, и обещал себе, что пересядет за первый или второй ряд. За три года старшей школы он так и не сделал этого. Английский идёт уже десять минут. Учителя нет. Сзади из-за парт доносились звуки желания, ржания и беготни. Вэнь Шаньяо прилёг на парту, надевая наушники. Играя в тетрис, он игнорировал происходящее вокруг. Сильно игнорировал. Тетрис. Квадратики падают. Чётко. Предсказуемо. Только линии, которые исчезают, если сложить их правильно. Мягкая ткань рубашки ласкала кожу лица, заставляя потягиваться и засыпать. «...улыбку Джоконды и мягкий уют, которого хватит на всё и везде». —Ээй, Сяо, ты где летаешь? -Иуда плюхнулся на край парты, скидывая учебники. —О, тетрис? Серьёзно? В нашем возрасте? Шаньяо не снял наушники. Не поднял глаз. Иуда наклонился ближе, дыша перегаром из столовой. Снял один наушник. —Ты нормальный? -прошипел Шаньяо, прожигая взглядом… Иуду. Да. Иуду. Сикс севе-е-ен. Иуда тыкнул в учебник на странице шестьдесят семь. —Хаянь, прекрати. -ученик снова развёл руками. Вставая из-за парты, из-за чего та пошатнулась, роняя телефон и коробку от наушников. Чехол наушников разбился. Крышка отъехала к плинтусу, а красивая марка потёрлась об пол. «Перемолоты кости людей. Многочисленных братских могил». Шаньяо занёс руку. Костяшки пальцев вошли в мясо, размазывая мерзкую рожу в пух. Потом опять. Снова. Снова. Снова. Снова. Снова. Его пробудила похоронная тишина. Даже ветра не было. Всё замерло. Я смотрел на одноклассника, лежащего передо мной на полу. На его лицо, если его можно было ещё называть таковым. Кровавая кашица с выпученными глазами уставилась на него. «Если бы мир был бессмертен и чист, и никто не забыл бы про честь...» —Встань. -тихий, хриплый голос. Хаянь ничего не говорил. Он вообще вряд ли что-то ещё скажет. Все смотрят на него как на монстра. Вытерев руки о штанины, я поднял наушники. Да. Так и надо.