Пятница

Часть 1. Утро, которое началось с будильника-предателя Мой телефон зазвонил в 6:30, как обычно. Я протянула руку, нажала «отбой» и… снова заснула. Это была моя главная ошибка в этот день. Вторая ошибка случилась через десять минут, когда прозвучал второй будильник (я ставлю три, на всякий случай). Я отключила и его. Третий прозвенел в 6:50 — я его даже не услышала. Проснулась я от того, что в комнату зашла мама. — Daria, już siódma! Wstaniesz wreszcie? (Даша, уже семь! Ты встанешь наконец?) Я села на кровати, как ужаленная. Семь утра?! До школы 15 минут ходьбы (если быстро), но у меня ещё не собран рюкзак, не готова форма для гандбола, и я даже зубы не чистила. — Mamo, dlaczego mnie nie obudziłaś?! (Мама, почему ты меня не разбудила?!) — Próbowałam trzy razy. Spałaś jak kamień. (Пыталась три раза. Ты спала как камень.) Я вскочила, натянула джинсы, свитер, сунула в рюкзак всё подряд — тетради, пенал, форму для физры (сегодня же ещё бассейн, чёрт возьми!). Купальник, полотенце, шапочка — всё это полетело в отдельный мешок. Завтрак я проглотила стоя: бутерброд с сыром и стакан сока. Ровно в 7:15 я выбежала из дома. До школы мне обычно три минуты, но сейчас я шла так быстро, что прохожие шарахались. Сердце колотилось. В голове была одна мысль: «Только не опоздать на математику, пани Агнешка терпеть не может опоздавших». В 7:25 я влетела в школьные двери. Первый урок — математика — начался в 7:45, но я ещё не знала, что сегодня короткий день и всего пять уроков (я проспала эту новость, когда Полина писала вчера вечером). На самом деле я опоздала не на весь урок, а на пятнадцать минут до конца. Но об этом позже. Сначала я забежала к шкафчикам. Полина уже стояла там — одна. Ада где-то была, но не видно. — Даша! — Полина обняла меня, прижалась. — Ты что, проспала? — Ага. Будильники проигнорировала. А что, уже звонок был? — Давно. Мы сейчас идём на математику. Ты пропустила почти весь урок. Пани Агнешка будет злая. — Зато потом короткий день, — сказала я, пытаясь успокоить себя. — Сколько уроков? — Пять. Математика, польский, физра, бассейн, английский. И потом свобода. Я выдохнула. Бассейн — это было что-то новое. В прошлой главе не было бассейна. Наверное, раз в месяц у нас такое. Ада подошла, когда мы уже закрывали шкафчики. — Дашка, ну ты даёшь. Я приехала в 7:30, а тебя нет. Я подумала, что ты меня кинула. — Прости, проспала. Давайте быстрее, может, зайду в класс тихо и никто не заметит. — Не заметят, — усмехнулась Полина. — Ты войдёшь, и все обернутся. Как ты в прошлый раз с классной. Я застонала. Часть 2. Математика. Позор и расписание матча Мы втроём (я, Полина, Ада) зашли в кабинет математики на втором этаже. Пани Агнешка — молодая женщина с вечно недовольным лицом — писала что-то на доске. В классе стояла тишина. Тридцать пар глаз уставились на меня, когда я открыла дверь. — Daria, — сказала пани Агнешка, не оборачиваясь. — Miło, że zaszczyciłaś nas swoją obecnością. Wytłumaczysz jutro na tablicy twierdzenie Pitagorasa. (Даша, приятно, что ты почтила нас своим присутствием. Завтра объяснишь у доски теорему Пифагора.) — Ale pani... — Nie ma «ale». Siadaj. (Никаких «но». Садись.) Я села за свою парту с Бартеком. Он шепнул: — Ты пропустила самое интересное. Пани Агнешка вызвала Халю к доске, та ничего не знала, и теперь у неё jedynka (единица). — Класс. А что по теореме? — Ничего не понял. Но я записал, дам списать. Пока пани Агнешка объясняла задачу, я краем глаза заметила, что на доске рядом с расписанием прикреплён листок. Крупными буквами: «W niedzielę gramy: 9:25 Rega, 11:30 Włocławek, 13:10 Gniezno». Я толкнула Бартека локтем. — Это что? — Расписание матча в воскресенье. Мы играем три игры подряд? Типа турнир. — Охренеть. Я посмотрела на Полину. Она сидела сзади с Лилей и кивнула на листок — тоже заметила. Я показала ей большой палец. Математика закончилась через пятнадцать минут. Я ничего не поняла из того, что объясняли до моего прихода, но Бартек дал мне свои записи. По пути на польский мы обсуждали только одно: воскресный матч. — Три игры! — Ада шла с нами, но я знала, что она после второго урока уйдёт (мне она потом сказала: «Я два урока посижу и свалю, у меня дела»). — Ты готова стоять в воротах все три? — А ты? — спросила я. — Я только на первых двух, потом меня сменят. Но я сегодня ухожу рано, так что на физру, наверное, не приду. Ты одна в воротах будешь. — Ладно, справлюсь. Полина взяла меня за руку (в коридоре это было нормально, никто не обращал внимания). Она была спокойной, но я чувствовала, что она тоже переживает за матч. Часть 3. Польский. Бартек и Ига: прорыв? На польском мы должны были читать очередной отрывок из «Пана Тадеуша». Пани Янина была в своём репертуаре: очки запотевали каждые пять минут, голос скрипел, как несмазанная дверь. Я села на своё место (четвёртая лавка под окном). Бартек был странно молчалив. Он не просил списать, не жаловался на Игу, а просто сидел и улыбался в потолок. — Ты чего? — спросила я, открывая тетрадь. — Я сегодня поговорил с Игой. Я чуть не выронила ручку. — Серьёзно? Когда? Ты же был на математике. — Перед математикой, когда ты ещё не пришла. Я подошёл к ней и сказал: «Ига, давай начнём всё сначала». Она сказала: «Хорошо». — И всё?! — А что ещё? Она согласилась. Теперь мы просто общаемся. Без обязательств. Но я счастлив. Я посмотрела на Игу. Она сидела на третьей лавке в середине с Олеком — и да, она украдкой посматривала в нашу сторону. Или на Бартека. Или просто смотрела в окно. — Ладно, Бартек. Поздравляю. Но ты обещал меня прикрывать на уроках — помнишь? — А то. Смотри — вон пани Янина идёт. Он толкнул меня локтём. Я быстро спрятала рисунок сердечка (я снова рисовала для Полины) под учебник. Пани Янина прошла мимо, ничего не заметив. Урок польского тянулся бесконечно. Мы писали упражнение на склонение прилагательных. Я передала записку Полине: «В воскресенье три игры. Ты готова?». Полина ответила: «Мы готовы. Я в поле, ты в воротах. Команда справится». И нарисовала смайлик. Бартек тем временем что-то писал на листочке. Я заглянула — это было письмо Иге. Я прошептала: — Ты серьёзно? На уроке? — А когда? После уроков она уходит сразу. — Ладно, передам, если хочешь. Бартек отдал мне записку. Я положила её в пенал. Потом, на перемене, передам через Злату (она дружит с Игой). Когда прозвенел звонок с польского, я почувствовала облегчение. Следующая физра — там я смогу выплеснуть энергию. Ада, как и обещала, собрала вещи и сказала: — Дашка, я ухожу. Если что, звони. На физру без меня. Ты одна в воротах. — Ладно. До понедельника? — Да. Или в выходные увидимся. Удачи с бассейном. Она ушла. Полина стояла рядом. — Ада не будет на физре? А кто в воротах? — Я одна. Ничего страшного. Тренировка бросков — отобью. Часть 4. Физра. Гандбол. Тренерша получает мячом в лицо Спортзал встретил нас привычным запахом пота и дерева. Пани Халина уже стояла в центре с секундомером и свистком. — Dziewczyny, szybko! Dziś rzuty. Daria sama w bramce, bo Aida poszła. Chłopcy też rzucają, ale na swojej połowie. (Девушки, быстро! Сегодня броски. Даша одна в воротах, потому что Ада ушла. Мальчики тоже бросают, но на своей половине.) Я надела вратарскую форму: длинные шорты, наколенники, футболку с номером 13. Полина подошла, хлопнула по плечу. — Отобьёшь? — Постараюсь. Ты только не бросай в меня слишком сильно. — Я всегда бросаю сильно. Это гандбол. Мы размялись: бег, прыжки, растяжка. Потом пани Халина разделила группу на две — девочки и мальчики. Девочки бросали по моим воротам, мальчики — по своим (их вратарём был Назар, который сегодня почему-то был не в форме). Первый бросок был от Полины. Я присела, руки вперёд. Мяч полетел в правый угол — я упала, отбила. Мяч ушёл в сторону. — Dobrze, Daria! — крикнула пани Халина. Второй бросок — от Лили. Легче, я поймала. Третий — от Каи, четвёртый — от Зузи. Я отбила почти всё, кроме одного — броска от Иги (она сегодня была злая). Мяч влетел в «девятку», я даже не шевельнулась. — Nie szkodzi, — сказала пани Халина. — Następnym razem. (Ничего страшного, в следующий раз) Потом начали бросать мальчики — на своих воротах. Мы, девочки, делали передышку. Полина дала мне воды. Я пила и смотрела, как Бартек разбегается и бросает в Назара. Назар пропускает — гол. И тут случилось неожиданное. Один из мальчиков — я не разобрала, кто именно, кажется, тот Куба, который близнец и весёлый — разбежался, бросил мяч с такой силой, что тот полетел мимо ворот. Прямо в голову пани Халине, которая стояла сбоку. Мяч попал ей прямо в лицо. — O kurczę! — закричала пани Халина и схватилась за нос. Все замерли. Тишина. Потом кто-то засмеялся (это был Франек). Пани Халина убрала руку — нос был красным, но вроде не сломан. — Kto to zrobił? — спросила она строго. (Кто это сделал?) Куба (близнец, весёлый) поднял руку. — Ja, pani. Przepraszam. Nie chciałem. (Я, пани. Извините. Не хотел.) — Następnym razem patrz, gdzie rzucasz. A teraz wszyscy biegają trzy okrążenia. (В следующий раз смотри, куда бросаешь. А сейчас все бегут три круга.) Мы побежали. Я краем глаза смотрела на Полину — она тоже смеялась. Я шепнула: — Представляешь, если бы она рассердилась по-настоящему? — Она добрая. Не будет ругаться. После трёх кругов мы продолжили броски. Я отбила ещё несколько, устала, но держалась. На передышках (пани Халина давала минуту отдыха) мы с Полиной болтали о матче. — В воскресенье три игры. Ты не боишься? — спросила она. — Немного. Но если вы, полевые, будете хорошо защищаться, я справлюсь. — Будем. Обещаю. Мы не смотрели друг на друга во время бросков (это правило: не отвлекаться, чтобы не мешать), но на передышках наши руки иногда соприкасались, и я чувствовала её тепло. Физра закончилась быстрее, чем я ожидала. Последним броском меня испытала сама пани Халина (она отошла, видимо, нос перестал болеть) — я отбила мяч ногой. Она кивнула. — Dobrze. Jesteś gotowa na mecz. (Хорошо. Ты готова к матчу.) Часть 5. Бассейн. Вода и радость (Шимона нет!) После физры у нас был бассейн. Это был один из тех редких дней, когда вместо второго спортзала мы шли в школьный бассейн на другом конце здания. Я люблю бассейн, потому что там можно расслабиться и не думать о бросках. Мы переоделись в раздевалке. Я надела купальник (чёрный, сплошной), шапочку и очки. Полина была в голубом купальнике. Мы пошли в душевую, облились водой (по правилам бассейна). И тут я заметила, что кого-то не хватает. — А где Шимон? — спросила я. — Не пришёл, — ответила Лиля. — Заболел или прогуливает. Мы все радуемся. Действительно, Шимона в классе не любили. Он вечно мешал, громко разговаривал, брызгался в бассейне, и вообще был неприятным типом. Его отсутствие сегодня было маленьким праздником. В бассейне нас встретил пани Марек — пожилой тренер с плавательным свистком. У нас было задание: проплыть 200 метров любым стилем. Я выбрала кроль. Полина — брасс. Мы плыли рядом, иногда переглядывались (через очки это было смешно). После заплыва мы просто болтались в воде, разговаривали о пустяках. Я подплыла к Полине. — Ты сегодня придёшь ко мне на ночёвку? — спросила я. — Да. Мама отпустила. Возьму с собой что-нибудь вкусное. — Отлично. Посмотрим фильм, обсудим матч. — И поспим, наверное. Я уже хочу спать. В бассейне было хорошо. Вода тёплая, солнце светит через окна. Шимона нет — спокойно. Я даже забыла, что у нас ещё один урок — английский. Но тут пани Марек объявил: «Dziesięć minut przed końcem. Możecie swobodnie pływać». (Десять минут до конца. Можете свободно плавать.) Мы с Полиной играли в мяч на воде — подбрасывали и ловили. Ада отсутствовала, но мы с Полиной справлялись. Часть 6. Английский. Скука и планы на ночёвку Последним уроком был английский. Кабинет на третьем этаже, пани Джоанна — молодая учительница, которая иногда разрешала говорить по-польски, но сегодня была строгой (видимо, проверяла домашнее задание). Я сидела за партой с Бартеком (он был мокрый после бассейна и пах хлоркой). Полина — сзади с Лилей. На английском мы повторяли времена. Я почти не слушала — всё думала о ночёвке. Бартек шепнул: — Ты передала записку Иге? — Через Злату передала. Не переживай. — Спасибо. Ты лучшая. Я улыбнулась. Потом написала Полине записку: «Ты придёшь в 18:00?». Она ответила: «Да. Возьму pączki и colę. Мама купила». Я написала: «Люблю тебя». Она нарисовала сердечко. На английском было скучно, но коротко. Пани Джоанна объявила, что на следующей неделе будет тест, и мы все должны повторить past simple. Кто-то застонал, но я пропустила мимо ушей. За десять минут до звонка я начала собирать вещи. В рюкзак положила тетради, пенал, форму для гандбола (вдруг завтра пригодится). Полина тоже собиралась. Звонок прозвенел в 12:15. Короткий день закончился. Часть 7. После уроков. Домой и обед Я вышла из школы вместе с классом, но Полина сказала: — Даш, я пойду на обед. В столовку. Ты со мной? — Нет, я домой. Надо собраться к ночёвке. — Ладно. Тогда в 18:00 буду. Мы обнялись (прямо у выхода, при всех). Полина чмокнула меня в щёку, я — её. Ада уже ушла, Лиля попрощалась. Я пошла домой. Дорога заняла три минуты. Дома никого не было — мама на работе. Я скинула рюкзак, переоделась в домашнее (шорты и майку), поела суп из холодильника. Потом села за стол и написала объяснительную для пани Ковальской (я её ещё не сдала вчера? Вообще надо было сегодня, но я забыла). Написала на польском, триста слов, пересчитала — 320. Убрала в папку. Потом позвонила Аде. — Ты как? — спросила я. — Нормально. Дома сижу. А вы что? — Полина придёт на ночёвку. Ты не хочешь? — Нет, у меня дела. Но вы веселитесь. — Ладно. В воскресенье увидимся на матче. — Ага. Пока. Я сбросила звонок и начала убирать комнату. Разложила подушки на полу (будем спать на матрасе), поставила ноутбук, приготовила пледы. Родители Полины разрешили ей остаться, только попросили не шуметь после одиннадцати. Часть 8. Вечер. Ночёвка Ровно в 18:00 раздался звонок в дверь. Я открыла — Полина стояла с большим рюкзаком и пакетом. — Ты как таксистка, — сказала я. — Ага. Держи: pączki z różą, cola, chipsy i ciastka. — Ух ты. Проходи. Она вошла, скинула кеды. Мы прошли в мою комнату. Она огляделась: на кровати разложены пледы, на столе ноутбук с уже открытым фильмом («Король Лев», старый диснеевский, мы оба любим). — Уютно, — сказала Полина. — Садись. Давай сначала обсудим воскресенье. Мы сели на пол (на матрас). Полина достала блокнот, где записала: W niedzielę gramy: · 9:25 Rega · 11:30 Włocławek · 13:10 Gniezno — Три игры почти подряд. Каждая по тайму? — спросила я. — Наверное, по 20 минут. Это турнир. Мы должны быть готовы. — Я в воротах одна? Ада на две игры, потом её сменят. Но я наверное все три буду стоять. — Ты справишься. У тебя хорошая реакция. Я засмеялась. — Ты меня хвалишь, потому что я дала тебе pączka? — Нет, потому что люблю тебя. Она чмокнула меня в щёку. Я ответила. Мы съели по одному pączkowi, запили колой. Потом решили посмотреть фильм. Полина сидела рядом, положив голову мне на плечо. Я обнимала её за талию. — Слушай, — сказала я. — А ты заметила, что Ала сегодня проспала и пришла только на физру? — Да. И Хальшка молчала как рыба. Может, они решили не доставать нас? — Или готовят что-то коварное. Не верю я им. — Забей. Сейчас не об этом. Мы смотрели фильм, смеялись над смешными моментами. Полина иногда засыпала, но я её будила. В одиннадцать часов мама вернулась с работы, заглянула в комнату, пожелала спокойной ночи. — Tylko nie za późno, dziewczyny. (Только не слишком поздно, девочки.) — Dobranoc, mamo — ответила я. Мы выключили свет, оставили ночник. Полина прижалась ко мне. — Даш, а ты не боишься матча? — Немного. Но когда ты рядом — нет. — Я всегда буду рядом. Мы замолчали. Я слушала её дыхание. Через несколько минут она заснула. Я тоже закрыла глаза. Часть 9. Сны и утро субботы Мне приснился гандбол. Я стояла в воротах, а на меня летело сто мячей. Я отбивала, падала, вставала. Полина бросала, Полина забивала. Тренер Халина хлопала в ладоши. А потом мяч попал мне в лицо, и я проснулась. Было 8 утра субботы. Полина ещё спала, свернувшись калачиком. Я не стала её будить. Встала, пошла на кухню, сделала чай. Посмотрела в окно — погода была солнечной. Завтра матч, сегодня можно отдохнуть. Через час Полина проснулась. — Доброе утро, — сказала я, входя с двумя кружками чая. — Спасибо. Выспалась? — Да. А ты? — Ага. Снилось, что мы выиграли всё. — Хороший сон. Мы позавтракали вдвоём. Потом Полина позвонила маме, сказала, что всё хорошо, и что пойдёт домой через пару часов. Оставшееся время мы просто болтали: о классе, о Бартеке и Иге (подвижки есть), о матче, о нашем фанфике. Полина сказала: — Сегодня надо написать ещё одну главу. Про ночёвку и про пятницу. — Я уже почти всё запомнила. Напишем вместе. — Договорились. В 11 утра Полина собралась и пошла домой. Мы обнялись у двери. — Завтра встречаемся на стадионе в 9:00. Не проспи. — Не просплю. Обещаю. — Целую. — Целую. Она ушла. Я закрыла дверь и пошла в комнату — записывать события, чтобы не забыть. Часть 10. Вечер субботы. Подготовка к матчу Остаток субботы я провела дома. Перестирала форму (номер 13, вратарская), проверила наколенники, налокотники. Позвонила Аде. — Ты готова? — Готова. Завтра буду на первой игре, потом уеду, но Дашка, ты будешь молодцом. — Спасибо. А кто будет вместо тебя на третьей игре? — Тренер сказала, что поставит Лилю. Она тоже умеет ловить, не бойся. Я выдохнула. Вечером позвонила Полина: — Даш, мы завтра встречаемся в 9:00 у стадиона. Не опаздывай, как в пятницу. — Не буду. Я в 8:30 уже буду. — Хорошо. Спокойной ночи. — И тебе. Я легла спать пораньше, но долго не могла уснуть. Перед глазами стоял листок с расписанием: Rega, Włocławek, Gniezno. Три соперника. Три игры. Мы справимся. Благодарю всем кто читает эти истории из моей жизни за день) и да я уже написала что будет в субботу так как я знаю что так будет но если что напишу главу если всё таки нет