Глава 2. До конца года

      Мэй, несильно торопясь, но и не медля, проходила один давно знакомый коридор и сворачивала в другой. Зуко редко писал ей, обычно она сама приходила достаточно часто, чтобы не обременять его лишний раз держанием кисти, а просто приятно провести время лицом к лицу: без писем, без официальных приглашений – так, как привыкли за долгие годы. Но в этот раз её возлюбленный сделал это: отправил небольшую записку с просьбой прийти. Сразу после его небольшого путешествия с аватаром. Это показалось метательнице ножей немного странным. К тому же она уже немного слышала, что в Республиканском городе творился полный кошмар. Однако гадать и переживать заранее она не стала – можно же просто узнать всё при встрече.       — Зуко? Ты хотел меня видеть? — вместо приветствия, спросила Мэй прямо с порога заветной комнаты.       Лорд Огня уже ждал её. Он стоял у окна, поглядывая сквозь шторы на закат, крепко сцепив руки за спиной и нервно потопывая правой ногой, – обычно он мерил шагами комнату, но в этот раз был более скован. Когда тот обернулся, Мэй воззрела возлюбленного совершенно разбитым: лицо его было бледнее обычного, под глазами залегли тени – не просто от усталости, а от чего-то более глубокого, похожего на внутреннее опустошение.       — Давай сядем, — тихо предложил Зуко чуть хрипловатым голосом, в котором не было ни намёка той привычной теплоты, с которой он обычно встречал её.       Мэй кивнула. Он, зная о теме грядущего разговора, и она, предчувствуя что-то серьёзное и убедившись в том по выбранной покорителем огня позе – согнувшись, оперевшись руками о ноги и сложа кисти в замок, – сели напротив друг друга.       — Что-то случилось в поездке? — нотки беспокойства всё больше закрадывались в душу девушки.       — Я умер там, Мэй, — и при этих словах, казалось, блеск жизни в самом деле померк в глазах юноши.       — Что?..       — Я умер там, — ровно повторил Зуко, даже меланхолично, будто что-то заученное. — Катара буквально вернула меня с того света. Если бы не духовная вода и её целительские способности, я бы...       Обычно уверенный, уже привыкший себя держать на людях ввиду статуса, молодой мужчина осекся, отвернувшись и опустив взгляд в пол.       — Я бы не говорил с тобой сейчас здесь.       Сердце Мэй упало, пальцы её впились в колени, побелев на костяшках, но не успела она что-то сказать или сделать, как Зуко продолжил:       — И боюсь представить, что было бы тогда... В какой хаос погрузилась бы Страна Огня, а следом, возможно, и мир в целом...       В голосе его прорезалась привычная, почти болезненная ответственность, что всегда восхищала и бесила метательницу ножей одновременно.       — Династия прервалась бы, началась бы борьба за власть между дворянами... Все мои старания и страдания для восстановления и реорганизации государства, всё, за что я сражался после войны, – кануло бы в Лету, будто ничего не стоило, — с каждым новым словом, казалось, держать себя в руках было всё сложнее, чтобы не сорваться на крик и не поджечь что-нибудь вокруг.       Помолчав некоторое время, Зуко провёл рукой по лицу, чтобы чуть успокоиться, тон его вновь стал тише:       — Когда война закончилась и я более-менее разобрался со всеми восстаниями, я не думал, что моей жизни может угрожать что-то... Но теперь... я не уверен... Мне кажется, будто в любой момент может случиться что угодно.       Ком в горле не позволял Мэй выдавить из себя ни слова, хотя столько всего хотелось и следовало сказать, поэтому она продолжала слушать, не сводя с возлюбленного глаз. Но всё вышеизложенное ещё не было ни концом череды поводов для потрясений, ни даже главным вопросом.       — Я подумал... — Лорд Огня наконец посмотрел на собеседницу и голос его стал уже чуть твёрже. — Мне всё же следует жениться. И подумать о наследнике. В ближайшее время.       Повисла тишина.       — Ты выйдешь за меня? — прямо спросил он. — Я не хочу угрожать или шантажировать, но прошу, дай мне точный ответ... И чем раньше, тем лучше, потому что если нет...       Зуко помолчал, и в голосе его впервые за вечер проступила боль. Именно боль, не страх, паника или раздражение.       — Мне неприятно это говорить, но... боюсь, мне придётся искать кого-то другого... А это будет непросто, я ведь всегда любил только тебя и считаю, что ты прекрасно справилась бы с ролью Леди Огня...       Мэй сидела неподвижно. Слишком неподвижно. Метательница ножей была потрясена. Она не думала, что этот разговор наступит так скоро. Знала, что рано или поздно придётся выбирать, но ей казалось, что у неё есть ещё время. Девушка не была готова сказать «да» прямо сейчас. Но и потерять возлюбленного – тоже не была готова. Однако он уже допустил мысль, что... хоть и не хочет, но свыкнется быть с кем-то другим. Это кольнуло больнее всего, глухо, тяжело, где-то под рёбрами.       — Зачем ты согласился? — тихо проговорила Мэй. Тон её был ровным, спокойным. Чересчур спокойным для того, что творилось у неё внутри.       — Что?       — Зачем ты согласился!? Зачем подверг себя такому риску!? — теперь голос девушки дрогнул, а потом вовсе сорвался. Она вскочила. — Зачем, Зуко!?       — Мы и не предполагали... — начал оправдываться покоритель огня.       Однако не было похоже, что Мэй могло переубедить хоть что-то, что бы он ни сказал.       — Аанг попросил о помощи и как его другу мне было бы неправильно отказываться...       — По мне, было неправильно с его стороны как твоему другу ввязать тебя в такую опасную авантюру, зная о твоём статусе! — зло процедила метательница ножей.       Девушка не ждала ответа. Она просто резко подалась вперёд и обняла молодого мужчину перед ней – крепко, почти больно, уткнувшись лицом ему в плечо. Её тело дрожало – мелкой, едва заметной дрожью, которую она не могла контролировать.       Зуко опешил: внезапные гнев и ярость от обычно спокойной девушки и контрастная с ними забота, смешанная со страхом, одновременно сбивали с толку, но и помогали осознать главную суть слов и поступков возлюбленной – она переживала за него, а не за Страну Огня и прочее.       А потом покоритель огня медленно, осторожно поднял руки и обнял метательницу ножей в ответ, притягивая к себе и усаживая ту на свои колени из неудобного полустоячего-полусогнувшего положения.       — Ха-ха... возможно, — выдохнул тихо Зуко, уткнувшись носом в макушку возлюбленной. В его голосе проступила та самая грусть — глубокая, усталая, которую он ранее даже не допускал, зацикленный на мыслях о расчётах и доводах о худших сценариях.       Некоторое время они молчали. Мэй вцепилась в одежды Зуко мертвой хваткой, будто это могло быть лишним подтверждением, что он действительно здесь, живой. Юноша же крепко, надежно, но нежно обнимал ту, как сокровище, запустив левую руку девушке в волосы.       — Ты прав, — наконец сказала Мэй, не поднимая головы.       Зуко отвлекся от перебирания локонов и перевел удивленный взгляд на метательницу ножей, не совсем понимая, о чем конкретно та сейчас: последней ведь она задала вопрос и он с ней согласился, что, возможно, ему и правда стоит ценить себя больше и иногда отказывать друзьям в просьбах.       — Нам нужно пожениться. И подумать о ребенке.       Молодой Лорд Огня замер.       — Но, — Мэй отстранилась ровно настолько, чтобы посмотреть ему в глаза, а потом деловито затараторила: — Мне нужно время. Чтобы закрыть вопросы в Академии: желательно, доучить мой класс до конца года или хотя бы триместра, предупредить руководство, найти замену и прочее. Я не могу просто взять и исчезнуть, у меня обязательства перед ученицами.       Зуко молчал, глядя на неё, думая о том, что из его возлюбленной действительно выйдет прекрасная и ответственная Леди Огня.       — И я не хочу, чтобы ты думал, что я выхожу за тебя только из-за давления от недавних событий, долга или страха... На самом деле мы давно могли бы... Быть учителем здорово, но оно того не стоит... — её голос стал тише, почти неслышным. — Я действительно хочу быть с тобой. Всю оставшуюся жизнь быть с тобой. Мне не нужен никто другой, и ты это знаешь.       Мэй так и не сказала «я люблю тебя». Это немного расстроило покорителя огня... Однако она вообще редко это говорила, и сейчас её глаза делали это за неё, поэтому Зуко был в высшей мере счастлив. Он облегчённо выдохнул, шумно, дрожаще, будто непосильно тяжёлый груз спал с его плеч. Молодой мужчина опустил взгляд на свои руки, всё ещё лежащие на талии девушки, потом снова поднял.       — До конца года, — повторил Зуко, словно пробуя слова на вкус и наигранно изобразив задумчивость, а потом утвердительно кивнул и улыбнулся. — Я подожду.       — Я знаю, — ответила Мэй, улыбнувшись в ответ.       Они так и не разомкнули объятий и лишь удобнее устроились на диване. Тревога и напряжение отступили, но теперь на метательницу ножей накатила усталость, а покоритель огня по-прежнему казался бледным.       Пара проболтала всю ночь – ни о чём конкретном, о пустяках: о том, как у Мэй идут дела в Академии, о том, как министры в очередной раз довели Зуко до бешенства, о том, что в садах расцвели огненные лилии, которые девушке непременно следовало увидеть, и прочем-прочем.       Под утро, когда за окном начало сереть, они разошлись. Мэй повезло – у неё был выходной, она могла позволить себе вернуться домой и провалиться в сон до полудня. У Зуко, к сожалению, выходных не бывало. Лорд Огня ушёл на утренний совет министров, будучи изнуренным, всё с тем же бледным лицом и тенями под глазами, но на пороге обернулся:       — Мэй.       — Мм? — уже будучи сонной, она чуть ли не врезалась тому в спину.       — Ты придёшь сегодня вечером?       Она подняла взгляд на него – на человека, который правил целой страной, обременённый столькими заботами о настоящем, прошлом и будущем, но сейчас Зуко смотрел на неё так, будто она была единственным, что его удерживало в этом мире.       — Приду, — кивнула метательница ножей и вышла следом, не оборачиваясь.       Потому что если бы обернулась, то, возможно, не смогла бы уйти.       А ему нужно было на важное совещание.