"Он шептал ваше имя"

      Это было обычное прохладное мартовское утро. Сестра Диана заканчивала свою ночную смену по уходу за больными солдатами, у которых не было ни семьи, ни денег, чтобы о них заботились. С ними Диана не чувствовала ни брезгливости, ни ужаса. С ними она чувствовала себя такой же, только лишённой физической боли. Её тело было поразительно цело и живо, будто издёвкой судьбы давая ей прожить долго. Она не печалилась от такой длительной тоски. Диана воспринимала всё лишь как испытание на пути к тому, что ждал её за границей миров.       - Сестра Диана, - позвала её внезапно сестра Тереза, являющаяся одной из главных сестёр-госпитальерок.       - Да, достопочтимая сестра Тереза? – спросила Диана немного уставшим голосом.       Она сама не ощущала желаний своего тела, но оно так или иначе подавало знаки. В тайне девушка надеялась как можно скорее зачахнуть от долгой работы и умереть, но судьба не давала ей этого, лишь испытывая. Её стремление помогать казалось остальным сёстрам невероятным трудолюбием, что всегда сродни призванию, и необыкновенным даром Бога для них, страждущих и для самой девушки.       - Позвольте отвлечь вас? – попросила Тереза.       Диана мягко кивнула.       - Я в вашем распоряжении.       Тереза очень рада была получить в попечение такую трудолюбивую монахиню, однако её всегда удивляла и интриговала её судьба. Что заставило молодую и красивую девушку отдать свою жизнь служению Господу и самым бедствующим из его подопечных?       - К вам пришли, - начала говорить Тереза, указывая на дверь.       - Сестра Тереза, я давно не принимаю гостей, - ответила Диана, скромно покачав головой.       После последнего разговора с Жуаёзами она решила, что лучше будет затворницей, чем окажется в таком скандале снова. В окружении сестёр и больных она чувствовала достаточно общения.       - Он настаивает, - прошептала Тереза.       - Он? – удивилась Диана.       - Идёмте за мной, - уговаривала Тереза. – Со мной договорились, я буду поверенной в ваш разговор, обязуюсь хранить его в своём сердце как величайшую тайну.       Диана очень не хотела видеться с кем-то из мужчин, если он не раненный или больной. Для неё существовало лишь несколько мужчин: Бог, её отец и Луи де Клермон граф де Бюсси, её возлюбленный, навсегда оставшийся в её сердце, даже когда он навсегда покинул этот мир.       Тереза вела её по тёмным коридорам монастыря, пока они не дошли до её кабинета. Когда главная монахиня открыла дверь, перед ней предстал Анри де Жуаез.       - Сударь, я сказала вам всё, что могла сказать. Почему вы решили появиться здесь? – начала она вместо приветствия.       В ответ мужчина лишь поклонился.       - Сударыня, - начал он свой рассказ. – Я бы ни за что не нарушил ваш покой, но дело не терпит отлагательств.       Диана в изумлении подошла ближе. Тереза последовала за ней.       - Что же за дело? – наконец спросила она.       - Тот, о ком вы так страстно молитесь, - начал Анри де Жуаез дрожащим голосом. – Тот, кого вы считали погибшим, выжил. Граф де Бюсси… его удерживали в темнице. Герцог… все эти годы…       Он пытался последовательно и точно рассказать, что произошло, но, представ перед ней, всё спуталось в голове, в волнении, наблюдая за её реакцией, он терялся.       Диана замерла, побледнела, боролась с собой, чтобы не упасть в обморок. Тереза нежно поддерживала её за руку, напоминая, что это не сон, и следя за ней, чтобы поймать, если от тяжёлой новости и долгой работы она лишится сознания.       - Ложь… - шептала Диана.       Анри де Жуаез качал головой.       - Нет, сударыня, правда. Мы случайно узнали. После смерти принца король поручил мне и моему брату изучить всё его имущество. В его дворце мы нашли тайную темницу. И заключённого… Единственного.       Диана упала, ноги её не держали, но сознание сохранялось.       - Жив? – с дрожащим голосом спросила Диана.       - Да, - кивая, отвечал Анри де Жуаез. – Мы смогли узнать, что он… Он шептал ваше имя. А когда мы спросили, кто он, он с трудом, но смог назвать своё имя.       Диана поднялась с пола и набросилась на Анри де Жуаеза.       - Вы издеваетесь надо мной? Как вы смеете так шутить?       Он впервые встретился с такой ослепляющей её душу яростью.       - К счастью или к сожалению, сударыня, - с дрожью в голосе повторял Анри де Жуаез. – Я не лгу. Он жив. Но его состояние плохое. Не думаю, что он продолжить жить долго, если так продлится и дальше. Потому я и хотел рассказать вам.       Диана замерла, потом упала на колени, то ли собираясь молиться, то ли – просить о чём-то графа.       - Сударыня, - говорил в спешке Анри, не обращая внимание уже на её состояние. – король не хочет скандала. Если вы согласитесь… если вы согласитесь не бороться за имя Бюсси, будете неизвестными никому графом и графиней де Логмарья, то мы отпустим вас вместе.       Диана поднялась, её руки тряслись, а по щекам текли слёзы.       - Господи… Заберите всё: мою жизнь, мои титулы, мою историю – всё, что вы и ваша проклятая династия Валуа захочет у меня ещё забрать. Но молю ради всего светлого, что осталось в ваших грешных душах: дайте мне спасти его!       Анри де Жуаез не обращал внимание на её гневные речи, понимая, что всё исходит от сердца. Он взял её за руку.       - Отправляемся, отправляемся сейчас же. Вы сами увидите!       Диана покорно кивнула и уже собиралась покинуть монастырь, но дорогу преградила Тереза.       - Постой, Диана!       Диана побледнела, ожидая, что её настоятельница будет препятствовать. Но вместо этого Тереза сложила в руки корзинку.       - Тебе и твоему возлюбленному, наверняка, понадобятся некоторые вещи в дороге. Держи. Держи и не отказывайся!       Диана, растроганная добротой настоятельницы, расплакалась и в чувствах обняла настоятельницу.       - Спасибо, я не знаю, как могу отблагодарить.       - Просто поминай меня в своих молитвах. Этого достаточно, - улыбаясь, говорила Тереза.