Часть 1

В одном из пригородов Лондона стоял маленький белый домик. Ещё днём в нём царила атмосфера праздника, но к вечеру радость испарилась — точно так же, как дымок от одиннадцати задутых свечей. Глава семьи, худощавый высокий мужчина средних лет, курил трубку, уставившись в пустоту. В противоположность ему женщина в нарядной мантии суетилась по комнате, размахивая палочкой и бормоча заклинания. Она отчаянно чистила пол, на котором уже не было и следа грязи. Виновник торжества, бледный и напряжённый, не отрывал взгляда от окна. Он боялся моргнуть — словно слёзы могли помешать ему услышать долгожданный звук. Но шелеста крыльев так и не было. Когда последний луч солнца скрылся за горизонтом, женщина окликнула мальчика: — Аргус, не переживай так сильно! Я уверена, сова прилетит в следующем году. Просто твой день рождения — в самом конце лета! Ребёнок шмыгнул носом, медленно побрёл в свою комнату и, как только дверь захлопнулась за ним, беззвучно разрыдался. На грани сна он услышал громкий спор родителей: — Исида! Мальчишка — сквиб! Ты же сама знаешь: если до начала учебного года ребёнку исполняется одиннадцать, письмо приходит за месяц! И здесь нет ошибки! Самопишущие перья — не люди, чтобы ошибаться! — А я тебе говорю, Финеас, я видела, как он проявлял магию! И точка! Ты что, думаешь, я вру? Или сошла с ума?! — Чтобы сойти с ума, надо сначала на нём стоять, — рявкнул мужчина. — А вот этого о тебе не скажешь! Раздались сердитые шаги, хлопок входной дверью… и тихие всхлипывания матери. В ту ночь Аргус так и не решился выйти из комнаты, чтобы утешить мать. Оставшиеся часы до рассвета были наполнены кошмарами: то родители выгоняли его на улицу с криками "Сквиб!", то заточали в Азкабан за "мошенничество и притворство магом". Проснувшись, он долго лежал, уставившись в потолок, пока первые лучи солнца не начали ползти по стене. Ручка двери казалась раскалённой. Он трижды подносил к ней руку и отдергивал пальцы, прежде чем услышал мягкий стук: — Арри? Завтрак готов. Голос матери звучал... обыденно. Будто вчерашнего разговора не было. На кухне дымилась яичница с беконом, но каждый кусок вставал в горле комом. Он ковырял вилкой в тарелке, боясь поднять глаза. — Можешь пойти в сад, если хочешь, — наконец сказала Исида, и он чуть не выронил стакан с соком от облегчения. — С-спасибо... — пробормотал он и выскочил за дверь, как ошпаренный. Его убежище под ракитовым кустом пахло землёй и детством. Здесь хранились "волшебные" палочки (обычные ветки), "зелья" (баночки с грязной водой) и прочие сокровища. Внезапная ярость сжала горло — он схватил свою любимую "палочку" и с треском переломил её о колено. Скрип калитки. Отец входил в сопровождении невзрачного человека в мантии, где потускневшие серебряные звёзды больше походили на пятна плесени. — Аргус! В дом!— голос Финеаса звучал... странно. Не зло. Не добро. Просто "окончательно". Мужчина в сером осмотрел его так, как смотрят на бракованный товар: — Аргус Филч. Министерство магии подтверждает ваш статус сквиба. Хогвартс не может принять вас. Однако мы предлагаем... Дальше - только белый шум. Отец тряс его за плечи, но Аргус видел лишь одно: На каминной полке стояли школьные колдографии родителей - молодых, счастливых, в мантиях с гербами своих факультетов. Места для третьего снимка там никогда не было.