Часть 6

19 сентября 1944 годаЧернила на пожелтевшем пергаменте легли неровными пятнами, будто перо дрожало в руке писавшего. Дорогая Исида, возможно, Вы слышали о тех мрачных тенях, что сгущаются над Европой. Грин-де-Вальд захватывает всё больше власти, а его радикальные идеи находят отклик даже в сердцах тех, кого мы считали друзьями. Мои попытки договориться провалились. Он опережает меня на шаг, как шахматист, знающий все мои ходы наперёд. Я вспомнил о Ваших работах с кошками, низзлами и полуниззлами. В своё время они не снискали признания, но сейчас, уверен, могут стать ключом к нашей победе. Помогите мне, Исида. Не ради меня — ради тех, кто не сможет защититься. С уважением, Альбус Дамблдор. * 5 октября 1944 годаБумага пахнет лавандой и чем-то горьким. Уважаемый Альбус, Вы не осведомлены, но я оставила магические изыскания. Всё своё время я трачу на поиски способа помочь сыну. Мальчик оказался сквибом. Он не вписывается ни в мир магии, ни в мир маглов. Каждый день я пытаюсь найти для него хоть какую-то опору в этом мире. Исида Норрис. * 5 октября 1944 года Записка написана второпях, чернила размазаны по краям. Дорогая Исида, понимаю Вашу тревогу за сына. Но если Грин-де-Вальд победит, мальчик не будет в безопасности нигде. Геллерт не потерпит тех, у кого нет магии. Помогая мне, Вы помогаете и ему. *11 октября 1944 года Дорогой Альбус, я займусь улучшением заклятий и передам их Вам. Но при одном условии: когда я закончу исследования по защите сына, Вы возьмёте его в Хогвартс. Для Арри нет безопаснее места. * 11 октября 1944 года Дорогая Исида, не кажется ли Вам, что Аргусу будет тяжело среди юных волшебников? Дети бывают жестоки, а жизнь без магии в стенах Хогвартса… * 11 октября 1944 года Буквы выведены с нажимом, будто перо царапало бумагу. Альбус, мой сын достаточно силён. Если Вы предоставите ему даже самую незначительную должность — лесника, поварёнка — он справится. Следующим письмом вышлю детали исследования. * 23 июня 1946 год. Уважаемый Альбус, я завершила поиски. Ритуал начат. Арри больше не нужно быть рядом со мной. Исполните Ваше обещание. * 23 июня 1946 Ответ написан на обороте меню «Кабаньей головы». Дорогая Исида, Занялся этим вопросом. Но скажите — в чём суть ритуала? Возможно, это поможет другим сквибам. * 30 июня 1946 года Альбус, долго думала, стоит ли раскрывать эту тайну… Не думайте обо мне слишком хорошо. Я делаю это не ради других. Когда я узнала, что мой мальчик — сквиб, мир рухнул. Финеас предлагал избавиться от него. Но я не могла. Я нашла способ защитить его, в той самой области, что изучала в молодости: создание истинного фамильяра. Да, это тёмная магия. Да, жертва велика. Но мне всё равно. Я искала по всей Британии идеальную кошку. Когда она забеременела, я еженощно брала кровь Аргуса, чтобы связать котёнка с ним. Ритуал удался. Когда сын принёс мне этого дрожащего комочка… О, Альбус, если бы Вы видели его глаза! Теперь они связаны. Кошка будет делиться с ним здоровьем, предупреждать об опасности. И умрут они в один день — через много-много лет. * 30 июня 1946 года (ночь) Записка смята, будто её сжимали в кулаке. Исида! Как я жалею, что не отговорил Вас! Но какую жертву Вы принесли?! * 1 июля 1946 годаУважаемый Дамблдор, больше скажу только под Непреложный Обет. Поклянитесь не мешать. * 1 июля 1946 года (утро) Клянусь. * 30 апреля 1947 года. Дорогой Альбус, как мой мальчик? Прижился ли в замке? Нравится ли ему мебель, что я выбрала? Ест ли он хорошо? Так больно было отпускать его, даже не попрощавшись. Боялась, что не смогу отпустить по-другому. Все условия соблюдены, а значит завтра ритуал завершится. Позаботьтесь о нём. Я так его люблю. Филч сжал последнее из них так, что пергамент затрещал. Он не плакал. Слёзы высохли ещё ночью, оставив после себя только пустоту — ту самую, что грызла его изнутри все эти годы. Кошка — сидела напротив, не мигая. Её жёлтые глаза видели слишком много. «Всё решили за меня»,— подумал он. Мать. Дамблдор. Даже эта проклятая кошка. Он никогда не простит. Ни им. Ни себе. С того дня кошка обрела имя — Миссис Норрис. Не просто в память о матери. Это была печать их странного союза — сквиба и существа, связанного с ним кровью и магией, которой он никогда не обладал. Пролог С Дамблдором они больше не говорили о письмах. Разговор, который так и не состоялся, повис между ними незримой стеной. Иногда, проходя мимо него, Филч ловил на себе взгляд Дамблдора — тот самый, слишком понимающий, слишком знающий. Он тут же отворачивался, стискивая зубы. Дом матери он продал. Без сожалений. Без оглядки. Там не осталось ничего, кроме пыльных теней и невысказанных обид. Когда Дамблдор стал директором, Филч окончательно превратился в "Смотрителя". Не просто уборщик. Не просто надзиратель. Он стал живым укором для всех этих счастливых волшебников — напоминанием, что даже в этом замке, полном чудес, есть место несправедливости. Он отказался от кабинета Апрайта. Вместо этого его крохотная комнатка в подвале постепенно заросла кипами пергаментов: тома нарушений, каждая шалость, каждый проступок —аккуратно запротоколированы. Здесь было душно, темно... и уютно. Как в норе, где можно спрятаться от всего мира. Миссис Норрис стала его оружием. Её тихие шаги не выдавали присутствия, пока не становилось слишком поздно. Её громкое мяуканье разносилось по коридорам, леденя кровь провинившимся. Ученики шептались, что кошка Филча — нежить, демон или проклятие. Он не опровергал. Пусть боятся. Особое удовольствие он находил пугая мелких волшебников. "В моё время провинившихся подвешивали за большие пальцы в подземелье!" Дети бледнели. Никто не знал, что все эти "ужасы" и рядом не стояли с настоящими наказаниями былых времен. Так шли годы. А он так до конца и не смирился с тем что у него отняла судьба. Просто научился жить с этой дырой в груди, заполняя её мелкими мщениями, бумажной волокитой да тихим мурлыканьем единственного существа, которое никогда его не предаст. Хогвартс стал его домом. Домом, который он ненавидел, который защищал, в котором он навсегда остался чужим.