Часть 12

Машина вылетела за пределы стены, будто её вытолкнуло наружу вместе с порывом ветра. И сразу — другой мир. Воздух здесь был тяжелее, пропитан пылью и чем-то едким, металлическим. Пространство за воротами оказалось не пустым. Они были повсюду. Колоссы — массивные, медленные, но неумолимые. Их силуэты поднимались над горизонтом, перекрывая свет. Каждый шаг отдавался в земле глухими ударами, от которых дрожал кузов машины. Между ними мелькали сатиры — быстрые, рваные, с резкими, хищными движениями. Они двигались стаями, перебегая с места на место, словно выжидая момент. И дальше, в дымке, угадывались Афины — холодные, почти неподвижные фигуры, от которых веяло чем-то чужим и неправильным. — Вперёд, не сбавляй! — резко сказал Ксандр, вцепившись в панель. — Вижу! — отрезала Райна. Она вела машину на пределе. Руль под руками дрожал, колёса скользили по разбитой земле, но она не отпускала контроль. Джип лавировал между гигантскими тенями, ускользая от тяжёлых шагов. Один из колоссов сделал шаг слишком близко. Райна резко крутанула руль — машина ушла в сторону буквально в последний момент. Огромная нога обрушилась позади них, взметнув волну пыли и камней. — Чёрт… — выдохнул Уотерс, вжимаясь в сиденье. Слева мелькнул сатир — слишком быстро. Его когти скользнули по боку машины, оставив глубокую царапину, металл жалобно взвизгнул. — Давай же! — крикнул Ксандр. Райна выжала газ ещё сильнее. Двигатель взревел на пределе. Они прорывались вперёд, между движущимися тенями, между ударами и резкими бросками. Всё вокруг было в движении, хаотичном, опасном, и любое замедление означало бы конец. Ещё один поворот. Ещё один резкий манёвр. И вдруг — пространство впереди открылось. Ровная линия. Шоссе. Почти пустое. — Есть… — выдохнула Райна, не сбавляя скорости. Она вырулила на дорогу, колёса с глухим стуком перешли на более ровное покрытие. Машину перестало кидать так сильно, управление стало чётче. Сзади всё ещё грохотало. Но уже дальше. Уже позади. Колоссы оставались у стены. Сатиры не преследовали дальше. Афины растворялись в дымке. Титан ударял по стене, прогибался от тяжелых толчков пушек. Город и всё, что его окружало, постепенно исчезали в зеркале заднего вида. Впереди была только дорога. И тишина, которая казалась почти нереальной после всего произошедшего. Никто не говорил. Ночь приняла их без лишних звуков. Фары выхватывали из темноты узкий коридор света — бледный, холодный. Белые линии разметки вспыхивали и исчезали под колёсами, ритмично, почти убаюкивающе. Всё, что находилось за пределами этого света, растворялось в густой, непроглядной тьме. По обе стороны дороги тянулись силуэты высохших деревьев. Высокие, неподвижные, они казались чёрными вырезами на фоне неба — будто кто-то нарисовал их одной сплошной линией. Ветер едва касался веток, и те шевелились почти незаметно, создавая иллюзию, что пустыня наблюдает. Иногда в глубине между стволами мелькало что-то — отблеск, тень, движение, — но стоило повернуть голову, как там уже ничего не было. Райна не отрывала взгляда от дороги. Руки всё ещё сжимали руль чуть сильнее, чем нужно, но дыхание постепенно выравнивалось. Адреналин уходил, оставляя после себя тяжесть в теле и странную пустоту. Ксандр сидел рядом молча. Только иногда переводил взгляд с дороги на неё — коротко, будто проверяя, здесь ли она всё ещё, не исчезла ли вместе с тем хаосом, из которого они выбрались. Сзади Уотерс тихо выдохнул, откинувшись на спинку сиденья. Он уже не выглядел раненным — «руно» делало своё дело. Но усталость накрывала волнами, тяжёлыми и вязкими. Над ними раскинулось небо. Чистое. Глубокое. Звёзды сияли холодно и отчётливо, будто их стало больше, чем раньше. Они не мерцали — просто смотрели сверху, равнодушно и спокойно. И где-то между ними — тонкий, почти незаметный серп новой луны. Едва дающий свет. Едва очерчивающий контуры облаков, которые медленно плыли вдалеке. Этого света было недостаточно, чтобы разогнать тьму. Но достаточно, чтобы напомнить — ночь не вечна. Машина продолжала двигаться вперёд. Ровно. Упрямо. И впервые за долгое время казалось, что их никто не преследует. Километры тянулись один за другим, одинаковые и тихие. Райна вела ровно, почти на автомате. Фары продолжали вырезать из темноты узкую полосу дороги, и всё вокруг существовало только в этих границах света. Долгое время никто не говорил. Пока Ксандр не откинулся чуть назад, переводя взгляд с дороги куда-то вперёд, в темноту. — Я знаю место, — сказал он. Райна не сразу отреагировала. — Какое? — Небольшой городок. Вернее… то, что от него осталось, — он сделал паузу. — Разрушен почти полностью. Я останавливался там на ночь, когда шёл сюда. Она коротко кивнула, не отрывая взгляда от дороги. — Далеко? — Если держать темп — нет. Пару часов, может чуть больше. Райна чуть сильнее сжала руль. — Веди. Ксандр указал направление, и она без лишних вопросов свернула с основной трассы. Дорога стала уже. Асфальт местами растрескался, появились провалы, выбоины. Машину начало слегка потряхивать, но скорость она почти не сбавляла. Пейзаж вокруг постепенно менялся. Деревья редели, отступая дальше от дороги. Их силуэты становились ещё ниже, ломаными, будто обожжёнными или искалеченными временем. Воздух — сухим. Даже через ночную темноту ощущалась эта странная пустота. Только пыль, осевшая повсюду тонким, почти невидимым слоем. Иногда ветер поднимал её с обочин — и она стелилась по дороге лёгкими, призрачными волнами, исчезая в свете фар. — Здесь… тихо, — пробормотал Уотерс сзади. Слишком тихо. Ни насекомых. Ни далёких звуков. Ни движения. Только редкие обломки по краям дороги — остатки указателей, покосившиеся столбы, чёрные каркасы когда-то стоявших построек. Чем дальше они ехали, тем сильнее становилось ощущение, что этот участок просто вычеркнули со всех карт мира. Ксандр смотрел вперёд, не моргая. Они ехали дальше. Час прошёл незаметно. Потом ещё один. Дорога тянулась вперёд упрямо и однообразно, словно не имела конца. Райна почти не сбавляла скорость — только изредка объезжала провалы и трещины в асфальте. Фары выхватывали куски пути, и всё остальное растворялось в темноте, как будто мира за пределами этой узкой полосы света не существовало вовсе. Усталость начала подбираться тихо. Не резкой волной, а тяжёлым фоном: в плечах, в руках, в затылке. Но Райна держалась — упрямо, сосредоточенно, не позволяя себе расслабиться ни на секунду. Ксандр время от времени указывал направление — коротко, без лишних слов. — Тебя подменить?  Райна помотала головой, позабавив командира. Уотерс на заднем сиденье почти не двигался. Решил прикрыть глаза ненадолго. Казалось, ему даже не мешал ветер, врезающийся в лицо. Пейзаж окончательно опустел. Деревья исчезли совсем. Земля вокруг выглядела мёртвой: без травы, без цвета, только серо-коричневая пыль, тянущаяся до самого горизонта. Небо стало ещё темнее. Луна почти скрылась, оставив только бледный намёк на свет. Звёзды казались холоднее, дальше — будто и они не хотели иметь ничего общего с этим местом. И только спустя ещё какое-то время впереди начали проступать очертания. Сначала — неуверенно. Ломаными линиями на горизонте. Потом чётче. Домики. Низкие, приземистые, будто вжались в землю. Крыши местами обвалились, где-то провалились внутрь, где-то перекосились под странными углами. Некоторые строения выглядели так, словно их просто бросили в спешке. — Это он, — тихо сказал Ксандр. Райна прищурилась, всматриваясь в темноту. Фары выхватывали ближайшие здания — серые стены, пустые окна, двери, висящие на одной петле. Всё было неподвижным. Ни света. Ни движения. Ни единого признака жизни. Даже ветер здесь казался слабее, будто не хотел тревожить это место. Машина медленно въехала в городок. Колёса прошуршали по пыли и мелкому мусору, разбросанному по дороге. Где-то скрипнула незакреплённая вывеска, едва слышно качнувшись в темноте. Райна сбавила скорость. Здесь не было никого. Ксандр подался чуть вперёд, всматриваясь в ряды тёмных домов. — Вон тот, — тихо сказал он, кивнув в сторону приземистого здания у перекрёстка. — Я там ночевал, когда шёл по следу. Райна повернула руль, аккуратно направляя машину к дому. Фары скользнули по фасаду — облупившаяся краска, перекошенные ставни, выбитые окна, затянутые паутиной трещин. Она остановила джип почти у самого входа. Двигатель ещё пару секунд гудел, потом стих. И сразу стало слишком тихо. Никто не спешил выходить. Будто каждый ждал, что вместе с остановкой машины из темноты снова что-то появится. Но ничего не произошло. Только редкий ветер прошёлся по улице, подняв лёгкую пыль. Ксандр первым открыл дверь и вышел. Осмотрелся — быстро, привычно, отмечая каждую деталь. Райна последовала за ним. Ноги слегка затекли после долгой дороги, но она не обратила на это внимания. Взгляд уже скользил по окнам, по дверям, по теням. Сзади хлопнула дверь. Уотерс выбрался сам. Медленно, но без посторонней помощи. Он на секунду задержался у машины, будто проверяя, держит ли его тело, затем сделал несколько шагов. Увереннее. — Живучий ты, — коротко бросил Ксандр, даже не оборачиваясь. Уотерс хмыкнул. — Благодаря вам. Они подошли к дому. Дверь была приоткрыта — так же, как Ксандр и оставил. Скрипнула, когда он толкнул её плечом. Внутри было темно. Карманный фонарик щёлкнул в его руке, узкий луч света прорезал пространство. Комната открылась постепенно. Пустая. Пыльная. Мебель — перевёрнутая, разбросанная. Пол покрыт слоем грязи и мелкого мусора. Стены местами потемнели, будто от влаги или времени. И запах. Застоявшийся. Сухой, пыльный, с примесью затхлости. Райна поморщилась, но ничего не сказала. Просто вошла внутрь. Пол под ногами тихо скрипнул. Ксандр сделал ещё шаг вперёд, проверяя углы, проходы, дверные проёмы. — Чисто, — коротко сказал он.  Уотерс прошёл следом, уже без прежней слабости. Дверь за ними закрылась с тихим, глухим звуком. Ксандр не стал останавливаться. Прошёл глубже по коридору и замер. Из скрытого кармана жилета он достал устройство. Холодный металл на секунду обжёг ладонь. Небольшой корпус, почти безликий — только одна синяя кнопка и два индикатора. Ни один из них не горел. Он на мгновение задумался. Потом нажал. Кнопка мягко щёлкнула. Один из индикаторов загорелся и начал мигать зелёным светом — ровно, спокойно, будто подтверждая: сигнал отправлен. — Что это? — нахмурилась Райна, подойдя со спины. Ксандр медленно повернулся. — Маячок. Нас скоро заберут. — Заберут, значит… — она скрестила руки на груди, но больше ничего не сказала. Лишь задержала на нём взгляд на секунду дольше, чем нужно. Потом развернулась и отошла к Уотерсу. Вместе они перевернули старый диван. Ткань заскрипела, поднялось облако пыли, от которого защекотало в носу. Райна тихо фыркнула, сдерживая чих, и уселась, стряхнув с поверхности грязь. Уотерс опустился рядом, тяжело выдохнув. Ксандр остался стоять. Он ещё раз посмотрел на устройство, покрутил его в пальцах, проверяя, не сбился ли сигнал. Зелёный огонёк продолжал мигать — ровно, без сбоев. Значит, всё работает. Он убрал маячок обратно в карман. Скоро. Комната снова погрузилась в тишину. Тяжёлую, выжидающую. Такую, в которой каждый думает о своём — и ни один не говорит вслух. Ксандр молча собрал несколько кухонных стульев, стоявших у стены. Дерево было сухим, старым, легко поддалось — он ломал их без лишних усилий, складывая обломки в центре комнаты. Пыль поднялась снова, но уже не раздражала так, как раньше — будто пространство само постепенно перестраивалось под них. Щёлкнул зажигатель. Первые языки пламени были робкими, почти неуверенными. Потом огонь разгорелся, цепляясь за древесину, и быстро набрал силу. Тепло разлилось по комнате. Сначала осторожно, тонким слоем, потом увереннее — отгоняя сырость и холод, впитанные в стены. Свет костра начал мягко отражаться на потолке и на лицах. Снаружи дом всё ещё оставался разрушенным и пустым, но внутри стало иначе. Живее. Уотерс, устроившись чуть удобнее, постепенно ожил. Его голос стал легче, интонации — свободнее. Он начал говорить больше, цепляясь за любые мелочи, перескакивая с темы на тему, как будто проверял, насколько далеко они ещё от всего, что было снаружи. В его рассказах появлялись странные наблюдения, обрывки сплетен, нелепые истории, которые он явно преувеличивал. Он смеялся сам над собой, иногда над ситуацией, иногда просто так — и это постепенно цепляло остальных. Райна сначала слушала сдержанно, но потом расслабилась. Смех у неё был короткий, живой, неожиданный даже для неё самой. Он вырывался проще, чем любые слова до этого дня. Ксандр сидел чуть в стороне, ближе к огню. Он не сразу включился в разговор, но наблюдал внимательно — не за историей Уотерса, а за ней. За тем, как она смеётся. За тем, как плечи перестают быть напряжёнными хотя бы на несколько секунд. И в какой-то момент он всё-таки позволил себе короткую усмешку. Не громкую. Не показную. Почти незаметную. Огонь потрескивал. Дерево тихо оседало в пламени. И на несколько минут разрушенный дом перестал быть просто укрытием — он стал чем-то другим. Чем-то тёплым и родным. Так прошло несколько часов. Огонь в костре уже почти прогорел, оставив после себя тлеющие угли и мягкое, уставшее тепло. Разговоры стихли сами собой, постепенно растворившись в тишине. Уотерс задремал, опершись на спинку дивана. Райна сидела чуть в стороне, не спеша прикрывая глаза, уже без прежнего напряжения в плечах. Ее уставший взгляд переместился на лицо Ксандра. Такое спокойное и серьёзное. Она не знала радоваться этому или беспокоиться. На миг их глаза встретились. Никто не смел нарушить тишину и они так и смотрели друг на друга. Ксандр был первым, кто изменился в лице. Он медленно поднял голову. Сначала — едва заметное напряжение. Потом — взгляд, направленный куда-то вверх, сквозь потолок, будто он уже слышал то, что другим ещё не было доступно. И через несколько секунд это стало слышно всем. Низкий, нарастающий гул. Сначала далёкий. Потом всё ближе. Звук лопастей разрезал ночную тишину, становясь всё громче, всё тяжелее, заполняя пространство вокруг дома вибрацией. Райна резко распахнула глаза. Уотерс встрепенулся, поднимаясь. Ксандр уже был на ногах. Он не сказал ни слова — просто двинулся к выходу. Они последовали за ним. Дверь открылась. И ночь ударила в лицо холодным воздухом. Снаружи мир казался ещё более пустым, чем раньше. Разрушенный городок молчал, но теперь это молчание нарушалось оглушающим ритмом приближающейся машины. Конвертоплан опускался ниже. Его силуэт проступал в темноте — огромный, механический, чужеродный для этого заброшенного места. Ветер от лопастей ударил в землю, поднимая плотные облака пыли. Они закручивались вокруг ног, забивались в одежду, цеплялись за волосы. Райна прикрыла глаза рукой, пытаясь удержаться на месте. Звук стал почти невыносимым — слишком громким для такой тишины вокруг. Слишком заметным. Где-то далеко, за пределами видимости, этот шум мог разбудить все опасности, от которых они старательно скрывались. Ксандр первым шагнул вперёд, поднимая руку — короткий, точный сигнал. Конвертоплан завис ниже, стабилизируясь в воздухе. Лестница начала опускаться. Ветер продолжал бить по земле, разрывая тишину этого мёртвого города на куски. Командир не стал тратить ни секунды. Лестница конвертоплана уже раскачивалась в потоках воздуха, но он первым подтолкнул Райну вперёд, коротко кивнув ей — без слов, только приказ действием. Она схватилась за холодные перекладины и начала подниматься. Ветер бил в спину, тянул одежду, срывал равновесие, но она быстро нашла ритм и ушла вверх, растворяясь в шуме лопастей. Ксандр сразу развернулся к капралу. Ксандр подхватил его под локоть, помог подняться к основанию лестницы и буквально подстраховал первые шаги. — Держись, — коротко бросил он, больше для контроля, чем для поддержки. Уотерс кивнул и начал подниматься сам, с усилием, но без остановки. Ксандр проверил ещё раз периметр — быстрым взглядом по темноте, по разрушенному городу, по пустым улицам внизу. И только после этого схватился за лестницу. Подъём был резким. Металл вибрировал от работы двигателей, и каждый шаг отдавался в руках и плечах. Ветер бил в лицо, но он не замедлялся. Вход в кабину открылся перед ним уже через несколько секунд. Он шагнул внутрь. И на мгновение замер. Внутри было тепло, приглушённый свет, запах техники и топлива. Но главное — присутствие людей, которых он явно не ожидал увидеть здесь лично. Полковник Зейн Карвер сидел чуть в стороне, собранный, с прямой осанкой и тяжёлым взглядом, который сразу оценивал обстановку, людей, их состояние. Рядом — канцлер. Спокойный, почти неподвижный, под маской было невозможно прочесть выражение лица. Но льдистый взгляд говорил об одном. Всё под его контролем.  На секунду повисла тишина. Ксандр перевёл взгляд с одного на другого, затем коротко выдохнул — скорее от напряжения, чем от удивления. Райна уже была внутри, покосилась на Ксандра. Затем снова перевела взгляд на мужчин.  Полковник первым нарушил молчание — коротким кивком, признавая их присутствие. Канцлер чуть склонил голову — едва заметно, почти формально. — Что ж, поздравляю с успешным завершением миссии, капитан. Вы вернули мисс Рейн в целости и сохранности. Ксандр не ответил. Он сидел неподвижно, напряжённый, будто слова прошли мимо, но что-то в них зацепилось глубже, чем следовало. — Рад видеть вас в добром здравии, рядовая Рейн, — продолжил канцлер тем же ровным тоном. — Мы ещё обсудим место, где вы находились, и вопросы, которые вам задавали. Но пока… устройтесь поудобнее. Нам предстоит долгий полёт. Райна едва заметно кивнула. — Спасибо за помощь, сэр, — тихо сказала она. Голос прозвучал ровно, но без тепла. Она сразу отвернулась, не давая разговору продолжения. Посмотрела в иллюминатор и уставилась в темноту за стеклом. Внизу медленно уплывал пейзаж — мёртвый, выжженный, затянутый пылью. Очертания разрушенного городка быстро растворялись в ночи, будто их и не было. Она не смотрела на Ксандра. Не искала его взгляд. Не проверяла, сидит ли он рядом. Словно одним усилием воли вычеркнула его из этого пространства. Хотя бы на несколько минут. Хотя бы сейчас. Внутри кабины было тепло, но это тепло не доходило до неё.