Пролог

Слухи о том, что академия во имя Римегара поражала не только своей сутью, но и внешним видом, не врали совершенно. Архитектура основного здания, к которому также был присоединён жилой комплекс, выглядела величественно и роскошно. Обилие мелких, изящных деталей, изогнутых линий, выступающих элементов и тёмные цвета, ребристые колонны — всё это создавало общую картину, вызывающую лёгкую дрожь вдоль спины от мысли, сколько же работы было проделано, чтобы довести это всё до идеала. Переводя дыхание, я переключила своё внимание с здания академии на остальных студентов. Тут было ровно девяносто шесть человек, включая меня. Сказать честно, я даже пару раз пересчитала со скуки. В этом году по причинам, которые преподаватели решили не озвучивать, набор был увеличен. Несильно, всего на двадцать шесть мест, но крайне неожиданно, без сомнений, для всех. Информация о том, что учебных мест в этом году будет больше, просочилась в народ ещё в начале лета. Тогда никто не верил в это, но тем не менее слухи про это пускать люди продолжали. К концу лета выяснилось, что это не пустые слова, а чистая правда, вскоре подтверждённая главой академии во имя Римегара. Желающих, соответственно, было также в разы больше. Мне до сих пор не верилось, что я смогла пройти отбор. Самым страшным, как мне показалось, был личный разговор, то есть устный экзамен. Проводился он в специальном пункте, в каждом из трёх самых крупных городов Альты их было, как я помню, то ли два, то ли даже четыре в каждом городке. Если письменный экзамен затруднений у меня совсем не вызывал, то личный разговор с преподавателем из академии буквально бросал в дрожь. Помню, словно это было сегодня, а не полтора месяца назад... Разговаривали мы тогда долго. Не знаю, повезло ли мне, но честь побеседовать мне выпала с неким профессором Фарлеем. Сначала он мне показался приторно вежливым, и этот образ с каждой секундой подпитывал его внешний вид: аккуратно уложенные белоснежные волосы, ниспадающие с его плеч, элегантные очки в тонкой золотистой оправе, костюм с множеством деталей, которые, что удивительно, совершенно не перегружали образ. Его голос был тихим, размеренным, почти усыпляющим. Каждое движение было выверенным, чётким, но не теряло некого изящества, от того и становились по-особенному притягательными. Мы не обсуждали тогда ничего, что касалось бы учёбы. Профессор Фарлей сразу выставил условие, что говорить нужно правду, без приукрас и в то же время постараться забыть, что я нахожусь на экзамене. Тогда мне даже стало смешно от этой фразы, что профессор, как я поняла по его мягкой улыбке, заметил. С тихим вздохом я склонила голову. Яркие солнечные лучи, казалось, специально целились прямо в глаза, желая ослепить. На улице сегодня было очень жарко, поэтому все спасались так, как могли. Кто-то прибился в тень деревьев, кто-то пытался защищаться массивными шляпами, что показалось мне странным, ведь в них только жарче, а кто-то полез к фонтану... И именно последние приковали моё внимание. Я не поднимала голову, но сквозь просвет меж моими золотистыми волосами я увидела трёх ребят. Они все: двое парней, один из которых явно старше нас, и девушка, кажется, его ровесница, — пристроились на бортах белоснежного фонтана, который, если быть честной, невероятно сильно выбивался из общей картины, сложенный из тёмных и приглушённых цветов. Интересно, что те двое ребят, что постарше, оба в парадной форме. Заставила отвлечься от незнакомцев неожиданно наступившая тишина. Затихли все так резко, что на мгновение мне стало не по себе. Я вскинула голову, а после застыла. Вдали виднелась огромная тёмная фигура. Ни на секунду у меня не возникло сомнений, что это был дракон. Ошибиться мог, пожалуй, только слепец. Прищурившись, я смогла заметить, что вдали летят ещё несколько, и на каждом был всадник. Я поспешно оглянулась и поняла, что приземляться им тут особо некуда, так как стоим мы все далеко не единой кучей, а распластавшись по всей территории. Без единого слова я ринулась к выходу из толпы, ближе к фонтану. Моё движение не осталось незамеченным: студенты, стоявшие подле меня, последовали моему примеру и двинулись туда же. Удивительно. Ещё несколько мгновений назад вся территория была от и до заполнена студентами, которые сейчас, скучковавшись ближе к левой части сада, показали реальные масштабы территории перед академией. Теперь она казалась огромной, иначе выразить увиденное я бы не смогла. Наверное, тут без толкучки пять драконов спокойно встали бы, а если нас убрать, то и все шесть или вовсе семь. Тишины словно и не было. Чем ближе к нам были драконы, тем больше шума. Взмахи крыльев, громогласный рык самого ближайшего к нам, тёмно-зелёного, скорее изумрудного дракона, а за ним и возгласы остальных. Мне никогда не доводилось видеть этих великолепных существ настолько близко. Они казались невероятных размеров! Моё внимание приковали не только драконы, но и их всадники. Мне удалось разглядеть профессора Фарлея. Забавно, почему-то его слащавый образ никак не вязался у меня с тем, что он не просто один из преподавателей, а летун. Мне казалось, что он из той части педагогического состава, кто не связан с драконами. По крайней мере украшений, показывающих связь летуна и дракона, я на нём не заметила... Хотя кто знает, на нём же столько всего было тогда... Других профессоров я не узнавала. Абсолютно всех видела впервые — кроме Фарлея, восседающего на синем драконе. Вскрик подавить не удалось, когда кто-то двинулся передо мной в толпе и толкнул меня. Я тихо промычала, с трудом сдерживая болезненный стон. Прямо об фонтан, об острый угол. Поясницей. Абсолютно отвратительное чувство, лучше бы виском насмерть, чем терпеть эту отвратительную боль в боку. Я поспешила попытаться подняться, чтобы не валяться на плитке и дальше. Могла лежать, в общем-то, и дальше, потому что в следующую секунду дракон за драконом начали приземляться, вызывая дрожь в земле, и я не сумела удержаться на ногах. Рядом со мной послышался незнакомый мне голос. — Поднимайся, не то задавят. Меня быстро подняли, потянув за предплечье. Я не сопротивлялась, наоборот же, поспешила встать на ноги, пока помогают нужно пользоваться. Я благодарно кивнула и посмотрела на незнакомца. Острые скулы, чуть насмешливый взгляд и почти незаметная улыбка, играющая на его лице, привлекли моё внимание, без сомнений, но всё-таки самой отличительной его чертой стали глаза. Казалось бы, карие. При другом любом случае я бы сказала, что тут нет абсолютно ничего необычного, но здесь, под яркими лучами солнца, они отливали золотым. Точно таким же, как и золотая цепь с цитрином на его шее. — Ты летун?— с ходу спросила я, вглядываясь в украшение. Чёткого ответа я не получила, но улыбка на его лице стала шире, выразительнее, в ней и в блеске его глаз улавливалось веселье. Без единого слова он юркнул обратно, кажется, к своим друзьям, тем самым, что стояли у фонтана. Интересно. Пялиться на людей, рассматривая каждую деталь в их образе, у меня привычки, сказать честно, никогда не было. Происходило подобное со мной крайне редко, когда смотрю на человека и первая мысль, возникающая у меня в голове, это: «Чёрт тебя возьми, ты странный». К моему преогромному удивлению, именно это и стало моей первой мыслью, когда я начала всматриваться в преподавателей. В них не было ничего... Слишком необычного, но что-то в них цепляло, заставляя откровенно пялиться. Причём, кажется, заинтересовали они далеко не только меня. С трудом отводя взгляд от старших, я глянула на остальных студентов. Едва ли не каждый проявлял слишком заметное любопытство. И не к драконам, а конкретно к людям... Сказать честно, в какой-то степени это звучит почти абсурдно. Мужчина с грубыми чертами лица и парой шрамов на лице, представившийся как Ильдар, заговорил среди преподавателей первым. Его слова, обращённые к нам, были лишены какого-либо интереса. Услышали мы только сухие факты о строгих правилах академии и прочем. — Гоняться за вами из-за ваших долгов по учёбе никто не будет,— произнёс мужчина.— Соответственно, ваша успеваемость — дело исключительно ваше. Сейчас ровно девяносто шесть человек, из которых в середине года, на промежуточных экзаменах, вылетит около четверти, а то и больше, если будете бездельничать,— он на мгновение замолчал, словно что-то вспоминая.— И ещё где-то половина от оставшихся вылетит ещё через пару месяцев после экзаменов. По толпе прокатился быстрый шепоток. Точная информация об обучении в этой академии не была распространена, более того, и вовсе засекречена. Никаких деталей, только краткое обещание, что в случае чего нас соберут по кусочкам и отправят домой. Теперь же нам предстояло узнать куда больше, чем то, что мы уже знаем. — Наши выпускники, ваши будущие кураторы, будут в течение всего вашего обучения верными вам помощниками!— поднял руку, призывая к тишине, Фарлей.— Друзья, просьба выйти вперёд. Все студенты замерли, с придыханием наблюдая за тем, как двое ребят, кураторы, в парадной форме вышли из ряда, где стояли преподаватели, а двое других кураторов в свою очередь резко спрыгнули с драконов. Форма полувоенная, такая, как я поняла, использовалась летунами во время полётов. — Это не смешно,— вздохнул профессор Ильдар, потирая переносицу,— Ксиандра, Матиас,— голос преподавателя прозвучал куда строже, чем у Фарлея. Сквозь толпу начали пробиваться двое. Это оказались те самые ребята, которые казались мне постарше, чем мы. Радует, я не прогадала и теперь даже знаю имя одного из парней, того самого, на шее которого золотая подвеска с цитрином. Ксиандра была с ярко-рыжими волосами цвета пламени, держалась она с невероятной уверенностью: прямая спина, взгляд вперёд и поднятый подбородок — всё едва ли не кричало об этом. Матиас же, в свою очередь, без сомнений, не был обделён грацией или уверенностью, но проскакивало в его движениях что-то похожее на... Лень? Да, именно на неё. Он был куда расслабленнее, чем Ксиандра, и взгляд его, полный лёгкого, почти незаметного интереса, время от времени падал на нас, студентов. — Доброе утро,— заулыбался Матиас.— Как добрались? Никого не укачало? Рядом прокатился недовольный шёпот. Фраза его была прямой насмешкой, которую каждый, кто тут находился, включая преподавателей, уловил. Дорога сюда и впрямь была неприятной, как минимум из-за того, что пролегала она через море. Почему-то при создании этой академии создателю приспичило её сильно отдалить от основного континента. Наверное, чтобы драконы, когда студенты ими обзаведутся, ничего не разгромили... Или чтобы особо любопытные личности не совали сюда свои длинные носы. — Долго стебаться над ними будешь?— упрекнул его Фарлей. Вот же жук, он едва не улыбнулся.— Дорогие студенты, профессор Ильдар уже передал...— он замолчал, подбирая слова,— основную информацию. Несмотря на это, прошу соблюдать тишину,— мужчина мягко улыбнулся,— Айсель, вам слово. Фарлей повернул голову к женщине, которая до этого стояла неподвижно и не проронила ни единого слова. Она без спешки вышла вперёд, отходя от остальных профессоров. Острый взгляд её голубых глаз, которые, казалось, могли обжечь холодом, пробежался по всей толпе. — Добро пожаловать в академию во имя Римегара,— произнесла женщина, скрестив руки на груди.— Меня зовут Айсель, я являюсь действующим директором этого учебного заведения, а также буду вести у вас пары, начиная с конца первого курса. Мой коллега, профессор Ильдар, уже донёс до вас важность дисциплины здесь. Каждый ваш шаг будет под взором ваших кураторов. Директриса указала на Матиаса, Ксиандру и ещё четверых ребят, имён которых мы пока не знали. Не задерживая паузу надолго, она продолжила говорить: — А также ни один ваш косяк, касающийся правил этого места, не пройдёт незамеченным от меня и всех остальных преподавателей. Меня невольно передёрнуло. Я поёжилась и повела плечом, случайно кого-то толкнув. Неловко улыбнувшись удивленной девушке, которая смотрела на меня с заметным возмущением, поспешила вновь перевести взгляд на директрису. Чувствовалась в её голосе сталь, от которой дрожь по позвоночнику пробегала. Нас больше не стали задерживать с посвящением в детали. В конце сказали отправляться по своим комнатам, в которые наши вещи уже были благополучно доставлены. Точной карты на руках ни у кого из студентов, включая меня, не наблюдалось, зато такая нашлась на первом этаже, в холле. Тут было прохладно, но не до дрожи. Это было... Приятно. Блоков в корпусе общежития было очень много, а тот, где жила я, находился почти в самом конце. Мне это показалось не очень удобным, но вид из окна, без сомнений, обещал быть великолепным. Я точно видела пару балконов и окон с этой стороны с выходом на море. Я не знаю, каким образом распределяли комнаты, но и сказать, была ли я довольна, тоже не могла. Моей соседкой оказалась та самая девушка, которую я нечаянно толкнула плечом в толпе. Услышав мои шаги и звук щелчка замка двери, она обернулась, уставив руки в боки. Глядела она на меня, откровенно пялясь. Нужно у неё поучиться так в открытую рассматривать людей, чего уж меня стыд съедает, если остальные это так легко делают. — Ну здравствуй!— оживлённо произнесла она, отталкиваясь руками от стола. Удивительно, но в её голосе не было ни крупицы враждебности, а лишь чистое дружелюбие.— Тебя как звать? — Лумиа,— с тихим выдохом облегчения ответила я. — Приятно!— она протянула мне руку.— Я Алекса, будем соседками? — Будем. Я протянула ей руку в ответ.