Глава 6

Вопрос с родством Ильдара и Аноры закрыт, к сожалению, не был. Теперь уже даже Фарлей пытался тихо узнать, кто пустил слух: я замечала то, как часто он стал беседовать со студентами наедине, пару раз, проходя мимо, и сама слышала его вопросы. Говорил он, кстати, вполне прямо, думаю, это из-за того, что он в принципе не из тех, кто юлит, а скорее говорит прямо. Саму же Анору, казалось, это несильно волновало. Шепотки за спиной, косые взгляды — всё это её волновало не так сильно, как могло бы, если бы была она более ранимой. Порой моя подруга,— надеюсь, что её так можно было назвать, если учесть, что сейчас мы почти не общаемся,— вообще кажется огромной стеной, которую высекли из горы. В ответ на все сплетни она с ленью и безграничной грацией, как у кошки, вставала и уходила подальше. Помимо того, Анора всегда кидала мелкую словесную колкость, которая, на первый взгляд, и не несла в себе злого умысла, только чуть позже студенты понимали, что слова были сказаны с целью оскорбить. До сих пор помню один из недолгих разговоров с Анорой. Утро тогда было тёплым: Демиан и Даллан предусмотрительно решили растопить камин, но после моих многочисленных жалоб на жару не переборщили. Я и все девочки нашего блока собрались перед началом учёбы в гостиной. Агнессу в последнее время очень беспокоило, что Анора, ранее тихая, сонная и постоянно усталая, сейчас вовсю хамит, что лично я одобряю целиком и полностью, на каждое слово своих одногруппников и вообще всего курса. Тогда Агни уточнила, не обидно ли Аноре от всех слов в её адрес и прочего... Как сейчас помню: черноволосая тогда глазки на соседку свою подняла, задумчиво постучала по книге, что была у неё в руках, а после лучезарно улыбнулась. — Ни капельки,— произнесла тогда Анора.— Меня веселит, что они так раздражены этими слухами. От их слов мне ни горячо, ни холодно. — Если бы это было так, то ты бы не грубила им,— возразила Алекса.— Я не пытаюсь наезжать на тебя, ты не подумай, но такая реакция заставляет их... Она осеклась, увидев выражение лица Аноры. Глядела на мою соседку она тогда с долей скепсиса и лёгкого неодобрения. — Заставляет их продолжать?— спросила она.— Если человек придурок, падкий на слухи и позволяющий себе оскорбления в чужой адрес, то пусть получает в свою сторону такое же отношение. В сию секунду слова Аноры беспрерывно крутились у меня в голове, словно юла. Занятия с другими группами были событием редким, но так уж выходило, что время от времени кто-то из преподавателей не мог прийти на пару. Именно в таких случаях нас сгоняли вместе. Я сидела рядом с дремлющей Алексой. На её месте я бы побоялась спать на парах Маргарет. Пожалуй, в строгости своей эту женщину вполне можно было и с Ильдаром сравнить. Разница у них была лишь в том, что преподавательница искусств даже во внеурочное время была очень холодна со студентами, а Ильдар и посмеяться мог, и обругать. Пожалуй, оттого с ним и было гораздо легче. — Хэй,— тихо произнесла я, пнув подругу под партой. Та сразу же распахнула глаза, выпрямляясь на месте. Проморгавшись, она неловко улыбнулась. — Я уж было подумала, что спать на уроках — это привилегия той черноволосой дряни,— донёсся язвительный голосок.— Алекса, зайка, может, у тебя тоже кто-то из родственников среди преподавателей есть? Мне даже оборачиваться не нужно было, чтобы понять, кто сидит позади нас. Привычки вертеться на парах у меня никогда не было, но на сей раз я не сдержалась и оглянулась. Джулия сидела с видом довольной кошки, подперев голову ладонью. Улыбалась она странно, не очень приятно, а смотрела с явным вызовом. — Ах точно,— залепетала Джулия вновь, она прикрыла рот рукой, но по прищуру глаз я поняла, что улыбочка её стала ещё шире.— Слышала, как кураторы шептались. У тебя братец старший, кажется, тут учился, да? Алекса прикрыла глаза, шевеля губами. Клянусь, она считает до десяти, но в её случае лучше будет, если она решит делать это сразу до ста. Чтоб наверняка. Джулия же хмыкнула, видя, что со стороны моей соседки реакции нет. Она глянула на меня, и наши взгляды встретились. Улыбка с её лица не спала, но было ощущение, что она стеклянная и вот-вот треснет. Цокот каблуков отвлёк меня моментально, я тут же отвернулась от Джулии. Сделать вид, что я взаправду увлечена конспектом, у меня не получилось: профессор Маргарет остановилась у нашего стола. Была она то ли возмущена, то ли зла, я не поняла, если быть честной. — Долго будете болтать?— она переводила взгляд то на меня, то на Джулию с явным неодобрением. — Простите, профессор Маргарет,— тут же залепетала девушка.— Просто Алекса... Названная тут же обернулась, вскочив с места. Я зажмурилась от резкой головной боли и звона в ушах. Я вздохнула и выдохнула, стараясь изо всех сил перевести дыхание, прийти в себя. — Просто я что?— переспросила Алекса, сведя брови.— Любишь перекидывать вину на других, очень? Агнесса, сидящая перед нами, поёжилась. Знала просто великолепно, насколько сильна была неприязнь нашей подруги к Джулии, её попыткам перекинуть ответственность за свои действия на других и вообще на все её выпады. — Я спрашиваю,— перебила их Маргарет.— Долго ли вы собираетесь болтать? — Профессор Маргарет, это Лумиа и Алекса вели себя неподобающе!— воскликнула Джулия. — Мисс Эймид, которая сейчас выглядит не лучше трупа?— уточнила профессор.— Охотно верю. Я ничего не ответила, просто вытянула руки по столу вперёд и уткнулась в них лицом. Мне, безусловно, и вправду нехорошо, но я как-то не ожидала, что это... заметно визуально. Почему-то это началось так резко, что я даже не до конца понимаю причину такой неожиданно сильной головной боли. — У меня нет времени разбирать, кто из вас троих виноват,— произнесла Маргарет.— Эссе, заданное в качестве домашней работы на сегодня, должно быть у меня на кафедре в конце пары. И после ужина идёте сюда, поспрашиваю у остальных профессоров, нужны ли кому-нибудь лишние руки. Думаю, что Ильдар вас с преогромным удовольствием возьмёт помогать к драконам. Алекса жалобно застонала, пряча лицо в ладонях от досады. Она не плакала, просто выражала так свою досаду всякий раз, как выдавалась возможность. — И отведите кто-нибудь мисс Эймид к лекарю,— неожиданно произнесла Маргарет. Я слегка подняла голову, глядя на женщину. Внешне она даже не дрогнула, всё тот же идеальный холод и неприступность. Наверное, ей просто не нужны настоящие трупы в её кабинете. Вдруг выговор будет, полагаю, что ей это ни к чему. — Я в порядке,— поспешила ответить я.— Просто... жарковато. Услышав мои слова, профессор Маргарет с явным удивлением вскинула брови. Смотрела она на меня с лицом, которое выражало абсолютное непонимание происходящего. Если опираться на логику, то жарко тут и впрямь быть ну никак не могло — зима неумолимо приближалась, с помощью волшебного огня отапливалась вся академия. В основном корпусе перебарщивать с этим не должны были, так как отвечает за это то ли директриса наша, то ли Фарлей. В блоках за тепло в своих комнатах студенты отвечают сами, потому половину времени из-за неумелых или очень мерзлячих Даллана и Демиана мы постоянно в блоке варились. Правда, они получили за это. От меня, конечно же, но теперь они хоть не устраивают парилку. — Жарковато,— с непониманием переспросила Маргарет.— В вашем блоке — возможно. А в учебной части за волшебный огонь отвечают преподаватели и, прошу заметить, температура вполне комфортная. Сиди, если хочешь, но я доложу Ксиандре. В ответ я только и смогла тяжело вздохнуть. Как оказалось, профессор слова на ветер не пускает. Выяснилось это уже после пары у Фарлея, которая была сразу после этой. Чувствовала я себя тогда получше, была вполне бодрой и вовсю обсуждала с подругами сегодняшний тест. Мужчина тогда влез, раскритиковал наши познания, но краем глаза я-то видела, что у нас стоит «отлично» на листочках. Ну и пока он нас ругал без причины, примчалась Ксиандра, едва не сбивая меня с ног. — Ты чего?!— воскликнула я, пытаясь убрать руки куратора от своего лица. — Руки по швам!— приказала она. Тон напомнил Ильдара в гневе, поэтому я сопротивляться не стала и указание выполнила.— Ты горяченная,— произнесла рыжая, убирая руку от моего лба. — Что-то произошло?— поинтересовался Фарлей. — Ничегошеньки!— поспешила отвертеться я, но под грозным взглядом Ксиандры поспешила замолчать. — Она на жару жаловалась и выглядела как труп всю прошлую пару. Это я тебе слова Маргарет пересказываю!— перебила меня девушка, даже не глядя на Фарлея.— Лумиа Эймид, если ты в сию секунду не пойдёшь со мной к лекарю, то я... На этот раз не договорила уже она, потому что я резво сорвалась с места, выбегая в коридор. За спиной слышались откровенные ругательства Ксиандры, на которые профессор начал возмущаться, выражаясь ни капли не порядочнее, и звонкий смех подруг. — Мисс Орнэсс, будьте добры либо сопроводить студентку, либо остановить её от побега!— донеслось до меня, когда я скрылась за очередным поворотом, окончательно исчезая из виду. Я не боялась похода к лекарю, учитывая то, что чувствую я себя сейчас не так уж и плохо, но идти к нему... Желания ноль. Не хочу, и всё. Возможно, позже зайду, если снова нехорошо будет. Несмотря на все мои вполне умелые увиливания, отработки меня настигли. Компания Алексы всегда была приятной, вот только Джулия, которая постоянно ходила с кислой миной вместо лица, портила абсолютно всё. На отработку нас отправили к Фарлею. Как я поняла со слов Ксиандры, которая притащила меня и мою соседку на отработку, он нас практически отвоёвывал у Ильдара. Причину такого поведения мы сначала и не поняли, а потом до нас дошло. — Вы жук!— произнесла я, вскинув руки вверх, когда мужчина поставил передо мной и Алексой ящик с пергаментами. — Я? Жук?— переспросил профессор, поправляя очки.— Забавное сравнение, но у меня не шесть конечностей. По строению... Не особо подхожу. Мисс Джулия, подойдите, для вас тоже есть...— он многозначительно кивнул на оставшиеся бумаги. Джулия с тихим и крайне недовольным бубнежом поднялась с места и подошла к столу. Сидели мы в тишине очень-очень долго, лишь шуршание и равномерный стук часов разбивали молчание. Атмосфера напряжённой мне не казалась, несмотря на надоедливую личность, которая постоянно кидала неодобрительные взгляды на меня и Алексу. Вскоре и я, и соседка вовсе расслабились, пока проверяли тесты студентов других групп. Мы спокойно переговаривались, смеялись над совершенно глупыми ошибками, а после виновато улыбались Фарлею, когда он поднимал на нас свой строгий взор. Работа оттого у нас и медленнее пошла, поэтому мы даже не закончили с половиной, пока Джулия закончила со своей стопкой и спокойно слиняла. Справедливости ради, у нас и стопка почти в три раза больше... — До отбоя тут сидеть будете?— поинтересовался Фарлей, перекладывая какие-то книги. — Пока не сдохнем,— шутливо ответила Алекса, ещё шире заулыбавшись.— Что за книжечки?— подруга немного приподнялась с деревянной массивной скамьи. — Те, которые нужно будет вернуть к декабрю месяцу,— не отвлекаясь, сказал мужчина.— Многие мне уже сейчас не нужны, а потом бегать туда-сюда мне не особо хочется. — А когда первые экзамены?— уточнила я. Фарлей оторвал взгляд от бумаг, скептически глядя на меня. Молчал он недолго, вскоре заговорил: — Я не имею права разглашать. Декабрь он и есть декабрь. Просто готовьтесь, девочки, и будет вам счастье. Ну и, конечно, не забывайте про книги. Я едва смогла сдержать нахлынувшие эмоции и сохранить спокойное лицо с лёгкой улыбкой. Книгу я пока что возвращать не собиралась, а теперь почему-то сомневаюсь, что буду делать это через Фарлея. Стоит ли, если Ксиандра — мой куратор, которому я доверяю в разы больше? Думаю, нет. — Лумиа, возьми на заметку и передай Даллану, что от ваших результатов зависит напрямую, будете ли вы продолжать обучение. — А? — Вы последние в списке. После экзаменов количество обучающихся сократится до шестидесяти. В ваших приоритетах потрудиться, чтобы оказаться в этом списке и перегнать студентов выше по рейтингу. Хорошее настроение тут же испарилось, словно его и не было. Я сдержанно кивнула, проверяя очередной пергамент. Алекса рядом со мной выглядела обеспокоенной, что было очень заметно. Она кидала тревожные взгляды то на меня, то на Фарлея. — А как Лу вообще оказалась в конце, если она учится...— произнесла Алекса.— Ну, нормально же. Профессор тяжело вздохнул, а после снял очки. Сказать честно, без них его лицо было видеть крайне непривычно. Выглядел он так... Взрослее, что ли. Странная ассоциация, пожалуй, но и ничего другого на ум не лезет. — Баллы на вступительных начисляются так, что абитуриент, который сдал письменный тест на ноль... В теории, при идеальном собеседовании имеет все шансы поступить. — Я не могла написать тест на ноль!— тут же возразила я.— Там же базовая история и... — Твою работу благополучно потеряли,— выпалил Фарлей, потирая лоб. — Что?!— вскочила с места я, склоняясь через свой стол к кафедре профессора.— То есть, я в списке последняя и рискую вылететь из-за любого своего неправильного чиха, потому что кто-то допустил оплошность? — Вини секретарей, представленных Его Величеством,— развёл руками Фарлей.— Они занимались этой... сортировкой. Айсель уже высказала королю всё, что думает о людях, которых он послал тогда. — А Даллан?— нервно засмеялась Алекса. — А он просто идиот,— пожал плечами Фарлей.— Наверное,— мужчина задумчиво посмотрел в окно, на небо, усыпанное бесконечным количеством звёзд.— Учится он сейчас тоже прилично, что посодействовало ужасному тесту, я не знаю. Я сидела, стараясь изо всех сил переварить информацию. За тест у меня, получается, круглый ноль. Как уже сказал профессор, при идеальном собеседовании можно поступить... Мои брови поползли вверх от удивления. Этот жук мне за устное выставил максималку, которую только мог? Обалдеть. Я пересмотрю своё мнение по поводу того, что он жучара. — То есть Лумию и Даллана гнобит половина студентов из-за какой-то херни?— уточнила Алекса. — Вас гнобят?— удивлённо произнёс Фарлей, тут же выпрямившись. — Не гнобят, подкольчики только. Аля утрирует. — Я очень на это надеюсь,— уже тише произнёс профессор, полностью возвращаясь к работе с каким-то особо задумчивым выражением лица. — Профессор Фарлей,— всё-таки произнесла я.— А что насчёт тех... слухов про Анору? — Продолжаются,— ответил он.— Очень активно, кто их распускает — непонятно. — Джулия?— предположила Алекса. Я и Фарлей синхронно повернули головы к ней. Без единого слова, но, кажется, взгляды наши оказались столь выразительны, что Аля невольно вжалась в спинку скамьи. — Эм... Ну она же змея и вправду. Постоянно лезет туда, куда не следует, позволяет себе оскорбления в сторону других студентов, в частности как раз Лумии и Аноры. Уж извините, профессор, за столь красочное сравнение,— произнесла подруга. В ответ мужчина лишь помотал головой, отмахиваясь, но слова Алексы явно крепко-накрепко засели у него в голове. Думаю, что над этой теорией он ещё подумает. А ведь это весьма логично. Кто конкретно мог подслушивать в тот день, неизвестно, но поведение Джулии, которая ранее не обращала внимания ни на меня, ни на Анору, но резко начала придираться после того дня, вызывает многочисленные вопросы. Теперь главное, чтобы это и вправду оказалась она, иначе идей у меня нет.