Глава первая: Зона комфорта

— Держится? Розововолосая женщина в облегающем комбинезоне с открытыми икрами обращалась к зелёному фиксику, перепаивающему детальки на печатной плате наверху. Девушку звали Мин. Ну, на самом деле её звали Минута, но никто её так не называл, кроме дедушки. — Да, — раздражённо ответил Макс, красивый широкоплечий фиксик с большими руками и веером ярко-зелёных волос. Ту женщину, которой этот красавец достанется, можно будет по праву считать настоящей счастливицей. — Так меня достал это ржавый паяльник, ты бы знала. У него постоянно носик грязный, сколько ни протирай! — ярко жестикулируя пожаловался он, тут же из-за своей неосторожности чуть не споткнувшись и не свалившись вниз с платы. — Макс, попроси новый, — Мин сложила руки на груди в раздражении. — Тебе даже не нужно ждать три недели, твой отец член со- Не успела она договорить, как прямо перед ней верху спрыгнул Макс. — Мин, я не ребёнок. И у «папуса» просить ничего не собираюсь. На слове «папус» голос Макса стал издевательским и карикатурным. Именно так своих любимых отцов называют маленькие фиксики. Так они называют фиксика, которому доверяют и рядом с которым чувствуют себя в безопасности. Ни один из этих критериев не описывал в должной мере отношения Макса и Крекки, а именно так по документам звали его отца, хоть сам Крекки своё имя не очень любил и предпочитал, что бы его звали «профессор». А ещё, кажется, ему как раз хотелось, что бы его сын звал его «папусом». Конечно, их отношения были намного лучше, чем до того как он… вернулся с космодрома, и Макс знал, что отец всё-таки правда его любит, но этого хватало лишь для поддержания нейтральных отношений. — Не ребёнок… — Мин ехидно усмехнулась и, обняв Макса за шею, поцеловала. Мужчина прижал её к себе обнимая за талию. — А почему ведёшь себя как мальчишка? — отстранившись, съязвила она. — Напиши мне список всего, что тебе нужно обновить, я подам заявление в гильдию. Ты ведь не только на паяльник жаловался, а мне всё равно нужен новый пылесос. Этот уже 10 лет отслужил, пора бы с ним проститься. Макс вновь прижал Мин к себе, под звонкий смех женщины уже целуя её в шею. Так как у Фиксиков не было никаких денежных отношений, соответственно магазинов, где можно было быстро и удобно обносить инвентарь, тоже не было. Очень многие вещи для собственного комфорта Фиксики либо учились делать сами, либо заводили связи с мастерами, которые были рады поделиться плодами своей любимой работы по дизайну одежды, книгопечатанию, украшениям для дома и многому другому. Но была и базовая продукция, которой должен был быть обеспечен каждый фиксик. Например, базовый набор одежды, помогатор и его наполнение. Этим маленьких работяг обеспечивала Гильдия Фиксиков. Точнее, её производственный отдел. На заводах обученными и сертифицированными профессионалами производились высокотехнологичные рюкзаки, в которые мог поместиться даже груз прошлого, комбинезоны, что маскировались вместе с хозяином, когда они превращались в винтик, а так же всевозможные высококачественные инструменты. Однако, конечно, чтобы просто так без какой либо платы получить то, что тебе нужно, сначала ты должен был заполнить кучу бумажек и ждать. Ждать, пока эти бумажки дойдут куда нужно, потом пока эти бумажки будут рассмотрены и обработаны. Потом — пока тебе таки соберут посылку со всем содержимым, и, наконец, пока она дойдёт до тебя. Обычно вся эта схема занимала от половины до целого месяца, в зависимости от того, где ты живёшь, какие погодные условия и есть ли нужные тебе инструменты на складе, или же придётся делать новую партию. У Макса же... Были связи, позволявшие сэкономить время. Однако пользоваться ими он не хотел. Он такой же фиксик, как и другие, и он будет ждать столько, сколько потребуется... Если Мин, конечно, оформит все бумажки... Макс постоянно путался в этой бюрократии. Однажды ему трижды отправляли его документы о заказе обратно с гневной подписью оформить всё как подобает и исправить ошибки в указанной информации. Тогда ему пришлось обходиться без десятка важных инструментов не три недели, а три месяца, пока Гильдия наконец не отправила их Максу, получив кое-как внятно оформленное заявление. А вот Мин в свою очередь отлично справлялась со всей бюрократией, Максу с ней очень повезло. Мин и Макс были в отношениях уже почти 5 лет, а всего пол года назад узаконили свои отношения. У пары не было пышной свадьбы, цветов, платья и сотен гостей. Фиксикам были чужды подобные человеческие ритуалы, по крайней мере большинству. Жизнь фиксика вертелась вокруг техники, которую он или она чинил, и многие этот смысл принимали. Кто-то видел в этом личное счастье и большего не желал, получая искреннее удовольствие от тихой жизни вдали от суеты человеческой и фиксиковской. Кто-то верил в это словно в идеологию, считая это предназначением и порой навязывая это тем, кто жизни подобной не желал. А кто-то смирился. Оставил свои амбиции и несбыточные мечты, а может даже разочаровался в них. Макс и Мин были из последней категории. Макс бросил свою мечту стать космонавтом. Пропущенный полёт подкосил его морально настолько сильно, что всё, что он мог сделать, так это послушаться своё подсознание и сделать на тот момент самое, по его мнению, логичное и безопасное — сбежать. Страх полёта, стыд, разочарование в себе, страх разочаровать, на тот момент, близких фиксиков, и стресс, вызванный проблемами в семье, вызвал настолько жестокий коктейль в его голове, что буквально перекрыл возможность рационально мыслить. Психика нашла подходящего виновника упущенной мечты — выходные. Из-за чего теперь Макс работал не покладая рук. Возвращаясь к этому с холодной головой, Макс пришёл к выводу, что, наверное, оно и к лучшему. Сейчас у него была спокойная жизнь, любимая жена и полный дом вечно ломающейся техники. Спокойная жизнь вместо риска умереть, сгорев заживо, задохнувшись или замёрзнув из-за очередного несчастного случая на космическом корабле. Мин же в свою очередь в молодости метила в учёные в области химии. Её диплом высшей квалификации и по сей день оставался гордостью. Каждый год она праздновала его получение. Однако учёной она не стала. Прямо в год её выпуска, как на зло, по всему обществу маленьких мастеров прокатились сотни ужасающих случаев массовых смертей и травм, в которых обвиняли химиков из гильдии фиксиков, более того и сами учёные из-за своих экспериментов помирали как мухи. Общество стало воспринимать их как безумцев, что готовы «во имя науки» положить на кон не только свою жизнь, но и жизни всех вокруг. Мин была не готова идти против общественного мнения с гордо поднятой головой. Университет, в котором она училась, называли "батальоном по подготовке убийц". Какое-то время Мин даже стеснялась своего образования, но продлилось это недолго. Всё-таки все те старания были достойны уважения и гордости. Эти истории сблизили Мин и Макса. Оба фиксика отказались от собственных амбиций, потому что поняли, что не готовы за них умирать, не готовы идти против себя или против общества. Возможно это было трусливым подходом, но именно по этому они были вместе. Кто мог лучше всего понять и утешить «труса» как не такой же «трус»? Порой нужно просто сдаться и жить лучшую жизни, не разбивая голову о стену. Мин была в этом убеждена, но Макс всё ещё печально и беспомощно хватался за свою мечту. Он жалел, но не мог начать всё заново. И женщину это ужасно расстраивало, если не бесило. Макс застрял в этом промежуточном состоянии, и это убивало его, но он старался об этом не думать. Со временем всё выправится. Время лечит.