Глава вторая: Любовь к телу

— Не кричи так громко, вдруг люди услышат, — игриво проворковала Мин, одной рукой удерживая лежавшего на спине мужа за челюсть, а другой проталкивая пальцы всё глубже внутрь него. Макс сдавленно замычал, стоило женщине вновь взять нужный курс движения. Его руки, что раза в два были больше рук Мин, обхватили её, прижимая к себе. Мужчина уткнулся носом в оголённую грудь жены. — Ах, Макс, прекрати, мне же щекотно! — рассмеялась Мин, тут же прикусывая губы: стоило Максу зажать собственное колено между её ног, дрожь пробила всё её тело. С влажным пошлым звуком Мин вытащила пальцы, заставляя Макса застонать, и сжала его член. — Стонешь как сучка, — усмехнулась она, вновь хватая мужчину за челюсть и прижимаясь к его губам в поцелуе. … Двое фиксиков лежали в постели абсолютно вымотанные, но довольные. Мин гладила спину Макса, что был на грани между сном и реальностью. Лежал он конечно на животе — после такого на спине не спят. Мин и Макс использовали такую необычную смену ролей как способ контрацепции. Конечно, они совсем не сразу к этому пришли, до этого занимаясь вполне привычным сексом с проникновением, где мужчина сверху, а женщина снизу (конечно тогда, когда у них было время и силы на настолько основательный процесс), просто Макс успевал вытаскивать. Чудом, при таком кустарном методе предохранения, Мин до сих пол была бездетна, и именно она, и её осознанная часть, решили перестать испытывать судьбу. А Макс так удачно оказался совсем не против. Возможно с этим как-то был связал его гомосексуальный опыт. О нём, правда, Макс совсем не хотел рассказывать. А Мин спрашивала неоднократно, всё никак не могла унять своего любопытства. В России конца девяностых «друг-гей» был настоящим редким зверем, мало кто хотел распространяться о любом «не натуральном» опыте, пусть и фиксики в этом плане были намного, намного более лояльны чем люди. Всё же это казалось чем-то… экзотическим, несерьёзным. Мало кто мог адекватно представить себе пожилую женатую пару состоящую из двух мужчин или двух женщин. Мало кто вообще воспринимал такие связи как что-то большее, чем сексуальный опыт. Конечно, это было лучше ненависти, которой славились люди, но всё же никому не нравится, когда его чувства не отказываются воспринимать всерьез. Мин легла головой на спину мужа, поглаживая костяшки его пальцев. Руки Макса были ужасно сухие, некоторые пальцы даже кровоточили. Перчатки "без пальцев" пальцы, очевидно, не защищали. Женщина приподнялась с постели и подтянула к себе помогатор за лямку, затаскивая его на кровать. — Ты чего? Сонный Макс, поворачиваясь в сторону жены, протёр глаза. — Лежи, — приказала она, доставая из алюминиевого рюкзака аптечку и крем для рук. Макс не стал спорить, а Мин принялась обрабатывать и заклеивать случайные порезы на руках мужа, попутно обрекая несчастную мазь на задачу максимум, в виде огрубевших мужских рук. Мин абсолютно справедливо можно было позавидовать. Макс был настоящей влажной фантазией для всех женщин её поколения. Большой, широкоплечий, накаченный и высокий — именно такой стандарт красоты был эталоном для девочек-фиксиков, переживавших пубертат в середине 80х. А ведь Макс был ещё и крайне модного, на тот момент, цвета. Звучит, конечно, странно, но для фиксиков было нормой иметь вкус на цвет потенциального партнёра. Тогда молодых тянуло к ярким фруктовым цветам, они использовали косметику и красили волосы, стараясь добавить больше «живости» своей внешности. А Макс и без всего этого напоминал яблочное желе. А ещё у Макса была красивая, мягкая, пышная грудь, которая Мин уж очень нравилась. А ещё ягодицы, бёдра, спина… в общем, Макс был очень мягкий при всей своей мышечной массе. А ещё у него был, между прочим удивительно симпатичный, здоровенный толстый хе- — Мин, ну хватит, ложись спать! — заныл мужчина, сгребая жену в охапку и заваливая рядом с собой на кровать под её возмущённые возгласы. — Ладно, завтра с тобой разберусь, — уступила Мин. Макс прижал её к себе, утыкаясь носом в её грудь. Не только Мин повезло с Максом, но и Максу с Мин. У женщины была красивая фигура с пышными бёдрами и большой грудью, аккуратные черты лица и длинные розовые волосы, закрученные в спираль наверх. Оба они были настоящими эталонами красоты своего поколения. Яркая, самоуверенная фигуристая девушка с безупречным ощущением моды и чувством стиля приковывала взгляды в любой компании. Самая красивая женщина, которую Макс когда либо видел, словно настоящая живая роза. От неё всегда пахло хорошими духами и косметикой, и вся она была будто из шёлка. Макс принялся целовать грудь Мин, двигаясь выше к шее. — Эй, ты же сам сказал, что пора спать! — женщина усмехнулась, но отстраняться не стала, наоборот слегка запрокидывая голову. — Я передумал, не люблю засыпать с ощущением незаконченной работы, — бросил Макс, спускаясь к её бёдрам и целуя низ живота, прокладывая дорожку вниз. — Что за привычка у тебя напрашиваться на сверхуроч- АХ, МАКС! В общем, Мин и Макс идеально подходили под описание «красивой пары». Крупный и сильный красавчик и миниатюрная фигуристая красавица. Ни у кого и вопросов не могло возникнуть, как они сошлись.