Волан-де-морт

На следующий день были похороны. Сириус пришел только из-за просьбы Джеймса и Лили, которым до сих пор нельзя было выходить из дома. Блэк все время стоял с каменным лицом — так же, как и Камилла Бёрк. У Луизы по щекам текли слезы, ведь она потеряла кузину... Сириус ничего не заподозрил, потому что Ванесса осталась с эльфом-домовиком Бёрков. — Луи, — после похорон подошел к Майерс Блэк, — ты как? Луиза взглянула на него полными слез глазами: — Бабушка, ты иди, я догоню, все равно до дома недалеко. Камилла взглянула на внучку, но все же пошла к поместью, которое находилось вообще неподалеку. — Не знаешь, что хотела мне Изабелла сказать? — прямо спросил он. Луи взглянула на него и, вспомнив наставления миссис Бёрк не говорить никому, кто отец Нессы, решила не открывать Блэку правды. — Накричать, — пожала плечами девочка. — Потому что ты болван, так как она узнала, что ты притворялся опечаленным, когда услышал о смерти Реджа. А ведь и правда: Изабелла еще при жизни знала об этом и планировала, как только расскажет о дочери, накричать на него за это. Сириус вздрогнул от ее слов, будто от пощечины. Он закрыл глаза, и на его лице проступила глубокая горечь. Теперь он был точно уверен, что Иза возненавидела его перед смертью, и это знание будет выжигать его изнутри. — Ясно, — глухо бросил он, поднимая воротник пальто от холодного ветра. — Спасибо, Луи. Береги себя. — Блэк, — кинула она ему вслед, — Римус не шпион... И не верь всем, кому сейчас веришь, — с этими словами она развернулась и ушла. Сириус замер и резко повернулся: — Луи, ты о чем?! — О том, что ты слишком доверчивый. 31 октября. Годрикова впадина Лили и Джеймс Поттеры сидели на втором этаже и пытались уложить Гарри спать, который вообще этого не хотел. Тут в дверь постучали. — Пойду открою, — сказал Джеймс. — Это, наверное, Хвостик, заодно палочки из гостиной заберу. Сохатый, весело улыбаясь, поцеловал сына в лобик и спокойно спустился по деревянной лестнице вниз. Он подошел к входной двери, протянул руку к щеколде, абсолютно уверенный, что за ней стоит его друг... Открыв дверь, он увидел лицо, которое еще было похоже на человеческое, но в то же время приобретало змеиные черты. На пороге стоял — Лорд Волан-де-Морт. — Лили, бери Гарри и беги! — крикнул Джеймс. — Это он! Я задержу его! — Авада Кедавра! — выкрикнул Волан-де-Морт. Зеленый луч заклятия врезался Джеймсу в грудь, тем самым оглушив его, но не убив. Лорд переступил через мужчину, даже не проверив, умер ли тот, и пошел на второй этаж. Лили закрыла собой Гарри. — Отойди, глупая девчонка, — приказал Волан-де-Морт. — Прошу, только не Гарри! — умоляла Лили. — Убейте меня, но Гарри не трогайте! Волан-де-Морт приказал еще трижды, но она не отошла. — Авада Кедавра! Снова выкрикнул он и оглушил Лили. Он наклонился к Гарри с холодной усмешкой, а в его змеиных глазах читался триумф. Лорд поднял палочку, на его лице застыла торжествующая улыбка. Гарри смотрел на него большими зелеными глазами. Волан-де-Морт произнес заклятие... Но случилось то, чего он не ожидал — заклятие отрикошетило прямо в него. У Гарри на лбу появился шрам, напоминавший молнию. Сириус примчался к them на рассвете. Поттеры начали приходить в себя, но Сириус, злой на Петтигрю, побежал искать его. На улице Блэк настиг Хвоста, который тут же взорвал улицу и убил себя и еще двенадцать маглов, подстроив все так, будто это сделал Сириус. В тот же день газеты кричали:

Падение Того-Кого-Нельзя-Называть

Сегодня, первого ноября, стало известно о падении Того-Кого-Нельзя-Называть после его нападения на дом, в котором скрывались Джеймс и Лили Поттеры вместе со своим сыном Гарри Поттером.

Из наших источников известно, что Тот-Кто-Нельзя-Называть исчез, а возможно, и погиб после нападения именно на Поттера-младшего.

Третье ноября Сегодня газеты кричали уже о другом — о том, что остальных Пожирателей смерти поймали, и о том, что Долгопупсов пытали, но самая страшная новость была на первой полосе:

Сириуса Блэка приговорили к пожизненному заключению в Азкабане

Второго ноября Сириуса Блэка приговорили к пожизненному заключению в Азкабане. Причиной стало то, что он убил своего однокурсника и друга Питера Петтигрю, которого посмертно наградили орденом Мерлина первой степени, и двенадцать маглов. Его друзья Джеймс и Лили Поттеры, которые недавно вместе со своим сыном Гарри чудом выжили, уверяют, что Сириус Блэк не был их Хранителем, но в то же время он был единственным, кто знал о том, что Питер Петтигрю на самом деле Хранитель. Так что, вероятно, он мог сдать Тому-Кого-Нельзя-Называть, кто был Хранителем на самом деле. Поэтому бедному Питеру, возможно, не по своей воле пришлось рассказать адрес Поттеров.

Джеймс и Лили, которые отлично знали Блэка, понимали, что он на такое действительно был способен еще на шестом курсе, не то что сейчас. Нессу воспитывала Камилла Бёрк, а Луиза через несколько лет пошла в Хогвартс... Со временем об Изабелле Лестрейндж — той самой доброй слизеринке, которая дружила с теперь уже мертвыми Эмили Нотт, Регулусом Блэком, Эваном Розье, Барти Краучем-младшим, Марлин Маккиннон, Пандорой Розье, Питером Петтигрю, которые почти все склонили головы перед Волан-де-Мортом и приняли метки на свои предплечья... Ну и ныне живыми Лили Поттер, Джеймсом Поттером, Элис Долгопупс, Римусом Люпином и Северусом Снейпом... Все забыли, как даже под угрозой Круциатуса она не сломалась, а продолжила дружить с предателями крови, полукровками и маглорожденными. Забыли, как она смеялась с друзьями на уроках, забыли о том, что она как никто другой могла развеселить или, наоборот, выбесить. Даже о ее отношениях с Сириусом Блэком забыли... Об их ссорах, скандалах и редких моментах покоя... О том, как она разыгрывала, не спала перед экзаменами, плакала, смеялась, кричала, злилась... Обо всем, что было связано с ней, просто забыли! Вычеркнули из истории! Даже то, как в свои неполные восемь лет притворялась, будто плачет... Как тогда же перед Рождеством у Блэков выбрала Сириусу мантию из зеленого бархата, а себе бордовое платье, говоря, что «это цвет запекшейся крови». Все забыли... Все... Все всё забыли! Время идет, снег на могиле Изабеллы тает и снова выпадает, а магический мир живет дальше, переворачивая страницу. Но тайны не умирают насовсем. Они просто ждут своего часа в дневниках, старых мантиях и в глазах маленькой девочки, которая так похожа на своих родителей.