3. Капитан Никто

Чонгук заметил Джиин ещё на полпути до своего дома. Девчонка преследовала его от самой школы, прячась за углами зданий, деревьями и в местах скопления людей. А после неожиданной встречи со своими дорогими одноклассниками как раз на начальном этапе своего пути домой, Чонгук взял в привычку чаще оборачиваться назад. Парень поджимал губы и стискивал зубы, не злясь на влюблённую девчонку, но однозначно раздражаясь из-за её настойчивости. Он думал, ей надоест или в конце концов она испугается такого большого расстояния, но Джиин впечатляла. Не в хорошем смысле, разумеется. Если бы не эта милая сталкерша, Чонгук по-прежнему бы увязал в расслабляющий мыслях о приблизившихся вплотную каникулах. Несмотря на дополнительные по нескольким дисциплинам и план по самостоятельному изучению, у парня всё равно оставалось время на самого себя. Он старался не думать о будущем. Будущем, где вся его жизнь проходила в бесконечной карусели одинаковых дней, культурных улыбках сквозь зубы, низких поклонах в тесных неудобных костюмах, да сражениях с коллегами. Если думать об этом, то приближающиеся каникулы можно считать чуть ли не последним сладким временем на его пути. Тем не менее Чонгук был человеком позитивным и оптимистичным, несмотря на то, какая бы жопа не происходила в его жизни. А нудное, но обеспеченное существование среди офисного планктона конечно удручало его, но едва ли могло напугать. Он верил, что проплешины в серой будничной рутине будут при любом раскладе. Игнорирование навязчивого внимания к себе было лучшим вариантом для Чонгука, ведь он всеми путями избегал конфликтов. Но кажется, что неприятности просто продолжали следовать по его стопам, дожидаясь, когда парень вдруг споткнётся на лёгкой неровности, чтобы догнать. К чему привело игнорирование Тэона с его компанией? К тому, что те с ещё большим рвением пытались его достать. К чему привело игнорирование любовных записочек Джиин? К тому, что девчонка подалась в сталкеры. Пора было уже признать, что план Чонгука не работал. Нужен был другой. До дома оставалось совсем немного, но парень не хотел, чтобы девушка узнала, где именно он живёт. Потому стоило ему лишь завернуть за угол, как он с лёгкостью нырнул в нишу у входа в круглосуточный магазинчик, скрытую за вечнозелёным деревцем, растущим в бетонном вазоне. Притихнув, Чонгук прислушался к доносившийся тихим шагам одноклассницы. И вот, она наконец-то прошла мимо него, сделала ещё пару торопливых шагов и растерянно остановилась. Конечно же она осознавала, что Чонгук не мог так быстро преодолеть расстояние до конца улицы точно так же, как не мог перебежать дорогу в этом месте, чтобы скрыться в домах напротив. — Ли Джиин, — отчётливо произнёс Чонгук, выходя из укрытия и опережая мыслительный процесс девушки. Она обернулась, сжимая пальцы в маленькие кулачки и смотря с некой долей вины, словно маленький, но смелый котёнок. Чонгук невольно засмотрелся, неторопливо подходя к ней ближе. Он был на добрую голову выше неё и не отказывал себе смотреть с некой насмешкой в уголках глаз. — Зачем ты шла за мной? — спросил он, тщательно контролируя холод в своём голосе. — Прости, — первым делом она извинилась, — я просто хотела узнать тебя ближе. Ничего необычного и ничего из того, что Чонгук бы не понимал самостоятельно. Конечно же, она просто жаждала его внимания, хотела заполучить желаемое, хоть это и шло немного вразрез с её гордостью. — А тебе не показалось, что я бы этого не хотел? — спросил Чонгук. Неуверенная улыбка Джиин померкла. — Разве я давал повод? Хоть раз ответил на твои записки? — Я думала, это из-за ребят… — проговорила она, ощущая себя глупой. Лицо залило краской. — Ты симпатичная, Ли Джиин, — сказал Чонгук внезапно, но тоном, не предвещавшим ничего хорошего. — Но мне не интересна. Он соврал, однако так было нужно. Девушка опустила взгляд и заморгала. Сердце её билось так сильно, будто готовилось пробить грудную клетку. — Я не хотел говорить тебе это, но ты сама меня вынудила, — приглушённый голос Чонгука выбивал почву из-под её ног. Она готова была провалиться сквозь землю от стыда и унижения. Глаза парня прожигали её насквозь, словно издевались над девичьими чувствами и наказывали её за них. — Чонгук?.. Госпожа Чон, вышедшая на улицу, чтобы протереть окна лавки, заметила сына. Джиин тоже обернулась на её голос, радуясь, что взгляд парня сменил фокус с неё на женщину. — Неужели, — улыбаясь, отозвалась она и подошла ближе, — вы учитесь в одной школе? — спросила госпожа Чон больше у самой Джиин, чем у Чонгука. Девушка мелко покивала. — Пойдёмте, я напою вас чаем, — предложила она и тут же добавила, обращаясь конкретно к недовольному лицу сына: — Не волнуйся, отца сейчас нет дома. — Нет, мам, — тут же отрезал Чонгук. — Джиин уже нужно идти домой. Взгляд его резанул по лицу девушки. — Д-да, Чонгук прав. До свидания, — она суетливо поклонилась госпоже Чон, после чего торопливо развернулась и поспешила назад. Женщина осуждающе вздохнула, смотря на то, как небольшой рюкзачок мелко прыгал по спине быстро удаляющейся Джиин. Чонгук же без сожалений направился домой.

***

На следующий день в классе царило непривычное затишье. Ли Джиин отстранённо смотрела в окно и прилежно работала на уроках. Каждый заметил, что её кокетливая вёрткость куда-то исчезла. И судя по тому, как она избегала смотреть на Чонгука, чем вдоволь одаривала его раньше, стало ясно, где находился корень проблемы. Тем не менее девушка избегала говорить на эту тему и только отрицательно крутила головой и повторяла, что всё в порядке. Ом Тэон и его компания на удивление мало уделяли внимание Чонгуку, тем не менее неизменно пялились на него и провожали взглядами в коридоре. Несмотря на это, Чонгук не позволял себе расслабиться вплоть до конца учебного дня. Последняя тренировка сборной баскетбольной Sandman high school медленно приближалась к своему завершению. Ребята выкладывались по полной, заполняя зал скрипом кроссовок о пол, тяжёлым дыханием и стуком мяча. Дверь была распахнута настежь как и множество окон, потому приятный ветерок гулял внутри, обдувая разгорячённые взмокшие тела. Чонгук чувствовал как мышцы его ног приятно ныли после множества прыжков, бега и приседаний. Он потратил приличный запас сил, но парень обожал это ощущение опустошения. Намного лучше чем бесконечно просиживать время за столом, разминая затёкшие плечи, шею и ноги. Чонгук всегда был непоседливым и энергичным, потому физическая активность являлась для него настоящей необходимостью. Находясь с краю боковой линии и спиной к зажимающему его сопернику, Чонгук отбил мяч о пол и бросил быстрый оценивающий взгляд в сторону. Защитник вытянул руки, мешая ему переместиться и пасовать товарищу по команде. Тем не менее Чонгук уловил взглядом нужную фигуру, занявшую позицию, о которой они говорили перед игрой. Целью сегодняшнего дня была отработка разных тактик. Именно поэтому найдя глазами нужное лицо, Чонгук принялся действовать — отступил назад, оттесняя соперника и выигрывая больше места для манёвра, менял позицию, кружась и перемещаясь ближе к середине поля, после чего развернулся к защитнику лицом и осуществил пас через спину. Несмотря на помеху со стороны противников, младшему игроку таки удалось перехватить мяч. Один удар о пол, один широкий шаг, прыжок, и мяч плавно вошёл в корзину, даже не скользнув по её ребру. — Отлично! — похвалил запыхавшийся Чонгук. — Отличная игра, ребята, — обратился уже ко всем, ведь каждый из двух команд являлся единой сборной. А уж кто из них будет выступать на соревнованиях в качестве игрока, а кто останется на лавке запасных, решали тренер и капитан. Несколько парней, что находились рядом, подбадривающе похлопали Чонгука по спине. — Тренировка окончена, — объявил он, глядя на то, как тренер поднимался со своего места и неторопливо направился к нему. Следовало поговорить с тренером Чё перед тем, как пойти следом за остальными ребятами в раздевалку. Хубэ, зная о своих обязанностях, суетливо принялись убирать мячи, что они использовали для отработки бросков и манёвров, обратно в подсобку, другие сразу же поспешили в раздевалку, чтобы быстро принять холодный душ и отправиться домой. Чонгук, поставив руки в бока, стоял рядом с тренером, пока тот указывал на определённые места на площадке и комментировал сегодняшнюю игру. Он предлагал задействовать одного новенького, несмотря на то, что парень пока не особо умел работать в команде, геройствовал, пытаясь прорваться к корзине противника самостоятельно и игнорируя наставления старших. К тому моменту как Чонгук и тренер Чё закончили разговор, в раздевалке осталась всего пара-тройка парней. Они уже приняли душ и неторопливо переодевались в форму, переговариваясь между собой, подшучивая и делясь планами на приближающиеся каникулы. — Эй, Чонгук, — позвал капитана один из парней, — мы тут обсуждали, что… было бы круто встретиться как-нибудь в городе и провести время вместе. Что скажешь? Чонгук застыл у своего шкафчика, устало, но с добродушной улыбкой смотря на парней. — Если таки решитесь, я за. Звоните, — кивнул он. У него, как у капитана, попросту не было возможности отказаться, ведь он являлся связующим звеном для всей команды. А всё, что так или иначе выделяло его из общей массы учеников, интересовало Чонгука. — Тогда до завтра! — пожелал один из парней, закидывая рюкзак за спину. — Пока. — Удачи! Скинув с себя футболку, Чонгук остался в облегающей спортивной водолазке с шортами, после чего направился к душевым кабинкам. — Кто-нибудь может мне сказать, почему в такую адскую жару он продолжает пялить на себя эту кофту? — полу шепотом спросил один из парней у других. Оглянувшись, те пожали плечами, один за другим покидая раздевалку. Чонгук остался один и, несмотря на это, снял с себя водолазку уже будучи внутри душевой кабины. Татуировку не должен видеть никто. Открыв кран, он встал под расслабляющие струи прохладной воды и на пару минут просто наслаждался, застыв на месте и чувствуя, как его разгорячённое тело остывало. Душ после спортивной секции — ещё одна привилегия элиты, ведь в других высших школах подобной роскоши попросту не имелось. Обтеревшись насухо, Чонгук вышел из кабинки уже в нижнем белье. Скрипнув дверцей шкафчика, выудил оттуда свою одежду и принялся быстро одеваться. На ногах уже красовались натёртые туфли и брюки. Парень надел белую майку и уже взялся за рубашку, как звук чьего-то крадущегося шага за спиной заставил резко обернуться. В этот же миг прямо в его лицо устремился ствол бейсбольной дубинки. Чонгук сам не знал, каким образом успел отреагировать и защитить себя от удара. Дубинка, по всей видимости взятая из открытой подсобки со спортивным инвентарём, встретилась с его выставленным предплечьем. Было адски больно, ведь нападающий приложил немало усилий в замах. Из-за шока Чонгук не сразу осознал, кто стоял перед ним, кто тот безумец, что пытался травмировать его настолько сильно? Ом Тэон. Не мог же он так надеяться на его реакцию? Конечно же нет. Неужто парень и правда хотел его серьёзно покалечить?! Чон мгновенно встал на полусогнутые и выставил руки в защиту. Отточенные до автоматизма действия за многие годы профессиональных и любительских драк сегодня чудом сохранили ему нос и зубы. Пока что… — Прекращай это, — наставительным низким тоном сказал ему Чонгук, боковым зрением замечая, как из-за ряда шкафчиков выплывали новые фигуры учеников. Рукава их были закатаны, галстуки сняты, рубашки слегка расстёгнуты. Сегодня компания недругов Чонгука не собиралась много болтать. Их было больше обычного и они были настроены решительно. — Мы только хотели оставить напоминание. Чтобы ты помнил о нас каждый долбаный день каникул, — проговорил один из парней. — Как бы не пожалели потом, — отозвался Чонгук, зная, что его слова всё равно не дойдут до адресата. Ситуация оказалась по-настоящему опасной. Выход из раздевалки был закрытым, противников — больше, чем Чонгук сумел бы отбить, а их настрой — явно серьёзным. Целым уйти отсюда ему никак не удастся. Проследив за сосредоточенным взглядом Чонгука в сторону единственной двери, ведущей на выход, парни принялись посмеиваться. А он, воспользовавшись их минутным отвлечением, рванул вперёд, в самую гущу противников. Двоих оттолкнул, глухими ударами ладоней в грудь, третьего подсёк ногой под коленкой, сбивая с равновесия. Но дальше пробиться не вышло — внезапность утратила свою силу спустя несколько секунд. И пусть парни не выглядели, как отъявленные бойцы, сил у них тоже было немало. Кто-то вцепился в рукав чонгуковой рубашки, но тот ловко из неё выскользнул, поскольку так и не застегнулся. Кто-то попытался сбить с ног, но Чонгук лишь оступился, увернулся от одного удара, метившего в челюсть, но попал на другой, угодивший прямо в живот. Удары сыпались отовсюду, а он лишь пытался выиграть время, незаметно для остальных продвигаясь к заветной двери и уворачиваясь, насколько это было возможно. Чонгук не чувствовал сильной боли, благодаря выбросу адреналина и напрягшимся мышцам. Он по-прежнему избегал наносить удары и, следуя своим правилам, выставлял руки в защиту. И вот, выудив удачный момент, Чон сделал ложный выпад в одну сторону, но быстро перенаправился в другую, приседая и выскальзывая наружу из плотного кольца людей, окруживших его. — В сторону! — раздался рычащий голос Тэона, всё это время смотрящего со стороны и не выпускавшего биту из рук. Размахнувшись, парень рванул на Чонгука. Конец биты пронёсся в считанных миллиметрах от груди Чона. Он отступал, пристально следя за противником. — Это слишком Тэон, убери биту, — серьёзно обратился к нему запыхавшийся Чонгук. — Наш молчаливый принц сегодня слишком разговорчив, не заметили? — приподняв брови, выдохнул он, после чего сделал новый замах и попытался ударить Чона в бок. Казалось, парень настолько обезумел от собственной власти, что не осознавал, сколько силы вкладывал в замах. Не контролировал себя и попросту размахивал битой со всей дури. Вот-вот она могла запросто выскользнуть из рук или зацепит кого-то из товарищей, но Ом Тэона сейчас это мало заботило. Кажется даже на лицах некоторых присутствующих парней читался лёгкий испуг, ведь не заметить, что их друга прилично понесло, было трудно. При попытке снова отступить Чонгук напоролся на одного из парней. Тот вытолкнул его вперёд, и бита попала по боку Чонгука. Благо не в рёбра, а ниже, по мышцам. Тем не менее, Чон устоять не смог, завалился на колени и встал на четвереньки, пока окружающие насмешливо ликовали. Следующий удар пришёлся по бедру. Тэон не дал ему подняться. Закинул биту на плечо и с довольной улыбкой обошёл поверженного выскочку вокруг. Сюда или сюда? — будто спрашивал он у самого себя, примеряясь битой к завалившемуся на бок Чонгука. Он шипел сквозь зубы, продолжая сверлить взглядом Тэона. Посчитав вдруг колено лучшей целью для следующего удара, парень занёс биту и обрушил её, однако Чонгук успел сгруппироваться и выставить руку, встречаясь ладонью со стволом. Он крепко вцепился за конец биты и неожидавший такого выпада Тэон, внезапно остался без «оружия». — Бейте его! — процедил сквозь зубы один из парней, и всё их скопище разом на него набросилось. Чонгук только и успел что свернуться калачиком, закрыв голову руками и живот коленями. Удары сыпались один за другим по всему его телу и, казалось, этому не будет конца. Но вот, сквозь образовавшуюся пелену в ушах он услышал, как те начали говорить. Удары быстро стихли и парни расступились, оставляя его в покое. Кто-то из них посчитал, что этого Чонгуку будет достаточно. Кто-то бросил поучительную брань в сторону избитого, но ему в этот момент было так всё равно на их мотивы, да и вообще на всё… Помещение раздевалок опустело и погрузилось в тишину. Было слышно лишь как капала вода из плохо закрученного крана в одной из душевых. Пролежав так несколько десятков минут, Чонгук собрался с силами и подполз ближе к скамейке, шипя от боли, которая наконец-то вовсю давала о себе знать. Он сел на пол, опираясь о сидение, и некоторое время ещё продолжал просто пялиться на дверь. Чонгук часто получал в драках, но ещё никогда его не били настолько сильно и беспощадно. Это не был равный бой, ради удовольствия и опыта. Это было тупое избиение одного человека целой толпой поехавших богатых ублюдков. Кряхтя, Чонгук поднялся на ноги, чувствуя, как в груди неумолимо разрасталась дикая злоба. Вот-вот разорвёт его изнутри. Он сжал кулаки до боли в пальцах, но этого было мало, глаза застилала пелена. Вот к чему привели его правила и осторожность. Зарычав, Чонгук развернулся и со всей силы ударил ногой в ряд шкафчиков. Дверца одной смялась и весь ряд пошатнулся, но не упал. Скрипнув зубами, парень принялся лупить кулаками по металлической поверхности снова и снова, до тех пор, пока желание убивать не иссякло. Это был конец его терпению. Всё, баста. Пусть он провалится сквозь землю, если позволит хоть разок взглянуть на себя с пренебрежением! Подняв с пола рубашку, он набросил её на себя да кое-как застегнул, не заправляясь. Рывком схватив собственный рюкзак, Чонгук стремительно, насколько хватало его сил, вышел из раздевалки и направился домой, где отец ещё скажет пару ласковых слов, касательно его внешнего вида.

***

Следующий утром Чонгук вошёл в школу уже совсем другим человеком. Он снова вычистил свою форму до блеска, уложил волосы, обработал разбитую губу и заклеил телесного цвета пластырем, что дала ему мама, гематому на скуле. Никто и не догадывался, что под застёгнутой белоснежной рубашкой и аккуратно завязанным галстуком Чонгук был сплошь испещрён ссадинами и синяками. Тело ныло от боли при движении, подстёгивая его внутреннюю злость, напоминая о том, что больше никогда желание выбраться из нищеты не будет стоять выше его достоинства. Ученики и раньше часто провожали его взглядами, но сегодня они были какими-то другими. Будто каждый учащийся знал, что именно произошло вчерашним днём в раздевалке для мальчиков. Чонгук больше не игнорировал внимание к своей персоне, и каждый человек по пути ловил на себе тяжесть его взгляда. Одного этого было достаточно, чтобы напугать их. Ученики расступались в стороны, опасаясь случайно столкнуться с ним плечами, и отводили глаза, не готовые выдерживать такое давление. Даже те, кто был с ним в хороших отношениях, поджимали хвосты, боясь открыть рот и просто поздороваться. Последний день перед каникулами обещал быть интереснее предыдущего. Войдя в класс, Чонгук окинул его взглядом. Повисла тишина, как только его заметили. Ли Джиин открыто его рассматривала, широко распахнув свои красивые глаза. Компания Ом Тэона, рассеянная по классу, переглядывались друг с другом. Что-то во внешнем виде Чонгука предупреждало их не лезть, отпугивало, ошеломляя неконтролируемой внутренней дрожью. Они сами не могли понять, почему дерзость, припасённая ими на это утро персонально для Чонгука, сейчас трусливо забилась в глотке. — Встал с моего места, — низким тоном проговорил Чонгук, обращаясь к Тэону, вальяжно рассевшемуся за его столом у стены. Гонор избитого им вчера парня сбивал с ног, но Тэон был всегда тупее остальных своих друзей. У них хотя бы имелась частичка проницательности, раз те застыли на месте и проглотили языки. — Неужели, — начал Тэон свою ироничную речь в привычном гнусавом тоне, — захотел добавки? Он поднялся, вставая лицом к лицу с Чон Чонгуком и нагло приподнимая одну бровь. Привык, что он никогда не отвечал, никогда не нападал, опасаясь отчисления из школы. Не меняясь в лице, Чонгук быстрым движением приподнял руки и толкнул Тэона в грудь. Да с такой силой, что парень отлетел пару метров назад и до самой первой парты пятился задом наперёд, пытаясь вновь обрести равновесие. Но так его и не вернув, завалился назад и стукнулся головой о дальнюю стену. Чонгук пронаблюдал за его полётом с безмятежным выражением лица, после чего пренебрежительно хмыкнул и сел за парту, но уже не так, как прилежный ученик, а как тот, кто собирался взять бразды правления школой на самого себя. Раскрасневшийся Тэон неловко уселся на задницу и, чувствуя на себе множество взглядов, пробормотал что-то многообещающее совершенно писклявым обиженным голоском. Конечно, этот урод так просто не успокоится, но Чонгук уже изменил своим правилам и дальше придерживаться их не собирался.