Часть 3. Имя, стертое из памяти.

Утро встретило Катрин не бодростью, а ощущением, будто её тело набили мокрым песком. Она проснулась в той же позе, в которой забилась в угол кровати, не выключив свет. Глаза жгло, а в голове эхом всё еще перекатывался его голос: «Вечность не любит ждать». Она быстро собралась, стараясь не смотреть в сторону накрытого зеркала. Ей нужно было в университет. Нужно было увидеть Астера в его привычном, человеческом облике — в поношенном свитере, с вечной кипой бумаг в руках. Ей нужно было убедиться, что он просто человек, а всё остальное — плод её воспаленного воображения. В стенах университета: Когда Катрин вошла в аудиторию, она первым же делом посмотрела на третью парту у окна. Там всегда сидел он, тихо перелистывая страницы учебников. Но парта была пуста. Более того, за ней сидел совершенно другой студент, который развалился так, будто это место всегда принадлежало ему. Весь первый поток Катрин не могла сосредоточиться. На перерыве она подошла к старосте группы: — Слушай, а где Астер? Он заболел? Староста нахмурилась, отрываясь от телефона: — Кто? Астер? Катрин, ты о чем? У нас в группе нет никого с таким именем. Холод прошел по спине Катрин. — Как это нет? Темные волосы, всегда сидит у окна, аспирант, помогает профессору... Мы же вместе сдавали зачет в прошлом месяце! — Послушай, — староста посмотрела на неё с явным беспокойством, — у нас нет аспирантов с таким именем. И на третьей парте всегда сидит Макс. Тебе плохо? Ты бледная какая-то. Катрин не сдавалась. Она дождалась окончания лекции и подошла к профессору, у которого Астер, как она помнила, числился помощником. — Профессор, извините, я ищу Астера. Мне нужно передать ему документы по практике. Старик поднял глаза поверх очков и устало вздохнул: — Деточка, о ком вы говорите? Моего ассистента зовут Дмитрий, и он сейчас в архиве. Никакого Астера я не знаю и никогда не знал. Проверьте списки на кафедре, возможно, вы ошиблись дверью. Катрин вышла в коридор, прислонившись спиной к холодной стене. Мир вокруг начал казаться декорацией. Люди проходили мимо, смеялись, обсуждали планы, а она стояла в центре этого живого города, понимая, что один человек просто... испарился. Словно его никогда не существовало в документах, в памяти, в самой ткани реальности. Весь вечер Катрин провела в лихорадочном поиске. Она просматривала общие фото группы — на месте, где должен был стоять Астер, было лишь размытое пятно или просто пустое пространство. Его имя исчезло из её телефонной книги. Его профиль в соцсетях выдавал ошибку «страница не существует». Её трясло. В какой-то момент, изможденная страхом и неизвестностью, она сама не заметила, как доползла до кровати. Она боялась засыпать, но сон теперь был не отдыхом, а ловушкой, которая захлопнулась, стоило ей сомкнуть веки. Она не проснулась — она просто «включилась». Катрин снова ощутила под собой не мягкий матрас, а жесткую, ледяную поверхность. Воздух мгновенно сменился с душного комнатного на обжигающе морозный, пахнущий той самой мятой и пустотой. Она открыла глаза и увидела над собой не потолок, а бескрайнее небо, затянутое фиолетовыми всполохами. Она лежала на огромном ложе, которое казалось высеченным из цельного куска обсидиана. Вокруг возвышались колонны, уходящие высоко в темноту, а за ними слышался шепот тысяч голосов, сливающихся в один монотонный гул. Катрин резко села, обхватив плечи руками. Её одежда сменилась на тонкое, почти невесомое платье, которое совсем не грело. — Ты искала меня в том мире? — голос Астера прозвучал совсем рядом, заставив её вздрогнуть. Он сидел в ногах её ложа, расслабленно откинувшись назад. В этом мире он выглядел еще более величественно и пугающе. Тьма вокруг него словно пульсировала в такт его дыханию. — Тебя там нет... — прошептала она, глядя на него с ужасом. — Тебя никто не помнит. Никто! — А зачем им помнить то, чего больше нет? — Астер медленно поднялся и подошел к ней. — Тот мир уже начал забывать меня, потому что я забрал оттуда всё, что мне было нужно. А теперь он начинает забывать и тебя, Катрин. Он протянул руку и нежно коснулся её подбородка, заставляя смотреть себе в глаза. — Ты ведь заметила, как они на тебя смотрели? Как на призрака. Еще несколько ночей здесь — и твое имя сотрется из журналов, твоя квартира станет пустой, а соседи не вспомнят твоего лица. Ты исчезаешь там, чтобы окончательно родиться здесь. Катрин почувствовала, как к горлу подкатывает ком. Это было не просто похищение — это было медленное стирание её жизни.