Третье действие

Антерос моет посуду. У него весёлое настроение, ведь приятные мысли заполнили всю его голову. – Мам, можешь погладить мне штаны? – повернулся он к маме, пьющей кофе за столом. – Конечно. А что, ты куда-то собрался? – В кино. – О, с кем? – Ну… – С Афиной? – Да, – не смог сдержать улыбку юноша. Мама тоже улыбнулась, источая радость, и продолжила пить кофе. Закончив с этим, она счастливая подошла к сыну и поцеловала его. Антерос одевался, поглядывая в зеркало. Он весьма суетился и был взволнован. Но вот он накинул толстовку, бросил взгляд на удочку, висевшую на стене, и выбежал из комнаты прямиком на лестницу. – Пока, мам! – крикнул Антерос перед тем, как выйти на улицу. – Хорошего вечера, сыночек! Антерос и Афина вышли из зарослей леса и оказались у заброшенного двухэтажного дома, скорее напоминающего небольшой замок. Парень нёс в руке какой-то чемоданчик, а девушка держала подмышкой несколько прямоугольных конвертов. Они подошли к двери, прибитой доской. Афина взглянула на Антероса слегка испуганными глазами, на что тот улыбнулся и попробовал отодрать доску. – Блин. Придётся выломать, – произнёс он. – Стой, – дёрнулась к нему Афина, но парень уже ударил ногой по двери, выбив замок. Доска сломалась и дверь отворилась. – Сработало, – улыбнулся Антерос девочке. – Как ты вообще нашёл это место? – спросила она. – Неважно, – Антерос поднял с земли свой чемоданчик, и они вошли внутрь. Всё было старым и разваливалось, а доски скрипели, кругом висела паутина – словом, атмосфера была мрачноватой. – Антерос, мне страшно… – тихо произнесла Афина и обхватила руку друга, – давай уйдём отсюда. – Успокойся. Пойдём наверх, – в Антеросе горел энтузиазм и любопытство. Ребята медленно поднялись по деревянной лестнице со сломанными перилами на второй этаж. Там было весьма просторно, а по углам стояла в кучах старая мебель и запыленные предметы интерьера. – Садись, – предложил Антерос. Афина, съёжившаяся от страха и неприятия, послушала его. Парень открыл чемоданчик и достал оттуда музыкальную систему. Потом отбежал к одной из куч и, немного порывшись там, вернулся обратно со старым проигрывателем. – Держи, – отстранённо сказала девушка, протянув Антеросу стопку конвертов. Он достал из одного пластинку, поставил в проигрыватель, подключил его к колонкам и произнёс, посмотрев на подругу: – Сейчас начнутся чудеса. Антерос улыбнулся, закрыл глаза и заиграла музыка. Мелодия переносила в другие миры, проводила через тёмные леса и возвышала к светлым небесам. Антерос потерял связь со временем и пространством, растворившись в звуке. Спустя время Антерос открыл глаза и увидел Афину, плавно танцующую под спокойную мелодию. Она вытянула одну руку вверх, а вторую держала у шеи, наклонив слегка голову назад. Её волосы, свисавшие до талии, словно тоже двигались в ритм музыки. Антерос был заворожён и очарован её нежными движениями в синеватом сумрачном свете. Пластинка закончилась, и Афина наклонилась к Антеросу, посмотрев ему в глаза. Она взяла другую пластинку и заменила в проигрывателе. Девушка вновь взглянула на парня и улыбнулась: – Может добавим огонька. Антерос и Афина всю ночь танцевали, поглощённые музыкой и счастьем. Афина и Антерос лежат рядом друг с другом на одеялке на зелёной полянке возле леса. Смотрят на голубое небо, по которому плывут белоснежные облака. – Я улечу на Айнивиос, – сказала Афина. – Буду учиться на подводного исследователя. Но на самом деле я просто хочу фотографировать подводный мир. – Почему нельзя просто фотографировать, без всякого образования? – спросил Антерос. – А как, по-твоему, я должна научиться погружаться под воду. Откуда мне взять лодку? – Ну… Это всё можно решить гораздо быстрее, чем тратить все эти годы на скучную учёбу. – Я согласна, но это самый оптимальный вариант для меня. Иногда нужно пройти по уже написанному сценарию, просто смириться с этим, а потом, возможно, написать свой. – Я не хочу смиряться. – А ты что собираешься делать, кстати? – Останусь здесь, – у Антероса часто билось сердце. – Я продолжу искать Ориона. Афина молча повернулась к нему, казалось, словно её глаза стали немного мокрыми. – Ты даже не представляешь, сколько всего ещё можно найти и исследовать на нашей планете, – постарался с оптимизмом произнести это Антерос. – И что ты будешь делать, когда найдёшь здесь всё? – Улечу на Ойкос. Помнишь, я тебе рассказывал… – К монахам!? – перебила его Афина. – Как? – Есть один способ. – Какой? – Ну… Долго объяснять. Антерос и Афина молча лежали и слушали щебетание лесных птичек. – Ты бы могла петь, – спустя время сказал Антерос. – С чего ты взял? – Я слышал пару раз, как ты что-то напевала. Мне нравится. – Ну, может быть. Но мне не очень нравится, как я слышу свой голос. – Это твоё мнение, знаешь, было много гениальных музыкантов, которые не любили свой голос. – Кстати, ты в итоге пойдёшь на тот концерт? – А… Конечно. И… – Антерос повернулся к девушке. – А ты хочешь? – Хех, я бы не отказалась. – Пойдём вместе? – улыбнулся юноша. – Да, – улыбнулась в ответ девушка. Антерос и Афина продолжали мило беседовать и смеяться, пока тёплое летнее солнышко не затянуло их в сладкий дневной сон. Скаковые лошади в пыли древнего ипподрома вносятся в поворот бок о бок. Тёмно-коричневые, чёрные. Они ни о чём не мыслят. Трибуны совсем рядом, пыль и песок вздымаются в воздух. Вдруг одна лошадь сбивается с ходу. Ноги подкосились, туловище соприкоснулось с землёй. Но скорость слишком высока – она цепляет соседнюю, а та другую. Скаковые лошади в пыли древнего ипподрома стремительно рухнули в повороте, издавая ржание. Белая комната. Младенец в пелёнках лежит. Ребёнок в подгузниках стоит на четвереньках. Мальчик в трусах на ногах. Подросток без белья вдохнул грудью. Юноша статный и светлый. Мужчина с волосами и рубцами. Пожилой в трусах опёрся на колени. Старик в чёрной одежде скрючивается и припадает к земле. Рассвет в саванне. Гигантский солнечный диск восходит из-за горизонта. Плавно и величественно светило открывалось всё больше, рассеивая розу прерий. Солнце восходит из тьмы, всадник скачет из света. Угольная лошадь, всадник в чёрном-чёрном. Лошадь несётся галопом на запад. Всадник всё больше. Тудух Выстрел – всадник падает с лошади, словно яблоко с ветки яблони. Солнце высоко. Печёт как в печи. Антерос подходит к всаднику. Тело лежит ничком в жёстком песке. Древесная лошадь, всадник в коричнево-бежевом. К юноше подъезжает другой всадник. Антерос поднимает голову, всадник смотрит ему в глаза уверенным вдохновляющим взглядом. Антерос спешил куда-то быстрым шагом меж серых многоэтажек, он держал в руке красивый букет цветов. Волновался. Первый раз. Самый первый раз. Какие-то мужики. Чёрт. Вот бы не докопались. Но точно посмотрят. Ерунда. Всё ближе. Почему они так громко говорят? О, нет, только не он. Старый мужчина-пьяница-бродяга. Прямо ко мне навстречу. Боже… Что-то хочет сказать. Ладно, придётся смириться. Просто пошутит, просто пошутит, я спокойно уйду. Только не сейчас, только не сегодня. – Да не бойся ты! Антерос раскрыл было рот, но просто кивнул, обменявшись взглядом с бродягой, и шёл дальше своим путём, а тот своим. Добрый день, Солнышко! Антерос с Афиной скакали на белых лошадях. Я смеюсь, ведь сегодня солнечный день. Всё зеленело и приятно светилось насыщенными красками. Земля обжигает наши стопы. Антерос с Афиной лежали в траве под тенистой ивой перед озером. Тебе так хорошо и мне тоже очень И я всегда буду рядом с тобой. Хороший день, Солнышко! Антерос стоял рядом с космическим планолётом, на котором ему предстояло вот-вот улететь из родного дома. Кругом суетились люди: рабочие, ребята его возраста и их родственники, монахи и т. д. Антерос был в слезах, перед ним стоял его первый и единственный учитель-монах со школы Ордена Веры. – Я не знаю, чего я хочу, я просто уже ничего не понимаю, – взгляд Антероса бегал, он старался держаться и не сломаться. Парень посмотрел в глаза учителю, пытаясь найти в них помощь. Он сделал глубокий вдох и с нарастающим комом в горле произнёс: – Последние два месяца были лучшими в моей жизни, будто моя жизнь началась только сейчас. Мне казалось, что я наконец-то нашёл то, что всегда искал, но вдруг оно опять удаляется от меня куда-то. В бесконечную тёмную даль… – Во что ты веришь, Антерос? – спокойно спросил монах. – В любовь… – ответил юноша, и из его глаз хлынули слёзы, которые он больше не мог сдерживать. Монах посмотрел на Антероса, улыбнулся и, соединив ладони вместе, поднёс их ко лбу и сделал поклон, закрыв глаза. Юноша ответил тем же. Антерос и Афина бежали, держась за руки, навстречу закату и реке. Они купались и играли. Прыгали и кричали. Танцевали и смеялись. Лежали и болтали. На небе светили звёзды. Юноша и девушка шли по ночной пустой улице и пели вместе: “Я, я буду королём, А ты, ты будешь королевой Но ничего, ничего не удержит нас вместе Мы могли бы стать героями лишь на один день И я, я надеюсь ты сможешь плыть Как дельфины, как дельфины могут плыть Хотя ничто не удержит нас вместе Мы могли бы украсть, хотя бы ещё один день.” Ребята бежали босиком вприпрыжку и кружились, вскидывая руки к звёздам. Мятая рубашка Антероса и распущенные светлые волосы Афины развевались на ветру. “Я, я помню тот день Когда мы стояли у стены И пули летели над нашими головами А мы целовались, словно ничто не могло нас убить И всё равно хоть ничего, ничего не сможет удержать нас вместе Мы могли бы стать героями На веки веков Что скажешь?” Афина и Антерос посмотрели друг на друга и рассмеялись. Они дошли до дома Афины и крепко-крепко обнялись. “Пока” – произнесла тихо Афина. “Пока” – также тихо ответил Антерос. Они отошли друг от друга на несколько метров, и Антерос, развернувшись, крикнул: “Спокойной ночи!!!” Афина повернулась к нему и мило посмеялась, помахав рукой. Антерос вернулся домой. Лёг на свою кровать и горько заплакал. Он лежал, обнимая мягкое одеяло. Внутри всё болело и жгло. Когда страдания затихли, а слёзы больше не текли, Антерос просто лежал и смотрел пустым взглядом в потолок. Он не мог ни шевельнуться, ни заснуть. Он долго лежал так, как вдруг за окном раздался мужской крик. Юноша поднялся и посмотрел в окно. По ночной тихой улице, вдоль которой по обеим сторонам тянулись каменные дома, шёл бродяга с металлическим половником и тазом. Он стучал ими и кричал: “Доброе утро! Доброе утро-о-о! Доброе у-у-утро!!!” Мужчина раскачивался, напоминая пьяного, но всё же продолжал целенаправленно двигаться дальше, крича и извлекая металлические звуки. Антероса охватила тревожность. Он спрыгнул с кровати и направился в комнату к маме. Юноша постучал в её дверь, но никто не отвечал. Антерос открыл её и вошёл внутрь. Там было пусто, а на заправленной кровати лежала большая старая книга. Тревога ещё сильней объяла Антероса, и он со всех ног сбежал вниз по лестнице, зовя криком маму. Парень подбежал к входной двери и распахнул её. Он хотел было сделать шаг на улицу, но его ослепил яркий дневной свет. Глаза Антероса привыкли, и перед ним открылся вид на огромный прекрасный город, игравший насыщенными красками. Высокие стеклянные дома, которых прежде парень никогда не видел. Храмы невероятной красоты. Архитектура, словно созданная богами. Флора, гармонично вписывающаяся в ландшафт, словно существующая в симбиозе с городом. Антерос опешил и не мог отвести взгляд от этого величественного вида. Но страх начал подступать к нему изнутри, он развернулся, развернулся и в конце тёмного коридора увидел яркий свет, исходящий из-под двери чулана под лестницей. Антерос пошёл туда и открыл дверь. Его озарило солнце и удивительный сказочный пейзаж, созданный из картонных театральных макетов. Но вдруг слева начал дуть сильнейший ветер, который вскоре превратился в огненный смерч, окрасивший всё в чёрно-красные цвета и сжегший весь пейзаж. Ночь. Афина, красиво одетая, и Антерос подходят к бару. – Думаю, это здесь, – произнёс юноша. – Угу, – кивнула девушка. Афина и Антерос переглянулись, и парень открыл тяжёлую деревянную дверь. Они вошли внутрь, и по ушам ударил шум музыки и голосов людей. Пройдя через тёмный тамбур, ребята оказались в барной зоне. Слева красные обои с золотыми узорами, круглые столики и длинный диван вдоль стены. Справа барная стойка также во всю длину стены. А прямо деревянные перила и лестница, ведущая вниз на концертную площадку, где сейчас происходило всё действо. Антерос с Афиной неуверенно прошли дальше, разглядывая необычный интерьер бара. Афина разглядывала стену слева, на которой висели фотографии в рамках, а Антерос разглядывал барные полки со странными статуэтками меж бутылок. Вдруг его взгляд зацепил бармен. Они посмотрели друг на друга, и бармен жестом подозвал юношу к себе. В этот момент Афина воскликнула, хлопнув парня по плечу: “Вау! Смотри, какая фотография”. Она подбежала к стене меж столов, а Антерос подошёл к бармену, который мешал коктейль. Бармен был высокого роста, и Антерос чувствовал себя совсем мальчиком перед ним. Мужчина пристально смотрел в его глаза и после протянул ему какую-то записку. Антерос взял её и убрал во внутренний карман. Бармен продолжил взбивать коктейль, не обращая внимания на юношу. Антерос подошёл к Афине, разглядывающей фотографии. – Это поразительно! Как они это делают, сколько бы я ни пробовала, у меня ещё ни разу так не получалось. Эх, – она повернулась к другу. – Просто у тебя другой стиль. Я уверен, твои фотографии ничуть не хуже, – сказал Антерос. – Ты не знаешь. – А ты никогда и не показывала. – А вот тебе и не надо смотреть, – Афина придвинулась к Антеросу и рассмеялась, а тот улыбнулся. Она взяла его за руку и, побежав, сказала: – Я знаю эту песню! Давай уже скорей! Они побежали к лестнице. Афина вела Антероса. Перед тем как начать спускаться, он бросил взгляд в сторону на сидящих за столом мужчин. Они были одеты как лесорубы, плотной комплекции и с густыми бородами. А самый крайний из них сидел, опершись на топор. Все они проводили серьёзным взглядом Антероса, а тот, вернув глаза к Афине, ступил на лестницу. Ребята оказались с краю толпы. Афина посмотрела на Антероса и, сжав крепче его ладонь, бросилась в гущу людей. Антерос не заметил, как они уже оказались близко к сцене. Он посмотрел на Афину, а та улыбнулась в ответ. Энергия музыки и веселье толпы подхватили ребят, и они полностью отдались происходящему. Между выступающей группой и людьми возникла сильная связь, и с каждой новой песней воздух кругом становился всё жарче и жарче. Антерос очень удивлялся, как такая тихая в повседневности Афина может так громко кричать и веселиться. Это подзадоривало парня, и он старался не отставать от неё. Сердца бились всё сильней. После лёгкой мечтательной песни грохот барабанов обрушился со сцены, и мощь гитар рванула за ними. Афина и Антерос обвили пальцами мокрые ладони друг друга и побежали от сцены сквозь безумную толпу. Громкий вокал накрывал их вслед. Антерос выбил плечом дверь запасного выхода, и ребята оказались на улице. Они смотрели друг на друга и глубоко и часто дышали, держась друг за друга обеими руками. Их глаза горели. – Побежали! Я знаю куда! - воскликнула Афина и повела Антероса за собой. Они бежали, не отпуская друг друга, по широкой пустой улице. Тьма ночи сменялась белым светом утра. Ребята пробежали мимо какой-то лавки в доме, из которой после вышел мужчина в коричневом пальто и шляпе. Над лавкой красовалась лазурная табличка с надписью «переулок Сахарной Ваты». Пробежав вдоль деревянного забора, Афина дёрнула Антероса, и они нырнули в калитку, скрывшись меж домами. Зелёная пшеница тихо колышется на лёгком ветру. Облака спокойно плывут по небу. Жучок копается в ямке от лошадиного копыта. Ласточки кружатся в воздухе. Ветер ускоряется. Всё сильней и сильней. Грозовые тучи заполняют небо. Пшеница волнами вьётся на поле. Жучок зарылся в ямку. Птицы улетели в гнёзда. Ливень. Человек в тёмном плаще, закрываясь от встречного дождя, двигался куда-то по грязной конной дороге. Спустя время за ним прошёл ещё один человек высокого роста. За ним же в нескольких метрах также в плаще бежал, поскальзываясь, третий. Они вышли к какой-то небольшой и старой сторожке в овраге рядом с обочиной. – Стойте здесь! – перекричал шум ливня первый и отправился в овраг. – Нет! Мы что, зря сюда тащились? – кричал второй. – Я не звал вас! Это моё дело, вам нельзя быть там! – третий отвернулся и побежал к сторожке. Он открыл дверь со скрипом и вошёл в темноту. Второй и третий переглянулись. Второй глубоко дышал, а третий дрожал от холода. Второй поднял взгляд к небу, третий спустя несколько секунд за ним тоже. В чёрном грозовом небе открывался просвет. Он увеличивался. Среди туч виднелись там белые кучевые облака. Вдруг оттуда сверкнула яркая-яркая большая молния и раздался раскатистый гром. Тёмный бар. Расна в костюме с бордовой бабочкой стоит рядом со стойкой. Напротив него тоже в костюме, но без галстука, Антерос. Их освещает белая лампа. Играет медленная гипнотичная мелодия. Расна что-то отпивает из круглого бокала и ставит его на стойку. – Эта музыка… – произнёс Расна и замер. Он посмотрел на Антероса и сказал: – Мне пора. Нужно кое-куда успеть. Ты справишься, Антерос. Расна крепко обнял Антероса. В зале раздался монотонный голос: “Держи свет всегда включённым”. Расна развернулся и ушёл за чёрную дверь. Лампа погасла. Темнота. ТИК-ТАК-ТИК-ТАК-ТИК-ТАК-ТИК-ТАК-ТИК-ТАК-ТИК-ТАК !!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!! ТУКУТУКУТУКУТУКУТУКУТУКУТУКУТУКУТУКУТУКУТУКУТУКУ Антерос лежит на зелёной-зелёной траве и смотрит на небо. Слева выглядывают ветви яблони. Тишина. Антерос спокоен. Вдруг он почувствовал вдохновение, словно внутри него цветёт цветок. Антерос не мог понять, отчего в нём такое чувство, как тут он заметил настоящий распускающийся цветок на одной из веток яблони. Антеросу хорошо и приятно. Облака медленно уплывают. Вдруг прозвучал громкий звук, словно груда камней упала на что-то железное. Антерос испытал резкий испуг и скованность в груди. Он не мог дышать, и паника охватывала его. “Ууааах” Антерос глубоко вдохнул и очнулся. В груди всё ещё сильно бьётся сердце, а адреналин продолжает разливаться с кровью. Голова словно после долгого и очень глубокого сна. Антерос огляделся и понял, что находится в золотой комнате. Той самой комнате, что однажды они с Леандром нашли в пещере. Было темно. Вдруг он услышал мужской голос и шаги: – Идиотское место живёт своей жизнью. Кому пришло в голову засыпать всё камнями. Пока доберёшься, сто раз пожалеешь… Придурки… Антерос смотрел на вход в комнату. Этот голос был очень знаком. Очень. И чувство, будто человек, поднимающийся сюда, совсем недавно был рядом с ним. Антерос сидел, оперевшись на руку и поджав колени. Тут юноша увидел человека, одетого в рваную чёрную одежду, всего в пыли и заросшего волосами. Антерос наблюдал. – Чёрт! Как здесь темно. Тупой фонарик… Эти камни… Как мне видеть что-либо, когда фонарик сломался об идиотские камни. Человек ходил с вытянутыми руками, немного подсев. Он ничего не видел и пытался ориентироваться по окружающим предметам, но в комнате были лишь колонны, стены и Антерос, сидящий в самом центре. – Эй! Здесь есть кто-нибудь? Какого чёрта… На хрена было меня сюда звать!? Чтобы я здесь, блин, и остался!? Твою же… Чёрт… Мужчина сел. – Где выход? Блядь! Где чёртов выход! Голос стал очень громким и безумным. – ААААААА!!!! – он издал рёв, будто медведь, загнанный в ловушку. Мужчина выбросил со всей силы сломанный фонарик и сел возле колонны после того, как нащупал её. Стало тихо. Антерос сидел неподвижно. Вдруг он осознал: "Почему я вижу? Вижу очертания комнаты, вижу эту темноту и вижу этого… А он ничего не видит." Антерос посмотрел на свою ладонь: "Я спал. Сейчас, где я? Похоже, сон во сне. Что же мне снилось? Почему…" Антерос встал. И посмотрел наверх. Он видел звёзды. Некоторые звёзды светились ярче, чем остальные. "Я знаю его, это… Созвездие. Как же…" Антерос начал ходить по комнате с поднятой головой и пытался разглядеть небо с разных сторон. Его увлекло это. Очень. Теперь вся жизнь для него состояла в том, чтобы определить, что говорят ему звёзды. Он ходил то быстрее, то медленнее, пытался кружиться на месте. Он слышал, как в стороне чертыхался и что-то говорил в его сторону мужчина в лохмотьях. Но он не мешал ему, и Антероса это вполне устраивало. Юноше начало казаться, что он вспоминает что-то, и его рот открылся. Антерос стал издавать звуки, звуки, похожие на речь слабоумного. Невнятные гласные – восклицающие, резко сменяющиеся затухающими. Юноша произносил их всё громче и восторженней, продолжая всматриваться в небо. Вдруг он вскрикнул: “Иииииааааа!” И дыхание его стало очень частым, он остановился и согнул колени. Не отрывая взгляда от звёзд, Антерос начал двигаться вбок, словно краб, и тут он воскликнул: “ОРИОН!!!” Весь зал озарился ослепительным сиянием. Белый-белый свет, отражаясь от золотых стен, создавал удивительные волны переливающихся друг в друга лучей белых, жёлтых и ярко-серых оттенков… Антерос слышал гром и сильный дождь, стучащий об окна. Он лежал. Он знал, что лежит, он знал, что слышит грозу. Ему было тепло. Он услышал шаги. Твёрдые, ударяющие о деревянный пол шаги. Они приближались. Антеросу стало волнительно, и он разомкнул глаза. В комнате было темно. Вдруг дверь открылась, и мягкий свет влился в комнату вместе с каким-то крупным человеком. Он посмотрел на Антероса и подошёл к его кровати, поставив что-то на пол рядом. Антерос не двигался и следил лишь глазами. Когда человек направился обратно, юноша узнал в нём чудака из золотой комнаты. "Пещера… Золотой зал, он мне снился. Или нет… Я всё ещё сплю?" Тут из Антероса вырвалось резкое и невнятное: – Кто ты? Человек остановился в свете. Он был и вправду очень заросшим. Выглядел ужасно уставшим и покалеченным. Хоть чудак и сменил одежду, всё равно был в какой-то грязи и пыли. Человек посмотрел прямо на Антероса и произнёс немного охрипшим голосом: – Так и думал, что не узнаешь. Я совсем себя запустил, да? Рядом стоит вода, выпей. Я добавил туда кое-что, поможет прийти в себя. Наверное. Они смотрели друг на друга, и Антерос сказал на этот раз более громко и чётко: – Кто ты? Человек смотрел на Антероса ещё полминуты и, сказав ему выпить содержимое стакана, вышел и закрыл дверь. Антерос вдруг понял, что уже полусидит, оперевшись на локти и подавшись вперёд в сторону двери. Он повернулся и отыскал на полу стакан. Выпив его, юноша лёг на подушку и моментально выключился. Антерос скакал на удивительном животном. Это был единорог, такой же, каких иногда в школе рисовала девочка, сидящая с ним рядом за партой. Он не мог чётко определить пейзажи вокруг. Всё менялось: розовые воздушные облака, тёмно-зелёный хвойный лес, снежные-снежные горы – всё менялось, но словно происходило одновременно. И единорог остановился. Антерос слез с него. Они смотрели друг другу в глаза. Антерос решил обнять единорога, и они стояли так долго-долго. Яркий свет раскрыл глаза мечтателя. В комнате стало светло. Антерос посмотрел в окно. Несколько мягких облаков плыло по небу. Юноша медленно встал. Всё его тело было онемевшим. Он чувствовал сухость во рту. Решил подойти к окну. Очень-очень медленно. С каждым шагом Антерос всё больше и больше чувствовал свои стопы. Наконец, он стоял у окна и видел город. Очень знакомый. Трёх- и четырёхэтажные дома. “Я был здесь. Очень знакомый вид. Но, почему-то я видел эти дома только снизу.” Антерос развернулся и направился к двери. Выйдя, он увидел небольшой коридор, ещё пару дверей и лестницу, ведущую вниз. Юноша начал спускаться. Также медленно, шаг за шагом возвращая чувствительность ногам. Спустившись, Антерос услышал звук текущей воды. Он сорвался с места, ведь был обезвожен, очень сильно. Антерос не замечал ничего вокруг, добравшись до воды, текущей из крана, он принялся жадно пить оттуда. Утолив жажду, насколько смог, юноша закрыл глаза и присел, обо что-то уперевшись. Антерос отдышался и вдруг увидел перед собой человека: – Ле..Ле.. Человек, стоящий у раковины с краном, был Леандр. Он держал бритвенный станок в руке и был немного измазан бледной пеной. По выражению лица Леандра было ясно, что он хотел пошутить, но в итоге просто обнял очень крепко Антероса, сидящего на ванне. Спустя несколько минут они расцепились, и Леандр, умывшись до конца, предоставил ванную полностью в распоряжение другу. Антерос стоял под струёй душа около часа, пытаясь осознать действительность. Но у него не получалось. Юноша надел одежду, которую дал ему Леандр. Судя по удачному размеру, это были подростковые вещи охотника. На первом этаже, кроме ванной комнаты, была только кухня. Антерос отправился туда и увидел Леандра, что-то жующего за столом: – Я приготовил кашу. Не знаю, какая она на вкус. Уже давно никому ничего не готовил. Антерос взял целую кастрюлю и сел с ней за стол. Уголки губ Леандра приподнялись: – Твой желудок, похоже, давно не встречал еды. Дальше они ели молча. Антерос всё ещё не мог ни о чём думать, как бы ни пытался, он находил лишь пустоту и реальность, в которой перед ним стояла еда. Он выпил несколько стаканов воды и молча вернулся наверх в кровать. Спустя какое-то время он стоял и смотрел в окно, в котором горел закат. Ещё чуть-чуть, и солнце сядет. Антерос не знал, спал или нет. Он просто помнил, что когда-то лёг, а прямо сейчас смотрел в окно. Антерос спустился к Леандру, который всё также сидел за столом, уже, видимо, ужиная. Обменявшись взглядами, они повторили утреннюю сцену. Антерос съел целую кастрюлю – на этот раз макарон со странным соусом, состоящим из всех ингредиентов, которые повар нашёл в холодильнике, – и откинулся на спинку стула. Друзья смотрели друг на друга. – Он уже летит сюда, – начал Леандр. – Эрот. Он не верит мне. Думает, что я просто пытаюсь его заманить к себе в гости. Думает, что я умираю от одиночества. Это так. Было. Я не могу выходить ещё ближайшие три месяца из дома. Что ж. Прошло уже пять. Ну да. Тебя не было пять месяцев. Никого не осталось, кто мог бы навестить меня. Хоть ты вернулся, спасибо. Большего мне и не надо, – Антерос не отводил от друга взгляда, почти не моргая. – Знаешь, Эрот очень вырос за это время. Ну я имею в виду, он стал взрослым. Это странно, но он вёл себя прямо как ты. Только он никогда не задумывался. Делал всё сразу и потом ничего не вспоминал. Он ничего не планирует. Не знаю, как он это делает. Я бы сказал, он – лучшая версия тебя. Смешно, что после того, как я ему это сказал, он больше никогда ко мне не прилетал. Он считает, что я спятил. Но в этот раз он прилетит. Я знаю. Он, наверное, хочет прикончить меня, потому что я достал его. Но ладно, я же не обманываю его сейчас. Ты же настоящий, да? Антерос. Ты же Антерос? Друзья продолжали смотреть друг другу в глаза. Леандр заплакал. Он встал, взял полотенце, высморкался и прислонился к стене: – Когда тебя не стало… В общем… Я не знаю, что там произошло. Произошёл тот взрыв… Непонятно из-за чего. Я помню. Я помню, как ты подошёл ко мне. Каждый день с того момента я это вспоминал. Как ты склонился надо мной… Потом я очнулся. Уже здесь, дома. Это мой дом, Антерос. Странно, что в детстве я никогда не приглашал тебя зайти сюда… И вот я уже почти полгода здесь. Мне запретили выходить. Сказали, если выйду – коже конец. Солнце и воздух. Они как-то действуют на кожу. Смотри, – Леандр провёл по лицу. Антерос только сейчас заметил, что эта чернота – не грязь. – И по всему телу так. Я вышел один раз на улицу. Не выдержал. А потом это всё. Не могу описать. Через три месяца закончится приём препаратов, мне дадут какой-то специальный костюм, и я смогу выходить. Мне никто не сказал, из-за чего именно это появилось. Мне никто не сказал и, что произошло там, на той планете. Один раз только… Эрот сказал, что тебя больше нет. Он ухаживал за мной первый месяц. Потом я не хотел, но так вышло. Я наехал на него. Очень сильно. И он улетел. А орден прислал мне сиделку. Я отказался, не впустил его. И с того момента мне каждое утро заносят журналы и еду. Вот так. Говорят, сейчас сильная война идёт. Ну и заварили мы кашу, Антерос. Хотели как лучше, а… Леандр резко переменился в лице, стал очень серьёзным и широко раскрыл глаза: – Ты ведь настоящий? – Леандр снова сел напротив и потрогал друга за руку. – Кто ты? Они так и сидели, молча смотря друг на друга. У Антероса внутри всё ещё царила пустота, будто он младенец. Леандр пришёл в себя: – Ты знаешь, мне приснился сон позавчера. Или не сон. Я уже без понятия. Тот костёр. Огромный костёр с какими-то чудаками в мантиях и капюшонах. Мне всегда казалось, что это был наш общий сон. Просто чудно́е явление. Я не знаю… В общем, всё повторилось. Точь-в-точь. И этот в капюшоне опять мне сказал что-то. Тогда я забыл, что он сказал, сразу как проснулся. Сейчас я всё запомнил. Он сказал двигаться туда, где я нашёл то, что уже потерял. Ясно, почему в детстве я сразу забыл это. Ерунда какая-то, я подумал. Но не в этот раз. Я сразу понял, о чём речь. К счастью, шёл ливень. Ужасный. Лицу досталось, – Леандр стукнул себя по щеке, – но не так сильно, как при ясном солнце. Я добрался до этой пещеры. А там всё по-другому. Всё! Я упал, свалился куда-то. Грохот был, словно всё разрушилось. Я был контужен, мне так кажется. И тело не слушалось. Но я забрёл в эту комнату… Потом я решил присесть и… Всё яркое стало. Всё – я думал, я умер. А потом проснулся у себя. Надеюсь, что проснулся. И нашёл тебя. И вот. Леандр опустил взгляд к своим пальцам, которыми перебирал салфетку. – Я сразу отправил сообщение Эроту. Он ответил, что прилетит и убьёт меня, чтобы я больше не мучился. Надеюсь, что так и будет, ведь ты не настоящий. Это всё бред. Я сплю. И ты продолжаешь мне сниться. Ты галлюцинация. Почему ты не говоришь ничего? – Леандр дрожал, словно у него начиналась лихорадка. Он начал дёргаться, его глаза покраснели. – Он прилетит и убьёт меня, потому что я опять брежу. Несу чушь. А они меня заперли здесь! Я даже не знаю, что со мной. Я один, понимаешь! Я всю жизнь был с кем-то. Всегда я мог кому-то что-то сказать и получить ответ. А ты сидишь здесь и молчишь, потому что тебя здесь даже нет! – Леандр кричал, а из его глаз лились слёзы. – Ты меня бросил! Почему!? Почему ты не лёг со мной тогда! Мы бы умерли вместе… А теперь я один в этом грёбаном аду, – Леандра били сильные судороги, но он встал, оперевшись на стол. – Я всью жжжиззнь вверил в с-себя, – он ткнул пальцем в свою грудь. И я вверилл в в-вас, – он показал на Антероса. – И ч-что! Ввас-с ннетд. Н-ник-где. Мы х-хотели оссвободдтит ммир. А я п-попал в в аттт, в ад-д, Антти. Я в-в аддту вви-дишь? – Леандр начал падать и затухать. Внутри Антероса что-то зашевелилось, и он встал. Обошёл стол и увидел лежащего ничком Леандра. Антерос принёс подушку и одеяло для друга. Что-то изнутри подтолкнуло юношу подойти к одной из дверец кухонного шкафа. Он увидел там несколько колбочек с жидкостями и взял пару из них. Антерос попытался прочитать, что там написано, но зрение размылось, и он просто вылил содержимое обеих в рот Леандру. На улице была ночь, и в кухне стояла темнота. Антерос и не заметил, как она пришла. Юноша сел рядом с другом и задремал. Ему так казалось, ведь он больше ничего не чувствовал. – Я убью тебя!!! Убью и всё закончится!!! Антерос резко открыл глаза, сердце бешено колотилось, он всё также сидел у стены, а перед ним стоял весь окровавленный с ножом в руках Леандр. Он был похож на обезумевшего зверя: – Ты не просто так здесь. Дааа! Это мой шанс. Мой шанс! Спастись отсюда. Я должен убить тебя!! Раз и навсегда. Тебе не будет больно, ведь ты лишь мой сон. Ты просто исчезнешь, а потом и я. Наконец-то!!! Леандр, раскрыв рот, сделал шаг и замахнулся ножом, Антерос ударил ногой ему в колено, и тот согнулся. Леандр опёрся на стол: – Сука! Он замахнулся с другой стороны. Антерос быстро отскочил в сторону, и нож разрезал обои кухни. Антерос стоял у лестницы. Леандр бросился на него с рёвом, готовясь воткнуть нож прямо в грудь, как вдруг прогремел хлопок выстрела. Антерос стоял оглушённый и шокированный. Перед ним в луже крови лежал с пробитой головой его лучший друг. Антероса бросило в холод и сильную дрожь. Леандр не шевелился, нож лежал неподалёку. Антерос стоял, замерев на согнутых ногах и с согнутыми руками, словно пытался что-то поймать. Его продолжала бить дрожь, он не мог пошевелиться. Вдруг Антерос услышал звонкий голос: – Что здесь происходит?! Антерос ошарашенно повернул голову и увидел силуэт светлокудрого юноши с револьвером в руке. – Антерос? Юноша, не поверив своим глазам, выронил пистолет и обнял Антероса. Они стояли так, пока Антерос не упал в обморок.