Часть 1. Глава 1: Из Кызыла с любовью, или Трудности перевода

      Дождь в Форксе не был похож на те благородные ливни, которые показывают в дорамах, где главный герой прикрывает героиню своим пиджаком под лиричную музыку. Этот дождь был мелким, противным и пронизывающим до костей, превращая и без того бледную кожу местных жителей в некое подобие сырого теста. Сайлык, а точнее — теперь уже Комуто Херовато (и нет, это была не шутка её новых родителей, а какая-то злая ирония мироздания), поправила очки и вздохнула, глядя на серое здание старшей школы. В прошлой жизни она была Сайлык — гордой тувинкой, которая выгрызала себе путь в не самом престижном университете, где каждый второй считал, что раз она азиатка, то в её ДНК вшит калькулятор и знание квантовой физики. Ей всегда было смешно наблюдать, как «тупицы» с курса подсаживались поближе во время контрольных по матанализу, надеясь на чудо и её щедрость. Она помогала, конечно. У неё дома остались мама и младшие сестры, которым она переводила часть своей скромной стипендии, а потом и зарплаты. А теперь? Теперь она японка с крайне сомнительным именем, чей брат в Токио наверняка сейчас радуется, что его странная сестра уехала преподавать алгебру в американскую глушь по распределению. — Комуто-сан? — раздался за спиной скрипучий голос директора Уэббера. Сайлык вздрогнула. К новому имени привыкнуть было сложнее, чем к мысли о существовании вампиров. — Просто мисс Херовато, пожалуйста, мистер Уэббер, — ответила она на английском, стараясь, чтобы её голос звучал профессионально, а не так, будто она хочет провалиться сквозь землю. Директор посмотрел на неё с сочувствием, очевидно, приняв её японскую сдержанность за крайнюю степень робости. — Добро пожаловать в наш коллектив. У нас тихий городок, дети спокойные, хотя иногда и... ленивые в плане точных наук. «Спокойные, как же», — подумала Сайлык, вспоминая сюжет «Сумерек», который она знала вдоль и поперек. Она обожала плохие дорамы, снятые по еще более сомнительным веб-новеллам, где сюжетные дыры были размером с Марианскую впадину, а логика персонажей отсутствовала как класс. Но оказаться внутри такого сюжета? Это было уже слишком даже для её специфического вкуса. — Алгебра — это язык вселенной, сэр. Я найду способ заставить их заговорить на нем, — произнесла она, поправляя сумку на плече. Внутри школа Форкса пахла старой бумагой, мокрыми куртками и дешевым освежителем воздуха «Горная свежесть». Сайлык шла по коридору, ловя на себе любопытные взгляды учеников. Она знала, как выглядит со стороны: невысокая, с идеально прямой спиной, в строгом сером костюме и с пучком на затылке. Типичный «умный азиат», сошедший со страниц учебника. Она зашла в свой кабинет и начала раскладывать вещи. На столе лежали списки учеников. «Свон Изабелла... Каллен Эдвард... Каллен Элис...» Сайлык замерла, глядя на фамилию «Каллен». Значит, сегодня. Тот самый день, когда «золотая молодежь» с глазами цвета липового меда решит почтить школу своим присутствием. Она не собиралась становиться частью их драмы. Никаких любовных треугольников, никаких «обрати меня, я хочу жить вечно». У неё были свои планы: отработать контракт, скопить денег, отправить подарок маме в Туву (интересно, как работает межпространственная почта?) и досмотреть в интернете ту дурацкую дораму про принца-наследника и повариху. Дверь кабинета приоткрылась, и в класс заглянул молодой человек с копной каштановых волос и лицом, которое могло бы украсить обложку любого журнала. Эдвард Каллен. Он выглядел так, будто у него одновременно болел зуб и он ненавидел всё человечество. Сайлык почувствовала, как внутри неё просыпается профессиональный цинизм учителя. — Молодой человек, звонок еще не прозвенел, но если вы так жаждете знаний, присаживайтесь на первую парту, — сказала она, не отрываясь от журнала. Эдвард замер. Он явно не ожидал такого приема. Обычно люди рядом с ним либо пускали слюни от восторга, либо хотели убежать в страхе. — Я... я просто хотел узнать, здесь ли будет проходить продвинутый курс алгебры, — его голос был бархатным, но Сайлык лишь поморщилась. Слишком много пафоса для десятиклассника, пусть и столетнего. — Здесь. И если вы планируете учиться, приготовьтесь к тому, что я не терплю списывания. Даже если вы считаете себя быстрее и умнее всех в этой комнате. Она подняла глаза и встретилась с его золотистым взглядом. В этот момент в голове у Сайлык пронеслась мысль: «Господи, он выглядит как типичный герой из тех новелл, где в первой главе он — тиран, а в десятой — дарит героине остров. Только вот я не героиня, я — преграда на пути к его обеду». Эдвард слегка прищурился. Он не мог прочитать её мысли? Или его сбивал с толку странный коктейль из тувинских песен и сюжетов японских дорам, крутившихся в её голове? — Я запомню это, мисс... — он запнулся, глядя на табличку на столе. — Херовато, — любезно подсказала она. — Комуто Херовато. Можете просто называть меня «Мэм», если вам сложно выговорить фамилию моих новых предков. Вампир кивнул, его лицо оставалось бесстрастным, но в глазах мелькнуло что-то похожее на искру интереса. Или, возможно, он просто гадал, съедобна ли алгебраичка. Первый урок начался шумно. Класс заполнился подростками, среди которых Каллены выделялись как бриллианты в куче навоза. Эмметт Каллен со своей широкой улыбкой и бицепсами, которые явно не помещались в школьные стандарты. Розали, смотрящая на всех так, будто ей предложили съесть лимон вместе с кожурой. Элис, которая подпрыгивала на месте, словно заряженная батарейка. И Джаспер, который выглядел так, будто он прямо сейчас находится на поле боя при Геттисберге и у него закончились патроны. Сайлык встала перед классом, скрестив руки на груди. — Итак, класс. Меня зовут мисс Херовато. Мои правила просты: не опаздывать, не жевать жвачку и не пытаться убедить меня, что «собака съела ваш график функции». Джессика Стэнли на задней парте хихикнула, перешептываясь с Анджелой. — Она выглядит так, будто сейчас достанет катану и всех нас порубит, — прошептала Джессика. Сайлык услышала это. Слух у неё был отличный еще с прошлой жизни, когда приходилось слушать, не идет ли мама, чтобы успеть спрятать телефон с фанфиками. — Мисс Стэнли, катана — это дорого и непрактично в условиях школьного кабинета. Линейка гораздо эффективнее, — холодно заметила Сайлык. Класс мгновенно затих. Эмметт Каллен хмыкнул, толкнув Джаспера локтем. — А она мне нравится. Острая, — громко сказал он. — Мистер Каллен, — Сайлык перевела на него взгляд. — Ваша симпатия не поможет вам при решении интегралов. К доске. Эмметт замер. Каллены никогда не ходили к доске первыми. Они старались быть незаметными, насколько это возможно для людей с внешностью богов. — Я? — переспросил здоровяк. — Вы видите здесь другого мистера Каллена с такими... выдающимися физическими данными? Прошу. Покажите нам, что скрывается за этими мышцами. Надеюсь, не пустота. Розали яростно сверкнула глазами, но Эмметт, наоборот, расплылся в улыбке. Это был вызов, и он его принял. Он встал и вальяжной походкой подошел к доске. Сайлык протянула ему мел. — Запишите уравнение окружности с центром в точке (3, -2) и радиусом 5. Пока Эмметт скрипел мелом, Сайлык чувствовала на себе пристальный взгляд Эдварда. Тот сидел неподвижно, сложив руки в замок. Его внимание было пугающим. «Не смотри на меня так, парень. Я не Белла Свон. Я не буду вдыхать твой запах и падать в обморок. У меня в сумке бутерброд с докторской колбасой, так что пахну я максимум чесноком и ностальгией», — думала она, делая пометки в журнале. После урока Элис Каллен подошла к столу Сайлык. Она двигалась так грациозно, что это раздражало. — Мисс Херовато, — пропела она. — У вас очень... интересная аура. И шарф. Где вы его купили? Сайлык посмотрела на маленькую вампиршу. Элис видела будущее, но видела ли она, что Сайлык знает их секрет? — Шарф из Тувы, — ответила Сайлык, намеренно путая карты. — А насчет ауры — это просто недосып и три чашки крепкого кофе. Элис наклонила голову набок, её глаза затуманились на секунду. — Вы не такая, как остальные. Вы... статичная. — Я просто учитель алгебры, мисс Каллен. В мире функций и переменных всё должно быть статично и логично. Идите на следующий урок, — Сайлык кивнула на дверь. Когда класс опустел, Сайлык тяжело опустилась на стул. Её руки слегка дрожали. Быть рядом с ними было физически тяжело — воздух вокруг вампиров казался наэлектризованным. Она открыла ящик стола и достала распечатку новой главы своей любимой дорамы. «В следующей жизни я хочу быть камнем», — подумала она словами одного известного айдола. Но в этой жизни ей пришлось стать Комуто Херовато в городе, где дождь идет триста дней в году, а за партой сидят существа, которые могут перекусить её позвоночником. — Главное — не влюбляться, — прошептала она себе под нос. — И не давать им списывать. Вечер в Форксе наступил быстро. Сайлык возвращалась в свой небольшой арендованный домик на окраине леса. Её «брат» из Японии прислал ей сообщение: *«Как первый день, Кому? Надеюсь, ты никого не прокляла своим взглядом?»* Сайлык быстро набрала ответ: *«Всё отлично. Видела живых моделей из рекламы зубной пасты. Один даже пытался играть со мной в гляделки. Завтра задам им контрольную по тригонометрии, пусть страдают».* Она заперла дверь на все замки. Несмотря на то, что вампиры в этой вселенной были «вегетарианцами», инстинкты тувинской девушки подсказывали, что осторожность лишней не бывает. Она заварила себе лапшу быстрого приготовления, включила на ноутбуке серию дорамы и погрузилась в мир, где самая большая проблема героини — это то, что принц не заметил её новую заколку. — Вот это я понимаю, жизнь, — пробормотала Сайлык, накручивая лапшу на вилку. — А не вот это вот всё с золотыми глазами и вечной мерзлотой. Но где-то на границе её сознания билась тревожная мысль. Эдвард Каллен сегодня так и не смог прочитать её мысли. И это значило, что она для него — такая же загадка, как и Белла. А Сайлык больше всего на свете не хотела быть загадкой. Она хотела быть просто учителем алгебры, которая доживет до пенсии и увидит финал своей дорамы. За окном шумел лес, и где-то в глубине чащи выли волки. Сайлык поплотнее задернула шторы. — Херовато вам, а не моя кровь, — хмыкнула она, выключая свет. На следующее утро Сайлык стояла у окна учительской, попивая обжигающий чай. Каллены приехали на своих сверкающих машинах. Они выходили из автомобилей синхронно, словно участвовали в съемках клипа. Сайлык заметила, как к школе подъехал старый ржавый пикап. Белла Свон. Она выглядела именно так, как её описывали: неуклюжая, бледная и с выражением вечной неловкости на лице. — О, новенькая приехала, — раздался голос Чарли Свона (он заскочил в школу по делам департамента). — Моя дочка. Надеюсь, она подружится с кем-нибудь. Сайлык посмотрела на Чарли. Он выглядел усталым и добрым. — Шериф Свон, — кивнула она. — Я присмотрю за ней на уроках. — Спасибо, мисс... э-э... — Просто Комуто, — вздохнула она. Она видела, как Белла идет к входу, спотыкается на ровном месте и как Эдвард Каллен замирает, почувствовав её запах. Началось. Сайлык поправила очки. У неё был план. Она не будет вмешиваться. Она будет просто тенью с учебником алгебры под мышкой. Но когда Эдвард Каллен прошел мимо неё в коридоре и на секунду задержался, его ноздри расширились. Он почувствовал не запах крови. Он почувствовал запах... полыни и степного ветра? Сайлык ускорила шаг. «Никаких гаремов. Никаких вампиров. Только дискриминант, только хардкор», — повторяла она про себя как мантру. Она еще не знала, что в этой версии истории Каллены были заинтригованы не «тихой человеческой девушкой», а странной японской учительницей, которая думала на непонятном языке и смотрела на них так, будто они были досадной ошибкой в уравнении. История только начиналась, и Сайлык была полна решимости переписать её по своим правилам. *Продолжение следует...*