«Профессиональный холод»: Когда искренность становится ролью.

Том мастерски владел искусством светского маневра. Он склонился к плечу Дианы, коснувшись её щеки мимолетным поцелуем, и что-то прошептал. Диана, чьи глаза до этого внимательно сканировали напряженное лицо Марии, на мгновение смягчилась. Она видела надлом в этой русской девушке и виноватый огонь в сыне. — Мы ускользнем, мам? — негромко, но так, что Мария услышала, произнес Том. — Маргарите нужно сменить декорации. Он бережным, почти собственническим жестом взял Марию под локоть, увлекая её к выходу. Его ладонь была теплой, и через тонкий шелк платья Мария чувствовала уверенность его движений. Казалось, мир вокруг них начал вращаться быстрее, отсекая лишние голоса. Но у самых дверей их настигли. — Мистер... Мистер Хиддлстон! О боже, простите! — молодая женщина, одна из приглашенных гостей, буквально преградила им путь. Её лицо пылало от восторга, а в руках она судорожно сжимала программку вечера. — Я... я ваша огромная поклонница! Ваш Кориолан... это было нечто запредельное. Можно ли... одно фото? Пожалуйста! Том замер. Мария почувствовала, как его рука на её локте на мгновение напряглась, а затем расслабилась. Она ожидала увидеть ту самую солнечную, обезоруживающую улыбку, которой он когда-то покорил её саму в их самую первую встречу. Тот взгляд, от которого перехватывало дыхание. Но перед ней предстал совсем другой человек. — Разумеется, — голос Тома был ровным, безупречно вежливым и... абсолютно холодным. Мария отступила на полшага, наблюдая со стороны. Том выпрямился, его лицо превратилось в идеальную, застывшую маску британского джентльмена и знаменитого актера. Он профессионально приобнял девушку за плечи для селфи, но его глаза оставались отстраненными, словно он смотрел сквозь объектив камеры в пустоту. В его движениях не было ни грамма той искренности, того интимного тепла, которое он только что расточал Марии во время их дискуссии о Булгакове. Он расписался на программке быстрым, каллиграфическим росчерком, вернул её владелице с коротким кивком и дежурным «Благодарю вас за добрые слова» — и тут же отвернулся, словно этой женщины никогда не существовало. Мария ощутила резкий укол под ребрами. Она вспомнила ядовитый шепот Уилла в машине: «Для него ты — удобный сценарий... как только ты исчезнешь из кадра, он просто сменит актрису». Глядя на эту безупречную маску Тома, она впервые по-настоящему испугалась: а что, если и с ней он просто играет «самую важную роль в своей жизни»? Том снова взял её за руку, и как только их пальцы переплелись, маска исчезла. Он посмотрел на Марию, и в его глазах снова зажегся тот самый живой, только для неё предназначенный огонь. — Идем? — тихо спросил он, игнорируя восторженные шепотки за спиной. — Пока нас не разорвали на сувениры. Они вышли на крыльцо, где ночной воздух Лондона показался Марии спасительным после удушливой атмосферы лекции и ядовитых слов Уилла, которые всё еще эхом отдавались в её голове. Они спустились по ступеням к его машине. Том открыл перед ней дверцу, и в этом жесте было столько привычного благородства, что Мария на секунду замерла, глядя на его руку. — Ты так быстро это делаешь, — тихо произнесла она, садясь в кресло. Том замер, наполовину склонившись к ней. Его лицо в свете уличных фонарей казалось высеченным из слоновой кости. — Что именно, Мария? — Выключаешь себя, — она подняла на него взгляд, в котором застыл немой вопрос. — Секунду назад ты был здесь, со мной, в «Мастере и Маргарите»... А потом нажал кнопку и стал «мистером Хиддлстоном». Бездушным, идеальным и бесконечно далеким. Скажи мне... где в этом списке настоящая кнопка «выкл» для нас? Том не ответил сразу. Он медленно обошел машину, сел за руль и только тогда повернулся к ней. В салоне воцарилась та самая тишина, от которой у Марии сводило челюсти. — Это не кнопка, Мария, — его голос прозвучал устало и непривычно глухо. — Это броня. Единственный способ сохранить то, что внутри, — это не показывать это всем подряд. Но если ты думаешь, что я играю с тобой... значит, моя сегодняшняя лекция о преданности прошла впустую. Мария откинулась на спинку, чувствуя, как в сумке вибрирует телефон. Сообщение от Вики: «Маш, Уилл вернулся сам не свой, заперся в кабинете. Вы поругались? Что случилось?»