Глава 2.

Алекс. Последний звонок прозвучал оглушительно громко. Класс мгновенно ожил — скрип стульев, голоса, хлопки рюкзаков. — Ну что, ты всё-таки идёшь в субботу? — Даррис толкнул меня плечом, пока мы выходили из кабинета. — Смотря куда, — лениво отозвался я, закидывая рюкзак на одно плечо. — Да брось, ты знаешь куда. Собираемся у Вейла дома. Никого из взрослых. Я усмехнулся. — Если будет скучно — свалим. Я не собираюсь слушать его философские речи о жизни и тому подобное. — Даррис фыркнул. — Ты просто бесишься, что он умнее тебя. — Умнее? — я хмыкнул. — Пусть сначала научится смотреть людям в глаза. А потом уже посмотрим кто лучше. Мы остановились у выхода из школы. Двери были распахнуты, внутрь лился тёплый дневной свет. Толпа учеников постепенно вываливалась наружу. — Кстати, — Даррис прищурился. — Ты сегодня перегнул. — С чем? — С Эверсон. — опять Эверсон. Я лениво пожал плечами. — Она сама напрашивается, — но договорить я не успел. В толпе мелькнули знакомые лица. Я автоматически перевёл взгляд — и увидел её. Кора. Солнечный свет цеплялся за её волосы, заставляя их казаться почти медными. Они действительно блестели — раздражающе красиво. Она шла чуть впереди своей компании: Вейл что-то оживлённо рассказывал им, Кари шла рядом и смеялась, Нико что-то шептал Коре, наклонившись к ней. А она улыбалась. Не той натянутой улыбкой, которую надевает в школе. Настоящей. Что-то неприятно кольнуло внутри. — О, смотри, твоя любимая, — тихо протянул Даррис. — Заткнись, — коротко бросил я, не отрывая взгляда. Она выглядела слишком спокойно. Слишком.. недосягаемой. Словно утром ничего не произошло. Словно она не падала. Словно ей всё равно. Я сжал челюсть. Почему-то именно это бесило сильнее всего. Она подняла взгляд — и на секунду наши глаза встретились. Улыбка исчезла. В её взгляде мелькнуло что-то острое. Вызов. Я чуть склонил голову набок. Интересно, Эверсон.. сколько ещё раз ты будешь падать? И почему мне кажется, что в какой-то момент я тоже начну падать за ней? — Эй. Земля вызывает Хартфорда. — перед глазами резко мелькнула ладонь Дарриса. Я моргнул. Даррис махал рукой прямо перед моим лицом, перекрывая обзор. — Ты завис, — протянул он с усмешкой. — Прямо как романтичная героиня из дешёвого, сопливого сериала. — Убери руку, — холодно бросил я. Он хмыкнул, но ладонь всё же опустил. Когда я снова посмотрел вперёд, момент уже был упущен. Кора всё ещё стояла там — но её лицо изменилось. Улыбка исчезла окончательно. Губы едва заметно скривились, будто ей стало противно. Будто я — что-то неприятное. Она демонстративно отвела взгляд первой. И это почему-то задело. — Да ладно тебе, — тихо сказал Даррис, проследив за моим взглядом. — Ты же не серьёзно. — Серьёзно что? — отрезал я. — Не смотри на неё так. — я усмехнулся в ответ, но внутри что-то неприятно сжалось. — И не буду. Что ты прикопался, Дар? — я оглянулся в последний раз. Она уже разворачивалась. Рыжие волосы качнулись вслед движению, на секунду вспыхнув на солнце, а потом исчезли среди толпы. Она ушла. Как будто я не стоил даже ещё одного взгляда. Я сжал челюсть и отвернулся. — Пошли, — я прошёл мимо Дарриса, спускаясь по ступенькам. Воздух на улице был тёплым, почти летним. Слишком спокойным. — Ты странный сегодня, — заметил Даррис, догоняя меня. — Я всегда такой, — сухо ответил я. Но мысли всё равно возвращались к ней. К тому, как она смотрела. Не со страхом, не с обидой, а с вызовом. Это раздражало меня и одновременно нравилось мне. Во мне проснулось любопытство. *** Прошло полдня. Домой я заехал ненадолго — бросил рюкзак в комнату, переоделся и почти сразу вышел снова. В комнате было слишком тихо. Мысли — слишком громкими. Я завёл байк, двигатель привычно зарычал подо мной. Этот звук всегда действовал лучше любых разговоров, и глушил всё лишнее. Через десять минут я уже притормозил у небольшого книжно-канцелярского магазина недалеко от дома. Достаточно старое здание с выцветшей вывеской, витрина заставлена учебниками, тетрадями и какими-то детскими раскрасками. Я остановился у тротуара, заглушил двигатель и снял шлем. Воздух приятно коснулся разгорячённого лица. Я провёл рукой по волосам, чуть растрепав их ещё сильнее, и направился внутрь. Колокольчик над дверью тихо звякнул. Внутри пахло бумагой, краской и чем-то пыльным, почти домашним. За кассой сидела женщина лет сорока, листала журнал. — Здравствуйте, — сухо бросил я. Она подняла взгляд. — Добрый день. — Где у вас отдел с художественными принадлежностями? — Вглубь зала, направо. После стеллажей с учебниками. — в её голосе скользнуло возмущение моим тоном, но я не обратил на это внимание. Кивнул и пошёл дальше. Шум улицы остался за дверью. Здесь было тихо — только тихий шелест страниц и гул кондиционера. Я прошёл мимо полок, даже не глядя на них. Остановился у поворота и свернул направо. У стены стояли холсты разных размеров. Рядом — краски, кисти, растворители, карандаши. Я провёл пальцами по упаковке одного из холстов. Белая поверхность. Чистая. Спокойная. В отличие от моих мыслей. Взяв холст побольше, пару тюбиков акрила и новые кисти, ведь старые уже почти стерлись, я стал рассматривать карандаши, подбирая нужные. Рисование — единственное, что реально помогало не думать и отвлечься, концентрируя свое внимание на чем-то другом. Не думать о школе. О Кори. Опять все мысли возвращаются к ней. Я раздражённо усмехнулся и отвёл взгляд. Глупости. Пора выбросить всю дурь из головы. Я взял последнее — простые карандаши для набросков. Пару секунд покрутил упаковку в руках, оценивая твёрдость грифеля, и направился к кассе. По пути машинально скользнул взглядом по стеллажам. И замер. Кора. Она стояла чуть в стороне, у полки с тёмными обложками. Пальцы медленно скользили по корешкам книг с громкими названиями. Дарк романы. Усмешка сама растянула губы. Вот уж не ожидал. Я молча дошёл до кассы, бросил холст, краски и карандаши на стойку. — Сейчас вернусь, — коротко бросил кассиру и развернулся. Шаги были тихими. Я остановился рядом с её полкой, небрежно облокотился плечом, скрестив руки на груди. — Не маленькая ещё для такого? Она вздрогнула едва заметно, но быстро взяла себя в руки. Медленно повернула голову. — Хартфорд? — в голосе сухой лёд. — Ты за мной уже и сюда ходишь? — Успокойся, Эверсон. Мир не крутится вокруг тебя, — лениво протянул я. — Просто удивлён. Не думал, что ты любишь такое. Её взгляд скользнул по мне сверху вниз — оценивающе, холодно. — А ты что, экспертом стал? По обложкам судишь? — По тебе, — спокойно ответил я. — Ты же вся из себя правильная. Надменная. А тут — тёмные страсти, токсичные герои.. падения. Последнее слово я произнёс чуть тише. Её пальцы крепче сжали книгу. — Тебе какая разница, что я читаю? — Никакой, — пожал плечами я. — Просто странно. Ты не похожа на ту, кто любит, когда героев.. — я сделал паузу, — ломают. Или насилуют, если уж можно и так. Она шагнула ближе. Совсем чуть-чуть. — А ты не похож на того, кто вообще умеет читать. — Поверь, я прекрасно читаю, особенно людей. — я тихо усмехнулся её словам. — Тогда перечитай себя, Хартфорд. На секунду между нами повисла тишина. Слишком плотная. Она не отводила взгляд. И это бесило. — Купишь хоть что-то? — спросил я, кивая на книгу в её руках. — Или просто картинку выбираешь? — В отличие от тебя, я не делаю вид, что у меня есть хобби, — парировала она. Я прищурился. — Это ты про что? Её взгляд скользнул мимо меня — в сторону кассы. На холст. На краски. Она всё видела. — Про то, что некоторым лучше оставаться на уровне подножек, — тихо сказала она. — Искусство — не для всех. Что-то внутри резко дёрнулось. Я выпрямился, отталкиваясь от полки. — Осторожнее, Эверсон. — А то что? — почти шёпотом. Мы стояли слишком близко. И почему-то впервые за долгое время мне не хотелось отпускать этот момент первым. — Эверсон.. играешь с огнем. — почему-то в этот момент мой взгляд упал на её волосы. Лисичка. Я мысленно повторил это слово про себя, и понял, что оно идеально подходит ей. Пусть будет ею. — Эй, Хартфорд, ты там что, завис? — голос Коры вывел меня из раздумий. — Нет, лисичка. Просто задумался. — я сделал акцент на слове "лисичка" и напряжённый взгляд Эверсон сменился на насмешливый. — Лисичка? Ты серьезно? Я усмехнулся, чуть наклонив голову набок. — Почему бы и нет? — спокойно ответил я, наблюдая, как её глаза сузились. — Подходит тебе. Она сделала шаг назад, скрестив руки на груди, но улыбка пробилась — короткая, едва заметная. — Ты странный, Хартфорд. — её голос тихий, но цепкий. — Может быть, — пожал плечами я. — Но тебе, кажется, нравится. Она фыркнула и отвернулась, подбирая книгу. — Не думай, что это значит что-то. — добавила она. — Конечно, лисичка, — тихо сказал я, держа взгляд на ней, — просто наблюдаю. Она схватила какую-то книгу, с темной обложкой и ушла. Даже не попрощалась. Тц.