Глава 10.

Алекс. Я понял, что что-то не так, когда прошло уже минут десять, а Кора не вернулась обратно. Сначала я пытался убедить себя, что всё нормально. Что она просто столкнулась с кем-то по пути и остановилась поболтать. Что ей стало плохо и она ушла наверх. Или вышла подышать воздухом. Но в груди неприятно кольнуло. Я пошёл в ту сторону, где скрылась Кора. Увидев кухню, я зашёл туда. Музыка за дверью звучала глухо, я потянул ручку и сразу услышал голос Джекса. Открыв дверь, я за долю секунды оценил обстановку: бутылки с газировкой на столе, телефон Джекса, лежащий на столешнице с включенной камерой.. и сам Джекс, сидящий перед Корой. Она сидела на полу голой, облокотившись о стену. Щеки красные, взгляд мутный. Руки Джекса были неприлично близки к её оголеной груди. Этот подонок посмел тронуть её. Раздеть. Чистая, оглушающая ярость мгновенно накрыла меня с головой. — Только попробуй тронуть её, — произнес я тихо, но така, что даже сам услышал, как в голосе звенит сталь. — Руки переломаю. Джекс медленно поднял голову. В его взгляде не были и капли раскаяния. — Хартфорд, ты не так понял, — сказала он, но я не стал его слушать. В два шага я оказался рядом и с размаху ударил его кулаком в челюсть. Джекс пошатнулся, но тут же вскочил. — Ты с ума сошел?! — прорычал он, потирая свое лицо. — Это вопрос к тебе, — процедил я. Он попытался ударить в ответ — резкий выпад справа. Я уклонился, перехватив его руку и врезал локтем в рёбра. Он согнулся, но тут же толкнул меня плечом, и мы оба врезались в кухонный стол. Банки и стаканы полетели на пол. Он был сильным и быстрым, почти что равным мне. Но он даже не представляет, на что я способен в гневе. Джекс попытался сбить меня с ног, зацепив ногу, но я удержал равновесие и ударил его снова, по линии челюсти. Он зашипела, и из края его губ были в крови. — Ты вообще понимаешь, что творишь? — рявкнул я. Он рванулся с места, схватив меня за куртку, и мы снова сцепились как уличной драке: без правил и ограничений. Только удары и ярость. Я пропустил один его удар, который пришелся мне по щеке. Я почувствовал привкус крови. Этого оказалось достаточно. Я перехватил его за ворот, резко дёрнул на себя и ударил лбом в переносицу. Послышался чёткий, неприятный хруст. Джекс вскрикнул, пошатнулся, хватаясь за голову. Я толкнул его в грудь, и он упал на спину. — Убирайся, — сказал я, пнув его в бок, чтобы он откатился подальше от Коры. — Прямо сейчас. И не попадайся мне на глаза. Он поднял на меня мутный, полный злобы и боли взгляд. — Ты пожалеешь.. — Вон! — прорычал я. Он поднялся зажимая нос и пошатываясь, бросив на меня последний злобный взгляд, вышел из кухни. Я увидел его телефон на столе — камера всё ещё была включена. Меня снова накрыло. Я схватил его и со всей силы швырнул в стену. Экран треснул и погас. Устройство упало на пол. Тишина. Было слышно только мое тяжёлое дыхание. Я повернулся к Коре. Она сидела, прислонившись к шкафчику. Щеки пылали, глаза блестели, дыхание было сбитым. Она выглядела потерянной. Слишком хрупкой. Слишком маленькой. Мне хотелось укрыть её в своих объятиях и не отпускать. Лишь бы она была рядом и с ней всё было в порядке. Я опустился перед ней на колени. — Лисичка.. — мой голос уже не был жёстким, стал более тревожным. Я осторожно коснулся её щеки. — Ты меня слышишь? Внутри всё неприятно сжалось от мысли, что я мог бы опоздать. Она слабо кивнула. — Все будет хорошо, лисичка. — прошептал я. Я быстро поднял её одежду, аккуратно надел обратно, застегнув. Пальцы дрожали не от страха — от злости, которая всё ещё кипела внутри. Она слабо пошевелилась. — Жарко.. — тихо захныкала она, пытаясь оттолкнуть воротник. — Потерпи, — мягче сказал я. — Сейчас выйдем на воздух. Я осторожно подхватил её на руки. Она оказалась легче, чем я ожидал. Такой лёгкой. Её голова безвольно опустилась мне на плечо, пальцы слабо сжали ткань моей футболки. Я вышел из кухни и направился к лестнице. Музыка всё ещё гремела, но теперь раздражала. На повороте ко мне вышел Вейл. Он сразу напрягся, увидев Кору у меня на руках. — Что с ней? — резко спросил он. — Куда ты её ведёшь? Я остановился, удерживая его взгляд. — Ей плохо, — коротко ответил я. — Похоже, перепила. Или из-за того, что она приболела, стало хуже. По его взгляды я понял, что он не верит мне. Вейл нахмурился. — Она почти не пила. — Сейчас это не важно, — жёстко сказал я, но без агрессии. — Я отвезу её домой. Он сделал шаг ближе, будто собирался возразить. — Я сам могу позаботиться.. — Нет, — перебил я спокойнее. — Я уже здесь. Всё под контролем. Несколько секунд он изучал меня. Подозрительно. Почти враждебно. — Ты уверен? — спросил он тише. — Да. Кора тихо застонала у меня на руках, и этого оказалось достаточно. Вейл тяжело выдохнул. — Напиши, когда довезёшь её. — Обязательно. Он нехотя отступил, пропуская нас. Я быстро прошёл к выходу, толкнул дверь плечом и вышел на прохладный ночной воздух. Холод ударил в лицо, немного проясняя мысли. Моя машина стояла чуть поодаль. Ну ладно, машина брата. Я открыл заднюю дверь и аккуратно уложил Кору на сиденье, подложив под её голову свою куртку. Она что-то невнятно пробормотала, пытаясь открыть глаза. — Всё хорошо, — тихо сказал я, закрывая дверь. Обойдя машину, я сел вперёд, руки крепко сжали руль. Я глубоко вдохнул. Домой. Сейчас главное доехать домой. Я не повёз её к её дому. Не смог. Когда укладывал её на заднее сиденье, я на секунду задержал взгляд — и заметил лёгкий синяк у неё на ключице. Почти скрытый тканью. Свежий. Внутри всё неприятно сжалось. Это было не похоже на след от случайного удара на вечеринке. И уж точно не от алкоголя. Я не стал задавать вопросов. Не сейчас. Но везти её туда, где она могла получить этот синяк.. нет. У меня дома сегодня никого. Родители уехали к родственникам, вернутся только завтра вечером. Я повернул руль в другую сторону. Дорога казалась длиннее обычного. Я то и дело смотрел в зеркало заднего вида. Она лежала тихо, с закрытыми глазами, но дыхание было неровным. — Почти приехали, лисичка, — тихо сказал я, больше для себя. Я уже сворачивал на знакомую улицу, когда услышал шорох. — Кора? Она резко поднялась на заднем сиденье. Села, подтянув ноги к груди, будто пытаясь уменьшиться. Волосы растрёпаны, глаза затуманены. — Алекс... — её голос был хриплым и тихим. — Всё нормально, — спокойно ответил я. — Сядь нормально, пожалуйста. Она будто не услышала. Прижалась к спинке сиденья, обхватив колени руками. — Я не хочу домой.. — прошептала она. Я сжал руль крепче. — И не повезу, — тихо сказал я. — Просто сядь, лисичка. Ты можешь упасть. Она покачала головой. — Мне жарко.. и холодно.. — она провела ладонью по лицу. — Это пройдёт, — мягче сказал я. Она медленно перевела взгляд на меня через зеркало. — Алекс.. В этом одном слове было столько растерянности, что внутри снова всё перевернулось. — Я здесь, — ответил я. Она ничего не сказала больше. Машина тихо катилась по знакомой улице, фары освещали пустую дорогу. — Мы почти приехали, — повторил я, стараясь, чтобы голос звучал уверенно. — Хорошо? Мой взгляд был прикован к дороге, но в зеркале заднего вида я видел всё. Я видел, как она раскинула ноги, как её рука исчезла между бёдер, как её губы приоткрылись в тихом стоне. Улыбка на моём лице медленно исчезает, сменяясь чем-то другим — концентрированным, хищным вниманием. Мои пальцы, сжимающие руль, белеют. Я отвожу взгляд. Машина плавно вписывается в поворот, и мой взгляд снова встречается с её. Она смущается, но продолжает мастурбировать. Чёрт, она доведет меня. — Алекс.. — она едва ли не стонала моё имя, я слышал глухие звуки её хлюпающей киски, которая явно хорошо принимала её пальцы. — Что, уже мастурбируешь на меня, лисичка? — я ухмыльнулся, а она лишь застонала, проникая своими тоненькими пальчиками глубже. В штанах стало тесно. Она точно доведет меня. — Алекс.. — она захныкала, её рука двигалась всё быстрее. — Мои пальчики такие тоненькие.. они точно не сравняться с твоим членом.. Мы уже подъезжали к моему дому, когда она кончила, громко и пошло стоная. Это было наказанием, быть так близко и одновременно далеко, ведь я не имел права касаться её. Тело Коры пошло мелкой судорогой, я крепче сжал челюсть, чтобы не кончить от одного её вида. Машина заехала во внутренний двор и мягко остановилась. Двигатель затих. Щёлкнул ремень — я отстегнулся и вышел. Ночной холодный воздух сразу ударил в лицо. Я глубоко вдохнул, пытаясь остудить мысли. Сердце всё ещё стучало слишком быстро. Обойдя машину, я открыл заднюю дверь. Кора попыталась выбраться сама — и едва не вывалилась вперёд. — Аккуратнее, — прошептал я, мгновенно подхватывая её. Она почти полностью повисла на мне. Тёплая. Слабая. Руки инстинктивно обвили мою шею. — Всё.. кружится.. — пробормотала она. — Но мне таак хорошо, Алекс.. — Знаю, — тихо ответил я. Я захлопнул дверь машины ногой и направился к подъезду. Каждый шаг казался медленным — не потому что тяжело, а потому что я боялся уронить её, задеть, сделать больно. Достав ключи одной рукой было отдельным испытанием. Я придерживал её плечом, прижимая к себе, пока пытался попасть в замочную скважину. — Чёрт.. — тихо выдохнул я, наконец открывая дверь. Внутри было темно и тихо. Дом казался слишком большим и пустым. Я закрыл дверь за спиной, не включая свет в коридоре, и направился к лестнице. Подниматься с ней на руках было сложнее. Я чувствовал, как она иногда слабо шевелится, будто пытаясь понять, где находится. — Алекс.. — едва слышно шептала она, хватаясь за воротник. — Я здесь, — ответил я, не сбавляя шага. Поднявшись на второй этаж, я толкнул дверь своей комнаты плечом. Луна пробивалась через окно, освещая комнату мягким холодным светом. Я осторожно подошёл к кровати и медленно уложил её на матрас. Она тихо вздохнула. Я поправил подушку под её головой, снял с неё обувь и аккуратно отодвинул волосы с лица. Щёки всё ещё были красными. Дыхание — немного учащённым. Я сел на край кровати, наклонившись ближе. — Всё хорошо, — тихо сказал я. — Никто тебя не тронет. Она не ответила. Только слегка повернулась на бок, словно инстинктивно ища тепло. И я впервые за весь вечер позволил себе выдохнуть. В какой-то момент она стала все чаще ворочаться в кровати, и еле слышно что-то бормотала. Затем она повернулась ко мне, и молящим взглядом прошептала. — Je te déteste, mais ça ne veut pas dire que je ne veux pas te faire une fellation. Plus que ça, je veux sentir tes doigts en moi, ta bite. Donne-moi du plaisir. Я едва ли не подавился таким откровениям. Это правда сказала Кора? Удивительно. Чем же её опоили. — Petit renard, je comprends parfaitement le français. Mais, hélas, je voudrais te faire plaisir pendant que tu es conscient. Кора глухо застонала, прижимаясь ко мне ближе. Она была такой тактильной. Её голова мягко опустилась на моё плечо и она начала возмущаться и говорить о том, какой я бесстыжий, лицемерный идиот, не готовый помочь ей с её желаниями. Я усмехнулся, убаюкивая её. Вот она удивится, когда утром проснется со мной.