-1-

Джейк никогда не любил хаоса. Вся его жизнь была распланирована на долгие годы вперёд. В старом неприметном блокноте записывался каждый шаг, чтобы потом с чувством удовлетворения поставить в окошке напротив идеальную до тошноты галочку. Вот только сейчас этот чертов блокнот почему-то ни хрена не работал. Ни на одной странице не было и слова о переезде в совершенно чужую для него страну. Ни на одной, мать его, из страниц ничего не говорилось о чувствах, которые сносили крышу и заставляли поступать необдуманно. В последнее время его жизнь была похожа на центр бури, в которую так быстро и безжалостно засасывало все, что он так долго строил. Будущее. Будущее это все, о чем он волновался начиная с десяти лет, лихорадочно записываясь на всевозможные дополнительные занятия, читая слишком сложную для его возраста литературу, чтобы попасть в университет мечты, а потом получить хорошую работу. Он ел, спал и дышал ради этого чертового будущего. Смешно. Потому что оно, в конце концов, его и погубит.

***

Последняя игра в этом семестре шла из рук вон плохо. Вместо Сонхуна поставили замену — конченного на всю голову Ким Джунхо, который совершенно не умел играть в команде, а слово стратегия очевидно вертел на большом и толстом. — Таймаут! — крикнул тренер, и парни быстро собрались в круг. — Блять, чувак, что ты вытворяешь?! — процедил Хисын, останавливая Джунхо. — Ты должен забросить мяч в кольцо соперникам, а не отбирать его у своих же. Тренер Пак положил руку на плечо обоим, заставляя заткнуться. Положение дел было плачевным. И вряд ли за оставшиеся пятнадцать минут можно было хотя бы сравнять счёт. Это понимали все. Сонхун, который перед самим матчем умудрился жёстко потянуть связки, знатно всем поднасрал, теперь прохлаждаясь на лавочке запасных. Хисын оглянулся туда где, сидел его лучший друг и опасно сощурил глаза. Сонхун виновато улыбнулся, мол, прости, но поделать ничего не могу. — Значит, так, — голос тренера был тихим, но весьма убедительным. — Джунхо, если ты не прекратишь отбирать мяч у всех подряд и зарабатывать фолы, просидишь на лавочке запасных до выпуска. Ты понял? Соберитесь, парни. Если проиграем эту игру, можете забыть о соревнованиях. Хисын. Постарайся забросить хотя бы несколько трехочковых. Сейчас это единственное, что может спасти ситуацию. Остальных это тоже касается. Хисын без раздумий кивнул. Он сделает все, что в его силах, чтобы выиграть. Не зря же тренер назначил его капитаном. Парни разбрелись по полю, занимая свои позиции. Хисын стал на место второго номера, беря на себя роль атакующего защитника. Парни из Юнсана были куда выше, поэтому форварды без особых усилий блокировали их удары. Даже юркость и ловкость Сону не всегда помогала. А время между тем близилось к концу третьей четверти. Практически перед самым баззером Хисыну всё-таки удалось принять весьма удачный пас и сделать бросок, попав в кольцо. Судья вытянул обе руки с поднятыми вверх тремя пальцами, и тут же прозвучал сигнал об окончании четверти. Может ещё и не всё потеряно.

***

Связка в танце никак не давалась. Со Ён уже в пятый раз делала движение неправильно, делая шаг не в ту сторону, из-за чего натыкалась на рядом стоящего Сумина, который шипел, как разозлённая кошка. — Да вы что, издеваетесь? — застонала Сон Мирэ, выключая надоедливую музыку. — Мы уже полтора часа торчим тут, а не продвинулись ни на шаг. Что с вами не так? Хёрим, ты вообще слышишь музыку? Почему тогда твои движения так похожи на конвульсии? Со Ён, выучи, где находится право, наконец! Ребята виновато опустили голову. Мирэ устало выдохнула и присела прямо на старый потёртый паркет, открывая бутылку с водой. Если так продолжится дальше, они никогда не смогут исправить прилипшую ещё в первый год репутацию неудачников. — Мирэ! — к ней подлетела Су Джин, показывая экран телефона. — Они выиграли! Только что выставили новость. Мирэ воодушевлённо схватила телефон, жадно впиваясь взглядом в короткое сообщение с поздравлением, опубликованное пару минут назад. Вот Хисын наверное рад… Жаль, что она не смогла его поддержать. После того, как они в прошлом году случайно зацепили декорации, которые упали и травмировали нескольких учеников, им запретили выступать на матчах по баскетболу. Что было ужас как несправедливо, ведь разве не в этом вся суть чирлидинга? — Конечно, они выиграли, — довольно улыбнулась Мирэ. — Иначе и быть не могло. Или ты думала, что те лузеры из Юнсана победят? Су Джин качнула головой и довольная села рядом с Сон Мирэ. — Ладно, ребята, давайте последний прогон и по домам, — Мирэ хлопнула в ладоши и поднялась на ноги. Послышался коллективный недовольный стон, который она намеренно проигнорировала. Включив музыку, Сон Мирэ прикрыла глаза. В этот раз им лучше бы сделать все хорошо, иначе Мирэ точно сойдёт с ума.

***

— Мирэ! — крикнули позади неё, и большая рука тут же накрыла её плечи. — Как дела, малявка? Нормально треня прошла? Сон Мирэ закатила глаза, скидывая руку. Сколько раз говорила не называть её так… — Я младше всего на два месяца вообще-то, — засопела Мирэ, оборачиваясь к Хисыну, который давил противную лыбу во все тридцать два. — Я не малявка. — На два месяца и шесть дней вообще-то, — перекривил её Хисын, тыкая указательным пальцем в одну из её щёк, за что чуть не получил подзатыльник, но из-за разницы в росте смог легко отклониться. — Малявка. Сон Мирэ надула щеки и замахнулась ещё раз, на что Хисын лишь весело захохотал и побежал вперёд. — Хоть что-то стабильно в этой жизни, — сзади незаметно подошёл Сонхун, напугав Мирэ. — Солнце восходит на востоке, садится на западе, а Мирэ и Хисын каждый раз дерутся, когда видят друг друга. Девушка обернулась на ещё одного своего друга и улыбнулась ему, бросаясь на шею. Радость за парней, которые столько тренировались, чтобы получить желанную победу, была настолько искренней и сильной, что хотелось кричать об этом. Хоть кто-то из них получил то, что так хотел. — Эй, а меня ты почему не обнимаешь? — возмутился Хисын, и Мирэ отстранилась от Сонхуна. — Его даже не было на поле. Он всю игру пытался в скамейке продавить дыру своей задницей. Сонхун на это лишь фыркнул и потрепал Мирэ по голове, таким образом благодаря за своеобразное поздравление. Он, Хисын и Мирэ дружили с самого детства. Всё по классике жанра. Жили по соседству, их мамы дружили и заставляли дружить и их, когда они были маленькими. Прошло время, им уже по восемнадцать, но они всё также дружат. А вот с другими ребятами из компании они подружились уже в школе. В основном там были парни из баскетбольной команды, а Мирэ была частью этой тусовки лишь потому, что дружила с Хисыном и Сонхуном. Но чувствовать себя лишней у неё не получалось. Парни делали все возможное, чтобы ей было комфортно и она никогда не оказывалась «за бортом». — Лучше расскажите мне, как прошла игра, — Мирэ подхватила обоих парней под руки. — Джей в чате написал, что вы едва вытянули матч. Сонхун тяжело вздохнул, а Хисын посмотрел на друга раздражённым взглядом. Мирэ схватила их под локти крепче. — Из-за кое-кого мы чуть все не проебали, — прошипел Хисын. — Только благодаря Ники смогли в последней четверти выйти вничью. Судья дал овертайм… Уже за несколько секунд до конца Сону по чистой случайности забросил мяч. Вот так и выиграли. Мирэ посмотрела на Сонхуна, который наверняка чувствовал себя виноватым из-за того, что не смог играть сегодня и подвёл команду. Хисын, конечно, иногда был вспыльчивым и мог сорваться, но Мирэ была уверена, что он уж точно не винит лучшего друга в том, что он потянул связки. Объяснить бы это самому Сонхуну. — Да этот кое-кто тебе сделал большое одолжение, — фыркнула Мирэ, пытаясь таким образом сгладить углы. — Если бы Сонхун не получил травму перед самим матчем, он бы вышел на поле и забрал все внимание себе. А так у тебя хотя бы был шанс несколько раз забросить мяч в кольцо. Сонхун, наконец, улыбнулся, и Мирэ захохотала, когда Хисын напал на неё с щекоткой. Вот так, смеясь и толкаясь, они и дошли домой.

***

Каникулы должны были быть интересными, а главное — плодотворными для Мирэ. Она планировала продолжать тренировки с другими ребятами с команды и готовиться к будущему фестивалю, который школьный совет планировал провести в середине весны. Ну и понятное дело, она должна была отдыхать. Ходить на тусовки вместе с Хисыном и Сонхуном, устраивать посиделки с Су Джин, но по итогу… — Мирэ! — крикнула мама с кухни. — Пойди открой дверь. Пришёл твой новый репетитор по математике. Вот так и портятся каникулы. Когда позавчера Мирэ пришла домой и показала родителям свои оценки, те были, мягко говоря, разочарованы. Мирэ находилась почти в конце рейтингового списка. Она бы сказала, что она где-то в середине, но родители особым оптимизмом никогда не обладали. Основной причиной таких результатов была чертова математика, которая, хоть убей, никак ей не давалась. Вот же «повезло», что новый сосед ходил с ней в одну школу и уже спустя такое короткое время после переезда смог занять третье место в рейтинге. При чем даже не класса, а школы. «Действительно повезло», — подумала Мирэ открывая двери и встречаясь взглядом с не очень-то и высоким парнем. По сравнению с Хисыном и Сонхуном, по крайней мере. — Проходи, — не очень довольно буркнула она и открыла дверь пошире. Сосед молча вошёл внутрь. Мирэ захотелось от такой реакции фыркнуть. Они с Джейком виделись стабильно каждое утро, когда шли в школу. По началу Мирэ пыталась здороваться с ним и даже завести разговор. Но парень вечно ходил хмурый, никогда не отвечал улыбкой на улыбку и говорил сквозь зубы. Спустя несколько недель Сон Мирэ сдалась и перестала даже здороваться, делая вид, что не видит своего соседа. Тот, впрочем, ни разу не пожаловался на это, так что Мирэ сделала вывод, что он не очень-то и скучает по её утренней болтовне. Из кухни выглянула хозяйка дома и тут же улыбнулась, увидев Джейка. Мирэ только устало закатила глаза. — Шим Джэюн, — кивнула мама соседу. — Спасибо, что согласился помочь моей непутёвой дочери. Будешь чаю или может быть хочешь кушать? Я недавно приготовила кимчи чиге . На удивление всегда бесстрастный сосед мягко улыбнулся и качнул головой. Мирэ осталось только открыть рот от удивления. — Нет, спасибо, госпожа Сон. Я недавно ел. — Ну ладно, молодёжь, не буду вас отвлекать. Идите занимайтесь тогда. С этими словами госпожа Сон подтолкнула дочь в сторону лестницы на второй этаж, где находилась её комната. Та со вздохом поплелась наверх, слыша тяжёлые шаги позади себя. Похоже, сосед был в таком же восторге, как и она. Стоило дверям закрыться за их спинами, как любые признаки дружелюбия исчезли с лица Джейка. Хотя до этого Мирэ казалось, что их и вовсе не было. Наверное, это он ещё изображал вежливость. — Ты всегда такой… радостный? — хмыкнула Мирэ, наблюдая за соседом, который методично раскладывал тетради и книги на её столе, при этом совсем уж нагло перекладывая её личные вещи, которые ему мешали. — Давай без лишней болтовни. Твоя мама попросила меня помочь, и я помогаю. На этом все, — отчеканил Джейк, не глядя на неё. — И почему ты говоришь неформально? Я старше тебя на год. Разве в Корее не принято обращаться формально к старшим? Мирэ на это закатила глаза. Вот же… Зануда. Хотя Джейк и правда был старше и учился в выпускном классе, но все же… — Прошу прощения, — процедила она сквозь зубы и села рядом с соседом, который успел по-хозяйски занять удобное кресло, оставляя ей жёсткий стул без спинки. — Для начала вот, — Джейк протянул ей листок с напечатанными заданиями. — Напиши тест, чтобы я понял, какой у тебя уровень знаний. Мирэ со вздохом положила перед собой листок, открыла тетрадь и принялась за работу. Некоторые задания были совсем уж лёгкие, и их девушка решила без особых проблем. Но большую часть она не знала, как решать, и какие бы способы не пробовала ничего не выходило. Джейк, пока она сосредоточено решала, жуя карандаш, смотрел то в телефон, то куда-то в окно. Как бы она не пыталась его понять, он все равно казался ей очень странным. Как-то раз, наклонившись за ластиком, который лежал на противоположном конце стола, она случайно задела руку соседа своей. Тот отпрянул от неё с такой прытью, что кресло на колёсиках укатилось чуть ли не к двери. Помимо этого, Мирэ, могла поклясться, он даже дышал через раз, когда она сидела рядом. Сон Мирэ чувствовала себя какой-то Беллой из Сумерок. Какая вероятность того, что Джейк чертов вампир, а не ненавидит её настолько, что старается не допускать даже минимального физического контакта и даже не хочет дышать с ней одним воздухом? Спустя долгих сорок минут девушка отложила карандаш и передала тетрадь соседу, который тут же принялся проверять её работу. Мирэ была уверена, что хотя бы треть заданий она решила правильно. Какое же было её удивление, когда Джейк зачеркнул все ответы, кроме одного. — Одно правильное?! — Мирэ аж подскочила со стула. — Эй, Шим Джэюн, я, конечно, уже поняла, что ты меня ненавидишь, но зачем заходить настолько далеко? Джейк с осуждением наблюдал за её вспышкой ярости, даже не пытаясь её остановить. Он спокойно выждал, пока Мирэ слегка успокоится, и только потом ответил: — Во-первых, не Джэюн, а Джейк. Я не люблю, когда меня называют корейским именем. Во-вторых, с чего ты взяла, что я тебя ненавижу? Да даже если бы и ненавидел, ты думаешь, я настолько мелочный, что специально бы стал перечёркивать твои правильные ответы? Не подумала, что ты просто тупая, а? От такой наглости у Мирэ глаза полезли на лоб. Так она тупая, значит? Сейчас она покажет этому придурку, что делают такие тупые, как она! Схватив первую попавшуюся тетрадь со стола, она швырнула ею в Джейка, но тот удивительно легко поймал её, словно только этого и ждал. Когда Мирэ схватила уже толстую книгу, сосед со вздохом перехватил её руку и слегка толкнул её, вынуждая сесть назад на стул, при этом слегка нависая сверху. — Послушай, — начал он без тени улыбки на лице и (вот опять!) задержал дыхание. — Я рад здесь быть не больше, чем ты меня здесь видеть, понятно? Твоя мама очень настойчиво просила меня помочь, так что я буду очень благодарен, если ты тоже мне поможешь и перестанешь тратить и моё, и своё время. Давай просто разберём сейчас ошибки, я дам тебе домашнее задание, и я пойду. Хорошо? Клянусь, что я просто сверил твои результаты с ключом от теста, и ничего больше. Видишь? Сосед помахал перед ней листочком с ответами, при этом неотрывно наблюдая за ней, и Мирэ, хоть и не была из робкого десятка, почему-то смутилась и лишь послушно кивнула на эту тираду. Джейк снова открыл её тетрадь и взял в руки ручку, тыкая в первое задание. Мирэ ничего не оставалось как склониться над столом, вслушиваясь в тихие, но понятные и весьма детальные объяснения. Остаток занятия прошёл относительно спокойно. Джейк все также избегал любого, даже малейшего физического контакта с ней, откатив кресло как можно дальше от её стула, но в целом было терпимо. Оказалось, он и вправду просто указал на её ошибки и не подтасовывал никакие результаты. — Ты невнимательно решала вот эти задания, видишь? — спокойно объяснял он, поправляя очки, которые сползли на кончик носа. — Ты поспешила, потому что была уверена, что знаешь, как решать, и поэтому допустила банальную ошибку в расчётах. Джейк ткнул кончиком ручки в одну из строчек, где Мирэ неудачно умножила два числа. На какой-то миг ей даже стало стыдно за свою реакцию. Поэтому, когда Джейк уже уходил домой, а она по настоятельной просьбе матери провожала его до крыльца, Мирэ окликнула его. — Прости, что я так… отреагировала, — извинилась она, склонив голову. Мирэ не любила признавать, что была неправа, поэтому теперь сгорала со стыда — извинялась она не так уж и часто. — Ты правда хорошо объясняешь. Я пойму, если ты больше не захочешь со мной заниматься, но я была бы благодарна, если бы ты всё же помог мне с математикой. Возможно у Мирэ случилось временное помутнение рассудка, но ей показалось, что Джейк даже слегка улыбнулся. — Хорошо, — ответил он и, развернувшись, ушёл.

***

Сердце колотилось где-то в глотке, и у Джейка было такое ощущение, что он сейчас потеряет сознание от того, как лёгкие наполняются кислородом. Все эти полтора часа, что он находился в чужом доме, он старался не вдыхать слишком глубоко, чтобы не чувствовать этого сводящего с ума сладковатого запаха. Почему-то тело странно реагировало на эту девчонку. Увидев её в первый раз выходящей из соседнего дома, Джейк замер и едва смог выдавить из себя хотя бы одно слово в ответ на приветствие и яркую улыбку. Собственная реакция пугала, поэтому он даже облегчённо вздохнул, когда соседке надоело и она перестала даже здороваться с ним. А вот теперь избегать её не получится, потому что репетиторство по математике предполагало разговоры и довольно близкий контакт. И снова тело не слушалось. Стоило ей случайно задеть его руку, как от ладони к предплечью словно пробежал разряд тока, и он машинально отдёрнул руку, при этом отъехав на кресле назад. Наверное, она думала, что он сумасшедший. «Ну и пусть», — подумал Джейк и пнул ногой кадку с каким-то очередным декоративным растением, которое высадила мать. Чертовы деревья. Чертовы цветы. Как будто они могли что-то поменять. Как будто бы если мать высадит сто редчайших и самых дорогих растений, то он полюбит эту страну, этот город или же этот дом. Словно лучшие сорта орхидей изменят тот факт, что родители оторвали его от привычного ему мира, заставили экстренно учить новый язык и рушить свои планы, которые он выстраивал годами. Джейк всегда знал, кто он и чего он хочет. А также знал, что нужно для того, чтобы добиться того, что он желает. Но сейчас понять, что же делать дальше, не помогал ни планер, в котором он записывал расписание на каждый день, ни дополнительные занятия, которые он выбрал для того, чтобы занять мысли и быстрее адаптироваться, ни чертовы фильмы, помогающие учить язык быстрее. Раньше он всегда был первым. Но, оказывается, в этой стране он далеко не такой особенный, каким он себя считал. Помимо него таких тысячи. И людей в сотни раз лучше него тоже хватает. Сколько бы усилий он ни прикладывал, тут всегда найдётся тот, кто будет стараться сильнее, кто будет учить усерднее и в итоге получит своё. Джейк поднялся к себе в комнату и с громким хлопком закрыл дверь. В последнее время он часто так делал, хотя раньше не позволял себе такого, как бы сильно он не злился. Но последние несколько месяцев раздражение едва удавалось контролировать. Он включил настольную лампу и открыл тяжёлые шторы, которые обычно были задёрнутыми, ведь из его окна прекрасно было видно соседское, а позволять абы кому заглядывать в его комнату он не хотел. Но сейчас безумно хотелось глотнуть свежего воздуха. Распахнув шторы и открыв окно настежь, Джейк замер. Напротив точно также замерла Сон Мирэ. И снова это чувство. Сердце словно сжали в железные тиски и перекрыли доступ к кислороду. Ему захотелось тут же закрыть окно и отдёрнуть шторы назад, как они были, но девчонка внезапно улыбнулась и помахала ему. И он не стал. Просто продолжал наблюдать за тем, как Мирэ открывает своё окно и слегка наклоняется вперёд. — Эй, Шим Джейк, — крикнула она так, чтобы её было слышно. Хотя особо кричать ей и не приходилось, ведь дома не стояли так уж далеко друг от друга. — Я и не знала, что наши окна находятся напротив друг друга. Ты ведь придёшь завтра, правда? В горле пересохло, и он не смог выдавить из себя даже банальное «да», поэтому просто кивнул. — Я рада, — она снова улыбнулась, а он также молча кивнул. — Ну тогда… до завтра. Мирэ помахала на прощание и закрыла окно. Резко, словно очнувшись ото сна, Джейк захлопнул и своё окно, завешивая шторы так, чтобы не было ни малейшей щели, через которую можно что-то подглядеть.