- 2 -

На следующий день он снова застыл на соседском пороге. Желания встречаться с Сон Мирэ у него, честно говоря, не было. После вчерашнего он странно себя чувствовал. После долгих размышлений он пришёл к выводу, что то, что он испытывает рядом с ней, не что иное как тревога. Именно. Тревога. Это все объясняет. И учащённое сердцебиение, и трудности с дыханием, и даже проблемы с речью. Эта девчонка была отождествлением слова «хаос», то есть всего того, что он так ненавидел. Конечно же, это будет вызывать у него панику. Дверь ему открыли, к его большому сожалению, слишком быстро. Он даже не успел настроиться. — Привет, — и снова эта широкая сияющая улыбка, от которой у Джейка глаза слепли. Разве корейцы не славятся своей сдержанностью? Видно Сон Мирэ никто об этом не предупредил. — Проходи. Вот тапочки. Мирэ показала на розовые домашние тапочки с какой-то плюшевой зверушкой на носке. Скривившись, Джейк покорно сунул туда свои ноги. Не хотелось начинать новое занятие со скандала. Да и в конце концов он обещал. Уже не только госпоже Сон, но и самой Мирэ. А свои обещания он держал. Поэтому он будет приходить и сделает все от него зависящее и независящее, чтобы научить её хотя бы основам. Что, как он предполагал, будет очень сложным. — Итак, — снова выбрав кресло на колёсиках, Джейк сел, откинувшись на спинку. С такими людьми, как Мирэ, нужно быть сдержанным и не вестись на провокации. Вчера ночью, лежа без сна, он решил, что должен быть умнее. В прошлый раз он вспылил, что недопустимо. Мирэ вела себя как маленький избалованный ребёнок, а разве это не глупость — спорить с ребёнком? Поэтому сегодня он — неприступная скала. — Итак, — повторил он, прокашлявшись, — вчера мы разобрали весьма элементарные примеры, поэтому сначала мы проверим домашнее задание, решим ещё пару подобных заданий, чтобы закрепить материал, а потом перейдём к более сложным. Джейк старался смотреть на свои записи, которые он с собой принёс, но не мог не замечать боковым взором, как Мирэ без устали ёрзала на неудобном стуле, разбрасывая волосы по столу. Лишь недовольно вздохнув, Джейк принялся за проверку домашнего задания, которое он вчера задал. На удивление, правильно было сделано больше половины заданий. Может, не все потеряно. Пока Джейк проверял, Мирэ продолжала вертеться на стуле. Она то сгибала ногу в колене, то скрещивала ноги, то облокачивалась о стол локтями. Может у неё РДВГ? * (расстройство дефицита внимания и гипперактивности, при котором человек не может сосредоточиться или усидеть на месте) Уже когда он всерьёз задумался о том, чтобы спросить её об этом, Мирэ резко повернула голову в его сторону, и её волосы хлыстнули по его лицу. Его обдало приятным и слегка сладковатым запахом. Зажмурившись, Джейк отклонился в сторону. — Да что такое? — резче, чем он планировал, возмутился Джейк. — Сядь ровно, а то словно пятилетка вертишься! Мирэ пристыженно опустила голову. Джейку даже на миг стало её жаль. — Прости, просто стул неудобный, — едва слышно шепнула она, и что-то внутри него дрогнуло. Снова тревога? Но почему вдруг? Конечно, она вела себя немного хаотично, но, обычно, такое поведение других людей вызывало в нём максимум небольшое раздражение, не более. Выражение на лице Мирэ было настолько измученным, что на миг Джейк даже почувствовал себя виноватым. И прежде, чем он сам это осознал, он поднялся, и кивнул на кресло. — Садись… Мирэ с удовольствием заняла кресло на колесиках, а он сам пересел на неудобный стул без спинки. Уже спустя десять минут он понял, почему же Мирэ не сиделось спокойно. Стул и правда был ужасно неудобным. Но он не собирался это показывать. Состроив бесстрастное выражение лица, Джейк принялся объяснять новую тему. Когда занятие подошло к концу, Джей расслабленно потянулся, позволяя себе протяжно выдохнуть от усталости. За час его задница практически онемела. Неужели в этом доме нет больше ни одного более удобного стула? Радовало то, что на сегодня этой пытке пришёл конец. Мирэ словно поставила перед собой задание вывести его из себя всеми возможными способами. Она будто бы была воплощением всех черт, которые бесили его в людях больше всего. Он как мог терпеливо объяснял тему, но Мирэ продолжала делать ошибки и переспрашивать, из-за чего ему приходилось объяснять одно и то же по несколько раз. Конспект она вела хаотично, зачёркивая неправильные ответы жирной и некрасивой линией. Да и судя по разбросанным книгам и конспектам, порядок она в целом не любила. В общем, Мирэ была человеком, полностью противоположным ему самому. Почему-то подобное умозаключение принесло ему неожиданное успокоение. Сердце больше не билось, как сумасшедшее, и он спокойно вдыхал и выдыхал, не задерживая дыхание. Кажется, приступ тревоги прошёл. По крайней мере так он думал.

***

Занятие с Джейком подошло к концу, и Мирэ даже улыбнулась. Ей неожиданно понравилось. Джейк умел объяснять. А ещё он был терпелив. Он продолжал объяснять даже тогда, когда она переспрашивала по несколько раз. Может, он и не выглядел самым приветливым человеком на свете, но и назвать его плохим она уже больше не могла. В конце концов, плохие люди не уступают другим удобное кресло, чтобы просидеть на неудобном стуле час. Уже когда она провожала его до порога, их остановила её мама. — Шим Джеюн, поужинай с нами, — улыбнулась госпожа Сон. — Ты отказался брать деньги, так позволь мне хотя бы так тебя отблагодарить. Я слышала госпожа и господин Шим постоянно в разъездах. Вряд ли тебе часто удаётся поесть домашней еды. Джейк на миг застыл прямо на пороге. Мирэ тоже от неожиданности чуть не споткнулась. Конечно, она переосмыслила своё мнение о Джейке, но это не значит, что она готова терпеть его во время семейного ужина. Он все ещё был весьма грубым и неприветливым человеком, который очевидно её недолюбливал. — Хорошо, госпожа Сон, — от ответа Джейка у неё и вовсе отвисла челюсть. Она-то думала, он откажется. А он мало того, что согласился, так ещё и улыбается её маме так, будто это он её родной сын, а она тут — гостья. Надо же. А он ещё та подлиза, оказывается. Даже не исправил маму и не сказал чтобы она не называла его Джеюном. Она перекривила его, пока он не видел, и направилась за ними в столовую. Если мама решила его пригласить, спорить она точно не будет — не самоубийца. — Отец Мирэ допоздна работает, так что мы обычно обедаем и ужинаем без него, — пояснила госпожа Сон отсутствие главы семейства, хотя никто и не спрашивал. Джейк на это лишь вежливо кивнул и сел за стол. К сожалению, Мирэ пришлось сесть рядом с ним. — Давайте уже есть, — буркнула Мирэ под нос, пытаясь хоть как-то ускорить экзекуцию, которая ей предстояла. Она лишь надеялась, что мама не начнёт вспоминать позорные моменты из её детства. Пока мама накладывала в тарелки еду, повисло неловкое молчание. Джейк рассматривал вязаные салфетки ручной работы на столе, а Мирэ смотрела прямо перед собой. Так неловко ей, наверное, в жизни не было. Обычно она была общительной и могла найти общий язык практически с каждым, но сейчас она понятия не имела, о чем говорить с этим человеком. — Твои родители не дома? — выпалила она на одном дыхании, больше не в силах терпеть этот кошмар. Её нога нервно подёргивалась под столом, а пальцы выстукивали незнакомый ритм на столе. Джейк шатнул головой. Понятно. Помогать ей он явно не собирается. Впрочем, кажется, он никакой неловкости не ощущал. Ему похоже нравилось молчание. И никак не смущал тот факт, что он сидит у неё на кухне. — А кем они работают? — не могла успокоиться она. — Раз так заняты… Джейк вздохнул, бросив на неё короткий взгляд, после чего перевёл взгляд обратно на стол. — Папа работает инженером, а мама — юрист, — коротко ответил он, не собираясь вдаваться в детали. Мирэ на это лишь угукнула, не зная, что сказать. В этот момент мама принесла еду, и Мирэ помогла ей расставить тарелки и приборы. Сегодня на ужин мама сварила её любимый соллонтхан, и это немного улучшило ей настроение. Ради такого она готова терпеть даже Джейка. В момент, когда она взяла тарелку з супом для него, руки перестали слушаться, и пальцы разжались словно сами собой. Не успела Мирэ оглянуться, как тарелка лежала на полу, а Джейк оказался облит горячим супом почти что с ног до головы. — О боже, Мирэ! — закричала мама. — Что ж ты у меня такая криворукая?! Джейк, ты не обжёгся? Мирэ быстрее, лёд и полотенца! Мирэ засуетился на кухне, пытаясь понять, в какую сторону ей бежать. Мама тоже бегала вокруг Шим Джейка, проверяя нет ли у того ожогов. Единственным спокойным в этой ситуации человеком был именно он. Когда Мирэ наконец нашла бумажные полотенца, он спокойно вытерся, что, конечно же, не помогло. От льда он категорически отказался, заверив всех, что суп успел остыть, и он цел и невредим, за исключением того, что все штаны и футболка были насквозь мокрыми. — Нет, так не пойдёт, — качнула головой госпожа Сон после десятого заверения Джейка, что с ним все в порядке. — Я дам тебе одежду моего мужа, пойдешь переоденешься. Пусть тут и недалеко идти, но негоже в таком виде перед соседями ходить. Да и это полностью вина моей дочери. В итоге Джейка настойчиво проводили в ванную с охапкой старомодных и далеко не по размеру вещей, а Мирэ оставили его сторожить под дверью, чтобы в случае чего она могла ему помочь. Хотя Мирэ сомневалась, что чем-то может помочь ему в этой ситуации. Да и что она может сделать? Помочь ему переодеться? Но спорить с мамой было смерти подобно, поэтому она села у двери, оперевшись на неё спиной, и стала ждать. Честно говоря, ей хотелось разбежаться и удариться головой о стену. Как она могла так опозориться? Он и так думал о ней не лучшим образом, а теперь наверное и вовсе будет принимать за сумасшедшую. Мирэ тихонько застонала от досады. В этот момент что-то в ванной громко стукнуло, и она подскочила. — Эй, ты там в порядке? — спросила она, прижавшись ухом к двери. — Да, — коротко ответил Джейк. Как обычно, на слова он был скуп. Мирэ облегчённо выдохнула, снова съезжая вниз по двери. Снова стало неловко. А когда она нервничала, она много болтала. Да и ладно бы если бы просто много говорила, так нет, она болтала все что её вздумается и все, что первым приходило в голову. Вот и сейчас она ляпнула, не подумав: — Выходит… Ты тоже хочешь стать юристом? Или инженером, как отец? Тишина была долгой и многозначительной. Уже, когда Мирэ потеряла надежду на любой ответ, из-за двери послышалось приглушённое: — Нет. Я хочу быть врачом. Мирэ удивлённо округлила глаза. Врачом? Она и подумать о таком не могла. Джейк в её воображении был циничным карьеристом, который идёт по головам, чтобы однажды добраться до поста генерального директора. Такой ответ совсем не вязался с тем, что она себе о нём напредставляла. — Врачом? Но почему? — поинтересовалась она и чуть не упала. Джейк переоделся и открыл дверь, из-за чего она слегка «провалилась» в дверной проем. — Мне это нравится, — парень пожал плечами. — И я хочу помогать людям. Хочу сделать что-то полезное. Джейк ловко обошёл её и застыл напротив неё. В папиных вещах он выглядел смешно, но при этом по-странному мило. Старый чёрный свитер был на размер больше, а штаны были настолько длинными, что Джейку пришлось сделать не менее трех подворотов, чтобы они не волочились по земле. Мирэ прыснула от смеха. Джейк тоже, на удивление, улыбнулся. — А ты? — спросил он. Мирэ поднялась на ноги, устав смотреть на него снизу вверх. Она пожала плечами. Ответ на этот вопрос она не знала. Она понимала, что стоит уже определиться, ведь до выпуска осталось не так уж и много, но пока что у неё не было ни малейшего представления о том, кем она хочет быть. — Не знаю. Мне нравится танцевать, но это не звучит как что-то надёжное. Не уверена, что это то, чем я хочу заниматься всю жизнь. Она медленно направилась в сторону выхода, провожая Джейка к двери. Тот шёл рядом, внимательно вглядываясь в её лицо. — Прости, — выдохнула она. — Я правда не хотела тебя обливать. Просто… так получилось. Ты из-за меня так и не поел. Может всё-таки насыпать тебе супа? — Нет уж, спасибо, — хмыкнул Джейк, но беззлобно. — Мне и первого раза хватило. И я не злюсь, так что все в порядке. На губах Мирэ появилась слабая улыбка. Может он и вправду не такой уж и плохой человек… Проводив его до двери и попрощавшись, Мирэ еще некоторое время постояла в прихожей, прежде чем вернуться в себе в комнату.

***

Каникулы, которые ожидались скучными и унылыми, внезапно заиграли совсем уж неожиданными красками. Репетиторство по математике оказалось куда более интересным занятием, чем он ожидал. Или, скорее, интересной оказалась девушка, которой он с этой математикой помогал. Это одновременно и раздражало, и по-странному будоражило. Словно сотня мелких иголок забралась под кожу, посылая едва заметные импульсы. Сон Мирэ. Это чертово имя было повсюду. Куда ни глянь — Сон Мирэ. О чем ни подумай, всё о Сон Мирэ. Эта ненормальная как будто бы поселилась в его голове. Больше всего пугало то, что его вроде как всё устраивало. С того дня, когда он увидел её в окне напротив, он словно медленно, но верно шагал в сторону пропасти и наслаждался каждым сделанным шагом. Больше он не мог оправдываться тревогой. Это не было похоже на то съедающее чувство, вызывающее панику. Это было что-то… непонятное. Словно… словно он качался на качелях. Как в детстве. В начале он пытался этому сопротивляться, но обычно, чем больше усилий прилагаешь, тем меньше вероятность достичь желаемого результата . Поэтому он просто решил плыть по течению. Мирэ все ещё казалась ему не тем человеком. Не его человеком. Ему было сложно представить, при каких обстоятельствах они могли бы подружиться. Его раздражала её рассеянность и невнимательность, раздражала неряшливость и чрезмерная болтовня по поводу и без. И тем не менее… Где-то на задворках закралось что-то, что заставляло кожу чесаться, а взгляд возвращаться к ней раз за разом. Интерес. — Я не понимаю, — со вздохом выдала девчонка и уложила голову на тетрадь. Джейк тоже вздохнул. Обычно его раздражало, когда кто-то не понимает с первого раза, но сейчас он почему-то продолжал терпеливо повторять одно и то же из раза в раз. — Давай сделаем перерыв, — неожиданно мягко предложил он и встал с неудобного и твёрдого стула, чтобы размять затёкшие конечности. Почему-то отбирать у соседки удобное кресло больше не хотелось. — Ты устала. Сон Мирэ оживлённо встрепенулась и подняла свои большие карие глаза на него. По телу снова прошёлся разряд, и он поспешил отвернуться, пока это странное чувство не захватило его мозг полностью. — Сегодня мы с парнями планируем пойти потусить, — вдруг начала она. — У Джея сегодня никого нет дома, и мы думали посмотреть какой-то фильм все вместе, повеселиться. Ну знаешь… Джейк непонятно зачем кивнул, все также избегая взгляда Мирэ. И зачем ему это знать? — Рад за вас, — не зная, что ещё сказать, ответил он. — Не хочешь с нами? — спросила Сон Мирэ. — Я подумала… Ты ведь совсем недавно сюда переехал. Наверное, ещё не успел толком обзавестись друзьями. Тебе должно быть одиноко. Это прекрасная возможность завести новые знакомства. Парни состоят в баскетбольной команде, поэтому многих знают, и… Джейк все же не выдержал — перевёл взгляд на Мирэ, которая смотрела таким умоляющим взглядом, что он окончательно поплыл. Уже почти вырвавшийся отказ застрял в горле, и он не смог вымолвить и слова. Лишь смотрел в глаза напротив. — Ладно, — голос охрип, и ему пришлось прокашляться. — Я приду. Всё равно нечем заняться. И зачем он согласился? Он же ненавидит такое. Он ненавидит баскетбол, ненавидит скопления людей и шум. Но Сон Мирэ внезапно улыбнулась, и ему стало всё равно на причину. В конце концов, нельзя же вечность сидеть дома? Иногда нужно отвлекаться от книжек и приобретать практический опыт. Верно… Это всего лишь ещё один пункт его плана — завести новые знакомства и связи, чтобы успешно адаптироваться в новой среде. Всего лишь очередная ступенька, которая поможет ему достичь большую и важную цель.