Глава 2. Знакомое лицо

Это было странно. В течение нескольких недель после их похода в «Мясную лавку Кëртис» тетя Петуния стала почти... сносной. Она не стала добрее, но больше не заставляла Гарри вставать на рассвете, чтобы приготовить завтрак для всей семьи, и перестала отпускать колкости по поводу его странностей. Она даже купила Гарри на день рождения несколько новых летних рубашек, а не обноски Дадли. Гарри не знал, что и думать, но смирился. Это уже было намного лучше, чем раньше. И даже несмотря на то, что дядя Вернон и Дадли стали относиться к нему ещё хуже, чтобы сравнять счёт. Конечно, это было слишком хорошо, чтобы быть правдой: в последний день летних каникул, когда Гарри и Дадли подрались, у них почему-то разбилась чашка. Дадли порезался и его пришлось везти в больницу. Это свело на нет все попытки тети Петунии наладить их отношения. Она лично заперла его в чулане на ночь, и было ясно, что на следующее утро его выпустили только потому, что люди заподозрили бы неладное, если бы он не явился в первый день четвертого класса. Ну что ж. Как обычно. Позже в том же году Гарри удалось узнать адрес «Мясной лавки Кëртис» на уроке информатики. Она находилась в Литтл-Уингинге, чуть больше чем в трех километрах от дома номер четыре на Тисовой улице. До нее можно было дойти пешком. Ему хотелось пару раз тайком сбегать в магазин, но что-то подсказывало, что какое бы наказание ни придумали Дурсли, оно будет слишком суровым. Кроме того, Эд и Ал сказали, что приедут всего на несколько недель летом, так что вряд ли он с ними ещё раз столкнётся. Мистер и миссис Кёртис были довольно милыми, но это были не те люди, которых он хотел бы видеть. Может быть, это был бы запасной план на случай, если у Дурслей станет совсем плохо. Так продолжалось несколько лет. Гарри научился лучше убегать от Дадли и его банды, хотя больше всего на свете ему хотелось бы, чтобы у него были навыки Эда и Ала, которые помогли бы ему дать отпор. Из-за этого у него возникали проблемы с тётей и дядей, но иногда ему просто хотелось, чтобы Дадли получил по заслугам. Куда бы он ни пошел, его преследовали все новые странные происшествия. В день, когда Дадли исполнилось одиннадцать, Дурсли взяли Гарри, и одного из друзей Дадли в зоопарк. После того как кузен толкнул Гарри на землю, стекло в вольере с довольно дружелюбным удавом исчезло, и змея вырвалась на свободу. Затем хлынул поток писем, адресованных Гарри, с указанием адреса вплоть до номера комнаты, в которой он спал. Эти письма внушали тете Петунии и дяде Вернону такой страх, которого Гарри не мог понять, — настолько сильный, что они несколько раз собирали вещи и переезжали в разные мотели. Но письма продолжали приходить. В конце концов дядя Вернон уговорил их переночевать в старой хижине на уединенном острове. И там, в бушующую грозу, у Гарри впервые в жизни был по-настоящему хороший — даже отличный — день рождения. Потому что он познакомился с Хагридом и наконец узнал, почем он такой странный. Появился Хагрид с очередным письмом и первым в жизни Гарри праздничным тортом. Хагрид рассказал ему всё, что Дурсли скрывали от него все эти годы. Он был волшебником и умел колдовать. Он собирался поступить в специальную школу под названием Хогвартс, чтобы научиться всему, что связано с волшебством. Хагрид рассказал ему и другие вещи. Его родители были волшебниками, как и он. И они погибли не в автокатастрофе. Их убил Темный Волшебник. Темный волшебник, Волан-де-Морт - хотя Хагрид сказал ему не произносить это имя. Гарри был в ярости из-за того, что его дядя и тётя скрывали это от него и годами заставляли его чувствовать себя уродом, в то время как его мир был заперт на замок. Были и другие такие же, как он. Люди, которые не будут считать его странным. Отчасти он не мог понять, почему родственники так яростно противились его поступлению в Хогвартс, ведь они так сильно его ненавидели, а он бы не путался у них под ногами большую часть года. Хагрид не принимал отказа, а Гарри не мог упустить возможность хоть ненадолго почувствовать себя свободным. И вот они оказались там, в лучах утреннего света, после того как буря утихла. Лодка, на которой дядя Вернон доставил их в бухту, все еще была привязана к деревянному причалу, а ее дно было покрыто водой. — Как ты сюда добрался прошлой ночью? — спросил Гарри, не увидев второй лодки. — Прилетел. — просто сказал Хагрид. — Мы заберем лодку обратно, я не должен использовать магию теперь, когда у меня есть ты. — Тем не менее, он оглядел лодку с некоторым презрением. — Хотя грести было бы стыдно. Как думаешь, ты никому не расскажешь, если я ... немного ускорю путешествие? — Он похлопал по своему явно волшебному розовому зонтику. Гарри все еще был потрясен тем, что Хагрид прилетел на остров, и был вне себя от радости, что ему предстоит увидеть еще больше волшебства, поэтому он сразу согласился. Они забрались в лодку, и ему было все равно, что из-за этого Дурсли останутся на берегу, а он уплывет. Хагрид взмахнул зонтом, и лодка ожила, запыхтела и помчалась к противоположному берегу, словно ее толкал невидимый пропеллер. Освободив руки, Хагрид повернулся к доставленной совой газете. Гарри заметил заголовок: «Ежедневный пророк», пока Хагрид листал страницы. Картины сменяли друг друга, приковывая его внимание. — Министерство магии, как всегда, все портит… — пробормотал Хагрид себе под нос. — Есть Министерство магии? — спросил Гарри, которого по-прежнему одолевали вопросы. — Конечно, есть. — ответил Хагрид. —Все хотели, чтобы должность министра занял Дамблдор, но он бы ни за что не покинул Хогвартс. Так что вместо него мы получили старого Корнелиуса Фаджа. Каждое утро он забрасывает Дамблдора совами с просьбами дать совет. — Чем занимается Министерство магии? — В основном тем, что скрывает ведьм и волшебников от магглов. Лучше, чтобы они жили отдельно. Гарри задумался о том, как большинство магглов отреагируют, узнав о волшебстве. Он знал, что его дядя и тётя были немного не в себе, но мало кто из взрослых до сих пор верил в магию. Все они переросли эту детскую фантазию, еще когда перестали верить в Санта-Клауса — хотя теперь Гарри сомневался, что Санта не может быть тайным волшебником. Вряд ли им понравится, если им скажут, что мир устроен не так, как они себе представляли. Хагрид перевернул страницу газеты, и его кустистые брови слегка приподнялись. — Сын министра магии Китая подтвердил, что будет учиться в Хогвартсе. Эксклюзивное интервью с семьей Яо. — прочитал он. — В Китае есть собственное министерство? — спросил Гарри. — Хм, да. — сказал Хагрид. — Конечно. Не спрашивай меня об их правилах, я их не знаю. Есть Международный статут секретности, но в остальном каждый сам за себя. — Он снова уткнулся в газету и пробормотал себе под нос: — Хочет помочь наладить международные связи… уже свободно говорит по-английски… похоже, умный парень. Должно быть, долго пришлось уговаривать министерство, чтобы он попал в Хогвартс. Обычно мы берем детей только из Великобритании и Ирландии. А, вот мы и приплыли. Лодка врезалась в берег, и они вдвоем выбрались из нее. — В общем… — сказал Хагрид, сворачивая газету и пряча ее в один из своих многочисленных карманов. — Для начала нам нужно сходить в Гринготтс, чтобы забрать твои деньги. Потом мы купим все, что тебе нужно для школы. Гарри понятия не имел, как они собираются это сделать, но последовал за Хагридом на вокзал. Держать его в поле зрения было легко, хотя Хагрид попросил Гарри поговорить с кассиром о двух билетах до Лондона. — Я ничего не смыслю в маггловских деньгах. — признался он, когда Гарри вручил ему один из билетов и сдачу. Спустя одну остановку Гарри делал свои первые шаги в Лондоне. Огромный город был почти ошеломляющим, и Гарри не знал, как воспринять идею о том, что магия может сосуществовать с ним. Хагрид на ходу раздвигал толпу, а Гарри шел почти бегом, чтобы не отставать. Он выудил из кармана письмо о приеме в Хогвартс и крепко сжал его, одним глазом просматривая список необходимых материалов и книг, а другим следя за Хагридом. — Мы действительно сможем достать все это в Лондоне? — спросил Гарри. Он был уверен, что в Лондоне продается все, что угодно, но не мог представить себе ни одного магазина, торгующего копиями "Фантастических тварей" и информацией о том, где их найти, или оловянными котлами, не говоря уже о домашних совах и персональных летающих метлах. — Если знаешь, где искать. — глубокомысленно ответил Хагрид. Он оглядывал улицу, словно пытаясь найти витрину какого-то конкретного магазина. Гарри предположил, что он, вероятно, искал вход в Гринготтс, хотя он не мог понять, как вход в волшебный подземный банк мог находиться в центре Лондона. — Мы пришли! — Воскликнул Хагрид, останавливаясь. Гарри налетел прямо на него. — Дырявый котел. Знаменитое место! Гарри огляделся и в конце концов заметил вывеску «Дырявого котла», на которой был изображен бурлящий котел на ржавой железной обшивке. Судя по всему, это был какой-то паб, но Гарри никак не мог взять в толк, почему это место так популярно. Дядя Вернон и тетя Петуния всегда неодобрительно относились к заведениям типа «Дыра в стене», и «Дырявый котел», казалось, не вызывал у них особого восторга. Но прежде, чем он успел что-либо сказать, Хагрид за руку повел его внутрь. Внутри «Дырявый котел» выглядел еще более убого, чем снаружи. Он был тускло освещен несколькими фонарями, а за столами и у стойки бара сидели разные посетители, потягивая пиво из кружек. — Как обычно, Хагрид? — спросил бармен, увидев, что они входят. — Не сегодня, Том. — отмахнулся от него Хагрид. — Я тут по официальным делам Хогвартса. Бармен еще раз оглядел их. Затем у него отвисла челюсть. — Боже милостивый! — пробормотал Том. — Неужели... Этого не может быть… Гарри Поттер, какая честь для меня! Его заявление привлекло внимание всего паба, и не успел Гарри опомниться, как его со всех сторон окружили ведьмы и волшебники с удивленными глазами, которые стремились поприветствовать его и пожать ему руку. Это произошло слишком быстро, чтобы Гарри успел осознать, почему все так обрадовались встрече с ним. Неужели так было принято, что всех новых ведьм и волшебников принимали в сообщество подобным образом? Взрослые всех знали? Хагрид действительно говорил, что он прославился в волшебном мире (случайно!) победив Волан-де-морта, но это было уже чересчур. — А, профессор Квиррелл. —поприветствовал Хагрид одного нервного человека, который вышел вперед. — Гарри, это один из твоих профессоров в Хогвартсе. Казалось, что каждый палец Квиррелла дрожал, когда он пожимал Гарри руку, и в его голосе слышалось болезненное заикание: — Г-Гарри П-Поттер, для меня б-большая честь наконец-то в-встретиться с вами. — Что вы преподайте? — Спросил Гарри с неподдельным любопытством. — З-защита от Т-темных искусст-тв. — сказал Квиррелл, и на его плотно сжатых губах появилась неловкая улыбка. — Н-не то ч-чтобы вам это б-было н-нужно, верно? С этими словами Квиррелл быстро извинился и ушел, пробормотав что-то о том, что ему нужна новая книга о вампирах. — Он всегда такой нервный? — Спросил Гарри у Хагрида, когда они начали пробираться к заднему выходу из паба. — Раньше такого не было... — немного подумав ответил Хагрид. — — Раньше он преподавал магловедение, это факультативный курс, посвященный культуре магглов. Потом он переключился на защиту от темных искусств, взял годовой отпуск, чтобы набраться практического опыта, и вернулся уже совершенно другим. Они добрались до закрытого переулка, путь вперед преграждала кирпичная стена. Хагрид не остановился, он просто взял свой зонтик и принялся отсчитывать кирпичи. Когда кончик зонта стукнул по тому, что находился на три ряда выше и на два в сторону от переполненного мусорного бака — стена с грохотом ожила, кирпичи сдвинулись, и превратилась в арку, за которой открылся совершенно новый мир. — Добро пожаловать, в Косой переулок! Гарри не хватало глаз, чтобы в полной мере насладиться захватывающим видом. Особенно учитывая, что Хагрид практически тащил его за собой, чтобы они успели добраться до Гринготтса до того, как он будет слишком загипнотизирован, чтобы двигаться. В переулке было все, от магазина котлов до аптеки, торгующей ингредиентами для зелий. Гарри захотелось увидеть все это. Наконец, они подошли к зданию из чистого белого мрамора, более высокому, чем все остальные магазины. Это и был Гринготтс. Хагрид повел их внутрь, а Гарри вертел головой по сторонам, чтобы получше все рассмотреть. Надпись на входе в вестибюль, предупреждающая воров о том, что с охраной Гринготтса шутки плохи, заставила его вздрогнуть. Хагрид встретился с одним из гоблинов у стойки, демонстрируя ключ от хранилища Гарри. Затем, шепотом, он передал гоблину письмо от профессора Дамблдора о чем-то в «Хранилище 713». Гоблин осмотрел его, кивнул и послал за одним из своих коллег, чтобы тот проводил их в хранилища. Гарри был сбит с толку волнующей поездкой по подземным шахтам. Пути, казалось, тянулись на многие километры, а холодный ветер обдувал его лицо, а очки начали быстро потеть. — Сначала в хранилище мистера Поттера. — сказал гоблин, которого, как полагал Гарри, звали Грипхук. Когда тележка остановилась, Хагрид позеленел лицом, и ему пришлось на минуту прислониться к стене, чтобы успокоиться, когда Грипхук открыл дверь хранилища. Гарри едва мог поверить своим глазам, увидев перед собой гору золота. Если бы Дурсли знали, что у него есть такие деньги… — Вот, этого должно хватить на несколько семестров. — охрипшим голосом сказал Хагрид, сгребая несколько десятков монет в маленький кошель. Он протянул его Гарри, который теперь был богаче, чем когда-либо. — Откуда у моих родителей столько денег... — выдохнул он. — Это были родители твоего отца. — сказал Хагрид. — Твой дедушка изобрел… что это было - зелье для волос от Сликизи? Довольно популярное среди молодежи даже в это время. Гарри задался вопросом, сможет ли это зелье хотя бы чуточку приручить его волосы. Поездка в хранилище 713 еще больше запутала их, и Хагрид выглядел еще хуже, когда доставал из хранилища маленький сверток в коричневой обертке. Гарри попытался рассмотреть содержимое упаковки, но Хагрид сунул чтобы это ни было во внутренний карман, прежде чем он успел как следует рассмотреть. — Официальное дело Хогвартса. — сказал он, когда Гарри бросил любопытный взгляд на то место, где был карман. — Извини, не могу об этом говорить. Гарри решил не настаивать, особенно учитывая, что им еще предстояло вернутся обратно по этим адским серпантинам из рельс. Когда они, наконец, выбрались на поверхность, Хагрид дрожал всем телом. — П-послушай, Гарри, ты не будешь возражать, если я ненадолго вернусь в «Дырявый котел»? Эти гринготтсовские тележки... Я из-за них скоро с ума сойду. Гарри не хотел, чтобы его новому другу стало совсем плохо, особенно учитывая, как много он ему сегодня помог, поэтому он кивнул. — Конечно. Я... э-э... — он снова заглянул в свой список покупок. — Думаю, я могу начать с мантий. Хагрид пробурчал что-то себе под нос. И потом сказал громче. — За этим тебе стоит сходить к мадам Малкин. Недалеко отсюда. Я зайду за тобой позже. — И с этими словами Хагрид, пошатываясь, пошел в направлении «Дырявого котла», по-прежнему расталкивая толпу. Гарри оглядел уличные вывески в поисках чего-нибудь, что могло бы указывать на магазин одежды, но было слишком много всего. На секунду он подумал о том, чтобы отказаться от идеи купить мантию и вместо этого купить что-нибудь классное. Впервые в жизни у него появились деньги на карманные расходы, и ему так много всего хотелось купить. Он заставлял себя сосредоточиться, иначе был уверен, что сможет спустить все состояние своих родителей за несколько часов. — Уф! Гарри, отвлекшись, налетел на кого-то и отшатнулся. Он наткнулся на молодую девушку, которая была примерно его возраста, хотя была почти на целую голову выше, и выглядела она так же неуместно, как и Гарри. Ее длинные светлые волосы были собраны в конский хвост, и она поправила юбку. — Извините... — быстро извинился Гарри. — Все в порядке. — сказала девушка, оглядывая его с ног до головы. — Это все так странно, не так ли? Значит, Гарри был прав, девушка тоже была здесь новенькой. Слабым утешением стало то, что он был не совсем одинок в этом вопросе. Девушка протянула руку. — Я Уинри Рокбелл. А ты... — О, я Гарри Поттер! — представился он, принимая рукопожатие. Гарри чуть не забыл представиться. После того, как все называли его по имени только взглянув, было почти странно, что девушка его не узнала. Уинри кивнула и попыталась сделать вид, что это новая информация, но Гарри сразу понял, что на самом деле она уже слышала его имя раньше. — Извини. — сказала она, — Я знала, кто ты, но не хотела ставить тебя в неловкое положение. — Часть Гарри оценила эту сдержанность. Он хотел быть просто Гарри, а не кем-то знаменитым. Уинри отпустила его руку. — Кроме того... — добавила она с легкой усмешкой. — Слава слишком быстро забивает мальчишкам головы. — И что ты хочешь этим сказать, Уинри? Этот голос... Определенно, он слегка изменился за два года, но был достаточно похож, чтобы Гарри сразу узнал его. Перед Гарри появился мальчик с золотистыми волосами и золотыми глазами, который подошел к Уинри сзади. — Эд! Мальчик моргнул, затем, в момент взаимного узнавания, улыбнулся в ответ. — О! Во так встреча! — Вы знакомы? — Спросила Уинри. — Познакомились, когда мы с Алом были у учителя. — ответил Эд. — Кстати, почему ты больше не приходил? Гарри вымученно простонал. — Ты же видел моих тетю и дядю. Как будто они когда-нибудь позволят мне вернуться... — Что ж, в следующий раз сбеги незаметно. — предложил Эд. — Учитель была бы рада вновь увидеть тебя. И если твои тетя и дядя устроят скандал из-за этого, она мигом спустит их с небес. Она... — он вздрогнул. — В общем! С ней в любом случае шутки плохи. Гарри на мгновение вспомнил разъяренный взгляд, который миссис Кëртис бросила на Дурслей, и подумал, не был ли это ее самый умеренный гнев. Странное, приглушенное осознание пришло к нему, когда он в полной мере осознал, что Эд, тот самый странный мальчик, которого он однажды видел в мясной лавке, стоял рядом с ним в Косом переулке. — Стой! Получается ты тоже волшебник?! — Спросил Гарри, немного ошарашенный. — Э! Ну, похоже, что так. — сказал Эд, неопределенно махнув рукой в сторону переулка. — А когда ты узнал? Тогда мне показалось, что ты не знал, что ты волшебник. — Ну... Получается, сегодня утром. — смущенно почесав затылок сказал Гарри. — Один из работников Хогвартса принес мое письмо и все объяснил. — Он сейчас с тобой? — Нет, он пошёл в «Дырявый котел». Его тошнит от этих вагонеток в Гринготтсе. Уинри поморщилась. — Они действительно такие плохие? Эд сказал мне, что это кошмар. Думаю, мне повезло, что мне просто нужно было обменять фунты на галеоны на стойке регистрации. — Чем меньше мы будем говорить про эти штуки, тем лучше. — поморщился Эд. — С вами здесь кто-нибудь есть? — спросил Гарри. Он огляделся, но не увидел ни Ала, ни кого-либо, кто мог бы походить на их родителей. — Мой папаша и бабушка Уинри сейчас должны быть в «Котле». Бабуля настояла, чтобы отец показал ей «Волшебную выпивку». — закатил глаза Эд. — Я сказал им оставаться там, и что мы справимся сами. Думаю, я бы умер со стыда, если бы мой старик ходил за мной хвостиком. Гарри моргнул, почувствовав внезапную резь в глазах. Он бы больше всего на свете хотел, чтобы его мама и папа показали ему все уголки и закоулки «Косого переулка», помогли купить все его книги и позволили поглазеть на гоночные метлы. Уинри прищурилась и легонько шлепнула Эда по голове. — Иногда он может быть бесчувственным идиотом! — сказала она, пристально глядя на Эда, который потирал голову. Эд поморщился и сделал глубокий вдох. — Извини… — пробормотал он себе под нос. — Все в порядке. — ответил Гарри, глядя себе под ноги. — Эй, а почему бы нам не пройтись по магазинам вместе? — предложила Уинри. — Эд уже бывал в этом переулке раньше, он знает расположение нужных магазинов! Компания была приятной и Гарри согласился. — Я бы хотел сначала купить мантии. — Хорошо, за мной! — сказал Эд, ведя группу чуть дальше по улице. Гарри уже мог разглядеть вывеску «Мадам Малкин», украшенную огромными ножницами, которые не придавали ему смелости. — А откуда вы двое знаете друг друга? — Спросил Гарри у пары. — Мы соседи! — сказал Эд. — Знаем друг друга с детства. Это был единственный вопрос, который Гарри успел задать, когда они подошли к парадной двери «Мадам Малкин» и вошли внутрь, колокольчик слегка звякнул при открывании двери. — Вы все в Хогвартс, дорогие? — спросила их приземистая ведьма, одетая в лиловое. Они кивнули. — Что ж, сейчас у нас есть место только для одного из вас, так что решайте между собой. — Иди первым. — махнул рукой Эд. — Мы подождем. Гарри не знал, сколько времени потребуется Хагриду, чтобы вернуться, но, вероятно, будет лучше, если Гарри закончит примерку как можно быстрее. Ведьма представилась как мадам Малкин и усадила Гарри на табурет рядом с бледным светловолосым мальчиком со вздернутым носом, с которого снимала мерки более молодая ведьма, вероятно, какой-то стажер. Эд и Уинри сидели в приемной и листали какие-то журналы по магии. — Приве-ет. — растягивая слова, произнес бледный мальчик.— Ты тоже поступаешь в Хогвартс? — Ага! — кивнул Гарри, пока мадам Малкин надела ему через голову халат и начала закреплять его булавками. — Мама смотрит волшебную палочку, а папа покупает мне книги. — сказал мальчик. — А потом, я думаю, они сводят меня посмотреть на гоночные метлы. Жаль, что первокурсники не могут взять с собой свои собственные метлы, но я могу уговорить отца купить мне одну, а потом найду способ пронести ее тайком. Гарри уже не нравился этот парень. — У тебя есть своя метла? — Нет. — Ты вообще играешь в квиддич? — Нет. — Гарри хотел бы внести в разговор что-нибудь более интересное. — Я играю! Отец говорит, что было бы преступлением, если бы меня не взяли в команду моего факультета. Ты уже знаешь, на каком факультете будешь учиться? — Нет. — Ну, никто точно не знает, пока не попадет туда, но я знаю, что буду в Слизерине. Вся моя семья там училась. Представь, что тебя бы отправили в Пуффендуй. Я бы просто встал и ушел, а ты? Гарри не имел ни малейшего представление, что ему сказать, и молча посмотрел в сторону двери. Эд и Уинри все еще сидели в приемной, и оба пристально смотрели на мальчика поверх своих журналов. По крайней мере, Гарри был не одинок в своëм презрении. — Это должен быть интересный год! — сказал мальчик, хотя в его голосе не было особого интереса. — Ты читал газету? Сын министра магии Китая приезжает в Хогвартс. Почему он выбрал именно Хогвартс из всех мест, я не могу понять. Отец всегда говорил, что Дурмстранг, это школа высшего класса. Как ты думаешь, мы с ним встретимся? У него хорошие связи. Связи, как будто их наличие значило гораздо больше, чем природа отношений или сам человек. В другом конце магазина Эд фыркнул. — Сомневаюсь. — громко объявил он, привлекая внимание мальчика. — Вероятно, в нем нет ничего особенного. Я имею в виду, он всего лишь сын министра магии Китая, а не принц или что-то в этом роде. Бледный мальчик прищурился. — Тебе следует быть осторожнее, когда ты так говоришь. — сказал он. — Статус здесь важен, на случай, если ты не в курсе. Не могу сказать, принадлежишь ли ты к нашему виду или нет. Внезапно атмосфера, казалось, изменилась. Гарри услышал, как ведьма-стажер, поправлявшая мантию мальчика, скрипнула, и мадам Малкин глубоко вдохнула через нос, чтобы успокоиться. Уинри напряглась, а Эд практически зарычал, откладывая журнал. — И что это должно означать? — Я просто не думаю, что других людей следует впускать. — сказал мальчик, как будто это была самая простая вещь в мире. — Я имею в виду, что они ничего не знают о нашем мире, некоторые из них даже не слышали о магии до того, как получили письмо. Мы просто должны сохранить это в старых волшебных семьях. Элитарность в его голосе сильно напомнила Гарри о Дурслях, которые всегда демонстрировали открытое презрение ко всем и всякому необычному. Гарри испытал огромное облегчение, когда мадам Малкин закончила с его мантией. Он с радостью спрыгнул со стула и заплатил за упакованные покупки вперед. Мадам Малкин жестом пригласила Уинри подойти, но они с Эдом поспешили последовать за Гарри к двери. — Мы вернемся, когда он уйдет. — кипел Эд, и мадам Малкин лихорадочно закивала головой в знак понимания. — Что за придурок! — фыркнула Уинри, сжимая кулаки. — Я даже половины не понял из того, о чем он говорил... — признался Гарри, хотя это не уменьшило его неприязни к новому знакомому. — Не беспокойся об этом. — отмахнулся от него Эд, уставившись в какую-то отдаленную точку на противоположной стороне переулка. — Такие, как он, не стоят того, чтобы тратить на них время. — А, Гарри! Вот и ты... Гарри ухмыльнулся. Хагрид шел в их сторону, поднимая над головой два больших рожка с мороженым. — Ты уже купил свои мантии, отлично! И у тебя появились друзья! Гарри кивнул. — Это Эд и Уинри. — Приятно познакомиться. — сказала Уинри, кивая головой. — А, ну, друг Гарри - мой друг! — Сказал Хагрид сверкая доброй улыбкой. — А где ваши родители? С вами кто-нибудь есть? — Они в «Дырявом котле». — сказал Эд, небрежно махнув рукой. — У нас все хорошо, не беспокойтесь. — Ну... — Задумчиво произнес Гарри. — Мне все еще нужно купить все остальное. Мы можем сходить за книгами и волшебными палочками, а потом вернуться за вашими мантиями? Как только он это сказал, светловолосый мальчик вышел из магазина со своими покупками. Он оглядел окружение Гарри с едва заметной ухмылкой, прежде чем уйти, глядя на них так, словно они были грязью под его ногами. — Думаю, нам с Уинри пора идти за мантиями. — повеселев, сказал Эд. — Думаю, это займет больше всего времени. Кстати, если мы сегодня больше не увидимся, встретимся потом на Хогвартс-экспрессе, хорошо? — Да, звучит неплохо! — сказал Гарри, немного опечаленный, но понимающий. Эд протянул руку, и Гарри стукнул по ней своей. Это не было прощанием, как в прошлый раз. На этот раз он точно знал, что увидит Эда снова.