Глава 3. Все в Хогвартс-экспресс!

Гарри решил, что ему повезло, когда он наткнулся на семейство рыжеволосых, и последовал за ними, услышав, как они упоминают магглов. Дурсли бросили его на вокзале, и он понятия не имел, как добраться до платформы 9¾. Если это была семья волшебников, как он и подозревал, то, возможно, он мог бы понять что ему делать, наблюдая за ними. — Так, какой там номер платформы? — пробормотал глава семейства. — Девять и три четверти! — выпалила самая младшая и единственная девочка, явно довольная тем, что дала правильный ответ. Семья стояла между барьером, разделяющим девятую и десятую платформы, за которым Гарри наблюдал ранее, но ничего не увидел. Он внимательно смотрел, не упуская ни одной детали. Но когда старший из мальчиков, который выглядел уже вполне взрослым, подбежал к барьеру, он просто исчез из виду. Следующими были близнецы, которые решили подшутить над матерью, прикинувшись друг другом. Один за другим они подбежали к барьеру и исчезли. Такими темпами вся семья проедет мимо, а Гарри так и не приблизится к разгадке тайны. Если бы здесь были Эд или Уинри, они бы помогли, но, насколько он знал, они уже добрались до платформы. Он подавил страх и шагнул вперед. Его багажный вагончик столкнулся с последним, самым младшим мальчиком, и раздался легкий металлический стук. — П-простите... — сказал он, запинаясь. — Я-я не знаю… не знаю, как… — Как попасть на платформу. — закончила за него женщина с понимающей улыбкой. Гарри благодарно кивнул. — Впервые едешь в Хогвартс? Рон тоже. Нужно просто пробежать через барьер между девятой и десятой платформами. Не бойся и не сомневайся, иначе не получится. Если боишься, прибавь немного скорости. Гарри посмотрел на очень прочную каменную стену. Бежать к ней казалось сущим безумием. Но, с другой стороны, именно так, судя по всему, и поступили старшие мальчики. Он ещё раз бросил взгляд на семью. Мальчик показал большой палец вверх, а девочка прошептала: «Удачи». Гарри проглотил остатки страха и сорвался с места, толкая перед собой тележку. Он лишь надеялся, что, когда они разобьются, Хедвиг не слишком на него разозлится. Никакого столкновения не произошло. Когда он добежал до барьера, его окутала тьма, и он просто продолжил бежать. Через секунду свет снова ударил ему в глаза, и Гарри почувствовал, что его ноги замедляются. Он огляделся. На станции стоял алый паровоз с надписью «Хогвартс-экспресс», а на табличке было четко написано: «Платформа девять и три четверти». У него получилось. Гарри быстро отодвинул тележку в сторону, уверенный, что остальные члены рыжеволосой семьи последуют за ним, а он не собирался загораживать вход. Он шел вдоль поезда, высматривая свободное место. Вокруг него на платформе толпились семьи, прощаясь с детьми до следующего года. Проходя мимо, он улавливал обрывки разговоров, которые тонули в хаосе и какофонии окружающих звуков. Маленький мальчик заявил, что потерял свою жабу, а парень постарше показывал любопытным ребятам что-то интересное, спрятанное в коробке. Он добрался до самого конца поезда, но так и не смог найти свободное купе. Гарри не очень-то хотелось ехать с незнакомцами, особенно если они будут пялиться на него. — Эй! Гарри! — Гарри расплылся в улыбке, услышав голос Эда, словно тот был спасательным кругом в океане. Элрик высунулся из одного из последних окон и махал ему рукой. Гарри подтолкнул свой чемодан к ближайшей двери и попытался затащить его по ступенькам, но тот больно ударился о его ногу. Эд исчез из окна, но не успел он появиться снова, как рядом с ним возникла знакомая копна рыжих волос. Это был один из близнецов. — Нужна помощь? — Да, пожалуйста! — Фред, иди сюда, помоги! Второй близнец тут же оказался рядом с ними. Они подняли чемодан и понесли его вверх по лестнице, предоставив Гарри нести клетку с Хедвиг. Эд и Уинри ждали их в коридоре и махали рукой в сторону правого купе. Там уже лежал багаж Эда и Уинри. Близнецы закинули чемодан Гарри в багажный отсек над сиденьем и дружно вздохнули. — Это все? — спросил один из близнецов - Джордж, если Гарри ничего не путает. — Да, спасибо. — ответил Гарри, вытирая пот со лба. Фред и Джордж уставились на него, и Гарри запоздало понял, что показал им свой шрам. — Черт возьми, это правда ты? — Кто? — Гарри Поттер! — Ну да. — пожимая плечами ответил он. Фред и Джордж обменялись восторженными улыбками, и Гарри понял, что больше всего на свете боится всеобщего внимания. Эд, должно быть, почувствовал его неловкость и начал выталкивать близнецов из купе. — Ладно, спасибо за помощь, а теперь вам пора... Тем не менее Фред и Джордж помахали им на прощание, и теперь их улыбки были скорее дружелюбными, чем озорными. — До встречи. Я Фред, а это Джордж, кстати. Гарри уже знал об этом, но все равно помахал ему в ответ. Когда в купе не осталось никого кроме его друзей, он сел напротив Эда и Уинри, которые тоже устроились поудобнее. — Добро пожаловать в мир, где тебя знают все и каждый! — пошутил Эд. — Я ненавижу это. — пробормотал Гарри. — Я уверена, что скоро это прекратится. — предположила Уинри. — Просто уходи подальше, если люди будут тебя слишком беспокоить. — Неа, не сработает. — парировал Эд. — Просто найми дублера и всегда обеспечь по крайней мере один запасной путь к отступлению. Гарри в ужасе уставился на них. Неужели так будет до конца его жизни? — Это была шутка! — заверил его Эд. — Но, серьезно, не бойся сказать людям, чтобы они отстали. Некоторые просто не могут не лезть не в свое дело. Гарри кивнул, глядя в окно. Рыжеволосая семья, похоже, собралась на последнюю встречу. Один из близнецов указал на купе, в котором находился Гарри, и он инстинктивно отпрянул, чтобы убедиться, что его не видно. — Итак, вы все нормально добрались до платформы? — спросил он у своих соседей. И они оба кивнули. — Мой папаша раньше учился в Хогвартсе. — объяснил Эд. — И он сказал нам, что делать. — Я не могу поверить, что волшебники могут просто проходить сквозь стены. — сказал Гарри, все еще немного пораженный этой последовательностью событий. — Честно говоря, это не самая безумная вещь, которую я когда-либо видела. — вздохнула Уинри. — Не думаю, что меня уже чем-то можно удивить. По купе разнесся громкий свист. Эд достал карманные часы антикварного вида и посмотрел на время. — Уже одиннадцать. Мы должны уже скоро отправится. Как и следовало ожидать, поезд тронулся, медленно удаляясь от платформы. Чем дальше он двигался, тем больше набирал скорость, пока люди, махавшие на платформе, не превратились в пятнышки. Эд высунулся из окна и помахал рукой с широкой улыбкой на лице. Гарри увидел, как младшая из рыжих догоняет поезд, и ему показалось, что он видит знакомую золотую вспышку, бегущую рядом с ней, но вскоре они тоже превратились в точки на горизонте. Поезд завернул за угол, и платформа полностью исчезла из виду. — Ну, теперь пути назад нет! — сказал Эд, откидываясь на спинку сиденья. — Старик сказал мне, что поездка продлится до позднего вечера, и, вероятно, к тому времени, как мы доберемся до Хогвартса, уже стемнеет. Гарри задумался над этими словами. Он не завтракал и Дурсли не приготовили ему ланч. Он мог справиться с голодом, но ему не хотелось начинать свой первый день в качестве настоящего волшебника на пустой желудок. — Ты не знаешь, в поезде раздают еду? — спросил он, представляя себе различные закуски и перекусы, предлагаемые в маггловских поездах и самолетах. — Думаю скоро сюда должна будет приехать тележка со сладостями. — сказал Эд. Он поднялся на ноги и потянулся к своему чемодану. — Учитель также приготовила несколько бутербродов, а мама - пирог с заварным кремом. Так что у нас достаточно еды в дорогу. Хотя, наверное, нужно будет купить что-нибудь сладкое... Пока он бормотал что-то себе под нос, дверь купе открылась. Гарри и Уинри повернулись на звук и увидели младшего рыжеволосого мальчика, который находился в остолбенении, как олень в свете фар. — Можно я присяду здесь? — спросил он, уже пятясь. — Все остальные купе уже заняты. — Конечно! — сказал Гарри прежде, чем мальчик успел убежать. Он выглядел взволнованным, и Гарри не хотел, чтобы мальчик чувствовал себя отчуждено. Он быстро вошел в купе и сел рядом с Гарри. — Я Рон Уизли. — Гарри Поттер. — хотя, судя по выражению лица Рона, он это уже знал. — Эдвард Элрик. — сказал Эд, отвлекая внимание на себя. Он откинулся на спинку стула, держа на коленях маленькую корзинку. — Можно просто Эд. — Уинри Рокбелл. Рон смущено почесал нос, пытаясь как-то начать разговор. — Это правда, что у тебя... э-э... что у тебя есть шрам? Гарри приподнял челку, показывая отметину в виде молнии на лбу. Рон слегка побледнел, и его веснушки стали заметнее. — Вау... — пробормотал он. — Ты правда жил с магглами? — Да, они ужасны! — Гарри осекся, увидев недовольное выражение на лице Уинри, и поправил. —По крайней мере, мои были отвратительны... — Да, я как-то встречался с его опекунами. — вмешался Эд. — Мерзкая семейка. — Они даже не рассказывали мне о магии! — сказал Гарри. — Моя мама была сестрой тети Петунии, так что она уже все знала об этом. Я буду очень сильно отставать от остальных. Хотел бы я вырасти среди волшебников. Теперь настала очередь Рона состроить гримасу. — Не беспокойся об этом. Каждый год в Хогвартс приезжает множество магглорожденных, которые раньше не знали о магии. И у них у всех все получается. Некоторые... — он снова нахмурился. — Говорят, что магглорожденным не место в Хогвартсе, но это полная чушь. Гарри сразу же вспомнил заносчивого блондина из «Мадам Малкин». — Но расти с пятью старшими братьями-волшебниками... — вздохнул Рон. — Это уже что-то с чем-то. Самые старшие братья уже закончили Хогвартс. Билл - разрушитель проклятий в Египте, а Чарли - укротитель драконов в Румынии. Перси стал старостой, и все любят Фреда и Джорджа. Есть на кого ровняться. Он покачал головой, пытаясь избавиться от мрачного настроения, которое невольно создал. Гарри повернулся к Эду и Уинри. — А как насчет ваших семей? — спросил он. — Эд, ты говорил, что твой папа тоже волшебник? — Да, просто мой отец... — ответил Эд. — Он занимается алхимией. Рон изумленно уставился на него. — Мой брат Билл пытался изучать алхимию. Он сказал, что это один из самых сложных предметов, которые он пробовал. Эд слегка ухмыльнулся от гордости. — Да. Это все о структуре и составе всего. Так сказать, наука о нашем мире. И я тоже собираюсь ее изучать. — А что насчет тебя? — спросил Рон, поворачиваясь к Уинри. — Мои родители - магглы! — с гордостью сказала она. — Они врачи, точнее, хирурги. А моя бабушка делает протезы. — Круто! — ухмыльнулся Рон. — Мой папа работает в Министерстве магии в отделе по борьбе с незаконным использованием маггловских артефактов. Это отделение считается довольно скучным, но ему нравится работать с этими штуковинами. Готов поспорить, он был бы рад услышать о... протезировании, не так ли? Это ведь искусственные конечности, верно? Уинри кивнула. — Я и сама собиралась заняться медициной, пока не получила это письмо. Может быть, я все ещё смогу как-то это применить. В волшебном мире ведь есть протезы? — Да, есть, но папа всегда говорит, что они не такие хорошие, как маггловские. Если у магглов что-то и получается лучше, так это инновации. Дверь купе снова открылась, и показалась пожилая женщина с тележкой, доверху нагруженной всевозможными сладостями. — Что-нибудь из тележки, дорогие? Лицо Рона заметно порозовело, и он пробормотал что-то насчет бутербродов. Гарри уже решил купить несколько конфет, но все они показались ему совершенно незнакомыми по сравнению с теми магловскими, которые он знал по маркам. В итоге он купил всего понемногу. Эд тоже купил изрядную долю, хотя отдавал предпочтение конфетам, которые ему явно были ему знакомы. Гарри был уверен, что они с Эдом вдвоем скупили половину сладостей со всей тележки. Хотя это не имело значения, Гарри с благоговением наблюдал, как пустые отделения для конфет заполняются сами собой, а продавщица направляется к следующему купе. Рон уставился на все эти сладости, разинув рот. — Этого хватит чтобы накормить половину вагона... — прошептал он, затем, заикаясь, снова покраснел, — «Если... если вы со мной чем-то поделитесь, то есть... — Я обменяю это на один из твоих бутербродов! — сказал Гарри, бросая ему один из купленных им котловых пирогов и беря бутерброд, похожий на кукурузную лепешку с говядиной. — Только ешь побыстрее, пока они не закончились! — предупредил его Эд. — У меня кстати есть бутерброды и пирог с заварным кремом, если хотите. Они устроили настоящее пиршество, которого было более чем достаточно, чтобы утолить голод на всю дорогу. Гарри собрал небольшую коллекцию открыток с шоколадными лягушками, а Эд и Уинри увлеклись игрой «Угадай вкус бобов Берти Ботта». Звук удара эхом разнесся по всему купе. Странно, Гарри не думал, что он раздался из-за двери купе. Но откуда ещё? — А-а-а! — закричал Рон, и Гарри чуть не подпрыгнул от неожиданности, когда повернулся к окну. За ним было чье-то лицо! При ближайшем рассмотрении оказалось, что это мальчик, который висел вниз головой за окном и улыбался им. Эд застонал и открыл окно, позволяя мальчику ввалиться внутрь. За ним последовала еще одна фигура, девочка их возраста. — Дубина! Для этого двери вообще-то есть! — Накричал на их гостя Эд, указывая на дверь купе. — Нееее, через двери ходить скучно. Через окно веселее! — сказал мальчик с озорной ухмылкой, усаживаясь на полу по-турецки. У него были длинные черные волосы, собранные в конский хвост, и он был одет в желтое пальто с белой отделкой. Его глаза были полузакрыты, а на левой руке была необычная черная перчатка, выделявшаяся на фоне остальной его сравнительно яркой одежды. Его спутница была одета во все черное, а ее волосы были собраны в пучок. Гарри огляделся. Уинри выглядела такой же раздраженной, как и Эд, но Рон стоял, разинув рот и показывая на мальчика пальцем. — Я видел твою фотографию в «Ежедневном пророке»... — недоверчиво произнес он. — Ты сын министра магии Китая! Гарри вспомнил газетный заголовок, который Хагрид прочитал в тот день, и смутный интерес светловолосого мальчика. Он не понимал, чего ожидать от сына министра, если вообще чего-то ожидать, но уж точно не этого. Мальчик снова ухмыльнулся. — Верно! Меня зовут Линг Яо. А это... — он махнул в сторону девушки. — Лан Фан. Она моя под... — Телохранитель. — оборвала его Лан Фан. — Я его телохранитель. Линг слегка расстроился от такого заявления, но ничего не сказал, просто поднялся на ноги. — Итак, может, остальные представятся? Один за другим все члены группы назвали свои имена. Линг радостно хлопнул в ладоши. — Рад быть в такой дружной компании! — сказал он, устраиваясь между Эдом и Уинри как дома. — Можно мне? Прежде чем Эд успел согласится или отказать, Линг отправил в рот тыквенный паштет. — Хм, это не то, что едят дома, но сгодится. Лан Фан осталась стоять, но взяла лакричную палочку, которую Уинри протянула ей. Гарри был потрясен тем, как быстро они влились в группу, да и Рон выглядел не менее смущенным. — Итак, э-Линг. — сказал Гарри, пытаясь побольше узнать о новичке. — Почему вы решили учиться здесь? Разве в Китае нет своих магических школ? — У нас их несколько. — подтвердил Линг. — Но посещение школы внутри своей страны не поможет развитию международных отношений. Если я собираюсь однажды управлять своей страной, лучше наладить эти связи как можно раньше. И давай оставим этот официоз, можно на "ты". Мы ведь друзья! — улыбнулся он, жуя очередную шоколадную лягушку. — Что? — пробормотал Рон, подавившись особенно противной конфетой из бобов Берти Ботта. — Ты хочешь стать министром магии Китая?! — Конечно! — сказал Линг, как будто это было очевидно. — Я ставлю перед собой высокие цели. Нам нужны серьезные реформы. Гарри не понимал, откуда одиннадцатилетний мальчик вообще что-то знает о политике. Он ничего не знал о британском министерстве магии, а его знания о маггловском правительстве были, весьма незначительные. Возможно, то, что Линг сын министра магии, и из-за этого он так хорошо в этом разбирается. — В любом случае, расскажите мне о себе! — попросил Линг, хватая сразу две шоколадные лягушки. — Мне следует больше знать о людях, с которыми я буду учится следующие семь лет. Рон начал рассказывать Лингу о работе своего отца в министерстве и о делах, над которыми тот недавно работал, от покусанных чайных сервизов до заколдованных книг. Линг слушал с легкой улыбкой, но не сводя взгляд с быстро исчезающих конфет. — Эй! — оборвал рассказ Рона Эд, свирепо глядя на Линга. — Я не против поделиться, но я не говорил, что ты можешь съесть все! — Извини, Эд… — сказал Линг, и в его голосе прозвучало почти извинение. — Но я ем за двоих. — Хм? — Эд выглядел таким же растерянным, как и Гарри. — Что ты хочешь этим сказать? Линг сверкнул ослепительной улыбкой. Гарри готов был поклясться, что это игра света, но на секунду его глаза показались фиолетовыми. — Ты знаешь, что я имею в виду. — сказал он, неопределенно махнув рукой в перчатке. Эд уставился на него, как и Уинри. Лан Фан сменила позу. Наконец, Эд отступил, опустив руку. — Жадный ублюдок. — пробормотал он себе под нос с легкой улыбкой. Одержав победу, Линг схватил кусочек пирога с заварным кремом, который принес Эд, и съел половину за один укус. Гарри совершенно не понимал, что все это значит, но предпочел не задавать вопросов. Если Эд не собирался поднимать этот вопрос, то и он не будет. Возможно, из-за того, что Линг был сыном министра магии, ему нужно больше еды, хотя это не казалось справедливым. Он посмотрел на Лан Фан, которая продолжала стоять, скрестив руки на груди. — Ты можешь сесть, если хочешь. — предложил он, убирая несколько разбросанных оберток, чтобы освободить для нее больше места. Лан Фан с минуту разглядывала его и Рона, затем сдалась и села между Роном и дверью купе. Разговор продолжался, пока поезд проезжал мимо полей и лесов, и солнце клонилось к горизонту. Уинри рассказала Гарри и Рону о протезах, которые сделала ее бабушка, и в какой-то момент достала книгу со схемами, которую взяла с собой. Лан Фан, казалось, постепенно освоилась с атмосферой компании и в конце концов спросила, будет ли кто-нибудь из них готов к спаррингам, когда они прибудут в Хогвартс, сказав, что ей нужно поддерживать свои навыки. Эд был более чем рад услужить, и Гарри вспомнил тренировку, свидетелем которой он был несколько лет назад. Была ли Лан Фан сделана из того же боевого материала? Дверь купе открылась, и они оказались лицом к лицу с мальчиком со слезами на глазах и девочкой с густыми и не послушными волосами. На девочке уже была школьная мантия. — Кто-нибудь видел жабу? — спросила она. — Невилл потерял свою. — Мальчик кивнул и шмыгнул носом. — К сожалению, нет. — сказал Гарри, мысленно сделав пометку, обращать внимание на всех жаб, которые ему будут попадаться на глаза. Эд, Уинри, Линг и Лан Фан тоже покачали головами. — Все, что у меня есть, это эта крыса. — сказал Рон, доставая из кармана тощую лысеющую крысу. Краем глаза Гарри заметил, как Лан Фан, прищурившись, смотрит на существо. Девочка фыркнула. — Что ж, дайте знать, если увидите какую-нибудь жабу. — сказала она, направляясь, по-видимому, продолжить поиски в другом месте. — В любом случае, вам всем следует переодеться. Мы, вероятно, скоро будем на месте. Кстати, я Гермиона Грейнджер. — Она ушла прежде, чем они успели назвать свои имена в ответ. — Что это за крыса? — Спросил Линг, подперев голову рукой. — А, это... — сказал Рон почти смущенно. — Это Короста. Он старый и практически , он был крысой Перси до того, как я его получил... — От этой крысы исходит странная энергия. Эд бросил на Линга подозрительный взгляд. Рон несмотря на то, что всего несколько секунд назад оскорбил Коросту, прижал его к себе и уставился на Линга. — С ним все в порядке! — У него отвратительная аура. — согласилась с Лингом Лан Фан, все ещё не сводя глаз с крысы. Рон в замешательстве поднес Коросту к носу и понюхал. — От него не так уж плохо пахнет... — Это не то, о чем я говорил... — Значит, это правда! Из-за приоткрытой двери купе донесся новый голос. Гарри обернулся и увидел, что в дверях стоит мальчик, которого он видел в магазине «Мадам Малкин», а по бокам от него теперь стоят ещё двое. Он выглядел торжествующим, мгновенно подтвердив все негативные чувства, которые Гарри испытал к нему в магазине мантий. — Сын министра магии Китая и знаменитый Гарри Поттер. Оба они действительно учатся в Хогвартсе в этом году! — ухмыльнулся мальчик. — А тебе-то какое дело? — Спросил Гарри, желая, чтобы он просто ушел. — Важно налаживать связи. — сказал блондин, указывая на двух парней позади него. — Это Крэбб, а это Гойл. А я Малфой. Драко Малфой. Рон фыркнул, мгновенно направив гнев Малфоя на себя. — Мне не нужно спрашивать, кто ты такой. Рыжие волосы, веснушки, поношенная мантия - явные признаки Уизли. Значит, у твоих родителей все еще больше детей, чем они могут себе позволить? Рон покраснел. Гарри перевел взгляд на Малфоя и боковым зрением увидел, как Эд оскалил зубы. — В любом случае... — Малфой перевел взгляд с Гарри на Линга. — Поттер, и… Яо, не так ли? Я уверен, ты знаешь, что некоторые волшебные семьи лучше, чем другие. Я могу помочь тебе найти подходящего человека. — Он протянул руку. Линг ухмыльнулся. — Я вижу, ты из таких. Нет, спасибо, я знаю, как выбирать союзников. Гарри почувствовал облегчение. На секунду он забеспокоился, что Линг примет предложение Малфоя, и что его желание наладить международное сотрудничество распространяется только на богатых и обеспеченных. Малфой немного помолчал, затем выжидательно повернулся к Гарри. — Думаю, я сам смогу разобраться, что правильно, а что нет, спасибо. Малфой с каждой секундой все больше розовел, раздражённый тем, что разговор пошел не в его пользу. Он зарычал. — Если ты будешь продолжать в том же духе, то закончишь так же, как твои родители. — Гарри это задело, и он был уверен, что это отразилось на его лице. — Они тоже не знали, что для них лучше... — О, вот это да! — Закричал Эд, сжимая кулаки. — Я хотел набить тебе морду еще в Косом переулке! Малфой уставился на него. — Ты не посмеешь... Но их разговор прервал громкий, почти лающий смех. Линг поднялся на ноги. — Если ты хочешь разлучить нас, потребуется нечто большее. — сказал он, направляясь к двери купе. Он был намного выше Малфоя, и возвышался над ним. — Я уже решил, что они мои. К полному удовольствию Гарри, Линг захлопнул дверь прямо перед носом Малфоя. С другой стороны, доносилось сердитое бормотание, но, похоже, Малфой решил, что пытаться снова не стоит. Голоса стихли. Линг вздохнул. — Что ж, он, несомненно, интересный персонаж. — Как ни в чем не, бывало, он плюхнулся обратно на свое место. — Итак, кто-нибудь будет последний бутерброд или я могу его взять? Прежде чем кто-либо из них успел подраться из-за бутерброда, в купе раздался бестелесный голос. — Мы прибудем в Хогвартс через пятнадцать минут. Пожалуйста, переоденьтесь в мантии и приготовьтесь к выходу. Оставьте весь свой багаж в купе. Его доставят в школу отдельно. В животе у Гарри образовалась глубокая пустота. Внезапно все это стало слишком реальным. — И это наш сигнал к побегу! —объявил Линг, хватая последний бутерброд. Лан Фан распихала по карманам несколько конфет и зажала в зубах кусочек пирога с заварным кремом. Затем все, что они могли делать, это наблюдать, как Линг открывает окно и вылезает обратно, а Лан Фан следует за ним по пятам. — Скоро увидимся! — С улицы донесся приглушённый голос Линга, который уже убежал куда-то далеко. Эд застонал. — Это будет насыщенный год. Гарри, Рон, Эд и Уинри сняли свои верхние одежды, надев вместо них черные мантии. Оставшиеся сладости они разделили между собой. Гарри понравились шоколадные лягушки, поэтому ему досталась большая их часть. Рон отдал предпочтение пирожным в горшочках, а Эду и Уинри досталось поровну лакричных палочек и тыквенных пирожков. Поезд двигался все медленнее, и медленнее, и медленнее, пока не остановился совсем. Они прибыли.