Часть 38

      — Нам еще нужны те маски для лица… с улиткой, — Лиза толкала перед собой тележку, набитую разными вкусняшками, напитками и уходовыми средствами.       Нина закатила глаза и уже пожалела о том, что согласилась на эту авантюру, но сегодня у парней была какая-то командная ночевка в спортцентре — спальники, пицца, фильмы ужасов и тупые истории про хоккейные сборы. Пользуясь тем, что Эмиль тоже будет там, Алиса предложила им устроить небольшой девичник у нее дома.       — Возьми еще вон те, — Полина ткнула в сторону одной из полок, — с алое. Они классные.       Алиса шла рядом с Ниной и что-то печатала. Она почти все время смотрела на экран своего смартфона и иногда обращала внимание на девочек. Смирнова решила, что девушка переписывается с Эмилем, которому пришлось пойти на поводу у Пожарского. Тот был инициатором командного мероприятия, которое по его мнению должно сплотить парней и помочь им настроиться на плей-офф.       — Вы слышали, что в этом году плей-офф у молодежки стартует раньше. Уже в конце февраля, — сказала Полина, изучая этикетку патчей.       Еще бы не слышали. Макар и Рома вели себя так, словно начинался конец света. Нина забыла о том, когда они спали нормально, потому что уже третью ночь подряд Карфенов подскакивал каждые несколько часов и в панике ходил по комнате, мешая спать не только ей, но и мышам.       — Это из-за нововведений от министерства образования, — спокойно пояснила Алиса, взяв с полки скраб для тела с кокосом, — они переживают за то, что среди спортсменов снова будет много не сдавших экзамены, поэтому хотят дать им время на дополнительную подготовку.       Ей об этом рассказал Эмиль, когда постановление только вышло. Ему от этого было ни холодно, ни жарко. Свою учебу он закончил уже давно, а в парнях, которых они тренировали с Пожарским был уверен. Да и какая разница — месяц особой погоды не сделает.       — Боже… у нас же тоже учеба, — жалобно простонала Полина. Нина снова закатила глаза. За четыре года обучения в одной группе, Смирнова так и не привыкла к подобной реакции одногруппниц. Они всегда реагировали на учебу слишком эмоционально.       — Учеба, — задумчиво проговорила Алиса, посмотрев перед собой, — я училась в Минске, на спортфаке. Когда у нас был экзамен по анатомии, то я думала, что это самое сложное в жизни, — она рассмеялась, — но потом были спортивная биохимия и биомеханика, — по выражению ее лица было понятно, что страдать пришлось в полной мере.       — И это все… чтобы учить детей гимнастике? — до этого Лизе казалось, что учеба на тренера — это что-то простое, не требующее особых знаний. Она вспомнила школьного учителя физкультуры, который заставлял всех играть в футбол и прыгать в длину. Других занятий для школьников у него не было.       — Ага, — Алиса была спокойной. Вероятно, что эта черта была у них с Эмилем общей. Они не теряли контроль над собой и над ситуацией, в которой находились. Ее внешний вид всегда был безупречным, не важно, вела она занятие в зале или просто делала покупки в супермаркете. Волосы, темные, густые, ухоженные — стянуты в тугую балетную шишку, поверх спортивного топа накинут мешковатый худи, вероятно, Эмиля. Минимум макияжа. Ногти короткие, с пастельного цвета лаком.       Они закончили делать покупки и пошли к машине Алисы. Она водила красный мини-купер. Ничего общего с тем монстром дорог, который был у ее парня. В машине валялись эспандеры, подушки и несколько небольших мячей. Алиса виновато улыбнулась, закинув все это в багажник и пояснила, что не успела завезти вещи домой после очередной тренировки.       — Сделаем пиццу? — предлагает Алиса, но поймав непонимающие взгляды девушек, рассмеялась и добавила, — если я тренер, то это не значит, что я питаюсь маковой росой и солнечным светом. При правильном питании не столько важен набор продуктов, который вы используете в рационе, сколько сбалансированность. Если вы едите пиццу, то просто делайте овощной салат или откажитесь от десерта. Все просто.       — Пицца… звучит круто, — Полина щелкнула ремнем безопасности, — обожаю острую пиццу с колбасой.       — Острая пицца — это лучшее изобретение человечества, — поддержала ее Лиза.       Алиса смутилась, когда они оказались в их с Эмилем квартиры. Клименков собирался на работу и снова оставил за собой разруху. Кругом валялись его вещи — шорты на спинке дивана, футболка на столе у окна и бандаж для колена под журнальным столиком. На диване валялись подушки и плед. На столике он оставил чашку с недопитым чаем.       — Интересно, а все хоккеисты такие неряшливые? — озвучила свои домыслы Нина и посмотрела на подруг.       — Макар чистоплотный, — ответила Лиза, — у него дома чище, чем у меня, а я живу с родителями.       Макар в самом деде следил за состоянием своей квартиры. Причиной тому был Буллит. Собака была склонна делать лужи, где придется — без регулярной уборки все пропахло бы собачьей неожиданностью, да и шерсти с пса оставалось не мало.       — Миша… он аккуратный, — пожала плечами Полина, — но он всегда забывает относить чашки в мойку.       — Эмиль просто свинтус, — честно призналась Алиса, — если бы не я, то он бы лежал в куче из вещей и был доволен этим, — девочки засмеялись.       Нина пришла к выводу, что идеальных парней не бывает, да и попытки делать их такими чаще всего заканчиваются ничем. Если у человека заложены определенные поведенческие паттерны, то тут ничего не поделаешь. Или ты принимаешь партнера таким, какой он есть или расстаешься с ним. Неумение убирать за собой был небольшой недостаток Ромы, который он мог перекрыть своей заботой, открытостью и трудолюбием.       Они решили, что сегодня будет день домашнего спа — маски, патчи, уход за ногтями и просто куча вкусной еды. Может быть сериалы вроде «Сплетницы» или «Анатомии страсти». Они будут болтать до утра, делать всякие уходовые штуки и расслабляться перед началом семестра. У Алисы же начиналась подготовка группы воспитанниц к городским и областным соревнованиям по гимнастике, так что работы будет много.       — Почему вы пошли в медицинский? — спросила Алиса, когда они расставили на журнальном столике тарелки с пиццей и бокалы с соком. В большой чашке перемешали несколько видов чипсов, а на небольших тарелках разложили бутерброды и нарезку из овощей. По телеку шла серия какого-то турецкого сериала, на который никто не обращал внимание.       Ей всегда было интересно, что движет людьми, которые выбирают помогающие профессии — врачи, спасатели, социальные работники и психологи. Ей казалось, что для этого нужно иметь определенные внутренние установки и никак иначе. Сама она не смогла бы быть врачом, особенно после того, как провела несколько месяцев у кровати Эмиля, который восстанавливался после травмы на льду.       — Ну… я хорошо разбиралась в химии, — начала Полина, расплетая свои косички, чтобы дать волосам отдохнуть, — но поступать на химтех не хотела. Это было для меня слишком скучно. Потом я попала на олимпиаду по основам первой помощи — наш учитель по ОБЖ таким занимался… и я поняла, что медицина это мое.       Полина не думала, чем будет заниматься после университета. Она поступила с отличным баллом — у нее была заветная сотня по химии, но в тот год на фармакологии, куда девушка хотела больше всего, не было бюджетных мест, а ее семья не могла позволить себе платить за образование. Пришлось пойти на лечебное дело, о чем она в целом не жалеет. Тут были ее друзья, да и учеба оказалась интересной и занимательной.       — Я просто хочу спасать, — Нина развела руками, — но не в операционной или в скорой, а ища в анализах пациентов что-то, что привело к их болезни.       — Значит, ты хочешь быть лабораторным диагностом? — уточнила Алиса, отламывая кусок пиццы. Сыр тянулся. Они добавили его много, от души. Еще колбаса. Много острой колбасы, как любит Полина.       — Да, — Нина сделала глоток сока, — я не слишком быстрая для мгновенных решений, а это может стоить пациенту жизни. Так что лучше медленно, но верно, чем быстро и фатально.       — А ты? — Алиса посмотрела на Лизу, которая устроилась в кресле, подобрав под себя ноги. Ее светлые волосы падали на лицо. В руках она держала небольшую чашку с чипсами.       — Если честно, то я сама не знаю, как оно вышло, — рассмеялась Никольская, — изначально, я хотела пойти учиться на переводчика. Я неплохо знаю английский, но потом попала на день открытых дверей в мед… и все. Считай, что любовь с первого взгляда.       Порой Нине казалось, что Лиза слишком романтизирует медицину. Выбирает что-то милое и стильное, а не практичное и удобное. Все ее розовые кроксы и медицинские костюмы с вышивками на кармашках, канцелярия с блестками и забавными животными — Лиза не стремилась быть взрослой, она была собой. И у нее это отлично получалось. Преподаватели даже шутили о том, что с жизнелюбием и оптимизмом Никольской, ей стоило стать педиатром, но ее все устраивало на лечебном факультете.       — А как ты попала в тренера? — Лиза посмотрела на Алису.       — Ну… с этим все проще, — пожала плечами девушка, — в детстве родители отдали меня на художественную гимнастику, потом я занималась акробатикой и легкой атлетикой. Всем понемногу. Как итог — поступила на тренера. Это можно сказать стандартное развитие событий для спортсмена, который понимает, что не станет Олимпийским Чемпионом.       Алиса понимала свой уровень. Она всегда знала, что не сможет завоевать золото, ради которого другие готовы бороться. Для нее спорт был не чем-то, ради чего она могла сломать себя, в просто увлечением. Способом провести время в компании других девочек, с которыми они обменивались наклейками с Винкс и Барби. Да и своим ученицам Алиса всегда говорит, что важно понимать свой уровень и предел этого уровня. Все что выше — ломка и травмирование, которые не приведут ни к чему хорошему.       — Спорт — не всегда огромные достижения, — продолжила Алиса, — многие мои ученицы занимаются для себя, для поддержания осанки и фигуры, в не для многочисленных медалей.       — Я думаю, что это правильная позиция, — поддержала Полина, — я же тоже занималась спортом… хоккеем на траве, — Алиса удивленно посмотрела на нее, — ну да, так… в школе. У нас учительница по физре как раз курировала команду, ну и я туда попала. Куда лучше, чем просто сдавать нормативы в вонючем зале с вечно орущими одноклассниками.       — А я думаю, что у тебя такая хорошая подготовка. Лучше, чем просто у студентки, — усмехнулась Алиса, — без обид, девочки, — она виновато посмотрела на Нину и Лизу, те понимающе кивнули, так как прекрасно понимали свой уровень.       Вечер проходил идеально. Они включили «Анатомию страсти», ели пиццу, делали маски для лица и красили ногти. Алиса рассказывала про Минск и про то, как было тяжело в Омске, когда Эмиль проходил там отборочные в хоккейный клуб. Сибирский климат так и не стал для нее привычным, но Клименков был рядом и Алиса старалась искать в этом плюсы.

***

      — Они нас точно пошлют, — устало сказал Эмиль, скинув на пол очередной спальный мешок. Их они одолжили у местного турклуба, который сейчас все равно не работал. Никто в здравом уме не пустит несовершеннолетних в поход посреди зимы, тем более, в Сибири.       — Брось, ночевка — это весело, — отмахнулся Данил, осматриваясь по сторонам.       Комната отдыха преобразилась. На стенах и карнизах появились тонкие нити гирлянд с разноцветными огоньками. Вдоль одной из стен стоял стол, куда расставили одноразовую посуду, салфетки, тетрапаки с соком и колой, пачки снеков. Скоро должны привезти бургеры, картошку фри, бургеры и соусы. Сегодня можно. Последний нормальный отдых перед напряженной серией плей-офф.       Ярс лежал на одном из диванов и пытался уничтожить спертый из фитнес-зала эспандер. Эмиль закатил глаза — однажды эта псина сожрет что-то такое, отчего ее придется тащить к ветеринару и оперировать, но Пожарский делал вид, что ничего ужасного в поведении его четвероногого друга нет.       — Мы тоже такие устраивали… в Ярославле, — сказал Пожарский, расстилая спальники на полу, — в спортивной школе, где я занимался была похожая комната отдыха и наш тренер время от времени устраивал нам мальчишники, чтобы мы общались не только на тренировках.       Отчасти, Эмиль был согласен с таким тренерским решением. Многие клубы проводили различные мероприятия, чтобы сплотить команду и дать возможность для неформального общения. У них не было возможности вывести всех на базу отдыха или в лазертаг, так что пришлось выбирать более доступный и бюджетный вариант совместного отдыха. Еще должен был заехать Роберт и о чем-то поговорить с командой перед тем, как они начнут веселиться и отдыхать.       — Ладно, может ты и прав, — Эмиль посмотрел на телефоне приложение службы доставки, чтобы узнать, где сейчас находится курьер. Мальчишки должны подойти через минут пятнадцать, но пока они переоденутся и оставят вещи в раздевалке, пройдет еще минут двадцать.       Эмиль задернул шторы, чтобы не портить атмосферу и проверил, чтобы приложение онлайн-кинотеатра открывалось на телевизоре, который висел на стене. Они планировали предложить парням посмотреть какой-нибудь фильм, ну или просто поболтать.       — Ого… у нас тут что… пижамная вечеринка будет? — Дима, разинув рот, смотрел по сторонам.       — Вроде того, — усмехнулся Пожарский, встречая парней, пока Эмиль и Роберт пошли встречать курьера, — так, располагайтесь на спальниках, ну и на диванах. Кто где хочет. Места всем хватит.       Парни с восхищением осматривали помещение, которое заботливо подготовили для них Эмиль и Данил. Уж лучше смотреть фильмы и болтать, чем тренироваться на пределе сил и слышать колкие замечания Пожарского. Рома рухнул на спальник и прислонился спиной к дивану, о чем почти сразу пожалел. Ярс решил, что капюшон на его толстовке лучшее место, куда он может сунуть свою слюнявую морду.       — Ярс, блин, — недовольно проворчал Карфенов, отстранившись, а сидевший рядом с ним Дима рассмеялся, погладив пса по спине.       Через минут десять все расселись — кто на диван, кто на спальник. Роберт о чем-то говорил с Пожарским и Эмилем, но они стояли у самой двери, так что никто из парней не слышал их разговора. Рома напрягся. Вдруг Анисимов снова устроит им какое-то психологическое тестирование или что-то подобное.       — Парни, я займу у вас немного времени, — Роберт посмотрел на команду, — я хочу чтобы вы сделали кое-что, — он и Данил начали раздавать им пластиковые планшеты, на которых закреплены листы бумаги и авторучки.       — Завещание перед плей-офф писать будем? — рассмеялся Вова. Парни засмеялись. Тренера тоже. По выражению лица Пожарского было понятно, что он думал о подобном во время каждого игрового сезона.       — Нет, Вова, — успокоил Его Роберт, закашлявшись от смеха, — будем писать письмо себе в будущее, — пояснил он, — на окончание плей-оффа.       — А что нужно писать? — уточнил Дима, посмотрев на пустой лист. Он всегда неуверенно чувствовал себя на таких заданиях. Даже школьные сочинения вызывали у него легкую панику, а тут… тут совершенно не понимал, как действовать. Остальные, кажется, тоже.       — Все, что считаете нужным, — пожал плечами Роберт, — все, что хотите сказать самому себе после окончания плей-оффа. Пожелания, рассуждения… Давайте… минут двадцать хватит?       Рома посмотрел на Макара, который щелкнул авторучкой и уже начал что-то писать на своем листе. Вова и Боря перешептывались, потом смеялись. Богдан развалился на диване, подобрав под голову одну из подушек. Особого энтузиазма у парней не было. Все ждали веселья, страшилок и пиццу, а не психологическое эссе с рефлексией.       — А работу нужно подписывать? — уточнил Миша, посмотрев на Анисимова.       — Можете на обратной стороне. Я не буду читать сами письма, но мне нужно знать, чья работа, чтобы потом вам отдать, — пояснил Анисимов, налив себе сок.       Макар писал быстро и размашисто, словно знал, что от него требуется и был готов к этому. Миша крутил ручку между пальцами, а Рома все еще смотрел на лист, не зная, что хочет написать. То, что надеется на то, что у него нет ПТСР и тесты Роберта это подтвердили? То, что он не сломал себе что-то за время плей-офф? Или, что их отношения с Ниной продолжают развиваться? Он смог написать несколько строк только на исходе отведенного времени, но не был уверен в том, что захочет читать это когда-то.       Через двадцать минут Роберт собрал листы сложенные пополам и упаковал их в большой бумажный конверт, который они договорились вскрыть его после окончания плей-оффа, ну или когда команда из него вылетит. После Анисимов попрощался и покинул комнату отдыха, оставив парней с Эмилем и Данилом. За окнами уже стемнело, оттого огни гирлянд и мягкая потолочная подсветка создавали в помещении особую, уютную атмосферу.       Парни ели пиццу, смотрели какой-то ужастик, на который особо не обращали внимания и болтали. Вова и Боря рассказывали страшилки, а Дима укутался в одеяло. Он то и дело закрывал уши руками, а Саша смеялся и толкал его в плечо. Эмиль сидел на полу, рядом с Ярославом и Ромой, а Данил Николаевич занял диван, где уже обосновался Ярс.       — Данил Николаевич, — Дима посмотрел на тренера, — а почему вашего пса зовут Ярс? — поинтересовался он, кивнув на собаку, которая дергала лапами во сне.       — По документам его зовут Ярославль, — пояснил Пожарский, — но я зову его Ярсом. Его подарили мужики из «Локо», когда я выбыл… ну после травмы.       Повисла тишина. Рома видел, как Вова наклонился к Саше и что-то шепнул ему на ухо, а Дима виновато посмотрел на тренера. Ему было стыдно за то, что он поднял этот вопрос, но Пожарский только отмахнулся и веселье продолжилось. Проснувшись, Ярс начал бродить между спальниками и вынюхивать себе ужин. Потом он сел около Вовы и своими огромными глазами с тоской посмотрел на парня, в надежде на то, что тот отдаст ему свою пиццу.       — Ярс, хватит канючить, — осек его Данил, но на Ярса такое не действовало и он продолжил свое паломничество. Он лег около Димы, который скармливал ему картошку фри.       Вова рассказывал страшилку про какой-то проклятый город. Эмиль задремал, опустив голову на диван. Рома снова задумался о том, что написал в письме. Может не стоило? Вдруг Роберт станет их читать? Даже если так, то он не изложил там ничего такого, что могло как-то усугубить его положение.       В его Сургутской команде такого не было. Да, тренер водил их в кино и в тир, но не устраивал подобных ночевок. Ему хватало тренировок и игр, а свободное время тренер предпочитал проводить подальше от своих подопечных. Эмиль и Данил же организовали для них такую тусовку, где они могли хоть ненадолго забыть о предстоящем кошмаре и играх, каждая из которых могла стать последней.