Часть 6: Утренний капкан

Солнечный луч пробился сквозь неплотно задернутые шторы, щекоча веки Квиста. Он медленно выплывал из глубокого сна, впервые за долгое время чувствуя себя по-настоящему отдохнувшим. Боль в губе почти исчезла, а тело больше не казалось свинцовым. Квист приоткрыл глаза и первым делом увидел Аллиазо. Тот уже не спал. Он лежал подпертым на локоть, внимательно и как-то слишком пристально наблюдая за пробуждением «монарха». — Очнулся? — голос Аллиазо звучал вкрадчиво, а на губах заиграла та самая хищная, предвкушающая ухмылка, которая обычно не предвещала ничего спокойного. Квист почувствовал неладное и попытался отстраниться, но не тут-то было. Реакция Аллиазо была мгновенной. Прежде чем Квист успел сообразить, одна рука друга крепко легла ему на бок, а вторая — на талию, намертво фиксируя его на месте. — Эй, ты чего?.. — Квист дернулся, но хватка была стальной. — Алли, пусти, я еще не проснулся! — Как раз сейчас и проснёшься, — ухмылка Аллиазо стала еще шире. — Ты так мило сопел в подушку, что я просто обязан был дождаться этого момента. Терапия продолжается, Квист. И следующий этап — проверка твоих рефлексов. Аллиазо резко начал щекотать его по ребрам и талии. Квиста словно ударило током. Он всегда тщательно скрывал, что дико боится щекотки, сохраняя образ «хладнокровного спидраннера», но сейчас маска слетела в ту же секунду. — Алли! Перестань! — Квист задохнулся от неожиданности, начиная извиваться под его руками. — Нет, только не там! Стой! Весь его «отстраненный» вид испарился. Квист заливался смехом, пытаясь перехватить быстрые пальцы друга, но Аллиазо был неумолим. Он точно знал, где у Квиста самые чувствительные места, и не давал ему ни секунды передышки. — Что, принц, где твоя хваленая выдержка? — подначивал Аллиазо, продолжая атаку. — Выдавай реакцию! Я хочу видеть, что ты живой, а не каменная статуя! — Всё, всё! Живой! Сдаюсь! — Квист уже буквально всхлипывал от смеха, его лицо залилось ярким румянцем, а глаза искрились — на этот раз не от монитора, а от искреннего, безудержного веселья. В какой-то момент Аллиазо остановился, но рук не убрал, продолжая удерживать тяжело дышащего и раскрасневшегося Квиста. В комнате повисла тишина, но теперь она была наполнена жизнью. Квист смотрел на друга, пытаясь восстановить дыхание, и в этом взгляде больше не было ни капли того «удушающего месива». — Ну вот, — довольно заключил Аллиазо, отпуская его. — Теперь я вижу, что ты в порядке. Щекотка — лучший способ выгнать остатки больничной хандры. Квист поправил растрепанные волосы и уткнулся лицом в ладони, пытаясь скрыть улыбку. — Ты невыносим, Алли. — Зато ты теперь точно проснулся, — Аллиазо подмигнул ему и поднялся с кровати. — Иди умывайся, завтрак сам себя не съест.