Часть 4 Супружеский долг и вечные узы

Двери покоев молодоженов захлопнулись, отсекая звуки затихающего пиршества. Феодал, изрядно захмелевший от вина и собственного счастья, с обожанием смотрел на свою молодую жену. Аврора стояла у окна, спиной к нему, и медленно снимала тяжёлую свадебную вуаль. — Наконец-то мы одни, — выдохнул Феодал, подходя ближе. — Моя дорогая, теперь вся страна принадлежит тебе. Мои указы — твои указы. Моя воля — твоя воля. — Как это любезно с вашей стороны, мой дорогой супруг, — голос Авроры изменился. Он стал глубже, в нём зазвучали те самые вкрадчивые, змеиные нотки, от которых у врагов Орочимару когда-то стыла кровь. — Вы даже не представляете, насколько буквально звучат эти слова. Она медленно обернулась. В тусклом свете свечей её глаза больше не казались невинными — они горели вертикальными змеиными зрачками. Феодал застыл, его охватил необъяснимый, парализующий ужас. Он попытался крикнуть, но горло словно сдавили невидимые кольца. — Не нужно шума, — гипнотически прошептал Орочимару, подходя вплотную. Его длинный язык на мгновение коснулся щеки замершего мужчины. — Вы передадите мне власть добровольно. Я не убью вас.....пока что. Вы станете моей марионеткой, живым символом, который будет подписывать всё, что я прикажу. Ваша любовь была так искренна... это почти трогательно. Орочимару сложил серию быстрых печатей. Тёмная чакра окутала Феодала, проникая в его разум и подавляя волю. Это была техника высшего порядка — ментальное рабство, замаскированное под глубокую привязанность. Теперь Феодал будет видеть в Авроре не просто жену, а божество, чьё каждое слово — закон. Снаружи, на балконе, Четвёрка Звука стояла на страже. Таюя прислушивалась к тишине, её лицо выражало мрачное удовлетворение.  — Свершилось, — тихо сказал Сакон. — Теперь мы законная власть в этой стране. — И если Цунаде захочет что-то предпринять, — добавил Кидомару, потирая руки, — ей придётся идти против самого Феодала. А это измена. Утром Феодал вышел к своим советникам, ведя Аврору за руку. Он выглядел бледным, но его глаза сияли фанатичным блеском. Он объявил, что отныне королева Аврора наделяется правом подписи всех государственных указов. Орочимару, стоя рядом с ним, бросил надменный6 торжествующий взгляд на Цунаде, которая наблюдала за этой сценой из толпы. Хокаге понимала: она проиграла этот раунд. Змей не просто выжил — он проглотил целую страну.