Часть 13

      Соскучившееся по свободе солнце, едва выйдя из-за горизонта, устремилось заполнить собой мир; растекалось бликами по глади океана, играло с росой в кронах гигантских эвкалиптов и, проникая свозь них, солнечными зайчиками разбегалось по стенам домов, любопытно заглядывая внутрь непредусмотрительно оставленных незакрытыми окон.       Вечер накануне был душный, дверь на террасу оставили открытой, и теперь один из солнечных «хулиганов» бесцеремонно щекотал Нельо нос, то и дело пробегаясь по векам. Ещё не вынырнув из сна, Нельо дёрнул головой. Дежуривший эту ночь на гостевом диванчике Финьо услышал шорох на кровати и, не разлепляя глаз, нащупал пульт. Защитный экран тут же закрыл комнату от настырного раннего «гостя», но Нельо уже проснулся, лежал, смотрел на просыпающегося кузена и думал.       

***

             После ужина отец позвал хвастаться результатами, а заодно помыть Нельо. Помочь вызвались близнецы. Нельо оценил джакузи. Понимая, что подобное станет ежедневным ритуалом, как чистка зубов или еда, Нельо постарался максимально отрешиться от того, что его несут, укладывают, моют. Братья с отцом делали всё спокойно, без напускной жалости, осторожно, но без гротескной хрупкости, будто он стеклянная ваза. Пока отец мыл внизу, Тельво страховал Нельо за плечи и не мешал Питьо вымыть ему голову. Все трое заверили Нельо, что, как только он окрепнет, всё, что возможно, будет делать сам.       Кано принял эстафету. Переодев и уложив Нельо в кровать, он немного посидел с документами прямо в его комнате, пока Лив делала предписанный доктором Элухилем массаж таза. В случае положительного прогноза, когда поясничный отдел позвоночника достаточно укрепится, можно будет говорить об имплантации — единственном шансе Нельо сесть. Вся теория доктора Элухиля строилась на совершенно эфемерной субстанции — интуиции и опыте врача — словно на каких-то мистических вещицах из факирского сундучка, но которые заряжали всех в доме надеждой и верой.       Нельо попрощался с Лив, которую ушёл провожать Артаресто, и попросил сменившего Кано Курво включить плазму. Под новый выпуск передачи о новинках инженерии Курво поделился идеями поставить Нельо на ноги, но сразу предупредил, что всё пока только в виде той самой эфемерной субстанции. Обнадёживать Старшего Курво не боялся, Нельо был разумным прагматиком, но при этом упорным. Потом зашла мама с привычным какао перед сном. Пока Нельо не спеша пил, она рассказала, что завтра отец с Курво собирались в автосалон за новой машиной, чтобы Нельо не сидел безвылазно в четырёх стенах, и его можно было бы вывозить в лес или на пляж; говорила, что когда Турко искал мясную лавку, познакомился с рыбаком, который обещал поставлять шикарную форель. Мама пообещала готовить по любимому рецепту старшего сына хоть каждый день. Нельо попросил мариновать рыбу без лука — Морьо не любит.       За бытовой болтовнёй Нельо не заметил, как уснул и впервые с момента трагедии спал без кошмаров.       

***

             — Утра, — раздалось бодрое со стороны террасы. Утренний гость пожал плечами, проверил напульсник и, улыбнувшись, стартовал.       — По Турко можно часы сверять, — зевнул Финьо. — Надеюсь, он не забудет совместить пробежку с визитом к молочнику.       — Утра, — улыбнулся Нельо.       Финьо бросил взгляд одного полуоткрытого глаза на часы и потянулся:       — Есть время посмотреть в записи ночной бой Азагхала с Глаурунгом.       Финьо устроился Нельо и, безапелляционно пристроив, как он любил, голову на его плече, включил плазму.       Под финальный отсчёт судьи они услышали приближающийся нарастающий звук бегущих ног на фоне открывающихся где-то в соседних комнатах рольставней. Тут же загудел мотор слива воды из открытого бассейна, птичье верещание и командный голос отца. Пропели разноголосьем несколько будильников, и почти тут же послышались в коридоре чьи-то шаги. Стук одной двери, другой, хлопок, тишина и пара секунд, прежде чем уже почти непрерывно начали хлопать двери, и привычные утренние звуки наполнили дом.       — Десять-восемь. Азагхал сохранил титул. — Финьо повернул голову в сторону закрывшей выход на террасу фигуре.       — Утра, — снова кивнул Турко. — Я ополоснусь по-быстрому и наполню джакузи. Вчера расписали примерный график дежурств.       Нельо не успел ни смутиться, ни в который раз осознать нового себя, как Финьо спокойно разоблачил его, стянув пижамные штаны вместе со специальным памперсом. Братья не стыдятся, и он научится.       После утренней помывки в комнате Нельо уже ждал завтрак: омлет из свежих яиц и молока с горошком, кофе, тосты с инжирным мармеладом, порезанные дольками манго, сливы какаду и уникальный голубой десертный квандонг.       — В одиннадцать приедет доктор Элухиль, — сидящий за столом Кано заглянул в ежедневник, едва мама вышла с подносом, — в час нас с мамой и отцом ждут в консульстве, чтобы закончить с вашими документами. И оформим опекунство, чтобы они могли представлять ваши с Морьо интересы в тех или иных инстанциях.       — Я знаю, что теперь многое для меня недоступно, — покачал головой Нельо, — как и для Морьо, хоть вы и не смотрите на нас, как на инвалидов, и даёте хоть что-то делать самим. Я рискну сказать сейчас и за Морьо. Мы не сдаёмся, но и иллюзий не строим. Просто не хотим стать полностью зависимыми от вас. И не потому, что стыдно. Растением пустив корни, мы умрём душой в живом теле.       — Нельо, — Кано отложил ежедневник и подошёл к кровати; присев, дотянулся до лежащей на лёгком покрывале руки, — я не буду говорить, что всё наладится, потому что мы не знаем этого. Но мы будем бороться даже за мизерный прогресс, а пока просто жить, приспосабливаясь к новым обстоятельствам. Я знаю, что пройдёт время, и вы оба вернётесь к работе.       Вместо ответа Нельо повернулся на стук в дверь.       — Могли не стучать, — улыбнулся он входящим комиссару и его помощнику.       — Белег привёз Лив, а я не упустил возможности рассказать вам то, что не успел в госпитале.       Кирдан дошёл до кресла и сел в него, пока Белег придерживал дверь на новый звук шагов. Курво передал шефство над Морьо и убежал вниз, откуда снова раздались гневные реплики отца в адрес бассейна. Белег довел Морьо до соседнего с занятым шефом кресла.       — Я хотел сообщить, — продолжал Кирдан, — что арестован человек, который за несколько минут до Лив видел вас на берегу, но не помог, а просто поехал дальше.       — Значит, мне не показалось, — пробормотал Морьо, вспоминая, как услышал шум двигателя.       — Нет, — решив пока не уточнять детали, а то ещё загоняют по допросам в рамках будущего следствия, подтвердил Кирдан. — Сотрудник полиции оставил вас там умирать. У меня не было доказательств, только косвенные факты. Но справедливость всё же есть. Нашлись доказательства, благодаря которым мы смогли неопровержимо припечатать его. Теперь он лишился всех благ, из-за которых предпочёл тогда остаться в стороне, и ответит по закону.       — Создатель всё видит, — проронил Нельо, впрочем, не ощутив ни злости, ни обиды, ни боли.       — Ну, а второе, — сменил тему Кирдан, — я хотел уточнить причину ваших «переглядок», когда я в госпитале сообщил о «стингерах».       — Мы поэтому, собственно, и летели сюда, — первым заговорил Нельо. — Финьо позвонил мне… — и, вызвонив Финьо, чтобы подошёл, Нельо пока начал рассказывать то, что происходило в самолёте.       Финьо пришёл на моменте, когда Морьо рассказывал, как расстегивал на Нельо ремни.       — Значит, вы попросили осторожно, не предавая огласке, разобраться в странной атаке? — Кирдан посмотрел на вошедшего Финьо. Тот кивнул.       — Я подумал, что Морьо было бы неплохо развеяться, а то всё в своих бумагах сидит, — продолжал Нельо. — Так что, если бы не я…       — Нельо, — прервал Морьо, и, дотянувшись рукой, сжал вспотевшие от воспоминаний и всколыхнувшейся вины ладони брата, — ты не виноват. Это могло произойти где и когда угодно. Просто всё сошлось именно в этой точке.       — Так в чём была конкретика просьбы? — продолжал смотреть на Финьо Кирдан.       — Шериф поселения, в который прилетела ракета, писал, что молодняк резервации влез в какое-то скользкое дело, и он хочет разобраться сам, чтобы сразу не крушить жизнь молодым, — объяснил Финьо.       — Вот что, — бросив взгляд на засветившиеся оповещением часы, Кирдан поднялся, — я в управление, а вы набросайте мне всё про шерифа и его звонок: имена, телефоны, адреса. Если что — на связи. Вечером заеду.       Попрощавшись, Белег вышел за боссом.       — Сейчас уже не успеем, — Финьо поднял голову от своих часов, — скоро док приедет. Но до вечера у нас будет достаточно времени объединить и законспектировать для инспектора максимум информации. Может, заодно что в голову путного залетит.       — Значит, так и поступим, — согласился Кано. — Осмотр, обед. Потом я в консульство, близнецы едут к рыбаку, остальные на подхвате. Курво говорил, что будет дальше домом заниматься. Встретимся за ужином.       

***

             Фэанаро кинул куртку на диван и сразу направился к кровати, внимательно оценивая состояние и настроение сына.       — Как ты?       — Нормально, насколько это может быть, — хмыкнул Нельо, выключая звук спортивного канала. — В конце недели сделают контрольное МРТ, и если ухудшений не будет, можно начинать делать специальную гимнастику.       — Док уже сказал, какую? — сведя брови домиком, тут же сосредоточился Фэанаро.       — Он сказал, что для этого к концу недели должно быть, — раздалось откуда-то из-под кровати, так что даже Фэанаро от неожиданности подскочил. — Атто, аккуратнее!       — Курво? — зачем-то уточнил Фэанаро.       — Нет, науго. — Курво выкатился из-под кровати, отфыркиваясь от пыли. — Кстати, надо запустить.       — Кого? — Нельо искренне посмеивался.       Вместо ответа в комнату, повинуясь невидимому для других нажатию на кнопку карманного пульта, вкатился робот-пылесос. Просканировав пространство единственным мигающим красным глазом, он уверенно направился к кровати. Наткнувшись на ногу Фэанаро, на мгновение замер и тут же сориентировался, огибая её и ныряя под кровать.       — Маленький, да удаленький, — похвалил робота Курво.       Робот-пылесос в очередной раз выкатился из-под кровати, обогнул её и скрылся обратно в серой дымке под днищем.        — Так что там насчёт снаряда? — вернулся к разговору Фэанаро.       — Доктор Элухиль сказал, что необходимо будет начать с укрепления мышц рук и поясницы. — Курво наконец полностью отряхнулся от пыли и опустился в кресло, то и дело, как и отец, поднимая ноги над снующим под ними роботом.       — Я помню, док говорил, что без этого нельзя будет ставить имплантаты тазовых костей, — кивнул Фэанаро. — Я займусь ими, попробую сделать что-то вроде протезов. Если получится, будет буквально единственный экземпляр.       — А я сделаю тебе гигантский эспандер, — Курво посмотрел на Старшего. — Это поможет укрепить руки, спину, поясницу и копчик. Один конец будет закреплен за край кровати — для этого я и усиливал основание — второй ты будешь пытаться оттянуть на себя. Первое время не будет получаться ничего. Но, делая поправку на твою упëртость, я ставлю на недели полторы, в течение которых главное не сломаться.       Курво нажал на кнопку своего пульта, дождался, пока робот, как собачка, не прикатится к нему, и вместе они вышли из комнаты.       Нельо не смог сдержать улыбки, но на отца посмотрел уже серьёзно.       — Лучше содрать ладони в кровь, пытаясь, чем тупо лежать.       — Мы справимся, — был уверен Фэанаро. — Где остальные? Я никого не встретил в холле.       — Почти все поехали за продуктами. Мама рассчитала всё так, чтобы закупаться не каждый день, а хотя бы пару раз в неделю. Морьо и Тельво я слышал со стороны террасы с час назад, они шли мимо, и Тельво рассказывал Морьо, что по рекомендации Белега нашли учителя лангэлмэлдо. Потом позвонил комиссар.       — Он подозревает кого-то? — Фэанаро вспомнил короткий рассказ Кано об утреннем визите полицейского.       — Я не понял пока, но согласись, что всё это крайне странные совпадения.       Фэанаро кивнул. Действительно, стингер — не птица, чтобы свободно летать где попало. Да и подобные игрушки под строгим учётом и, если всплывают, то в крайне плохо пахнущих историях.       — Главное, чтобы комиссар сам в какой-нибудь улей не влез, — пока отец подумал, Нельо произнёс вслух.       

***

             — Основное мы примерно понимаем, с деталями попробуем разобраться на месте.       Белег кивнул, наблюдая за сборами шефа и доедая банановый макаронс. Во время обеда позвонил шериф резервации и подтвердил готовность поговорить. Оперативно вызвонили группу экспертов из Барад Эйтеля, с которыми договорились встретиться на подъезде к резервации.       Белег потянулся за мохито и увидел, что не заметил сам, как выпил весь, остался лишь мутный осадок. Так и вся эта история казалась такой же мутной. Что-то не стыковалось, ускользало.