История первая: Шалость удалась

      Третий день экспедиции шёл гладко: море было на редкость спокойным, а солнце, пусть и не показывалось из-за туч, иногда пронизывало кучные облака и лучи прореза́ли плотный солёный воздух. Лирен пришла на камбуз, чтобы достать припрятанную бутылку мулкара, но к её удивлению у стола спиной ко входу стоял Сайлен. Он был настолько увлечён, что не услышал шагов. – Только не говори, что ты снова замешиваешь ту отраву со мхом. Картограф встрепенулся словно его застукали за кражей, но увидев капитана, расслабился. – А, это ты… Ладно, тебе можно. – На моём корабле мне можно всё. Выкладывай, что удумал.       Вейрон выглянул за её плечо, а потом с ехидной усмешкой полтергейста, задумавшего пакость, подозвал рукой. Предчувствуя неладное, Аверрис приблизилась и разглядела на столе… миску с розовато-зелёными листьями салата, доску и нож. – Тьфу ты! Скрываешь свои кулинарные таланты? Не переживай, белобрысик, мы всё равно готовим по очереди. Рано или поздно наступит твой день, от судьбы не сбежишь. – Да тише ты! – Сайлен зашипел на неё, воровато оглядываясь, – Это не просто салат: я позаимствовал сей интереснейший экземпляр из запасов ремезаров. Вот, попробуй. – Ага, чтобы тут и окочуриться? Благодарствую, не голодна. – Ну конечно, стал бы я травить нашего проводника посреди Разлома. Съешь чуть-чуть, тебе понравится!       Лирен недоверчиво взяла лист салата двумя пальцами и сунула в рот под лукавым взглядом картографа. Сочная травянистая текстура захрустела на зубах, и девушка ощутила интересный сладковато-горький привкус. Пережовывая странного формата еду, закатила глаза. – Я конефно догадыфалафь, фто ты гурман, но чефно говоря ожидала бо́льфего. С безумной улыбкой до ушей, парень поднял указательный палец, призывая подождать, а затем стал по очереди загибать пальцы, имитируя обратный отсчёт. Через несколько мгновений Аверрис почувствовала, как начинает слегка кружиться голова, а к щекам приливает жар как после доброй кружки крепкого спиртного. – Ну? – Сайлен заговорщически посмеивался, любуясь эффектом, пока девушка в недоумении крутила головой, которая стала подозрительно лёгкой. – Почему я чувствую будто бутылку мулкара в одно лицо… А-а-а-а, я поняла. У ремезаров взял, говоришь? Теперь понятно, почему они все такие… спокойные. И почему несут всякую чушь про циклы и время. – А вот и не угадала. У ремезаров свои особенности метаболизма: микроэлементы-ферменты-клиенты-абитуриенты… Короче, усваивается хорошо. А на людей этот салатик действует как хмель даже при минимальной дозе. Ты сейчас съела прилично, поэтому «салатовое опьянение» проявилось быстрее. Это безвредно, но весьма уморительно.       Аверрис усмехнулась и задумчиво потёрла лоб, но вдруг на её лице расцвёл детский восторг от возникшей идеи, в глазах заплясали игривые чёртики. Она похлопала Вейрона по плечу, привлекая внимание, и парень тут же прочитал всё в её взгляде. – …Да ты с ума сошла! Не-е-ет. Нет-нет-нет-нет, смерти моей хочешь? Он же меня четвертует! – Не четвертует – не узнает. Давай! Когда ещё такой шанс выпадет? Как часто ты имел удовольствие наблюдать..? – Ни разу в жизни, но как ему..? – За обедом, поставим поближе. – А если всё-таки..? – Приму удар на себя, меня он наказать не сможет. – Зверюга, ты коварна. – Он знал с кем связывался. – Ладно, на самом деле у меня тоже была эта идея, но я бы не решился. Сейчас это всё на твоей совести! – Да поняла я, поняла. Давай резать.

***

      Время близилось к полудню и проголодавшаяся команда постепенно собиралась на камбузе. Лирен и Сайлен заканчивали со скромной сервировкой, изредка переглядываясь и пряча хитрые улыбки. Поймав Рону на входе, Аверрис предупредила её, чтобы та не брала салат. Она обьяснила его эффект и девушка только посмеялась, покачав головой: – Узнаю́ капитана. – Только не выдавай нас! – Ха-ха, не стану, самой теперь любопытно. Предупреждать Эл заговорщики, разумеется, не стали. Лишь условились не давать ей попробовать ключевое блюдо – она бы наверняка раскусила их шутку и тогда бы досталось обоим. Ашриэль появился последним: даже сложности морской жизни не мешали ему выглядеть так, словно мужчина собирался на ежемесячное заседание Магистериума. – Я смотрю, кое-кто проголодался: вы приготовили всё сами? Удивительно. Сайлена вчера и вовсе уговаривать пришлось, чтобы добиться помощи. – Ты уговаривал, а я отдала приказ. Чувствуешь разницу, Аши? – Лирен ловко вклинила чан «волшебного» салата прямо перед Карном между тарелкой с котлетами и кастрюлей каши, – Вот, командир, вы должны попробовать наше фирменное блюдо. Овощи богаты полезными веществами и всё без вредной жирной заправки. – Вот это сервис. Кто ты и куда дела Лирен, которая питается пережжёными стейками и дешёвым алкоголем? – Будем считать, что общество нашего обожаемого картографа на меня хорошо влияет. – Так и быть, поверю в ваше благоразумие. На последнем слове Сайлен едва сдержался, чтобы не прыснуть со смеху и Аверрис пихнула его локтем в бок. Наконец все принялись за еду. Ашриэль осмотрел стол и положил в тарелку всего понемногу, включая тот самый салат с зелёно-розовыми листьями. Ел медленно, тщательно пережовывая, и к своему несчастью чередовал блюда, из-за чего никак не смог бы заметить подвох. – Сеньор Карн, – Элеонор подала голос, – через какое время мы окажемся в нужных координатах? – Через двое суток. Даже меньше с учётом прогноза: погода обещает быть благоприятной для плавания.       Веселящий эффект проявлялся не сразу, но Лирен и Вейрон следили, время от времени поглядывая на командира. Через несколько минут его движения стали менее отточенными и чуть заторможенными. Наблюдая за тем, как он кладёт ещё одну порцию салата, Лирен от удовольствия болтала ногами под столом. Его взгляд начинал мутнеть будто Карн глубоко задумался о смысле жизни или важности миссии. В какой-то момент он закрыл глаза и устало вздохнул. Затем, коротко мотнув головой, отогнал мысли о работе и просто продолжил есть. Каждая новая ложка салата отключала режимы высокой функциональности один за другим и это удивительно чётко отражалось на лице Ашриэля и в его жестах: сперва поменялся взгляд, после – наклон головы, ещё через минуту – осанка. Дыхание стало шумным как у человека, которого только что разбудили. – Аши, тучка ты наша хмурая, с тобой всё хорошо? Аверрис постаралась придать голосу беззаботность, чтобы не вызвать подозрений. Мужчина поднял взгляд от тарелки – медленнее, чем реагировал обычно, будто бы двигался под водой. – М-м? – Как ты, спрашиваю? – Я? Вполне… нормально. А что, Лирен, переживаешь за меня? Элеонор, удивившись провокационному вопросу от командира, замерла с ложкой на полпути ко рту, а Сайлен и Аверрис переглянулись. – Переживаю, что не понравится обед. Но как я вижу, тебя всё устраивает. – О да, блюда хороши… Вы здорово постарались.       Нахмурившись, Карн выпустил из ладони столовый прибор и посмотрел на руки с таким выражением словно удивился их наличию. Сжал и разжал кулак, а затем поиграл пальцами в воздухе как на невидимом инструменте. Вейрон закусил губу чтобы не засмеяться. Сидя рядом с Ашриэлем, Рона краем глаза посматривала на мужчину, оценивая «эффект салата», о котором говорила подруга. Служитель Магистериума, который представлялся ей воплощением дисциплины и собранности, сейчас походил на забавного дезориентированного ребёнка. – Слушай, а он ничего такой, когда не изображает из себя грозного командира, – шепнула Лирен Сайлену. – Да, редкий кадр. – Сколько у тебя ещё этого салата? – А ты думаешь у меня прям за́лежи? Мы израсходовали последнее, так что запоминай каким может быть наш Ашриэль – другого такого случая не представится.       Плавным, почти ленивым движением Карн расстегнул верхнюю пуговицу на рубашке. Он осмотрел всех присутствующих, что-то оценивая, и Лирен заметила как заблестели его глаза. – Здесь… жарко, вам не кажется? Элеонор, сидевшая по другую сторону от него, в который раз изумлённо повернула голову. – Нисколько. На самом деле даже прохладно. – Странно. Мужчина оттянул ворот. Было видно как потяжелели его веки, а заметный румянец окрасил скулы. Положив локти на стол перед собой, он потёр глаза ладонью, а после провёл рукой по волосам, зачёсывая их назад, чтобы не попадали в глаза. Но это не помогло и, подняв лицо к потолку, Ашриэль встряхнул головой, откидывая пряди со лба. Такие свободные, расслабленные и несвойственные ему жесты ещё сильнее выдавали, что мужчина под градусом. Большим. Лирен, забыв про еду, откровенно залюбовалась: такой Аши не просто нравился ей – каждая новая деталь в его поведении казалась безумно милой. Кто бы мог подумать, что гордый и отстранённый Ашриэль Карн так очарователен, когда выпьет… ну или съест что-то со схожим эффектом. Внезапно Элеонор потянулась к хмельному салату. Лирен и Сайлен не успели даже среагировать, как Рона подхватила миску и забрала себе, виновато поглядывая на девушку. – Оп! Кто не успел, тот опоздал. Прости, я ещё не пробовала это фирменное блюдо. Она незаметно подмигнула подруге, и Аверрис внутренне выдохнула и порадовалась тому, что решила просветить её. Вейрон весело ухмыльнулся: – Контрабандисты они такие, Эл: свистнут из под носа – даже не заметишь. Они засмеялись и даже Ашриэль тихо усмехнулся, елозя вилкой между оставшимися кусочками еды на тарелке. Внезапно послышался его севший, чуть хрипловатый голос с очень сильно плывущими интонациями. Настолько, что списать это на усталость уже не получится: – Однажды… м-м… когда судили пойманного спекулянта, который перо… предол… Боже, пе-ре-про-да-вал ворованые артефакты, он умудрился стащить у конвоира… жетон и часы… наручные такие. И это по пути в зал суда… С каждым его словом брови Элеонор ползли всё выше. Она и до этого начала подозревать, что что-то не так, но теперь всё было слишком очевидно. Девушка даже не могла определить какая часть ситуации удивляет её больше: то, что Ашриэль пьян – впервые на её памяти – или то, что она не заметила когда это произошло, ведь они всё это время были здесь и мужчина определённо ничего не пил. Пока Аверрис и Вейрон, явно веселясь, пинали друг друга под столом, Карн продолжал: – …Его лицо нужно было видеть. Да их обоих – один чуть не захн… задохнулся от смеха… а другой за малым по стенке его не размазал… без всякого суда и следствия.       Лирен полулежала на столе, согнувшись от смеха, Сайлен лбом уткнулся ей в плечо, тоже едва не задыхаясь. Рона, хохоча, вытирала ладонью влажные от слёз глаза. Даже Элеонор не смогла остаться в стороне – подперев рукой подбородок, она тихо посмеивалась, глядя на этот балаган. И только Ашриэль искренне недоумевал что в этой истории могло настолько впечатлить команду. – Смешно вам? А человеку тел семь дали. Новый взрыв смеха сотряс корабль! – Лет. Семь лет… Господи, ну и цирк. Смешно – обхахочешься. Настроения компании заразили его и Карн тоже не сдержался. Когда они немного успокоились, всеобщее внимание переключилось на состояние командира. – Аши, солнышко, тебе бы отдохнуть не мешало. – Я и так, считай, в отпуске. Самовыданном. Да и в целом не думаю, что Магистериум простит мне этот круиз…       Он встал из-за стола – медленно и плавно – но, пошатнувшись, схватился за его край. – Что… происходит? Следом поднялась Элеонор, с немым упрёком глядя на шутников: пусть она и не знала что случилось, но была уверена, что эти двое замешаны в представлении. Она обошла мужчину и перекинула его руку себе на плечо. Ашриэль относительно успешно стоял сам, но отвергать помощь не решился, потому как понимал, что в его состоянии это опрометчиво. Глядя на то, как рука девушки обняла Карна за талию, Лирен напряглась. Внутри кольнуло, будто она вдруг осознала, что не только у неё есть право на его внимание. Улыбка сползла с лица так же стремительно, как и появилась. Когда они вышли, Рона обошла стол и шепнула Аверрис: – Чего ждёшь? Иди быстрее. – Зачем? – Давай-давай-давай, не тормози! Она забрала из рук тарелки, которые Лирен начала собирать со стола, и подтолкнула подругу к выходу. Второго намёка не потребовалось: капитан бросила на Рону недовольный взгляд, будто та подслушала мысли, и выскочила из камбуза.