2. Мой крёстный узнает об этом

После остановки в Кенсингтоне Bentley двинулся дальше и вскоре припарковался у одного из ночных клубов в центре Лондона. Неоновая вывеска гласила: «Синяя Борода». Никто уже не помнил, почему заведение когда-то назвали именно так, но вывеска осталась ещё с тех времён, когда здесь заправлял отец, а потому Драко ничего не стал менять. Название клубу подходило. Несмотря на популярность у лондонской молодёжи, сюда охотно заходили высокопоставленные политики, бизнесмены и дипломаты. Они проводили встречи в специальных VIP-ложах, а после удачных сделок нередко приглашали к себе пару-другую танцовщиц. С молчаливого разрешения Драко танцовщицы иногда оказывали состоятельным гостям дополнительные услуги, не указанные в меню. Здесь важные мужчины, а иногда и женщины, могли чувствовать себя в безопасности. Для их тайн в «Синей Бороде» всегда находились маленькие золотые ключики. Иногда — с каплями крови. Том тоже использовал клуб для встреч: прятаться всегда лучше на виду. Разве аврорат или полиция решатся устроить облаву в заведении, где в этот самый вечер отдыхает, к примеру, премьер-министр или принц, восьмой в очереди на британский престол? Почти весь персонал состоял из волшебников, кроме танцовщиц: их набирали совсем по другим критериям, и происхождение не было главным. Но основное требование к работникам всегда оставалось одно: держать рот на замке. Для этого магические способности были не нужны. Тех, кто по какой-то причине с этим не справлялся, Драко наказывал собственноручно. Укорачивание языков было одним из первых навыков, привитых ему Томом. *** — Эй, жирный урод! Какие помои ты мне вчера намешал? От меня до сих пор несёт, как от тролльего дерьма. — Драко присел за барную стойку, протягивая руку Винсенту Крэббу. Крэбб отложил полотенце, которым протирал стакан, и ответил на рукопожатие. — Гляжу, босс, ты сегодня как никогда в приподнятом настроении. — У меня было прекрасное утро и разговор с Томом. Он дал мне время до завтрашнего вечера. — Ага! — У нас остались какие-то ещё кандидаты? — Ну, даже если кто-то и подходил, я намешал им тех же помоев, что и тебе, так что, возможно, к завтрашнему вечеру они как раз и оклемаются. В отличие от них, у тебя больше опыта в потреблении моих коктейлей. — Очень смешно, Крэбб. Может, тебе поискать новую работу, к примеру, в стендапе? — Эй! Это вообще-то была твоя идея — собрать всех кандидатов и напоить. Как ты там говорил: чтобы понять, можно ли доверять человеку, нужно с ним выпить. Великая цитата. — Крэбб прижал руку к груди. — Не думал написать её над входом в клуб? — Я напишу её на твоей башке, чтобы там было хоть что-то умное. Я серьёзно, Винс. У нас остались ещё какие-то кандидаты? — Ну, там было несколько красоток. Но ты же решил не брать девчонок и самолично выбросил их резюме. — Выбросил. И что? Хочешь сказать, что ты даже не достал их из мусорки, чтобы скоротать время за дрочкой на фотки? — Может, уже поженимся, Драко? Откуда ты так хорошо меня знаешь? Я и правда припрятал несколько. Там же их номера телефонов, семейное положение и, конечно, колдографии. То есть план всё же изменился, и мы ищем девчонку? — Я ищу тупую сучку, которая будет меня слушаться во всём и не мешаться под ногами. — Фу, слышали бы тебя эти… как их… фии… — Феминистки? — Да, да! Эти! — Послушаю их советов, когда они начнут ходить в мой клуб и приносить мне бабки. Занеси мне документы. И что-нибудь, чтобы убрать изо рта тухлый привкус вчерашних помоев. — Огневиски? Со льдом? Всегда отличный выбор! — Всё же пока не буду тебя увольнять. И знаешь, наложи очищающие чары на документы раз пять, для уверенности. Не хочу даже знать, что ты сделал с их колдографиями после мусорки. Через несколько минут тонкая папка с резюме лежала на столе небольшого кабинета на втором этаже, служившего Драко офисом. В клубе уже несколько раз после смерти отца делали ремонт, но сам кабинет Драко менять не давал. Всё здесь осталось таким, как при Люциусе: старомодные тяжёлые шторы, штофные обои с вычурными цветами и орнаментом, покрытым сусальным золотом. Тут был камин с настоящим очагом и аккуратный сейф — старомодный, без кнопок, открывавшийся ключом. А в центре комнаты стоял чёрный стол из массивного дерева. Драко предпочитал держать его пустым, убирая документы в сейф или ящики, потому что трахаться на нём было удобнее всего. Был ещё диван, на котором он ночевал, поэтому он никого туда не пускал. Трахаться — это одно, а спать с кем-то — уже перебор. Слишком личное. Ещё стояли два стула — такие мягкие и удобные, что напоминали скорее кресла. Драко иногда думал, что они даже слишком удобные: любой, кто садился на них, становился более сговорчивым. Было ли это из-за того, что в дорогущем кресле задница как-то по-особому расслаблялась? Или потому, что Малфой приставлял к их виску Walther? Чего только не изобретут эти дизайнеры! Жить круто, когда у тебя трастовый фонд, особняк и прибыльный бизнес по отмыву кровавых денег отчима. Резюме в папке было немного. Мир волшебников слишком мал, чтобы не знать: работа на Малфоев требует готовности замарать руки. А если не повезёт — и вовсе их лишиться. В «Синюю Бороду» шли только отчаянные. Чистокровные, растерявшие наследие и мечтавшие вернуть его лёгким путём. И грязнокровки, у которых не было ничего, кроме бесполезных в этом мире маггловских денег. Том любил объяснять такие вещи крестнику во время их ритуальных поездок на заднем сиденье чёрного Bentley. Драко быстро перебрал бумаги и разложил перед собой три анкеты. Остальное содержимое папки и её саму бросил в огонь. Молниеносно принимать решения и не жалеть о них — ещё один навык, доставшийся ему от Марволо. Не годится. Слишком красивая. Длинные рыжие волосы, фарфоровая кожа, полная грудь, голубые глаза и взгляд, как у испуганной коровы. Такая парализует работу клуба, будет притягивать неприятности и отвлекать посетителей от танцовщиц. Он провёл пальцем по едва заметно движущейся фотографии, будто запоминая черты лица девушки, и через мгновение бросил резюме в огонь. Следующей кандидаткой была привлекательная азиатка с чёрными глазами, высокими скулами и кожей, такой идеальной, что хотелось к ней прикоснуться. Что-то в её позе, в том, как она поворачивала голову, выдавало горделивое нутро. Такая не будет слушаться. Скорее попытается прогнуть всех под себя и нарвётся на крупные неприятности. Пробежавшись по плотным строчкам биографии, он ещё раз кинул взгляд на фото и графу с номером телефона — и отправил листок в камин. Перед ним лежало последнее резюме. Грязнокровка. Закончила какой-то бельгийский колледж, недавно вернулась из-за границы. Совсем не дотягивает до двух предыдущих, но… красивые брови и губы. Веснушки можно перекрыть макияжем. И главное — большие карие глаза, в которых так много отчаяния. На фото не красуется, скорее даже немного нервничает. Эта выглядит вполне предсказуемой, её точно можно будет подчинить. Он перевёл взгляд на поле с личной информацией. «Миона Морель». Имя, похоже, выдуманное. Драко снова посмотрел на фотографию. Её лицо казалось смутно знакомым — наверняка пересекались в Хогвартсе. Хотя столько лет прошло… Как только их стали пускать в деревню с третьего курса, он практически каждые выходные проводил с лучшим другом в пабах Хогсмида. А алкоголь, как известно, памяти не способствует. Странно, как они оба ещё вполне успешно окончили школу и вошли в число лучших выпускников. Забавное было время: если им — двум подросткам — отказывались продавать сливочное пиво или эльфийское вино, то Драко говорил: «Мой крёстный узнает об этом». Имя его отчима звучало как заклинание, разрешающее любые шалости. Итак, решено. Эту можно будет даже не трахать. Пара сальных намёков, несколько грубых комплиментов — и она будет полностью его. Смазливая внешность, деньги, статус — любая из этих вещей сама по себе помогает раздвигать женские ноги. Драко же обладал всеми тремя — как говорится, сорвал джекпот.

***

Мисс Морель пришла на следующий день в дерьмовом платье с рюшами и цветочным узором. Уже одно оно кричало об отчаянии. Ей почти тридцать, в анамнезе развод, патологическая неуверенность и французская фамилия — бессмысленно напыщенная, как и всё французское. В странных ужимках, в неуклюжести, в том, как отчаянно она старалась угодить, Драко видел: Миона Морель была идеально бесформенной массой глины, из которой он вылепит своё прикрытие. Бывший муж забрал её деньги, оставил в долгах и вколотил в голову, что она ничтожество. Такие стараются до изнеможения — лишь бы заслужить хоть чьё-то одобрение. На этом Драко и собирался играть. В «горячо-холодно» ему не было равных. — Миона… Могу ли я вас, кстати, так называть? Горячо. — Конечно. — У вас ведь нет опыта работы в ночных заведениях? Холодно. Руки у неё лежали на коленях, как у послушной девочки. От вопроса она занервничала и начала царапать подол платья искусанными ногтями. — Нет. Но я много училась. У меня степень по трансфигурации и травологии. — Да, это впечатляет. Вы могли бы сделать блестящую карьеру, если бы продолжили. Горячо. — Но мы ищем управляющую. А у вас опыта руководства нет. Холодно. — Расскажите, где вы работали раньше? — В Брюсселе, мы переехали туда с мужем… точнее, бывшим мужем… после свадьбы. Я работала в кафе, затем в гостинице — менеджером по работе с клиентами. — Вы понимаете, какой тип заведения у нас? — Да, конечно. Я люблю клубы. И в вашем тоже бывала… пару раз. Драко рассмеялся и чуть подался вперёд, будто желая разглядеть её получше. — Пару раз? Миона, вы мне врёте? Она покраснела. — Вру… Поймите, мне очень нужна эта работа. Я умная, я быстро учусь. И я вовсе не ханжа. — Так-так-так… — Драко встал, обошёл стол и, подойдя к ней, нагнулся так близко, что услышал её сопение. Она тут же смущённо задержала дыхание. — Не ханжа, значит. И что вы будете делать, если кто-то из клиентов предложит вам уединиться? Вы понимаете, какие у нас бывают гости? Некоторым здесь просто нельзя отказывать. Если не хотите оказаться на обочине. Я, разумеется, выражаюсь фигурально. Хотя выражался он совсем не фигурально. — Я… я… я не знаю… Наверное, я расскажу об этом вам. Драко окинул её долгим, оценивающим взглядом. — Что ж, Миона, это абсолютно правильный ответ! Я должен знать обо всём, что происходит в этом клубе. По любому вопросу, который вызовет у вас даже малейшее сомнение, вы придёте ко мне. — Выдержав паузу, он добавил: — В чём ваша мотивация? — Мне нужны деньги. — Это мне близко. Такая мотивация обеспечивает необходимый настрой. Ночной бизнес, если разобраться, не сложнее приготовления капучино. Вы ведь умеете готовить капучино? — Да. — Вот и отлично! Сможете приступить завтра? — Конечно! Во сколько мне прийти? — Клуб открывается в десять. Вас я жду к семи, чтобы познакомить с командой и ввести в курс дела. — Это всё? Я могу идти? Драко хмыкнул. — А разве вы не хотите уточнить размер оплаты? — Сумма в объявлении меня устраивает. — Вот вам первый урок: не всему, что написано в официальных бумагах, стоит верить. Платить вам будут на тридцать процентов больше. Это, скажем так, надбавка за конфиденциальность. И, кстати, налогом она не облагается. Вас в этом ничего не смущает? — Драко слегка наклонил голову и напустил на себя выжидающе-елейный вид. — Нет. — Миона торопливо мотнула головой. — Вот и славно. Завтра за вами приедет водитель. Куда? Она помедлила. — Сейчас я живу у тётушки. Лучше ей не знать о моём новом рабочем месте. Пусть машина заберёт меня с Лестер-сквер в половине седьмого. Хотя… я могу добраться и сама, чтобы никого не утруждать. Драко покачал головой. — Вы теперь управляющая самого элитного ночного клуба. Мой человек не просто водитель. Он будет следить, чтобы за пределами заведения у вас не возникало никаких проблем. И да, у вас будет определённый дресс-код. Восьмой размер? — Нет, десятый. Драко скользнул недоверчивым взглядом по её более чем скромным формам. — Хорошо. Одежду вам отправят сегодня. Когда мисс Морель вышла, Драко подошёл к барной стойке. Крэбб был там. — Уверен? Какая-то она замухрышка. Не понимаю, почему ты не взял рыжую. Богиня. — Вот именно поэтому и не взял. Я не хочу привлекать внимание. — У этой, — Крэбб кивнул в сторону двери, — наверняка давно не было секса. Драко поморщился. Даже на его вкус Крэбб иногда явно перебарщивал. — Всё просто, Винс. Если какой-нибудь полицейский или аврор сунется в клуб что-то вынюхивать, всё, что он увидит, — это её, тихую мышку. Она достаточно отчаянная, чтобы связаться со мной, и достаточно умная, чтобы молчать, если что-то вдруг пойдёт не так. Мне подошла бы любая послушная, безамбициозная дура с кристальной репутацией. А что до той рыжей и азиаточки — номера обеих я запомнил. — Он постучал пальцем по виску. — Ты же знаешь, какая у меня память. — Оооо! Вот поэтому вы и начальник, мистер Малфой. Пригласим их сегодня? Для дополнительной проверки профессиональных навыков? — Нет, дружище. Сегодня не могу. Развлекайся сам. — Эй, это так не работает! — фыркнул Крэбб. — Обычно ты приглашаешь, а я трахаю самую пьяную. — Не получится. Нужно съездить к Тому. Он должен узнать, что дело наконец сделано.