Часть 16. Ты сильный, Маркуш

Я лежал на кровати в доме родителей и рассматривал рисунок, который нарисовал маме в тот день. Мне было семь лет. На одной стороне моей комнаты были нарисованы барабаны, на другой — гитара. С первого этажа доносились звуки. Мне было скучно, поэтому я спустился на кухню. Мама стояла в слезах возле отца и пыталась выговориться, но слёзы мешали ей это сделать. В моей руке остался тот рисунок, поэтому решил отдать его в тот момент, чтобы хоть как-то поддержать маму. —Мам, это тебе, — я подошёл к маме и протянул рисунок. —Сын, можешь уйти на время? Нам нужно поговорить с мамой наедине, — папа строго посмотрел на меня. —Лёш, не прогоняй его, — мама взяла рисунок и с улыбкой посмотрел на него, хотя по её лицу всё ещё текли слёзы. — Это очень красиво, Маркуш, — мама погладила мои кудряшки, зная, что мне это очень нравилось. — Ты очень красиво рисуешь, Маркунь. —Не плачь, пожалуйста, — мама оказалась в моих объятиях. — Я тебя люблю. Ты самая лучшая мама на свете. —И я тебя люблю, Маркушка, и я тебя. Вечером мы смотрели какой-то фильм. Мама нежно обнимала меня. Мне было очень хорошо рядом с ней. Её тепло дарило мне покой, а её любовь делала меня самым счастливым ребёнком. На следующий день папа забрал меня из садика. Он был в кожанке, потому что приехал за мной после концерта. Он протянул мне игрушечного ёжика, который мне очень понравился. Я с удовольствием рассказывал, как в этот день в садике мы учили новую песню на выпускной. Когда мы зашли домой, я разулся и побежал в кухню. Там в петле висело тело мамы. Я не знал, что чувствовать в тот момент. Я очень испугался, но при этом мне было больно. —Мама! Папа увидел его и оттащил меня в свою комнату. Я обнялся с ёжиком и начал плакать. Я не понимал, что происходило, но я понял, что мамы больше не было. Через некоторое время ко мне зашёл папа весь в слезах. Он крепко меня обнял и тихо сказал, что мама умерла. Он гладил меня по спине и больше ничего не говорил. Я чувствовал дрожь в его теле, но моя боль заглушала всё желание постараться поддержать его. На кладбище почему-то плакали только мы с папой. Все вокруг были без эмоций, а кто-то стоял с небольшой улыбкой. Я видел белое тело мамы, её красивые волосы, которые почему-то стали прямыми, хотя всегда были кудрявыми. На её лице я видел спокойствие. Когда гроб закопали, папа отвёл меня в машину и сказал : —Что бы ни случилось, я буду рядом, сын, мне здесь хорошо. —Пап? Пап?! Папа! Я резко вскочил. Рядом лежала Элина, которая явно была напугана моим резким пробуждением. Она потянула мою руку, чтобы я лёг обратно. Я послушался её и лёг. —Что тебе приснилось? Ты звал маму и папу. —Те дни, когда умерла моя мать. Её тело в петле, похороны... —Иди ко мне, — Элина крепко обняла меня и стала гладить меня по спине. — Я рядом, Маркуш. Всё хорошо, это просто плохой сон. Анюта раскапризничалась. Элина ушла успокаивать дочку. Я взял Виви и обнялся с ним. Через некоторое время я опять провалился в сон. Та же комната с рисунками барабанов и гитары на стенах. Я обнимался с игрушечным ёжиком. На первом этаже все ругались. Папа уже третий день спорил с родственниками, что мама умерла не из-за нас. В комнату залетел мой двоюродный дядя. Он сел на кровать и строго посмотрел на меня. В его глазах я увидел ненависть. По телу пробежали мурашки, а в горле появился ком. —Жаль, что ты ещё жив, тварь мелкая, — прошипел дядя. — Довёл мать родную, что она с собой покончила, как ты вообще жить можешь? Ты такой уебан, весь в отца пошёл. Дядя схватил меня за руки и потащил к себе. Он встал, но продолжил тащить меня. Я пытался отбиться ногами, но это не помогало. Дядя снял ремень и принялся бить им меня. Когда я заплакал, он отобрал мою игрушку и закинул её на шкаф, куда я не смог бы залезть. Удары ремнём стали сильнее, а мои слёзы текли ещё сильнее. В комнату зашёл папа и оттащил дядю от меня. Папа выкинул его из дома, затем он пришёл ко мне в комнату и обнял меня. —Прости, маленький мой, прости, что позволил обидеть тебя, — он крепко прижимал меня к себе и гладил по голове. — Где ёжик? —На шкафу. —Идиот, — пробубник папа под нос и достал мою игрушку. Он дал её мне, взял меня на руки, сел и посадил к себе на колени. — Никто тебя больше не обидит, Маркуш, — папа прижал меня к груди. — Никто больше не посмеет обидеть моего сына. —А маме на облачке хорошо? —Не знаю, очень надеюсь на это. На этот раз моё пробуждение не было таким резким. Я открыл глаза и увидел, что Элина не спала. Она гладила мои волосы и наблюдала за мной. —Устал от кошмаров? — Элина поцеловала меня в лоб и прижала к себе. —Я привык, они мне снятся почти каждую ночь после... Как увидел тело мамы. Психологическая травма, не более. Элина больше ничего не спрашивала, только гладила меня, пытаясь успокоить. Я встал и пошёл в ванную. Виви побежал за мной. Там я набрал себе тёплой воды и лёг в неё. Кот сидел на краю ванны. —Понимаешь, Виви, в человеческой жизни бывает всякая херня, с которой иногда сложно справиться. Когда умерла мама, мне показалось, что мой мир рухнул. Я чувствовал бо́льшую часть жизни себя одиноким. Да и сейчас чувство одиночества меня не оставляет. Я не хочу грузить Элю всем этим, у неё и так проблем достаточно. Кот сидел и смотрел на меня, будто понимал, о чём я говорил. Я вышел из ванной через некоторое время. Элина занималась с Анютой. Я оделся в чистую пижаму и плюхнулся на кровать. Стал наблюдать за своими девочками. Мне было грустно видеть, как Элина переживает за Аню. Я хотел как-то поддержать её, но я не умел поддерживать. —Анют, папе не до тебя, потерпи, — сказала Элина, когда Аня заплакала и потянула руки ко мне. —Идём ко мне, моё сокровище маленькое, — я встал с кровати и взял дочку на руки. Я стал ходить с ней по квартире и петь песни. Малышка постепенно начала засыпать, прижимаясь ко мне. —Единственная фанатка, которая смогла добиться места в твоём холодном сердечке, — Элина обняла меня сбоку и посмотрела на Анюту. —Моя самая главная фанатка добилась печати в паспорте и секса со мною, — я чмокнул Элю в губы, что вызвало у неё улыбку. — И сердце у меня не такое уж и холодное, просто я не всем доверяю, иногда просто не хочу показывать эмоции, чтобы не выглядеть слабым. —Ты сильный, если показываешь эмоции, ты не боишься осуждения, что показывает твою душевную силу, Маркуш, ты сильный. Я положил дочку в кроватку, подошёл к Элине и прижал её к себе. Девушка поцеловала меня в щёку и улыбнулась. Я смотрел в её глаза и чувствовал счастье. Оно было рядом со мной всё это время, только я его вечно отталкивал.