Сложность семейных отношений

На следующее утро Киоши разбудил громкий стук в дверь. Ее мать все еще была на задании, так что это не могла быть она. Она ожидала увидеть своего дедушку, но когда она открыла дверь, все еще одетая в серые шорты и белую футболку, то увидела не его. – Йо, - поприветствовал ее седовласый мужчина с янтарными глазами и кривой усмешкой. - Надеюсь, я тебя не разбудил. Теперь Киоши внезапно вспомнила, что ее дедушка покинул Коноху вместе с Хокаге два дня назад, чтобы посетить Амегакуре и принять участие в праздновании пятилетнего мира между двумя деревнями. Киоши моргнула. – Дядя Такаши? – Твоя мама и старик ушли по своим делам. - небрежно продолжил он. - Так что я решил заглянуть к тебе — вместе с твоим проказливым кузеном. Надеюсь, ты не против. Только тогда Киоши заметила маленького мальчика, Конохамару, выглядывающего из-за ноги Такаши, с вызывающе сложенными руками и решительно-нахумренным выражением лица. – Я не против. - сказала она, отступая в сторону, чтобы впустить их, и взглянула на своего кузена. - Я в порядке, не то чтобы это имело значение для нянек, которые следят за мной, как за Конохамару, но... – ЭЙ! - крикнул мальчик, выпятив грудь. - НЕ СМЕЙ ТАК ГОВОРИТЬ ОБО МНЕ! ОДНАЖДЫ Я СТАНУ ХОКАГЕ, ТЫ МЕНЯ СЛЫШИШЬ?! ХОООКА... — он споткнулся о собственный шарф на полуслове и с громким стуком приземлился лицом на пол. Он разрыдался. Киоши приподняла бровь, подавляя смех. – Ну, тогда тебе придется победить Наруто. - поддразнила она. - Знаешь, претендентов на этот титул вагон и маленькая тележка. Конохамару замер. Он медленно сел, покраснев, и пробормотал: – Я побью их всех, вот увидишь! Такаши усмехнулся, затем его лицо стало более серьезным. – Послушай, насчет 'нянек'. Мы приставили еще двоих присматривать за тобой. Веселье Киоши исчезло. – Что? Зачем опять? - резко спросила она, сжав челюсти. – Ты обладатель Кеккей генкая. - сказал мужчина спокойным, но твердым тоном. - И прямо сейчас ты находишься дома одна. Если кто-нибудь решит-... – Я могу постоять за себя. Сама! Без помощи кого-либо. – Я знаю, но мы бы предпочли не рисковать. - Киоши бурчала себе под нос. - Конохамару, оставайся внутри. - сказал Такаши, указывая на дорожку, ведущую в сад. - Мне нужно поговорить с твоей сестрой. – Ладнооо. - пробормотал мальчик и снова опустился на пол. В саду молчание между племянницей и дядей затянулось. Киоши стояла неподвижно, скрестив руки на груди, устремив взгляд на горизонт. Такаши вздохнул и облокотился на перила. – У тебя скоро экзамен. Что-нибудь нужно? Я могу помочь с тренировками, если-... – У меня всё прекрасно. – Но это не так. - он, наконец, убрал сигарету и серьезно посмотрел на нее. - Что на самом деле с тобой происходит, Киоши? Ее глаза сузились, и Такаши заметил, как напряглась ее челюсть, как едва заметно подергивались пальцы. Когда она, наконец, заговорила, ее голос был тихим, едва сдерживаемым: – Мне четырнадцать. – Верно. И? – И я все еще генин. - Такаши медленно выдохнул, он предчувствовал, что об этом зайдет речь. - Я должна была стать чуунином много лет назад. Но нет, дедушка держит меня, как будто я представляю опасность. Как будто я какой-то эксперимент! — Киоши... – Я ненавижу это. - прошипела она. - Я ненавижу его за то, что он сдерживает меня. Я могла бы стать гораздо большим, а он этого боится. Будто я пойду убивать всех налево и направо, если стану выше по рангу.. – Он не боится тебя. - спокойно сказал Такаши. - Может быть, он хочет быть уверен, что, когда ты поднимешься, тебя поддержат нужные люди. Людей, что унаследовали нашу способность..ты знаешь, мало кто дожил даже до твоего. Жизнь в Конохе не спасла нас от истребления, предатели есть везде. И мы не хотим повторить судьбу Учих. Киоши горько усмехнулась. – Нельзя доверять людям, никогда не знаешь, чего они на самом деле хотят. – Звучит так, как сказал бы твой отец. – Он сказал это прямо перед уходом, и он был прав. Такаши нахмурился. – Твой отец ушел, потому что был опасен, он изгнан. Это решение далось нелегко. Но Хокаге и твой дедушка были уверены что это было правильным решением, так и есть. – О, так вот в чем дело? Ты тоже думаешь, что я опасна? - Такаши приподнял брови, но ответил не сразу. Киоши подошла ближе, ее голос стал холоднее. - Все знают, что я должна быть чуунином. Все знают, кто мне мешает. А ты? Ты просто соглашаешься с этим. Как мама. Ты делаешь все, что они говорят. – Киоши. - резко сказал мужчина. - Следи за своим языком. Он личный советник Хокаге и твой дедушка. Киоши опустила взгляд. – Я знаю, мне жаль, но если это все, мне нужно собираться. У меня сегодня встреча кое с кем. Такаши долго изучал ее. – С кем? Она ухмыльнулась. – Не твое дело, дядя. Он бросил на нее неодобрительный взгляд, но ничего не сказал, повернулся и направился обратно в дом. – Конохамару! Пошли. - позвал он, и мальчик без возражений последовал за ним. Киоши не смотрела, как они уходят.

***

Киоши пропустила обед. Чувство вины не покидало ее, Такаши всего лишь хотел помочь, а она набросилась на него, как на врага. Она в последнее время со всеми такая. Но было трудно не только контролировать эмоции, но и показывать их. Теперь она тихо сидела на тренировочном поле с закрытыми глазами, прислушиваясь к шуму ветра. Она подумала о двух змеях, которые свернулись рядом с ней в постели прошлой ночью, и о том, что они до сих пор скользят по ее рукавам. Для любого другого это было бы ужасно. Но для Киоши они были утешением. Это был знак. Ее отец не умер.

"Твой отец ушел, потому что был опасен, он изгнан."

Слова дяди снова прозвучали эхом. Мысль о том, что Хокаге и её дедушка боялись Орочимару и, возможно, боялись и ее тоже, одновременно преследовала и волновала ее. Большинство шиноби деревни согласились, что ей давно пора было получить повышение. Все знали, что Хокаге запретил это по просьбе её дедушки, его советника, и из-за этого было трудно смотреть ему в глаза. – Кио-чан! Прости, что опоздал! - раздался сверху знакомый голос Наруто. Она открыла глаза и увидела улыбающегося блондина, смущенно почесывающего затылок. – Так.. Что мы сегодня делаем? – То же, что и вчера. - она протянула ему небольшой сверток. - Все, что тебе нужно, находится внутри. Если ты передашь это, мы продолжим. Рост Наруто всегда происходил благодаря эмоциям, особенно гневу. Это обострило его концентрацию и сделало его решительным и уверенным в себе, после получаса борьбы и криков он, наконец, поразил центр мишени кунаем. – Я СДЕЛАЛ ЭТО! КИО, ТЫ ВИДЕЛА ЭТО?! Я СДЕЛАЛ ЭТО! Она улыбнулась. – Ты становишься лучше. Будем надеяться, что эта тенденция сохранится. - она подмигнула ему. Наруто улыбнулся шире, затем наклонил голову. – Эй, Кио-чан? Ты генин, верно? Ее сердце пропустило удар. – Да. – Тогда почему ты все еще в Академии? – Просто.. Всё сложно. - тихо сказала она. - Теперь давай двигаться дальше. - она достала другой кунай. - Сейчас мы работаем над твоей скоростью и сосредоточенностью, и твоя задача - задеть меня. Поцарапать, поранить, ударить, как хочешь. Ну, или что сможешь. Наруто моргнул. – Подожди, что значит 'поранить'? – Когда-нибудь тебе это понадобится. Твоя задача - нанести удар. Ничего серьезного. Лицо Наруто побледнело. – Что, если тебе действительно будет больно? – Не будет. - она усмехнулась. - Готов? Он поколебался, затем кивнул. – На старт. Внимание.. Начинаем! Они быстро сцепились, Наруто - взрывными и хаотичными движениями, Киоши - изящными увертками. За считанные секунды она погрузила его по шею в грязь. – ЧТО?! КИО, ЧТО ЭТО?! ВЫТАЩИ МЕНЯ! – Освободите себя сами, Хокаге-сама. - ласково сказала она. - У нас есть время. Я терпелива. – Ты сумасшедшая! – Может быть. - она скрестила руки на груди и села перед ним, закрыв глаза. Наруто корчился и мычал, впиваясь ногтями в землю. – ЭТО ПЫТКА! – Шиноби должен быть готов к неожиданностям. - спокойно сказала она. - Особенно будущий Хокаге. Это полезно для тебя. Подумай. Он застонал. – О чём подумать?! Киоши не ответила. Змеи под её одеждой не шевелились, наблюдая и прислушиваясь. – Мой отец начал тренировать меня, когда мне было три года. - внезапно сказала она тихим голосом. Наруто перестал двигаться. - Контроль чакры. Затем дзюцу. Затем тайдзюцу. И..Кеккей генкай. Он слишком сильно на меня давил. В итоге я оказалась в больнице. - она грустно улыбнулась. - Мама сказала, что тренировать меня стало его навязчивой идеей. Они поссорились. Кричали. Я никогда раньше не слышала, чтобы они кричали. Тарелки разлетались вдребезги. И все из-за меня. - Наруто молчал. - Каждый год я сдавала экзамены, но меня так и не взяли в команду. Я уже должна была стать чуунином. – Почему не стала? - он тихо спросил Киоши открыла глаза и посмотрела прямо на него. – Из-за того, кто мой отец.

***

Киоши вернулась домой измученная и сонная. Проходя по коридору к лестнице, она заметила, что дверь в гостиную приоткрыта. Она остановилась и заглянула внутрь. Ее дедушка сидел на полу за низким столиком, пристально глядя в свитки, лежащие перед ним. – Мама еще не вернулась? - спросила Киоши, привлекая его внимание. – Киоши. - сказал Кэндо, поднимая взгляд. - Нет, ещё нет. – Ты что, шпионил за мной? – Это очень благородно с твоей стороны - помочь Узумаки Наруто. - ответил он вместо этого. Киоши не ответила, она скрестила руки на груди и прислонилась к дверному косяку, наблюдая за ним. В комнате воцарилась тишина. Через мгновение она тихо спросила: – Ты... ты наконец позволишь мне присоединиться к команде в этом году? Кэндо жестом пригласил ее подойти ближе, она вошла и села рядом с ним. – Киоши. - медленно начал он, - есть вещи, которых ты не знаешь. Вещи, о которых ты еще не догадываешься. Причина, по которой я никогда не позволял тебе присоединиться к команде, проста: ты не была готова. – Я была готова. - отрезала она. Кэндо снова посмотрел в свиток, где сформировался знак клана Узумаки. – Ты знаешь, что ты единственный генин, который все еще посещает Академию. Ты набирала сто процентов баллов на каждом экзамене. Ты каждый год сдавала экзамен на генина. Как только ты попадёшь в команду, тебя начнут отправлять на задания, поначалу простые, на уровне D, но нет сомнений, что ты с легкостью сдашь экзамен на чуунина. Ты станешь джоунином раньше, чем ваши сверстники. Тебе следовало стать чуунином много лет назад. Твои техники уже на уровне джоунина. Ты начала тренироваться раньше из-за своего отца. – Он хотел, чтобы я была лучшей. - сказала она. - Чтобы я была готова ко всему. Мир шиноби жесток. – Нет, Киоши. Он хотел, чтобы ты стала оружием. Ты никогда не была ему дочерью. Ты была еще одним экспериментом. Твой отец убил много невинных людей в этой деревне. Люди исчезали. Никто не знал, что происходит, пока его не поймали на месте преступления. Он убивал людей, Киоши, издевался, экспериментировал. Люди для него лишь расходный материал. – Я тебе не верю. - твердо сказала она, серьёзно глядя на него. – После того, как он сбежал, я запретил кому-либо говорить об этом. - тихо сказал Кэндо. – Ты боишься меня, дедушка? - спросила она, не дрогнув. Он удивленно посмотрел на нее, затем слегка улыбнулся. – Нет, Киоши, милая. Я не боюсь тебя, я знаю, что у тебя доброе сердце. Ты совсем не похожа на своего отца. – Думаю, я похожа на него больше, чем ты считаешь. Она встала и вышла из гостиной в сад. Присев под деревом, она выпустила своих змей, наблюдая, как они мягко скользят по траве.

***

– Саннин. - объяснила Киоши Наруто, - означает величайший ниндзя своего поколения. Мой отец был — и остается — одним из них. Я говорю 'был' или 'остаётся', потому что… Я даже не знаю, жив ли он еще. Он покинул Коноху много лет назад. С тех пор никто ничего не слышал. - она рассеянно помешивала что-то в миске, голос ее смягчился. - Он был частью команды Хокаге. Вместе с двумя другими саннинами. Он обучал меня не только ниндзюцу, тайдзюцу и гендзюцу, как я тебе уже говорила, но и киндзюцу.. Пытался. – Киндзюцу? - повторил Наруто. – Верно, Наруто-кун. Запрещенные техники. Они запрещены из-за опасности, которую представляют для окружающих и для самого пользователя. Мне так и не разрешили закончить учебу и присоединиться к команде, вероятно, потому что меня боялись. Но я приняла решение. - Наруто наклонился, внимательно слушая. - Если мне не разрешат присоединиться к команде.. - продолжила она, - ..я уйду из деревни. – Уйдёшь? Что значит уйдёшь, Кио-чан? – Я собираюсь найти своего отца, и я найду его. Но никто из них не осознавал, что они были не одни. Женщина за соседним столиком женщина слышала все, каждое слово, которым обменивались Наруто Узумаки и Киоши Миода. Куренай Юхи сидела молча, выражение ее лица было непроницаемым.