Часть 3 Лайм

Я не мог дождаться того дня, когда увижу эту обезумевшую снова. Проходили дни, недели, почти месяц. Даже несмотря на мои попытки отыскать её где‑нибудь в городе или в больнице, она словно провалилась сквозь землю. А это бесит. Бесит и… забавляет. Стоя на свежем грунте за рулём своего байка, я слабо морщился при виде толпы тёлок, которые облепили Барса. Он так бесит этой своей манией величия, что аж глаза режет. Уже начиная беситься из‑за долго тянущегося времени, весь стадион вдруг замер. Тихий звук двигателя казался таким мелочным, однако, стоило поглядеть назад, я глазам своим не мог поверить. Моль. На серебристом спортивном байке. Она плавно заехала на стартовую полосу, словно тень. Никакого пафоса, криков, оваций. Однако все, кто её заметил, тотчас расступились и дали занять своё место. Подъехав на пару метров к ней, я решил не терять время даром. — Привет, Моль, — она слабо дрогнула и, сняв шлем, взглянула на меня. — Привет, — голос хриплый, сухой; на лице слабые отёки, взгляд потускневший, как тогда в больнице. — Тебе бы домой, — пробубнил я, стараясь особо не засматриваться на её осунувшееся лицо. — Выглядишь как… — Дерьмо? — она резко оборвала меня и, к удивлению, слабо хмыкнула. — Знаю. Ну… мне не привыкать. Я на долю минуты взглянул на её одежду. Потёртые кеды, поношенные джинсы, дешёвая футболка из массмаркета и тонкая ветровка, несмотря на значительные морозы. Удивительно. Зная, какое она тут бабло рубит, могла бы одеваться куда лучше. Заводить с ней больше разговор я не хотел. Впрочем… и говорить‑то было не о чём. Спрашивать о тех малых? Бред: ни ей, ни мне об этом говорить не особо приятно. Погода… Кто вообще говорит в наше время о погоде? — Прохладно, — вынырнув из омута мыслей, я увидел, как она глубоко вздыхает и смотрит на небо. — Ночью будет гроза. — Да… сыро. — Агась. Она, не отрываясь от разглядывания неба, откинулась на сидушку и принялась надевать свой шлем. Недолго думая, я повторил те же действия, и вскоре оба ждали старта. Странное ощущение. Уже не первый раз гоняю, а ощущение — как в первый. Стараясь отвлечь себя, я едва ли не профукал сигнал о старте. Выжимая газ до полного, я плавно выезжал вперёд, намереваясь забрать выигрыш. Когда основная кучка была оставлена где‑то позади, я ради интереса решил глянуть на баннер с камерами. Моль ехала… позади? Еле‑еле она гнала с большим отрывом. «Это шутка? Стоп, хорош. Нахрен она мне вообще упала? Мне нужно выиграть, а не за ней следить». Сжав ручку газа до предела, я старался выгрызть себе первое место. Все эти идиоты на подаренных мотоциклах оставались позади, лишь один умудрялся действовать мне на нервы. — Что, Лайм, никак? — Барс гнал со мной нос к носу, не давая продыху. — Это тебе не в машине гонять, тут надо чувствовать. — Да чтоб тебя! Этот тип много на себя берёт в последнее время. Сначала с сестрой моей игрался, а теперь делает вид, что у них ничего не было. Урод. Уже было намереваясь сбить этого гада с трассы, между нами появилась некая вспышка. — Ммм, согласна, — Моль неожиданно промелькнула и удачно балансировала между нами двумя. Защитное стекло её шлема было приподнято, так что мы оба видели не по‑детски игривые глаза. — Трассу нужно чувствовать, — одна её ладонь ловко прошмыгнула прямо к напряжённому плечу Барса. Тот, наверное, сам не ожидал такого подхода, но протестовать не стал. — Да… чувствовать, — видя, как этот тип уже поплыл от её женских чар. Я сам не заметил, как сжал ручку руля до скрежета перчатки, а челюсти сжались до скрежета зубов. — Но… ещё за ней надо следить, — резко вспомнив о дороге, я увидел, что приближается резкий спуск, под которым находится скучающая груда булыжников: от них порой техника ломалась на раз‑два. — Упс. Её мотоцикл резко сделал крюк наверх, прямо по крутому склону. Мне удалось только объехать парочку валунов, прежде чем увидеть нечто поразительное. Моль гнала как сумасшедшая по мокрому склону, словно по обычной дорожке, а следом за ней гнался Барс. Чёртов показушник: копирует её движения и удачно вписывается во все параметры. Когда эта полоса с булыжниками закончилась, я увидел, как они ловко спрыгнули на трассу. Барс гнал впритык к ней. Пытался морально задавить своими едкими фразами. Медленно, но уверенно сокращая отрыв, мне удалось услышать обрывки его фраз: — Здесь не место для сопливых девчонок, — Барс произнёс эти слова с таким презрением, что даже мне стало не по себе. Моль слабо дрогнула, её руки ослабли, и… стоп. Ты… сдаёшься? Увидев, как она реально снижает скорость, на мгновение я подумал остановиться, но оставил её позади. Выжимая ручку газа до рёва резины, мельком я смотрел на баннер, где было видно, что Моль отстаёт. Что ж… её выбор. Круто выворачивая на виражах, я заметил какое‑то препятствие впереди. Барс, будучи в хорошем отрыве, резко вывернул прямо в гору, дабы объехать толстую балку с кучей воды по самые плечи, и я последовал его примеру. Неловко выруливая на мягкой земле, я чувствовал, как колёса вязнут в ней, но не прекращал мучить технику. В один момент мне хотелось психануть и слезть с мотоцикла, как вдруг голос Гремлина из колонок заставил всех оживиться. — Ой‑ой‑ой! Вы только гляньте. Моль рвёт и мечет. Рвёт и мечет. Давай, детка! Оглянувшись через плечо, мои глаза увидели, как этот серебристый монстр ловко выворачивает на крутых поворотах, не жалея двигателя. За считанные секунды, пока мы возились в вязком грунте, эта сумасшедшая двигалась прямо к балке. Учитывая скорость, высоту балки и воды… Её там пополам разрежет. — Тормози! Тормози, дура, ты сдохнешь! Крича во весь голос, я старался образумить её, но не успел. В момент столкновения эта идиотка резко привстала и в прыжке взобралась на балку, оставив мотоцикл внизу. Быстро и уверенно пробегая сверху, она, словно просчитав момент, запрыгнула на железного коня и вдавила газ до упора. Барс, хоть и с отрывом, уверенно мчал следом, оставив меня наблюдать за всем этим. — Чёртовски два, — сорвалось с моих губ. — Я её… теперь точно не отвяжешься, Мотылёк.