Часть 7

***

Герта шла по пустым коридорам своего дома, на лице у неё была недовольная улыбка. Она знала, кто здесь, камеры сработали достаточно хорошо, прежде чем отключиться. Незваной гостьей оказалась не кто иная, как сестра Кэлуса, Стелла. — Привет, — одетая в банный халат и сандалии, она поприветствовала сестру, которая выглядела совершенно взбешённой. — Я рада, что мои роботы пришли и так тепло тебя встретили, Стелла. Седовласая близняшка смотрела на неё с такой свирепостью, что могла бы разбить стекло. Единственное, что мешало Стелле выйти за пределы главного вестибюля, — это три робота, которые её перехватили. Это застало Стеллу врасплох, и ей ничего не оставалось, как скрестить руки и сердито посмотреть на всех вокруг. — Это можно назвать тёплым приёмом? — сказала Стелла, указывая на трёх роботов, которые её окружили. — Да, любого другого бы избили и выбросили как мусор. Единственная причина, по которой я прощаю тебе это небольшое вторжение, — твой брат, — сказала Герта с бесстрастным выражением лица, в её голосе читалось безразличие. — Так зачем ты здесь? Стелла скрестила руки. — Нужно ли это говорить? Где Кэлус? Я знаю, что он здесь. — Сейчас он отдыхает, у него была напряжённая ночь, он помогал мне с исследованиями. — Он может доспать у меня дома. Мне нужно с ним поговорить. Стелла попыталась пройти дальше в дом, но роботы не позволили ей это сделать. — Герта… — сестра-близнец бросила на трёх надоедливых роботов яростный взгляд. — Скажи своим роботам, чтобы они ушли, иначе я не буду нести ответственность за то, что произойдёт. Герта лишь скучающим взглядом посмотрела на Стеллу, слова которой ничуть её не напугали. Нет… скорее, в её голове заработали шестерёнки. В её извращённом, гениальном уме начал формироваться план. Она быстро обернулась, чтобы Стелла не увидела широкую улыбку у неё на лице. — Ну, раз уж ты так вежливо попросила, — она щёлкнула пальцами, и роботы тут же отошли от Стеллы. — Следуй за мной. Она повела Стеллу обратно в свою комнату. Путь был недолгим, но тишина создавала гнетущую атмосферу. Скорее гнетущую саму Стеллу. Герта, похоже, ничуть не беспокоилась, и, судя по лёгкой улыбке на её лице, ей это даже нравилось. — И вот мы здесь! — нараспев сказала она. — Подожди, Герта, разве это не твоя… — Моя комната? Конечно, где же ещё мог быть Кэлус? Разве ты не хотела его увидеть? Пожалуйста, говори потише, он ещё спит. Выражение лица Стеллы, когда с него схлынула вся краска, доставило Герте огромное удовлетворение. Она отошла в сторону, чтобы Стелла могла войти и воочию увидеть всё произошедшее. — Кэлус? Стелла медленно откинула простыни с его тела и увидела, что он совершенно голый. Её взгляд скользил вверх и вниз, замечая все укусы и царапины, покрывавшие его шею и спину. — Ч-что… Она даже слова не смогла вымолвить, настолько была зла. Старшая из близнецов повернулась к Герте, которая приподняла свою ночную рубашку настолько, что стала видна её спина. — Ой, что случилось, Стелла? Язык проглотила? — сказала Герта, опуская мантию и обнажая все следы, оставленные Кэлусом. Для этого не было никаких причин, кроме желания поиздеваться над Стеллой. — Должна сказать, твой брат очень любит оставлять свои отметины, — добавила она с превосходством, одевая халат обратно. На мгновение, совсем чуть-чуть, Стелла замолчала. Её глаза были пусты, словно она пыталась осмыслить всю только что полученную информацию. — …Мне сейчас многое хочется сказать, но это может подождать, — в неожиданный момент Стелла решает говорить сдержаннее, чем удивляет Герту. — Я отвезу брата домой и сразу же спрошу его о том, что здесь произошло. Герта пожала плечами. — Пожалуйста, он и так уже достаточно долго спит. Она попыталась разбудить Кэлуса, но её остановила Стелла, протянув руку. — Ты уже достаточно сделала, — предупредила она, хотя Герте было совершенно всё равно на пустые угрозы. — Кэлус, проснись. Пожалуйста, проснись. С бесстрастным и нечитаемым выражением лица Герта наблюдала, как Стелла трясла своего брата.

***

Ему снился сон. Вернее, ему снился кошмар. Кэлус бежал по большой тёмной комнате, слыша смех со всех сторон. Женский смех, он не понимал, что это значит, но точно знал, что ему нужно бежать. Из тени начали появляться руки, стремясь схватить его, и как бы быстро он ни бежал, он не мог убежать. Они схватили его за ноги, затем за талию и потащили всё глубже и глубже во тьму. Женские голоса казались такими знакомыми, словно их произносили знакомые. Но почему он должен бояться своих друзей? Они ведь никогда не причинят ему вреда. Ведь так? — Кэлус! Громкий звук вырвал его из кошмара, он поднялся с кровати в холодном поту. Он посмотрел, кто его позвал, и увидел, что это не кто иной, как его сестра. Прежде чем он успел что-либо сказать, сестра обняла его так сильно, как ему было нужно. Хотя ему очень нравились объятия сестры, он знал, что она обнимала его так только тогда, когда что-то было не так. Прежде чем задать какие-либо вопросы, он на мгновение огляделся. Он заметил, что снова оказался в комнате Герты, и, глядя в окна, увидел, что солнце начинает садиться. Наступили сумерки, и он невольно задумался, как долго он спал. — Стелла, что происходит? Почему ты здесь? Что случилось? — Это ты мне скажи! Почему ты голый в комнате Герты?! — Я… Воспоминания нахлынули на него, когда он вспомнил всё, что произошло ранним утром. Звуки, шумы, всё вернулось к нему. — …Где Герта? — Я здесь, Кэлус. Я не собиралась прерывать этот драгоценный момент общения брата и сестры, хотя у меня были бы все основания сделать это, учитывая, что вы делаете это в моей комнате. Он обернулся и увидел, что Герта забралась на кровать и села рядом с ним. Стелла выглядела сердитой и готовой наброситься на неё. — Убирайся от… — Кэлус, я должна извиниться. Внезапные извинения Герты заставили задуматься обоих — и его, и Стеллу. — Рано утром ты начал ко мне прикасаться, так, как никогда раньше. За всё время нашей совместной работы ты никогда не проявлял подобного поведения. Он не мог поверить своим ушам: Герта извиняется перед ним? — Сначала я недоумевала, зачем ты это сделал, на мгновение подумав, что ты просто выплеснул на меня свою накопившуюся сексуальную фрустрацию. В конце концов, я красивая, так что я не виню тебя за то, что ты выбрал меня, — она усмехнулась. — Однако, после более тщательного анализа, я думаю, что это произошло из-за снотворного, которое я дала тебе прошлой ночью, чтобы помочь тебе уснуть. Возможно, это имело непредвиденные последствия. — …Понимаю. Он не знал почему, но интуиция подсказывала ему не терять бдительность. Даже от Стеллы он чувствовал то же самое, словно бомба рядом тикала, и если он скоро ничего не предпримет, она вот-вот взорвётся. — Герта… Прости, что я так к тебе прикоснулся. Я… я не знаю, как мне извиниться или загладить свою вину… — Хм? За что ты извиняешься? Ты и так уже берёшь на себя ответственность. Теперь мы с тобой вместе. Будь благодарен, что такой гений, как я, оказывает тебе такую честь. Он хотел открыть рот, но Стелла опередила его и сразу же выдала остроумную реплику. — Герта, отойди от него, — прорычала старшая из близнецов. — Ты всерьёз думаешь, что… — Не думаю что я разговаривала с тобой, Стелла. — Стоп. Он тут же вскочил и чуть было не встал с кровати, но тут же вспомнил, что всё ещё совершенно голый. Он не понимал, что происходит, но даже такой недалёкий человек, как он, мог сказать, что ситуация очень напряжённая. Он подошёл ближе, чтобы что-то прошептать Стелле. — Стелла, что ты здесь делаешь? Что случилось? Где Март? Он не мог не заметить хмурый взгляд сестры, когда упомянул Март. — Ты можешь не называть её имени? Именно об этом я и хочу поговорить. Одевайся и пойдём со мной домой. Нам нужно серьезно поговорить, прямо сейчас, — прошептала она в ответ резким тоном, её взгляд был устремлён на него с маниакальной настойчивостью. — Шептаться в чужом доме невежливо. Кэлус, я не расслышала, что ты сказал, но не нужно быть гением, чтобы догадаться, — Герта начала одеваться, ничуть не смущаясь тем, что раздевается перед близнецами. — Ты не пойдёшь домой, не сейчас. Нам нужно поговорить, и мне, и тебе, о том, каковы наши нынешние отношения. Он вздрогнул, его мысли внезапно стали очень тяжёлыми. Тот факт, что он только что занимался любовью с Гертой, находясь под действием препарата, вызвал у него множество разных эмоций, и ни одна из них не была приятной. Это было похоже на поцелуй со Светлячком, только в сто раз хуже. Он изменил Март и поднял руку на другую женщину. В голове закружилось, и он почувствовал, как тревога и паника подступают к спине. Схватив одежду, он оделся, ничуть не смущаясь тем, что делал это на глазах у Герты и Стеллы. — Мне нужен свежий воздух. Он попытался выйти на улицу, но его схватила Герта, крепко сжимая за запястье. — Разве ты не слышал, что я сказала? — резко спросила она. — Если тебе нужно поговорить с сестрой, то можешь сделать это позже, я для тебя в приоритете, Кэлус. — Что?! — перебила их Стелла, разорвав хватку Герты на брате. — Кто ты вообще такая? Ты накачала моего брата наркотиками и… — Ты разве не слышала, что я сказала? Это был побочный эффект, и это никак не связано с тобой, Стелла. — Это напрямую связано со мной! Он больше не мог этого выносить, он был на грани срыва. Поэтому он побежал, сорвавшись с места и направившись к входной двери дома Герты, чтобы подышать свежим воздухом. Он без труда добрался до вестибюля, и на мгновение ему показалось, что у него появилась передышка. Как же он ошибался, ведь первое, что он увидел, была Март. — Март? Что ты здесь делаешь? — с ужасом спросил он, вид его розововолосой подруги, стоящей прямо перед ним, лишь усилил и без того мучительное чувство вины. — О! Кэлус! — она ярко улыбнулась, словно ребёнок, только что нашедший своих родителей. — Где же ты был? Она подбежала к нему и обняла, её розовато-голубые глаза смотрели на него снизу вверх. — Март, как ты… — Я пошла за Стеллой, глупышка! — сказала она, глядя на неё сияющей улыбкой, и он почувствовал, как на его плечи легла огромная тяжесть. — Она не хотела говорить мне, куда тебя увели прошлой ночью, хотя я теперь твоя девушка. Поэтому я пошла за ней сюда! Ну… Эвернайт следила за тобой, но я хотела увидеть тебя! Хм? Кэлус? Что случилось? Ты выглядишь испуганным. Он не знал, что сказать, и, к сожалению, ему в ближайшее время такой возможности не представится. Шаги позади него становились всё громче… — Кэлус! — закричали Герта и Стелла, бросаясь в погоню. Однако, увидев Март, обнимающую его, обе остановились. — Март?! Как ты здесь оказалась? — спросила Стелла. — Ну да, я же за тобой следила, — сказала девушка, положив голову ему на грудь. — Раз ты не хотела говорить мне, где мой возлюбленный, мне пришлось взять дело в свои руки. — Руки прочь! — вмешалась Герта. — Мне не очень нравится эта розововолосая, но мне не нравится, когда кто-то трогает то, что принадлежит мне. Она двинулась быстрыми шагами, готовая оторвать Март от него. — Он не твой, Герта, — сказала Стелла. — И не твой, Стелла, — сказала Март, ещё крепче прижавшись лицом к его груди, что ещё больше разозлило двух других. — Остановитесь! Он закричал во весь голос, протянув руки к Стелле и Герте. Он надеялся, что они не пойдут дальше, и, к его облегчению, это сработало. Они остановились, и он смог как следует рассмотреть их лица. Он не мог поверить своим глазам, но они выглядели так, будто готовы были взяться за оружие. В их глазах не было раздражения или разочарования, нет… этот взгляд подсказал ему, что эти две были полны ярости. Той ярости, которая заставляет тебя очень хотеть причинить кому-то боль… Ситуацию усугубляло то, что Март, похоже, было всё равно. Её снисходительная улыбка становилась всё шире, когда она наблюдала, как Герта и Стелла остановились как вкопанные. — Ух ты! Видишь? Кэлус остановил тебя прямо в… — Март, отпусти меня. Он прервал свою розововолосую спутницу и убрал её руки со своей талии. Он этого не видел, но Стелла и Герта ухмылялись, наблюдая, как выражение лица Март мгновенно сменилось на унылое. Он хотел бы немного подготовиться, но у него было предчувствие, что если он будет молчать слишком долго, кто-нибудь другой начнёт говорить, а этого он не хотел. — Герта, я ухожу. — И откуда у тебя взялась мысль, что я это допущу после всего, что мы пережили? — Пережили? — спросила Март. — Потому что я, собственно, не прошу разрешения, — он напряжённо посмотрел на Герту. — У меня сейчас в голове полный бардак, я хочу разобраться с этим дома. — Ты можешь разобраться с этим здесь, со мной. С кем ещё лучше поговорить, чем с таким гением, как я? — Твоя наглость просто ужасна! — рявкнула сестра-близнец. — А твоя одержимость братом просто жалка. Как собака, гоняющаяся за игрушкой, которую она никогда не сможет получить. Сестра-близнец стиснула зубы, а Герта закатила глаза со скучающим выражением лица. Но прежде чем кто-либо успел что-либо предпринять, он схватил Стеллу и притянул её к себе. — Чёрт возьми, Стелла, сейчас не время, — прошептал он. — Я думал, ты хотела пойти домой и поговорить? — Я сделаю это после того, как причиню ей боль, — в ярости воскликнула она. — Стоп! Ему пришлось схватить сестру обеими руками, чтобы остановить её и не дать ей приблизиться к Герте. — Кэлус? Что Герта имела в виду? Что она имела в виду под словом «пережили»? Он украдкой взглянул на Март, но встретил лишь пустые, безжизненные глаза. Его беспокоило, что он уже привыкает к такому выражению её лица. — Март, пожалуйста, только не сейчас. — Герта! — закричала Стелла, всё ещё не переставая желать причинить ей боль. — Тебя не беспокоит, что мы с твоим братом пережили интимный момент? — сказала Герта, насмехаясь над сестрой-близняшкой. — Герта! Пожалуйста, ты только всё усугубляешь! — взмолился он, опасаясь, что Март сейчас же набросится на них. К несчастью для него, она не остановилась. — Должно быть больно, правда? — она облизнула губы, на лице застыла жестокая улыбка. — Я не была его первой, я знаю… но от этого он не казался менее сладким. Разве не так, Кэлус? Ему это надоело, он был готов применить силу, если потребуется, но его остановили следующие слова. — Кэлус… Он обернулся и увидел Март, которая выглядела как разбитое зеркало. — Она лжёт, верно? Ты ничего с ней не сделал. Скажи ей. Скажи ей, чтобы она перестала лгать о тебе. Пожалуйста. — Я не лгу… — Я не с тобой разговаривала, шлюха! Вспышка гнева Март стёрла с лица Герты самодовольную улыбку, и её место заняла гневная гримаса. — Как ты смеешь! — ДОСТАТОЧНО! Он встал между Гертой и Март, одновременно присматривая за Стеллой, чтобы убедиться, что она ничего не попытается сделать. Когда три женщины замерли, он решил рассказать Март о случившемся. Он хотел рассказать ей наедине, но все вдруг стали вести себя как сумасшедшие, и если бы он не взял ситуацию под контроль, кто знает, что бы произошло. — Март, — он повернулся к своей розововолосой подруге, чувствуя сильную тяжесть в теле. — То, что сказала Герта, не так уж и далеко от правды, мы переспали. — Нет, нет, нет, нет, нет, нет, нет, нет, нет, — повторяла она снова и снова, и казалось, что весь её мир рушится у неё на глазах. — Почему? Что я сделала не так, Кэлус? Что мне нужно исправить в себе? Пожалуйста, скажи мне, и я это сделаю. Отчаяние в её глазах заставило его почувствовать себя мерзавцем. — Нет! Это не твоя вина! Это моя вина! Он говорил это искренне, ведь он действительно винил себя во всём случившемся. Он винил не Герту или побочные эффекты, а себя за то, что не был достаточно силён, чтобы противостоять той ситуации. — Я выпил снотворное, которое дала мне Герта, она предупредила меня о побочных эффектах и… — Так она тебя накачала наркотиками?! У него перехватило дыхание, когда он увидел, как покраснели зрачки Март. — Ты накачала наркотиками нашего Кэлуса?! Она бросилась на Герту, готовая выцарапать ей глаза, и остановилась только потому, что он схватил её. — О? Красные зрачки? Как интересно, — саркастически заметила Герта. Отсутствие интереса с её стороны лишь ещё больше разозлило Эвернайт. — Ты же его слышала, правда? Теперь, когда ты знаешь всю историю, можешь смело покидать мой дом, пока я ещё это разрешаю. Это касается и тебя, Стелла. — Герта! Остановись, ты только всё усугубляешь! — взмолился он, пытаясь удержать Эвернайт. — Стелла! Помоги, пожалуйста! — позвал он сестру, но в ответ получил лишь холодный взгляд в сторону Эвернайт. — Как ты смеешь! Как ты смеешь причинять страдания моей Март! Как ты смеешь поднимать руку на моего Кэлуса! Ты грязная шлюха! Словами невозможно описать гнев и ненависть, которые излучала Эвернайт. Тем сильнее он цеплялся за неё. — Отпусти меня, Кэлус! — Я не буду! — Ты её защищаешь?! Ты выбираешь её вместо Март?! Сначала Светлячок, а теперь Герта?! — Я никого не защищаю, я просто… — Лжец! Затем, в приступе ярости, Эвернайт ударила его локтем прямо в лицо. Громкий звук, эхом разнесшийся по комнате, показал всем, насколько сильным был этот удар. К сожалению, удар пришёлся прямо в висок, из-за чего он отпустил Эвернайт. Он и раньше получал удары из-за их со Стеллой тяжёлого детства, поэтому, хотя удар и дезориентировал его, серьёзных последствий не было. Это было хорошо для него, так как означало быстрое восстановление, и он сможет вернуться к попыткам исправить ситуацию. Открыв глаза и ожидая, пока перед глазами всё перестанет кружиться, он посмотрел на Эвернайт, и, встретившись с её взглядом, он увидел, как ярость и гнев сменились ужасом. Ужасом от осознания того, что она в приступе ярости ударила любимого человека, любимого Март. Он открыл рот, чтобы позвать её, сказать, что всё в порядке. Что он получал удары и похуже, и что он заслужил это за измену. Но он не мог этого сделать, потому что Стелла уже так сильно ударила Эвернайт, что та рухнула прямо на землю. И вот так, внезапно, разразился настоящий ад. — Как ты смеешь причинять боль моему брату! Стелла уже собиралась нанести ещё один удар, но он вмешался, повалив сестру на землю. — Стелла, остановись! Это была случайность! Пожалуйста, успокойся! — Это не случайность! Она ударила тебя, она ударила моего брата! Стелла была намного сильнее Эвернайт, что ещё больше затрудняло ему возможность удержать её, не причинив вреда сестре. К тому же он видел, как Герта приближается к Эвернайт, которая даже не пыталась подняться с пола. Одного взгляда на неприкрытую враждебность в её глазах было достаточно, чтобы он всё понял. — Герта! Остановись, оставь её в покое! — отчаянно и панически крикнул он. Но она даже не взглянула на него. — Ты высокомерное ничтожество! Он с ужасом наблюдал, как появились роботы, глаза которых светились красным, а в руках были огромные молотки. — Кто дал тебе разрешение ударить его? — Герта! Что ты делаешь?! Я в порядке, это уже слишком! Он не мог поверить своим глазам. Почему? Почему это происходит? Стелла. Март. Герта. Он знает их всех так давно, и они никогда раньше так себя не вели. Словно их всех заменили, или, может быть, это и была их истинная сущность с самого начала… — Эвернайт! Беги! Несмотря на его крики во весь голос, Эвернайт не пыталась пошевелиться. Она просто лежала на земле, слёзы текли по её щекам, и она тихо повторяла «Прости меня». Когда роботы подняли свои молоты, готовясь обрушить их на розововолосую девушку, а сама Герта истошно ухмыльнулась, он отпустил Стеллу, лишь бы убежать к Эвернайт. Но ему не суждено было добежать, и даже если бы он это сделал, он увидел бы Стеллу прямо за собой, готовую напасть на Март. К счастью, помощь пришла самым неожиданным образом. — Это IPC! Всем прекратить движение и лечь на землю! Никогда в жизни он не мог подумать, что будет так рад увидеть IPC.

***

Вооружённые до зубов охранники ворвались внутрь и пресекли всё происходящее. Сейчас он и остальные девушки находились у дома Герты. Он сидел на каменных ступенях, ведущих к входной двери, и обрабатывал синяк на лице. Сотрудники IPC в данный момент разговаривали с Гертой, Стеллой и Март по отдельности, похоже, их спрашивали о том, что именно произошло. Хотя он был слишком далеко, чтобы расслышать, о чём они говорили. Он вздохнул и посмотрел на небо. Ему хотелось кричать, сопротивляться, плакать и одновременно спать. Потому что для него это было совершенно непонятно. Звонок телефона положил конец дальнейшим попыткам самобичевания. Он посмотрел на телефон и увидел запрос на видеозвонок, причём от Серебряного Волка, что было удивительно. В полном замешательстве он ответил на звонок. Его встретило лицо седовласого хакера. — Эй, нуб, спасибо, что ответил на звонок. Кстати, выглядишь, как всегда, дерьмово. Не прошло и пяти секунд, а она уже начала его высмеивать. — Я кладу трубку. — Подожди! Разве так можно обращаться с другом, Кэлус? Особенно после того, как она вызвала для тебя IPC и спасли твою жалкую задницу. — Подожди, что? Это ты их вызвала? — Ну да. А ты думал они просто мимо шли по улице? — Но откуда ты вообще узнала, что я здесь? — Ну как бы потому, что я постоянно отслеживаю твоё местоположение. Она произнесла это с таким невозмутимым лицом, что он не смог удержаться и бросил на неё самый бесстрастный взгляд, какой когда-либо у него был. — У мадам Герты одна из лучших систем безопасности в этом районе, и всё же Стелле и Март удалось проникнуть внутрь. Может быть, это произошло из-за… — Бинго, нуб. Да, я это взломала. Она искала тебя, и я решила помочь ей ради старых добрых времён. Он прищурился, глядя на неё. — Ты понимаешь, что ты натворила, верно? Эта встреча троих вызвала настоящий шторм, Серебряный Волк. — Эй! Это не моя вина, что твоя сестра решила так наброситься на Герту, не говоря уже о том, что твоя розововолосая подруга дико толкнула тебя локтем. Откуда я могла это знать? Серьёзно, с кем ты вообще связался, Кэлус? Он успокоился, посмотрел в небо и, обдумывая её слова, замолчал. — Честно говоря… я и сам в последние пару дней начинаю задаваться этим вопросом. Насилие, которое проявляли все трое, их желание причинить друг другу боль. Он — молодой человек, а с молодостью приходят оптимизм и жизнерадостность. Но ничто из этого не могло отвлечь его или заставить неправильно истолковать увиденное. Стелла, Герта, Март и Эвернайт были готовы причинить друг другу боль. Как далеко они зашли бы? Если бы не появились сотрудники IPC, продолжали бы они нападать друг на друга, пока не покроются синяками и кровью? Он ничего не знал, и это заставляло его чувствовать себя одиноким и испуганным. — Тебе следует вернуться к нам, Кэлус. Вернись ко мне. Я скучаю по тем временам, когда мы играли вместе в одной комнате. Без тебя всё не так, как раньше. — …Ты говоришь так, будто я переехал в другое измерение, — он произнёс эти слова со слабым смешком. — Что, Кафка тебе велела так сказать? — Хм… ты всё ещё должен мне за то, что бросил трубку несколько дней назад. Ты же провалил мой рейд, понимаешь? Верно, именно тогда Март впервые пригласила его на свидание под предлогом того, что это нужно сделать ради Дань Хэна. Мысль о том, чтобы сыграть ещё один рейдовый матч с Серебряным Волком, что-то вполне обычное, вызвала у него лёгкую улыбку. — Хех… мне снова придётся тебя паровозить? — Ну надо же, понты штаны не жмут там еще? — Серебряный Волк? С кем ты разговариваешь? Из зала раздался второй голос, и он наблюдал, как улыбка на лице Серебряного Волка исчезла, сменившись хмурым выражением. Однако сердце у него сжалось, когда он узнал этот голос — это был не кто иной, как Светлячок. — Кэлус! Вот ты где! Это свидетельствовало о том, сколько всего безумного ему пришлось пережить сегодня, что он совершенно забыл о том, через что они прошли со Светлячком, и о том, как она была влюблена в него. — Светлячок… Он посмотрел на Серебряного Волка, выражение лица которой резко изменилось в худшую сторону. — Рада снова тебя видеть, Кэлус. Серебряный Волк, почему ты не сказала мне, что звонишь ему? Я же говорила, что весь день пытаюсь с ним связаться. Та не ответила на вопрос Светлячка, и звонок внезапно стал казаться ему очень напряжённым и удушающим. Хотя ответа она и не получила, это нисколько не уменьшило тревожную улыбку на лице Светлячка. — Ну, это хорошо. Я рада, что снова тебя увидела, Кэлус, — она снова обратила внимание на него. — Мы не разговаривали с тех пор, как ужинали вместе дома. — Подожди… вы что, ужинали вместе? Здесь? Когда? — спросила Серебряный Волк. Светлячок проигнорировала её. — Я надеялась снова с тобой поговорить, может быть, завтра встретимся у тебя дома? А потом, когда сможем… Она затихла, сосредоточив взгляд на синяке на его лице. — Кэлус, что случилось? Почему ты ранен? Ему не понравился вопрос, заданный ею. Он посчитал, что в интересах всех сторон будет лучше, если он скроет правду. — Это была Март, та девушка с розовыми волосами, она его ударила. К несчастью для него, Серебряный Волк и не собиралась скрывать эту информацию. — Март… ты имеешь в виду ту розововолосую стерву, которая постоянно рядом с тобой? — Стоп! Нет, он этого не допустит, не снова, не так скоро, почему? Почему все так себя ведут? Почему они такие агрессивные? Так странно? Что случилось? Что изменилось? — Серебряный Волк, зачем ты мне позвонила? Просто чтобы узнать, как я, после того, как вызвала IPC? Потому что если так, то… спасибо, но мне нужно идти. Он больше не собирался продолжать этот разговор. У него не было на это сил. — Кэлус! — Кэлус, подожди! Они обе позвали его, но это не имело значения. Он уже принял решение, попрощался с ними и закончил разговор. В ту же секунду, как он это сделал, его телефон снова зазвонил. Со вздохом он выключил звук и убрал телефон. — Похоже, ты закончил разговор с тем, с кем разговаривал по телефону, сейчас подходящее время для беседы? Раздался новый голос, знакомый ему. Это был женский голос, голос одной из важнейших фигур, руководивших IPC. Директор Топаз. — Привет, Кэлус. Рада тебя видеть. Не возражаешь, если мы немного поговорим?

***

И Серебряный Волк, и Светлячок пытались дозвониться до него, но безуспешно. Он не отвечал на звонки. — Чёрт возьми! — крикнула Серебряный Волк, бросив гневный взгляд на Светлячка. — В чём твоя проблема? Я разговаривала с Кэлусом, мне не нужно было, чтобы ты всё испортила! — Я? — холодно ответила та. — Ты всего лишь спросила его, готов ли он вернуться, и ничего больше. Ты же хакер, Серебряный Волк, ты не сможешь проникнуть в его сердце. А я смогу, это я должна поговорить с Кэлусом. — Ну да, точно так же, как и с ужином? Когда это было? Погоди, не говори… Неужели это был тот день, когда ты заставила меня, Кафку и Блэйда бегать по городу? Светлячок молчала, она выглядела как ребёнок, которого застали с поличным за кражей печенья из банки. — …Молись, что Кафка не узнает, что Кэлус был у нас дома, пока её не было. — …Ты собираешься ей сказать? — произнесла Светлячок тихим, холодным и беззвучным тоном. — …Нет, мы обе знаем, как она ведёт себя с Кэлусом. Если она вцепится в него, мы никогда не вернём его обратно. — Я согласна. Между Светлячком и Серебряным Волком разгорелся короткий обмен взглядами, слов не требовалось. Было очевидно, чего они обе хотят, — Кэлуса. И хотя ни одна из них не собиралась делиться, они достаточно хорошо знали друг друга, чтобы работать вместе, если захотят найти его. С хитрой улыбкой Серебряный Волк подняла телефон и помахала им, словно ключами. — Знаешь, я всё ещё отслеживаю его местоположение. — Ты взломала его телефон? — Я взломала его телефон в тот момент, когда он и Стелла съехали. Да ладно. Мы поймаем этого идиота и вернём его сюда. Даже если для этого придётся переломать ему ноги.

***

Одна из директоров IPC и влиятельная фигура, которая по могуществу и влиянию могла соперничать даже с Гертой, невысокая беловолосая девушка по имени Топаз. — Кэлус! Давно не виделись, я пыталась связаться с тобой последние пару дней, а ты, кажется, совсем пропал. Её дружелюбная улыбка и непринуждённый тон лишь заставили волосы на его затылке встать дыбом. — Топаз? Зачем ты здесь? — Чёрт возьми, это ты говоришь после столь долгого перерыва? Какая резкость… Топаз отвернулась, выглядя убитой горем и расстроенной. Она искоса взглянула на него, чтобы посмотреть, как он отреагирует, но он никак не отреагировал. — Ого, видать все и правда серьезно… Неужели так уж неправильно, что сотрудник полиции реагирует на вызов о каких-то проблемах? — Когда это касается тебя, то да, — он кивнул. — Ты одна из десяти влиятельных IPC, встретиться с тобой лично — большая редкость. Ты обычно занята другими делами. — Хм, правда! Но ради тебя я сделаю исключение. Её хищная ухмылка ничуть не успокоила его нервы. Топаз считалась самой доброй из всех членов высшего звена IPC. Но для него это было всё равно что сказать, что получить удар в лицо — это приятно, в отличие от удара в пах. Как бы то ни было, присутствие Топаз заставляло его чувствовать, что всё будет только хуже. — С-спасибо… а что с ними будет? — спросил он, глядя на Март, Стеллу и Герту. — Мы пока не уверены, каждая из них рассказала совершенно разные истории, а когда мы попытались проверить записи с камер видеонаблюдения, они оказались стёрты. — Серебряный Волк… — догадался он. — Обычно мы бы замяли это дело, если бы это была просто безобидная ссора, но… — холодный, расчётливый взгляд устремился на него, и он внезапно почувствовал себя очень маленьким. Топаз обхватила его щёку рукой и осмотрела небольшой синяк на виске. — Домашнее насилие, наркотики и сексуальное насилие — это то, к чему IPC относится очень серьёзно… — Что! Топаз, ничего даже близко не было похоже на то, что ты описываешь! — По словам Герты, Стелла и Март ворвались в её дом и напали на неё и на тебя. По словам Стеллы, Герта накачала тебя наркотиками, а Март напала на тебя. А Март… ну, она никак не перестанет плакать и снова и снова повторять, что во всём виновата она. Он сбился со счёта, сколько раз у него сердце сжималось в груди. Тот факт, что Герта и Стелла могли такое сказать, и тот факт, что Март, должно быть, страдает из-за случившегося. Словами невозможно было описать ту внутреннюю боль, которую он испытывал. — П-позволь мне поговорить с ней. Это не её вина, это моя. Он был в отчаянии и тревоге, потому что считал, что именно он виноват во всём этом. — Ну-ну! Не так быстро. Я знаю, ты попытаешься изобразить из себя героя. Что ж, ты можешь это сделать, рассказав мне, что произошло на самом деле. — О-о! Точно, никто из охранников меня не допрашивал… Он не знал об этом, но это произошло потому, что Топаз отдала прямой приказ, что только она будет допрашивать Кэлуса. — Совершенно верно, как только мы услышим твою версию событий, я уверена, мы сможем всё уладить. Ну же, пошли. Он был сбит с толку, когда увидел, как Топаз достаёт что-то похожее на ключи от машины. — Топаз? Что ты… — А на что это похоже? Я ж не могу допрашивать тебя на грязной лестнице чьего-то там дома? Слишком неловко. Посмотри на этих троих. Они не перестают сверлить меня взглядом, полным ненависти. Он бросил мимолётный взгляд, мельком взглянув на Стеллу, Март и Герту. Встретившись взглядом со всеми тремя, он посмотрел им всем в глаза, а затем отвернулся и пожалел о содеянном. Мёртвые, холодные, злобные — вот единственные слова, которые пришли ему в голову, точно описывающие взгляды этих троих. — Хм, может быть, слово «глазеют» здесь неуместно. Твои подруги и сестра выглядят так, будто очень хотят причинить мне боль, — её небрежный тон только ухудшил его состояние. — Так что скажешь, Кэлус, пойдём со мной в Управление по борьбе с коррупцией и поможешь мне разобраться с этим делом? Если пойдёшь, все три девушки могут идти домой. Она протянула ему руку. Он посмотрел на её руку, и вдали Стелла, Март и Герта, казалось, пытались что-то ему сказать, но он был слишком далеко, чтобы их услышать. Часть его мозга подсказывала ему согласиться на её условия, что это не такая уж плохая сделка. Другая его часть подсказывала ему, что хуже уже быть не может, и советовала работать с Топаз. Если бы только он знал, насколько был неправ, возможно, удалось бы избежать стольких страданий.