Глава 9.

***

Кэлус потерял счёт времени, проведённому на коленях на земле после ухода из дома Топаз. В конце концов он сумел взять себя в руки, понимая, что просто лежать и бездействовать бессмысленно. Кэлус достал телефон и увидел множество уведомлений от разных людей, но сосредоточился на сообщениях от Март, Герты и Стеллы. Больше десятка сообщений от Март и несколько голосовых — весь почтовый ящик был забит. Он не сомневался: если бы Март не отправила голосовые, Герта и Стелла тоже непременно оставили бы их. Нужно было как-то всё исправить. Если он действительно был виноват, Кэлус считал своим долгом разобраться в ситуации. Это были его семья и друзья, он не мог просто бросить всё на самотёк, притвориться, что всё в порядке, и сделать вид, будто ничего не случилось. Дрожащими пальцами он пролистал список контактов. Глядя на огромный особняк Топаз, Кэлус нажал кнопку вызова. Телефон едва успел зазвонить, как на том конце подняли трубку. — Привет? Кэлус? Женский голос удивил его, потому что… — Зарянка? Эм… Сандей дома? Кажется, я ему звонил. И правда, Кэлус набирал Сандею. Именно поэтому он растерялся, услышав его сестру, а не его самого. — Ой, извини. Брат сейчас занят и оставил телефон здесь. Увидела, что это ты, и решила ответить за него. Её успокаивающий, похожий на песню голос мог бы утихомирить кого угодно. Но не Кэлуса — не после всего, что произошло за последние 24 часа… — Понятно. Ладно, я перезвоню. Извини, что побеспокоил, Зарянка. — П-подожди! Что-то случилось? Обычно ты не звонишь в такое время, и, честно говоря, я волнуюсь. Услышав тревогу в голосе той, кого он считал другом, Кэлус невольно остановился, не в силах просто так оборвать разговор. Зарянка продолжила: — Я пыталась связаться с тобой последние несколько дней, но ты не отвечал. Я уже начала беспокоиться… На несколько секунд между ними повисла неловкая тишина. — Кэлус, тебе нужна помощь? Если да, пожалуйста, скажи. Мы же друзья? В её голосе слышалась такая обида, что его захлестнули противоречивые чувства. Кэлус попытался рассудить здраво. Зарянка не сделала ему ничего плохого, у него не было никаких причин ей не доверять или остерегаться, будто она какая-то преступница. И всё же после всего, что произошло между ним и Гертой, Март, Стеллой, а теперь и Топаз… он задавался вопросом: может, в словах Эвернайт была доля правды? — Кэлус? Поговори со мной, пожалуйста, — снова позвала она. Искренность в её голосе заставила его почувствовать себя ничтожеством. — Зарянка… ты не могла бы попросить Сандея приехать и забрать меня? — в конце концов он не сумел отказать. — Произошли… кое-какие вещи, и мне нужно, чтобы меня подвезли домой, и… — Больше ни слова! — с новой силой произнесла девушка, — Я скажу брату, и кто-нибудь из нашей семьи приедет за тобой! Пришли мне, пожалуйста, свой адрес! — Да, да, сейчас. Спасибо. С этими словами Кэлус завершил разговор и вскоре отправил Зарянке своё местоположение. Он в последний раз взглянул на телефон. Мысли вернулись к Стелле и Март. Большой палец завис над их именами; часть его хотела им позвонить, другая часть боялась это сделать. — …Какой же я трус. Он убрал телефон и лёг на землю, глядя в ночное небо в надежде, что звёзды принесут ему хоть какое-то утешение.

***

Он меня ненавидит. Он меня ненавидит. Мне следовало бы просто исчезнуть. Зачем я его ударила? Зачем я причинила ему боль? Почему? Почему? Почему? — Март, пожалуйста, успокойся. Вернувшись в небольшую квартиру на другом конце города, Эвернайт оказалась посреди своей комнаты. Она сидела на полу, глядя на своё отражение. Весь её наряд и состояние можно было описать одним словом: беспорядок. На ней была розовая пижама, под глазами залегли густые тени, а волосы были явно растрёпаны. Глаза покраснели — но не от собственных слёз, а от слёз сестры. — Я ударила его. Я ударила Кэлуса. Я напала на него. Зачем я это сделала? Почему… почему… Эвернайт могла лишь содрогаться, её сердце разрывалось на части, пока Март рыдала у них в голове. Эвернайт силой захватила контроль, как только охранники IPC отвели её домой. Она была вынуждена это сделать, опасаясь, что Март причинит вред себе или — возможно — что-то ещё хуже. — Это была не ты, это была я. Это я его ударила. Так что, пожалуйста, злись на меня, — умоляла Эвернайт. — Это я! Это я сделала! — рыдала Март мысленно. Для Эвернайт это было как скрежет ногтей по доске. — Я хочу поговорить с Кэлусом, но он не отвечает! Я хочу сказать ему, что мне очень жаль, но он не берёт трубку! — она рыдала и рыдала, крича так громко, — Я хочу обнять его! Я хочу сказать ему, что люблю его! Но он меня ненавидит! Эвернайт сжала кулаки от гнева, ногти впились в кожу так, что вот-вот должна была выступить кровь. Несмотря на все попытки Эвернайт переложить вину на себя, Март продолжала твердить, что во всём виновата она. Нужно было сменить подход. Медленно Эвернайт поднялась с пола и подошла к зеркалу вплотную, так что нос упёрся в стекло. — Март, — она схватила зеркало и уставилась в него так, словно смотрела прямо на сестру, а не на собственное отражение. — Кэлус получил по заслугам. — …что? Э-Эвернайт, о чем ты говоришь? На лице Эвернайт расплылась широкая улыбка. — Подумай сама. Ты первой призналась ему в чувствах. И, как хорошая девочка, позаботилась о том, чтобы все знали, кому он принадлежит. Именно поэтому ты разрешила отправить ту фотографию Светлячку. Потому что её нужно было поставить на место. Март молчала, но Эвернайт чувствовала, что та внимательно слушает. — И как на это отреагировал Кэлус? Он встречался с другими женщинами за нашей спиной. — глаза Эвернайт, когда она говорила, казались пронзительными, будто светились красным. — Сначала он встретился со Светлячком и поверил её лжи. Потом позволил Стелле встать у нас на пути, а затем дал Герте делать с ним всё, что она хотела… А теперь он с этой женщиной из IPC, и неизвестно, чем они там занимаются. Эвернайт отошла от зеркала и легла на кровать Март. — Это никогда не было твоей виной, Март, это была вина Кэлуса. И если мы не объясним ему, что он сделал не так, он ускользнёт от тебя. Она больше ничего не сказала — просто закрыла глаза и позволила Март снова взять ситуацию под контроль. Март встала с кровати и пошла в ванную умываться. Красные, опухшие глаза делали её розовато-голубые зрачки пугающе узкими. — Я была хорошей девочкой для Кэлуса. В конце концов, я не виновата, что ему не понравилась фотография, которую я отправила Светлячку. Он идиот, раз не понимает, как сильно я его люблю. Я звоню ему и звоню, а он не отвечает. Она так старалась показать, как сильно его любит. Отлично. Это их первые отношения. Она может простить некоторые ошибки. Но теперь всё изменилось. Она очень скоро увидится с Кэлусом, и на этот раз позаботится о том, чтобы он не ускользнул.

***

— Он снова перемещается… Сидя на пассажирском сиденье, Светлячок начала постукивать по экрану. Она посмотрела на своего водителя, Серебряного Волка, которая, казалось, вот-вот взорвётся. — Чёрт возьми. Знаешь, когда мы прозвали этого новичка енотом, я совсем не ожидала, что он будет так суетиться! — Серебряный Волк мельком взглянула на экран Светлячка. — Он слишком быстро двигается, кто-то его подобрал. — Его больше нет у той директорши из IPC, — Светлячок слегка улыбнулась. — Хорошо, Кэлус знает, что не стоит связываться с IPC. — Куда он теперь направляется? — К семье Оук. Конкретно — к Зарянке и Сандею, Кэлус позвонил им. Я подслушала его разговор. — Хе-хе, видишь? — Серебряный Волк самодовольно улыбнулась Светлячку. — Я же говорила, шпионаж работает. — Взломать его телефон и прослушивать разговоры — это не то, что понравилось бы Кэлусу, Серебряный Волк. Та закатила глаза, ничуть не смутившись. — Ой, пожалуйста, не строй тут из себя святую… Это не прибавит тебе очков в глазах Кэлуса. Особенно если он узнает о твоих планах. Все, кто был в особняке Топаз, поручили этой женщине из IPC составить на него досье. Разве не так? Светлячок замолчала. Это правда. Сейчас они с Серебряным Волком направляются за Кэлусом, чтобы доставить его к себе домой. Обе, отследив его по телефону, знали, что Кэлуса отвезли в дом Топаз. Но, кроме нескольких текстовых сообщений, Серебряный Волк и Светлячок понятия не имели, что там произошло. Серебряный Волк предлагала просто позвонить Кэлусу и попросить уйти. Светлячок же решила просто убить любого, кто встанет у них на пути в этом особняке, невзирая на последствия со стороны IPC. Кэлус никогда бы не узнал, что, покинув то место, он невольно предотвратил кровопролитие. — …Как думаешь, сколько он продержится? Серебряный Волк выглядела растерянной этим внезапным вопросом. — Что ты имеешь в виду? Светлячок смотрела в окно, на её лице было спокойное выражение, пока она разглядывала звёзды на небе. — Кэлус. Как долго, по-твоему, он продержится в таком состоянии? В том телефонном разговоре, что мы подслушали, по голосу было ясно — он уже на грани срыва. Боюсь ещё одно потрясение и он сорвётся… Серебряный Волк задумчиво замычала, постукивая пальцем по рулю. — Не уверена. Из них двоих ему было сложнее смириться с нашей работой. В отличие от Стеллы, она адаптировалась гораздо легче, чем мы ожидали. — Она бросила взгляд на Светлячка. — Именно поэтому не стоит врываться в дом директора IPC с оружием наперевес. С тобой вечно всё заканчивается горой трупов! Ты же знаешь, что случилось бы, если бы Кэлус увидел, как ты это делаешь. — …Иногда Кэлус сам не знает, что для него лучше. Поэтому я нужна ему рядом. Я могу его исправить, я могу его исцелить. Серебряный Волк никак не отреагировала на эти слова. Хакерша просто смотрела на экран, видя, что Кэлус действительно движется, и, судя по скорости, скорее всего, на транспорте. — Ладно, поехали и… Экран внезапно зазвонил — входящий вызов от… …Кафки. У Серебряного Волка участилось сердцебиение, ей пришлось остановиться, чтобы взять себя в руки. Светлячок, которая лучше умела скрывать эмоции, глубоко вздохнула, увидев на экране имя Кафки. Девушки переглянулись, словно спрашивая, что делать. — Ответь, — сказала Серебряный Волк. Светлячок быстро покачала головой. — Это твоя машина, она звонит на твой номер. Не на мой. В конце концов звонок прекратился, и вызов перешёл на голосовую почту. Однако ни Серебряный Волк, ни Светлячок не вздохнули с облегчением, потому что знали — скоро поступит ещё один звонок. — Скорее всего, она просто звонит узнать что-то насчёт миссии, — возразила Светлячок. — Подумай, у Кафки нет доступа к телефону Кэлуса, как у тебя. Она никак не может знать, что с ним случилось за последние несколько дней. Логика была верна, но Серебряный Волк всё ещё не могла унять колотящееся сердце. Вскоре экран снова зазвонил, и на нём высветился номер Кафки. Деваться было некуда, придётся ответить. Она потянулась к экрану и приняла вызов. Серебряный Волк глубоко вздохнула, успокаивая нервы. — Привет, Кафка. — Это я, Серебряный Волк. Звоню, потому что… — БЛЕЙД?! И Серебряный Волк, и Светлячок во весь голос выкрикнули его имя, услышав голос Блейда, а не Кафки. В их возгласах смешались облегчение и разочарование. — Да, это я. Прекратите орать, — спокойно произнёс Блейд. — Что ты делаешь с телефоном Кафки? — спросила хакерша. — Во время встречи с Кафкой у меня сломался телефон, сейчас пользуюсь её. Светлячок застонала и, сгорбившись, уткнулась лицом в ладони. — А, ясно. Всё в порядке. Так что случилось? Звонишь спросить, что у нас на ужин? — поддразнила Серебряный Волк уже куда более расслабленным тоном. — Нет. Кафка спросила, получали ли вы в последнее время известия от Кэлуса. Девушки мгновенно напряглись. — Кэлус? Нет, я несколько раз пыталась ему позвонить, но он не ответил. А что? — спокойно и ровно спросила хакерша. — Сегодня поступило сообщение от IPC. Похоже, в доме мадам Герты произошла стычка. Обычно подобные вещи не попадают в поле нашего зрения, но Кафка утверждает, что там был Кэлус. Она пыталась связаться с ним, но он не ответил. Следующей заговорила Светлячок. — Она пыталась связаться со Стеллой? — Да, — ответил Блейд. — Тоже без ответа. Как вы понимаете, Кафка этим недовольна. После его слов повисла неловкая тишина. Все они, даже Блейд, знали, как Кафка могла повести себя по отношению к Кэлусу. Светлячок повернулась и посмотрела в окно машины. — Это… тревожно. Я до сих пор помню, как мы отреагировали, когда Стелла заявила, что хочет съехать из нашего дома. Мы все были очень расстроены, но ни одна из наших реакций не могла сравниться с тем, как вела себя Кафка, когда Кэлус защищал решение уехать. Серебряный Волк вздрогнула, будто её внезапно охватил холод. — В тот вечер она наговорила… много… всякого… Светлячок усмехнулась. — Это ещё мягко сказано, я в жизни не видела её такой. А то, что она задумала сделать, чтобы уговорить Кэлуса остаться… — Довольно, — оборвал Блейд. — Воспоминания о прошлом ничего не дадут. Держите телефоны наготове. Если Кэлус по-прежнему не отвечает, ждите, что Кафка свяжется с вами обеими насчёт задания. Если и это не сработает, скорее всего, она предпримет собственные действия. Я бы предпочёл, чтобы до этого не дошло. — послышался его вздох. — Единственная причина, по которой она не ищет его прямо сейчас — Элио занимает её время. Серебряный Волк тихо замычала, обдумывая варианты. Светлячок потянулась пальцем, чтобы завершить разговор, но перед этим успела сказать Блейду ещё несколько слов. — Мы продолжим попытки связаться с Кэлусом и Стеллой, и если что-то прояснится, дадим знать. Вскоре после этого Светлячок завершила разговор, повернулась к Серебряному Волку и увидела, как хакерша пристально на неё смотрит. — Может, предупредишь меня заранее, прежде чем заканчивать разговор? И что это за чушь — «продолжим с ними связываться»? Да ладно? Светлячок лениво пожала плечами, не обращая внимания на гневный взгляд напарницы. — Ты бы предпочла, чтобы мы сказали ему, что сейчас выслеживаем Кэлуса и едем за ним? Или что будем в режиме ожидания? — взгляд Светлячка устремился на дорогу впереди, ожидая, когда Серебряный Волк возобновит движение. — Блейд сказал нам это, чтобы мы нашли Кэлуса раньше Кафки. Хорошо, что мы уже в пути, но по причинам, которые лучше оставить при себе. Серебряный Волк со стоном сердито завела машину. — И всё же, может, сначала посоветуешься со мной? Алло? — Я видела, как ты пытаешься быстро соображать во время видеоигр, Серебряный Волк, это никогда ничем хорошим не заканчивается. Хорошо, что я так поступила. Серебряный Волк открыла рот, чтобы возразить, но остановилась, заметив перемену в тоне Светлячка. Он стал гораздо тяжелее и холоднее — такого никак не ожидаешь от неё. Светлячок проявляла эту свою сторону только во время боевых миссий. — Ага, выставляешь напоказ свою личность в стиле СЭМ? Вот уж мне повезло… — саркастично бросила Серебряный Волк. Светлячок проигнорировала её — не было времени на грубость подруги. — Просто давай быстрее. Если Кафка узнает, что мы прямо сейчас знаем где он — всё кончено.

***

Поездка была комфортной, почти настолько, что можно было заснуть. Почти. Верная своему слову, Зарянка действительно отправила одного из сотрудников семьи забрать его, но отвезли Кэлуса к ним домой, а не к нему самому. Ехали довольно долго, настолько долго, что Кэлус попытался позвонить Март и Стелле — узнать, как у них дела. Никто не ответил, и это его встревожило. Кэлус вздохнул и решил пока остановиться. Возможно, им нужно было немного времени побыть наедине с собой после всего, что произошло. Впереди показался дом Зарянки и Сандея — вернее, их поместье. Вскоре его наполнил запах деревьев и та особенная тишина, какую можно ожидать от частного владения вдали от города. Эти двое не были чужды богатству, и порой Кэлус задавался вопросом, кто же богаче — Топаз или Сандей с Зарянкой. Выйдя из машины, Кэлус увидел обширную частную территорию, застроенную множеством зданий, а в самом центре — сам величественный и большой дом. Он глубоко вздохнул, точно зная, где находится. Это была частная территория семьи Оук, большого рода с очень влиятельными связями. Водитель проводил его от машины до самого входа, где Кэлус увидел их. Брата и сестру, глав семьи Оук. Зарянку и Сандея, которые ждали его с тёплыми улыбками. — Кэлус! — первой сорвалась с места Зарянка, окликнула его и подбежала, чтобы крепко обнять. — Рад тебя видеть, Кэлус. — Сандей не отставал, подошёл к другу и тоже заключил его в объятия. Кэлус чувствовал, как их руки обхватывают его, а крылья Сандея на затылке едва заметно подрагивают. Тело было напряжено, но он всё равно обнял их в ответ. — Сандей, Зарянка, рад вас видеть. Извините, что беспокою вас в такое время. Брат и сестра отстранились и покачали головами. Первым заговорил Сандей: — Чепуха, нет ничего сложного в том, чтобы помочь другу. Зарянка согласно кивнула. — Да, он прав. Особенно сейчас, когда я тебя хорошенько рассмотрела, Кэлус. Без обид, Кэлус, но… вид у тебя премерзкий. Она сказала это таким искренним и заботливым голосом, что Кэлус не смог сдержать сухого смешка от этого невольного оскорбления. — Это… это были сумасшедшие несколько дней, — произнёс он с усталой улыбкой. Сандей и Зарянка переглянулись и, не говоря ни слова, кивнули друг другу. — Пойдём с нами, мы не примем отказа. Зарянка взяла его за запястье и повела в дом, Сандей последовал за ними. — Думаю, я никогда к этому не привыкну… — пробормотал Кэлус, оглядывая огромный дом. В отличие от особняка Топаз, здесь он уже бывал. Знакомство с Сандеем когда-то втянуло Кэлуса и остальную команду Звёздного Экспресса в неприятную ситуацию, которая угрожала имени и репутации Сандея. К счастью, Кэлус с помощью друзей сумел помочь ему выпутаться. Благодаря этому и Сандей, и Зарянка считали Кэлуса близким другом. — Хе-хе. Ты так говоришь каждый раз, когда приезжаешь. Сколько раз я уже пела для тебя и Стеллы? Может, в следующий раз мне стоит брать с тебя плату за частные концерты? — поддразнила Зарянка. — Ну же, Зарянка, сейчас не время для поддразниваний. Пожалуйста, Кэлус, садись. Сандей жестом предложил ему сесть на диван, который выглядел достаточно удобным, чтобы в нём можно было спать. Кэлуса не пришлось просить дважды — он сел и погрузился в мягкие подушки. Возможно, потому, что он находился в доме людей, которых считал друзьями, но сейчас он чувствовал себя непринуждённо и — осмелюсь сказать — в безопасности. Он посмотрел на камин, его тепло успокаивало ещё больше, особенно когда он переводил взгляд на ночное небо за окном. Сандей и Зарянка сели рядом, и оба выглядели обеспокоенными. — Кэлус… — первым заговорил Сандей, подавшись вперёд. — Прости за прямоту, но… уверен, ты задаёшься вопросом, почему я попросил водителя отвезти тебя сюда, а не домой, как ты просил. Кэлус молчал — ему не нужно было ничего говорить. Одного взгляда на Зарянку было достаточно, чтобы всё понять. — Я рассказала брату о нашем разговоре. Прости, Кэлус, но я волнуюсь, мы волнуемся за тебя. — Зарянка теребила пальцы, глядя в пол. — Ты говорил как-то по-другому, испуганно и, осмелюсь сказать, потерянно… Я ничего не могла с собой поделать, я забеспокоилась. Поэтому рассказала брату о случившемся, но попросила, можем ли мы привезти тебя сюда, а не к тебе домой… Сандей положил руку на плечо сестры, заверяя, что она поступила правильно. — Пожалуйста, Кэлус, не сердись на сестру. Как глава семьи Оук, я несу полную ответственность. Если тебя это расстраивает, прошу, направь свой гнев на меня… — Ребята, — перебил Кэлус. — Всё в порядке, я не злюсь. Я понимаю. Я знаю, как звучал во время того разговора с тобой, Зарянка. Простите, если напугал вас обоих. Зарянка энергично поднялась с места. — Не извиняйся! Это не твоя вина. — Она опустила взгляд, в её глазах читалась неуверенность. — Я видела, где ты находился, когда скидывал своё местоположение. Это собственность директора Топаз из IPC. Сандей посмотрел на Кэлуса в ожидании подтверждения, и тот медленно кивнул. — Кэлус, пожалуйста, расскажи нам. Что случилось? Голос Зарянки звучал отчаянно, а Сандей ни на секунду не отрывал взгляда от друга. Кэлус, в свою очередь, отвёл глаза, боясь, что если встретится с ними взглядом, то сдастся и всё расскажет. — Простите, я знаю, что вы оба за меня волнуетесь, но… сейчас я не могу этим поделиться. У него были свои причины — по крайней мере, так Кэлус убеждал себя. На самом деле он сам всё ещё пребывал в растерянности и не мог осмыслить всего, что произошло. Ему казалось, что он понимает, но потом Топаз внесла путаницу в его рассудок, и теперь он уже вообще не был ни в чём не уверен. К тому же втягивать в это Сандея и Зарянку означало втянуть всю семью Оук. Кэлус не был уверен, что готов привносить столь накалённую атмосферу в то, что, по сути, могло оказаться любовной драмой. — Просто немного перенервничал, вот и всё, дело в личных причинах. — Кэлус изо всех сил попытался изобразить беззаботную улыбку. — Извините, что напугал вас и заставил волноваться. Можно… я переночую сегодня здесь? Зарянка, явно не удовлетворённая таким ответом, попыталась что-то сказать, но её опередил брат. — Конечно, Кэлус, пойдём со мной. У нас есть гостевая комната, которой ты можешь воспользоваться. Сандей медленно поднялся и пошёл; Кэлус последовал за ним. Зарянка шла сразу позади. Учитывая размеры дома, путь занял несколько минут, но в конце концов они проводили его в комнату. — Пожалуйста, отдохни здесь, Кэлус. Сандей открыл перед ним дверь. Внутри оказалась простая спальня с прекрасным видом на ночное небо. Сама атмосфера, казалось, готова была убаюкать его. Послышался смешок Зарянки. — Вижу, ты уже готов лечь спать, но прежде чем это сделать, примешь душ. Кэлус открыл рот, чтобы возразить, но осёкся и вместо этого принюхался к себе. Должно быть, от него и правда ужасно пахло, раз Зарянка так сказала. — Я принесу тебе чистую одежду, в которой можно спать, а ты пока, пожалуйста, прими душ, сложи свою одежду и положи на прикроватную тумбочку. Мы её заберём и постираем. Щедрость Зарянки заставила Кэлуса покачать головой. — Вам не обязательно всё это делать. Зарянка вмешалась с мягкой улыбкой: — Но мы хотим, так что, пожалуйста, не волнуйся. Я сейчас вернусь, хорошо? Сандей наблюдал, как его сестра уходит, держа в руках одежду Кэлуса. Он не мог не улыбнуться — какая же добрая душа у его сестры. Старший брат повернулся к стоявшему перед ним другу, одетому теперь в банный халат. — Прошу прощения за сестру, она очень сильно о тебе заботится. Кэлус покачал головой. — Извинения не нужны… Честно говоря, мне самому очень неловко. Я тут, по сути, прошу вас помочь с моими проблемами. Не знаю как, но обещаю загладить вину перед вами обоими. — О, да брось. — Сандей отмахнулся и сел в одно из кресел. — После того что ты и твои друзья сделали, чтобы помочь Зарянке, чтобы помочь мне… я бы сказал, что только сейчас начинаю отдавать тебе этот долг. Кэлус покраснел от смущения. — Мне кажется, вы меня слишком переоцениваете. — Неужели? Если бы не ты, я, возможно, никогда бы не смог снова встретиться с сестрой и не был бы принят обратно в семью. — Крылья на его затылке слегка шевельнулись. — Твои поступки произвели на меня сильное впечатление, и очень большое — на мою сестру. — Правда? — Кэлус скрестил руки и наклонил голову набок. — Не думал, что произвёл на неё такое уж большое впечатление. Ну, это понятно, я очень симпатичный. Сандей не смог сдержать смех. — Только ты, Кэлус, мог недооценивать себя, особенно когда дело касается того, как тебя воспринимают окружающие, и при этом продолжать себя хвалить. Они оба рассмеялись, и Сандей обрадовался, увидев, как Кэлус расслабился. — Моя сестра согласится, что ты симпатичный, она вообще о тебе много говорит. Каждый раз, когда мы обедаем, она спрашивает, понравится ли тебе блюдо, если она его для тебя приготовит. Взгляд Сандея мгновенно переключился на Кэлуса, и глаза галовийца внезапно стали намного острее. — Всякий раз, когда она начинала репетировать, она всегда смотрела в телефон, гадая, не пригласить ли тебя послушать её репетицию. Во время концертов она умоляла меня убедиться, что ты купишь билеты, чтобы ты смог прийти. Прости, если это звучит высокомерно, но как её брат я считал себя самым важным мужчиной в её жизни. Теперь я начинаю думать, что это ты, Кэлус. Кэлус молчал, не зная, что сказать. — О, не пойми меня неправильно, — Сандей пренебрежительно махнул рукой. — Я не расстроен и я не один из этих чрезмерно опекающих старших братьев… Наоборот, я рад за свою сестру. Честно говоря, не думаю, что кто-то лучше тебя, Кэлус, подходит для того, чтобы быть рядом с ней. Сандей внезапно встал, и Кэлус инстинктивно отступил на шаг назад. — Я хочу сказать, что я всячески вас поддерживаю и благословляю быть рядом с моей сестрой. В комнате на мгновение воцарилась тишина. Сандей ждал, что Кэлус что-нибудь скажет, но тот выглядел встревоженным и даже немного испуганным. — Кэлус? Знаю, это может тебя удивить, но обычно в это время принято… радоваться? — старший брат сказал это шутливым тоном, пытаясь разрядить обстановку. — Пожалуйста, скажи что-нибудь. — Сандей… я польщён, но вынужден отказаться. Я… — по лбу Кэлуса стекали капельки пота. Он начал нервничать, но почему? — Я не могу ответить взаимностью на эти чувства. Сандей посмотрел на него так, словно не понял. — Прошу прощения, Кэлус, мне показалось, ты сказал, что не сможешь ответить взаимностью на чувства моей сестры? Галовиец скрестил руки и слегка наклонил голову набок, словно размышляя, почему кто-то мог отказаться от подобного. — Д-да. Прости, надеюсь, я не вводил её в заблуждение. Просто… — Можешь объяснить почему? Быть с моей сестрой — это уже само по себе благословение, не говоря уже о том, что когда ты станешь членом нашей семьи, весь род Оук будет стоять за твоей спиной. — Воу-воу! — Кэлус отчаянно замахал руками, пытаясь успокоить Сандея. — Брак? Сандей, я не могу этого сделать. — Это как-то связано с тем, что ты встречаешься с Март 7? Слова Сандея заставили Кэлуса замереть, как камень. — Я-я… Ему с трудом удавалось отдышаться, чтобы заговорить. — Откуда ты это знаешь? — У семьи Оук повсюду глаза и уши, Кэлус, ты должен это знать лучше всех. — Сандей снова опустился в кресло. Его тёплая, спокойная улыбка резко контрастировала с паническим выражением лица Кэлуса. — Зарянка была недовольна, когда узнала, что ты состоишь в отношениях. Она ушла в свою комнату и отказалась выходить. — Вы следите за мной. — Нет, это не слежка. Послышался второй голос — это вернулась Зарянка со свежевыстиранной одеждой Кэлуса. — Вот, Кэлус, для тебя. — Она с лучезарной улыбкой протянула ему одежду. Кэлус с опаской взял её, его взгляд метался между братом и сестрой. — Как уже сказала сестра, называть это слежкой немного резко и пошло. — Мы просто волновались за тебя, Кэлус. Поэтому, когда я спросила брата, можем ли мы использовать наши ресурсы, чтобы присмотреть за тобой, он согласился. Поверь нам, мы это сделали, чтобы убедиться, что ты в безопасности. Зарянка подошла к брату и встала за креслом, в котором он сидел, положив голову на спинку. — Тогда почему ты раньше спрашивала, что меня беспокоит, если вы за мной следите? — спросил Кэлус, стиснув зубы. — Кэлус! Не называй это так! Это не слежка! — Зарянка надула щёки и топнула ногой, явно расстроенная. — И к слову, мы не могли понять, что происходит в доме мадам Герты или Топаз, если уж на то пошло. Получить доступ к таким местам очень сложно… Кэлус инстинктивно потянулся за телефоном, но вспомнил, что тот лежал у него в одном из карманов одежды, которую он отдал Зарянке в чистку. Сандей повернулся к сестре и увидел на её лице счастливую улыбку. Похоже, она читала Кэлуса как открытую книгу и понимала, чего он ищет. — Ищешь это? Кэлус практически застыл на месте, пока Зарянка держала в руке его телефон. Она легко разблокировала его, коснувшись экрана. Неудивительно — пароль был одним из первых вопросов, которые Зарянка задала Кэлусу, наблюдая за ним. — Вот, Кэлус. — каждый её шаг к нему был радостным. Передав Кэлусу телефон, Зарянка слегка покраснела и отвела взгляд. — Я подслушала, что говорил брат. Немного неловко это говорить вот так, но… ты мне действительно нравишься. Быть твоей спутницей сделало бы меня самым счастливым человеком на свете. Сандей кивнул, радуясь, что его сестра наконец-то набралась смелости и призналась в своих чувствах. — Видишь, Кэлус? Чего ты ждёшь? Есть только проблема с Март. Ты же не хочешь ей изменить, верно? Поэтому ты и сказал, что не можешь ответить моей сестре взаимностью… — Сандей кивнул. — Понимаю, честно говоря, было невежливо с моей стороны не рассмотреть этот вариант. — Конечно, брат, — Зарянка мягко взглянула на него. — Просить Кэлуса сделать что-то подобное немыслимо. Это создаст очень неловкую ситуацию. — Тогда всё просто. — Конечно. — Позвони Март и скажи ей, что между вами всё кончено. — Да, и тогда мы сможем быть вместе! — Позвони ей. — Чего ты ждёшь, Кэлус? — Не заставляй мою сестру ждать. — Пожалуйста, Кэлус, позвони Март и скажи ей, что между вами всё кончено. — Позвони ей. — Сделай это. — Так будет лучше. — Ты не пожалеешь. — Мы твои друзья. — Ты можешь нам доверять. Позвони ей. Позвони ей. Сделай это. Сделай это. СДЕЛАЙ ЭТО. КЭЛУС. СДЕЛАЙ ЭТО. Кэлус уставился в свой телефон, в его глазах и на лице не было никаких эмоций. Он просмотрел сообщения и увидел вверху самое последнее. Оно было отправлено от Март. Март: Кэлус, можем поговорить?