Глава 6

***

      Солнце стояло в самом зените, нещадно раскаляя пыльный двор. Рэйдзин хмуро смотрел на развернутый свиток, который он придавил камнями к выцветшим доскам крыльца. Краденный артефакт в ярком дневном свете казался инородным телом, опасной уликой, за которую им обоим грозила смерть.       — Но почему ты просто не переписал текст со свитка? — небрежно спросила Хикари, активируя Рэйсайган.       — Я не знаю, есть ли проклятие самоуничтожения на этом свитке. Решил не рисковать. — Он сделал небольшую паузу. — Тем более, они пользуются этим свитком только при рождении нового члена основной ветви. Как видишь, за эти годы они до сих пор не спохватились. — Рэйдзин задумался. — Но… поскольку Госпожа из главной ветви беременна, у нас мало времени. Я планировал завтра ночью подбросить им свиток обратно.       Хикари молча кивнула.       — А сегодня… — Рэйдзин шагнул вперёд. — Мы проверим, стоило ли вообще его брать. — Одним движением ноги он развернул свиток в сторону дочери. — Смотри.       Хикари опустила взгляд. Символы расплывались, линии казались слишком сложными, слишком… чужими.       — Эти техники требуют Бьякугана, — продолжил он. — Полного контроля над каналами чакры. — Мужчина сделал шаг ближе. — У нас его нет. — Ещё шаг. — Но это не значит, что мы не можем взять от них то, что нам нужно. — Он резко хлопнул ладонью. — В стойку.       Хикари вздрогнула, но послушно встала напротив. Она расставила ноги. Неправильно. Почти сразу прут хлестнул по щиколотке.       — Ниже.       Девочка стиснула зубы, поправляя положение.       — Ты не стоишь. Ты падаешь, — сухо бросил Рэйдзин. — Центр.       Хикари попыталась выровняться, колени дрогнули.       — Ещё ниже.       Она вдохнула глубже. Пыль неприятно защипала в горле.       — Теперь… в движение.       Хикари резко шагнула вперёд.       — Две ладони! — вскрикнула она, выбрасывая руки вперёд. И тут же оступилась. Пыль взметнулась. Она едва удержалась, не упав. Повисла тишина. Рэйдзин не двинулся.       — Ещё раз.       Хикари поднялась. Чересчур быстро. Попытка. Снова. Руки — мимо. Шаг — не туда. Баланс — потерян. Прут ударил по голени. Она вздрогнула, но не отступила.       — Ты бьёшь в пустоту, — произнёс он тихо. — Почему?       Хикари ответила не сразу. Её взгляд дергался. Чуть вправо, влево, снова вперёд. Как будто она пыталась поймать что-то, что постоянно ускользало.       — Я не могу удержать цель, — выдохнула девочка. — Она постоянно… пропадает.       — Что значит «пропадает»? — В голосе Рэйдзина впервые появились нотки резкости. Хикари сжала пальцы.       — Я вижу всё, — быстро произнесла она. — Но фрагментарно, что ли… — тише добавила Хикари. Он замер. — Там… дыры.       Мужчина медленно шагнул к ней.       — Какие ещё «дыры»? — Хикари лишь отвела взгляд.       — Слепые зоны.       — Сколько?       Она заколебалась.       — Я не считала точно…       — Сколько? — на этот раз жёстче повторил свой вопрос Рэйдзин.       — Десять… — Она сглотнула. — Может, больше.       Он оказался прямо перед ней.       — Сколько? — на этот раз почти шёпотом сказал Рэйдзин.       — Пятнадцать, — выдохнула Хикари. Прут выпал из руки мужчины и глухо ударился о землю. Он даже не моргнул.       — Пятнадцать… — повторил Рэйдзин. И только теперь его взгляд стал по-настоящему тяжёлым. — И ты решила, что это неважно?       Хикари сжалась.       — Я думала, это нормально…       Рэйдзин резко схватил её за подбородок, заставляя смотреть прямо.       — Это ненормально. — На мгновение он замолчал. — Нормально — это две, три слепые зоны, но не больше. — Он отпустил её так же резко и отвернулся. Взгляд снова упал на свиток. Но теперь — иначе. — Если в твоём обзоре дыры, значит, ты должна заполнить их чем-то другим. — Рэйдзин снова подошёл к свитку, но на этот раз его пальцы не коснулись бумаги. — Пятнадцать зон… Это не просто слепота, Хикари. Это решето. Враг может стоять прямо перед тобой, а ты будешь видеть лишь пустоту. — Он резко развернулся и встал в атакующую позицию. — Шестнадцать ладоней — это не только удары. Это геометрия. Если ты не видишь точку, ты должна знать, где она находится, исходя из положения всей остальной системы.       — Но как? — Голос Хикари дрогнул. — Если я не вижу твоё плечо, я не могу в него попасть.       — Можешь. Если видишь локоть и шею. Ты должна достраивать картинку в голове! — Он сделал резкий выпад. — Восемь триграмм: две ладони!       Хикари едва успела отпрянуть. Его руки двигались с пугающей скоростью, и на мгновение его правый кулак действительно «исчез» для неё, провалившись в одну из мёртвых зон. Она инстинктивно дернулась влево, подстраиваясь под удар, который не видела.       — Ошибка! — Рэйдзин остановил руку в миллиметре от её виска. — Ты запаниковала и потеряла меня в одной из дыр.       Хикари тяжело дышала, пот заливал глаза, смешиваясь с дорожной пылью.       — Я… Я не успеваю считывать, где они. Их слишком много.       — Не считывай их. Изучи их. Они — лишь часть тебя, подобно твоим пальцам. — Мужчина поднял прут с земли и начертил на земле широкий круг, разделенный на восемь секторов. — В свитке написано: «Центр триграммы неизменен». Твои слепые зоны — это препятствия на ландшафте. Ты должна вести бой так, чтобы ни одна из них не пересекалась с вектором атаки. Снова в стойку!       Хикари опустилась ниже. На этот раз она не смотрела на свиток. Хикари смотрела на отца, пытаясь осознать масштаб своего «рваного» видения мира с Рэйсайганом.       — Две ладони! — скомандовала она сама себе и рванула вперёд.       Первый удар — мимо. Второй — блок. На третьем Рэйдзин сместился вправо, аккурат в её самую крупную слепую зону за левым плечом. Хикари замерла за долю секунды, чувствуя, как внутри нарастает холодный ужас пустоты. Но вместо того, чтобы обернуться, она, вспомнив чертеж на свитке, резко выбросила руку назад, ориентируясь на положение стоп отца, которые она ещё видела. Хлопок. Её пальцы мазнули по его одежде. Не точно, не в узел чакры, но она коснулась его там, где не видела.       — Уже лучше. — Рэйдзин не улыбнулся, но напряжение в его плечах чуть спало. — Ты начинаешь понимать. Техники Хьюга для нас не больше, чем костыль. Мы не станем ими. Но можем стать теми, кто победит их их же оружием. — Он указал на заходящее солнце. — У нас три часа. Если к сумеркам ты не закроешь все шестнадцать точек, не видя их, больше такой возможности у нас может не появиться.       — Я закрою их, можешь не сомневаться. — Хикари выпрямилась, и в её взгляде промелькнула сталь, которой позавидовал бы сам Неджи.

***

      Когда Неджи пришел домой, солнце уже давно опустилось за горизонт, а пальцы покалывало от осознания последствий за его молчание. Он двинулся в сторону общего зала, где зачастую проходили собрания. Неджи понимал — спрашивать за свиток будут именно там. В главном зале собрались практически все. Взгляды впились в Неджи гвоздем. «Они что, знают?» — промелькнуло в его голове. Он сел на своё место, чувствуя, как напряжение только нарастает. Все присутствующие молчали, не смели проронить и слова. Стоило последним членам побочной ветви войти в помещение, как Хиаши Хьюга сразу же прокашлялся, привлекая внимание.       — Итак, — он оглянул всех соклановцев, — кто-то из вас уже знает ответ на мой вопрос.       Ответа не последовало. Взгляд Неджи устремился на его собственные колени, а руки сжались в кулаки. Хиаши медленно обвел взглядом присутствующих. Он сложил пальцы в простую, но не менее смертоносную печать. Его лицо оставалось беспристрастным, но вены на висках вздулись от напряжения.       — Выходит, свиток не найден. — Голос Хиаши разрезал тишину, будто лезвие. — Обыск округа результатов не дал. А это значит, что это сделал кто-то из вас либо… — Он перевел взгляд прямо на Неджи, отчего у него вспотели ладони. — Либо кто-то из вас проявил преступную халатность и скрыл улики.       Мужчина отвел взгляд от «гения» клана и обернулся ко всем спиной.       Неджи почувствовал, как в животе завязался тугой узел. Он видел этот свиток. Знал, что тот лежит под полом одного из обветшалых домов клана Шиншин. Там, где прямо сейчас она спокойно нежилась в постели, не понимая, к чему приведёт безрассудство её семьи. Неджи всё же промолчал.       — Вы — щит клана. Если щит дает трещину — его приходится повторно закалять.       Он сделал резкое движение пальцами, и в тот же момент зал наполнился сдавленными вскриками. Ужасная боль, словно от раскаленной спицы, охватила лоб Неджи, а затем перешла на виски, живот, ноги, руки. Всё его тело нещадно болело. Так, что казалось, что его вывернет наизнанку. Простая печать, нанесенная на лоб каждого члена побочной ветви, активировалась.       Это не было физическим ранением — это была прямая атака на нервную систему. Перед глазами поплыли кровавые круги, мысли путались, превращаясь в один сплошной крик. Вокруг него люди падали на татами. Старики, чьи тела и так были изношены годами службы, корчились в судорогах. Молодые шиноби кусали губы до крови, пытаясь не издать ни звука, но против воли Хиаши не помогала ни гордость, ни сила воли.       — Поиски продолжатся, — чеканил Хиаши, усиливая давление. — До захода луны. Каждый дом в округе, каждая щель должна быть досмотрена. Если свиток окажется в руках врагов Конохи по вашей вине — сегодняшняя боль покажется вам милосердием.       Неджи уткнулся лбом в холодный пол. Боль пульсировала в такт мысли, которую он не хотел признавать. Он вспомнил Хикари. Её непоколебимое спокойствие. Пока она даже не знает, что происходит, ему приходится терпеть эти пытки. И сдалось ему это молчание? Неджи хотел было рассказать её секрет лидеру клана, но рот закрылся обратно сам по себе. И откуда в тебе столько милосердия взялось?       — Неджи. — голос Хиаши прозвучал прямо над ним. Мужчина чуть ослабил хватку печати, давая парню возможность говорить. — Ты возглавишь вторую группу поиска за пределами поместья. Обыщи окраины. Твой Бьякуган — лучший. Если ты что-то упустил днем… Исправь это сейчас.       Неджи поднял голову. С его лба капал пот, смешиваясь со слезами, вызванными спазмом. Он видел страдание в глазах своих соклановцев. Он видел их трясущиеся руки.       — Я… Я понял, Хиаши-сама, — прохрипел Неджи.       Он медленно поднялся, пошатываясь. Внутри него всё кричало о несправедливости, но ещё громче выло осознание: если он сейчас приведет группу к дому Хикари, её отца или мать казнят на месте, а девочку… Что сделают с ней?       Неджи вышел из зала под звуки приглушенных стонов тех, кто остался под воздействием печати в качестве «заложников» успеха поисков. Ночной воздух Конохи ударил в лицо, но не принес облегчения. Неджи знал — его ноги сами ведут его к тому самому домику. Он должен был покончить с этим, но теперь в его руках была не только судьба свитка, но и жизни всего его клана, который Хиаши продолжал медленно и методично пытать, ожидая результатов.