Часть 23

— Фадиме, ты не слышала, что я сказал? Исо уже почти шипел, щуря глаза и чуть наклонившись вперёд над столом. Он сжимал кулак и злился так явно, что воздух в кабинете становился тяжелее, а Фадиме старалась держать себя в руках и всё ещё пыталась его переубедить. — Нет, Исо, я всё прекрасно слышала, — как можно спокойнее ответила она. — Но я не думаю, что это верное решение. — Да неужели? — язвительно протянул он, криво усмехнувшись и откидываясь на спинку кресла. — То есть, по-твоему, если поставщик забивает на наш договор и не доставляет материалы в срок — это не причина разрывать с ним контракт? — Нет, я так не считаю, — Фадиме раздражённо выдохнула. — Но мы давно с ними работаем. Да, у всех бывают проблемы… — Проблемы, блять?! — резко рявкнул Исо, вскакивая с кресла. Он засунул руки в карманы тёмных брюк и начал расхаживать по кабинету. — Я расскажу тебе, что такое проблемы. Проблемы — это когда у нас горит план, а они всё тянут и отмазываются тем, что это не их вина. Стройка стоит из-за них, и вместо того чтобы признать, что они облажались, он мне в уши льёт, что всё будет отлично. И верил я ему только потому, что, как ты выразилась, мы давно работаем с этим поставщиком. Исо остановился прямо напротив неё и посмотрел тяжёлым взглядом. Губы поджаты, всё тело напряжено. Фадиме продолжала держать себя в руках, хотя рядом с ней сейчас буквально стоял разъярённый мужчина. — Вот именно, — размеренно ответила она. — Ещё твой отец работал с этой фирмой. Поэтому давай я съезжу на встречу и поговорю с ними… Исо вдруг коротко рассмеялся и сложил руки на груди. — То есть ты хочешь сказать, что я не умею общаться со своими поставщиками? — Нет, я не это… — То есть, по-твоему, — он снова повысил голос, перебивая её, — я похож на идиота, которому можно врать, чтобы не платить неустойку? Фадиме, послушай меня внимательно. Этот поставщик подводит нас третий раз. Первый — ладно, с кем не бывает. Второй тоже можно списать на совпадение, проблемы с дорогой, перегрузкой. Но в третий раз… Ещё тогда, когда генеральный директор ушёл с поста и поставил своего племянника, нужно было задуматься. Этот идиот либо не умеет, либо не хочет нормально работать, а мне это не нужно. Я вчера с ним разговаривал, он мне сказал «завтра». А это «завтра» он говорил ещё на прошлой неделе. Поэтому мне пришлось звонить заказчику, оправдываться, как школьнику, обещать, что всё будет в срок, плюс-минус с просрочкой. И мне совершенно всё равно, что там у него и как — этим уже будут заниматься наши юристы, а он будет выплачивать неустойку, если это его вина. — Исо, искать нового поставщика, когда объект почти закончен, очень рискованно, — Фадиме смотрела ему прямо в глаза. — Легче решить проблему с этим, а потом уже отказаться от сотрудничества. — Какого чёрта ты споришь со мной, Фадиме? — он выгнул бровь. — Если я не ошибаюсь, с утра я был генеральным директором нашей компании, или я не прав? Я услышал твои доводы и готов рискнуть с новыми поставщиками, а не со старыми, к которым у меня уже нет доверия. — Он наклонился чуть ближе. — И это хорошо, что заказчик этот очень лоялен и не первый раз с нами работает, знает нашу репутацию. А репутация очень важна, Фадиме, ты это знаешь не хуже меня. А если бы это был кто-то вроде Саида или того придурка, который проект менял за сутки до утверждения? Что бы я им говорил? Извинялся бы и просил подождать? Исо выпрямился. — Так что ты, заместитель Кочари, идёшь в свой кабинет и ищешь надёжного поставщика из тех, с кем мы уже работали. А я звоню этому пустозвону, сообщаю о разрыве контракта и отправляю Эюпхана с ним разбираться. Вот и вся история. Ты меня поняла? Исо смотрел твёрдо. Фадиме выдержала этот взгляд и поняла: переубедить его невозможно. Это был не первый и не последний их спор за почти год совместной работы. Она привыкла к его вспышкам, как и он привык к её упрямству. Обычно они умели уступать друг другу, понимая, кто действительно прав. Но не сейчас. У Фадиме не было выбора. Исо — её начальник, вне зависимости от всего остального. Это его фирма и его решение. Она молча кивнула, встала с кресла и надела очки, которые до этого держала в руке. — Да, я поняла, господин Фуртуна, — спокойно ответила она. — Сейчас всё сделаю. — А когда найдёшь, придёшь ко мне. Обсудим кандидатуры, — уже спокойнее сказал он. Фадиме только кивнула и вышла из кабинета. Исо глубоко вдохнул и медленно выдыхает, стараяс взять себя в руки. Вот такие моменты он ненавидел больше всего. Когда сроки горят, когда всё висит на тебе, когда за каждую ошибку отвечаешь лично. Но решение он уже принял. И менять его не собирался. Фадиме кладёт трубку и устало выдыхает. У неё есть двое поставщиков, которые могут быстро согласиться на их условия, а сейчас скорость была важнее всего. Один из них — их постоянный партнер, и именно на него она делала ставку. Скорее всего, Исо тоже выберет его. Она выходит из своего кабинета, проходит через приёмную и без стука заходит к Исо. Он поднимает голову от документов на столе и сразу следит за тем, как Фадиме садится напротив, откидывается на спинку кресла и, чуть вздохнув, говорит: — Я нашла двоих. — Отлично, — коротко кивает он. Фадиме спокойно объясняет условия, сроки, риски и возможные варианты. Исо внимательно слушает, временами постукивая пальцами по столу, потом ненадолго задумывается, прикусив губу, и наконец отвечает: — Я с тобой согласен. Выбираем его. — Тогда мне нужно будет к ним поехать и всё обсудить. Ты поедешь? — Не могу, — Исо бросает ручку на стол. — Уезжаю с Эюпханом. Думаю, придётся лично поговорить с этим придурком. Он всё ещё утверждает, что это не вина их фирмы. — Кто бы сомневался, — фыркает Фадиме. — Тогда я сейчас выезжаю. Она машинально смотрит на часы, чуть нахмурив брови, а Исо в этот момент внимательно её рассматривает. Тёмные волосы мягко блестят в вечернем свете, привычные очки подчёркивают серьёзный взгляд, а этот оттенок голубого на её рубашке ему откровенно нравится. Кожа на шее и ключицах будто светится, и Исо снова ловит себя на том, что смотрит слишком долго. — Извини, что сорвался, — тихо говорит он. Фадиме поднимает на него взгляд. — Повысил голос. Она усмехается и щурится. — Перестань. Как будто в первый раз. Я знаю, что мой начальник бывает очень категоричен и резок. И, между прочим, иногда имеет на это полное право. — Даже сейчас? — так же тихо спрашивает он. Когда злость ушла, Исо понял, что действительно перегнул. Фадиме права — такое у них бывало и раньше. Они спорили так, что остальные сотрудники боялись заходить в кабинет. Но сейчас всё было иначе. Их отношения менялись. И пусть он всё ещё оставался её начальником, директором компании, мужчиной, который принимает решения — ему не хотелось, чтобы это разрушило то, что между ними только начинало появляться. А Исо очень надеялся, что это действительно начало. Фадиме слегка улыбается, глядя на него. Она знала, что так и будет. Исо всегда извинялся после вспышек, хотя мог бы и не делать этого. Например, его отец никогда не считал нужным просить прощения. А Исо — да. И иногда ей казалось, что дело уже давно не только в работе. — Мы же с тобой вроде договаривались, Исо, — спокойно говорит она. — Работа — это работа, а личное — это личное. К тому же, я согласна с тобой. Ты принял правильное решение. Я это поняла, когда всё обдумала. Нам важна наша репутация. Так что всё в порядке. Исо отвечает ей лёгкой улыбкой, заметно расслабляясь. — Я рад, что ты согласна со мной. Просто не хочу, чтобы ты злилась или обижалась. — А вот это, господин Фуртуна, моё право — злиться на начальника, — Фадиме улыбается шире. — Не имеешь права его у меня забирать. К тому же, мы с Эмине уже перемыли тебе косточки, когда она приносила мне чай, так что я абсолютно спокойна. Фадиме хитро ухмыляется. Исо выгибает бровь и фыркает от смеха. — Даже так? Жалобы на плохого начальника? — Естественно, — невозмутимо кивает она. — Эмине меня прекрасно понимает. Ей тоже часто достаётся. — Какие несчастные у меня сотрудники, — тихо, почти хрипло говорит он, не сводя с неё взгляда. — Шутка насчёт того, что ты можешь наказать своего босса, сейчас была бы очень кстати, как думаешь? Фадиме закусывает губу и не отводит взгляд. Плечи непроизвольно напрягаются под этим внимательным, слишком личным взглядом. — Думаю, да, — так же тихо отвечает она. — Очень уместно. От этого взгляда, от этой интонации, от её спокойной уверенности у Исо внутри всё мгновенно напрягается. — Неужели ты флиртуешь со мной, госпожа Кочари? — он ухмыляется. Фадиме не сдерживает усмешки. — А что, только тебе можно? Она облизывает губы, и Исо это замечает слишком быстро. Ему откровенно нравится то, как она сейчас смотрит. — Нет, конечно. Продолжай, — тихо отвечает он. — Я давно жду, когда ты начнёшь меня соблазнять. Этот разговор заводил. Исо легко сжимает подлокотник кресла, напоминая себе, что сейчас не лучший момент, чтобы просто подняться, подойти к ней, прижать к столу и целовать до полной потери здравого смысла. Но ему безумно нравилось, что теперь в ответ Фадиме не закатывает глаза, не уходит и не делает вид, что ничего не происходит. Она отвечает. И этого уже было достаточно, чтобы у него окончательно срывало крышу. — Извините, господин Фуртуна, — Фадиме намеренно выделяет последние слова, и Исо сразу усмехается, — но у меня, к сожалению, куча дел. А мой босс будет очень недоволен, если я не приступлю к работе. Он такой тиран, вы бы знали. — Не переживай, я с ним договорюсь, — Исо уже не может сдержать широкой улыбки, а Фадиме начинает смеяться. — Жду наказания. — Перестань. Она не выдерживает, опускает голову и тихо выдыхает. Внутри неожиданно тепло разливается от этого лёгкого, почти опасного флирта. Фадиме просто позволила себе расслабиться и впервые за долгое время — ответить. А Исо смотрит на неё с той самой улыбкой, замечая, как едва заметно порозовели её щёки. Она умела быть одновременно сильной, колкой, невероятно красивой и совершенно невозможной. И именно это окончательно лишало его спокойствия. — Насчёт нашей встречи, — уже тише говорит он. Фадиме снова поднимает на него взгляд. — Или не встречи, как скажешь. Ты свободна в субботу? — В субботу не смогу, — она слегка поджимает губы. — У Элени день рождения. Будем отмечать. — Тогда в пятницу? Фадиме чувствует, как сердце снова начинает биться быстрее, и старается, чтобы голос звучал спокойно. — В пятницу можно. Исо чуть кивает. — Хорошо. Она делает паузу, а потом всё-таки спрашивает: — Куда пойдём? Он смотрит на неё чуть дольше, чем нужно. — Я ещё думаю. — Ты хотя бы предупреди заранее, чтобы я понимала, что надеть. Очень надеюсь, что костюмы и официальный дресс-код не обязательны. — Наши мысли по этому поводу полностью совпадают, — усмехается он, а затем щурит глаза и медленно проводит языком по внутренней стороне щеки. — Мы вообще можем обойтись без лишней одежды… — Чёрт, я так и знала, — громко говорит Фадиме, поднимая руки, и тут же встаёт с кресла. — Всё, я пошла работать. — Я знаю несколько мест, где она вообще не нужна, Фадиме, — Исо уже откровенно смеётся, пока она идёт к двери. — Отстань, Исо. — Так ты согласна? — громко спрашивает он, когда она уже берётся за ручку двери. Фадиме открывает дверь, даже не оборачиваясь. — Я тебя не слышу! — и тут же закрывает дверь за собой. Исо откидывается на спинку кресла и громко выдыхает, всё ещё улыбаясь. Настроение определённо стало лучше. Со вчерашнего дня были только проблемы, злость, поставщики, срывы и раздражение. Он почти не спал. Но вот десять минут рядом с ней — и этого хватило, чтобы снова начать улыбаться, как идиот. Это раздражало. И нравилось одновременно. Он действительно чувствовал себя каким-то мальчишкой, хотя с ним такого не было уже очень давно. И теперь ему оставалось только одно — придумать, куда пригласить Фадиме в пятницу. И желательно так, чтобы она не передумала раньше времени. Вечер в квартире Исо был непривычно тихим. Исо долго думал о том, как им с Фадиме провести вечер. Все самые банальные варианты один за другим прокручивались в голове: от дорогого ресторана или кино до обычной прогулки по вечернему Стамбулу. Но всё, что приходило на ум, либо не нравилось ему самому, либо совершенно не подходило им. Что-то казалось слишком романтичным, что-то — слишком откровенным. Вряд ли Фадиме будет в восторге, если он внезапно пригласит её в спа и потащит в джакузи. Да и излишняя романтика могла оказаться совсем не к месту, особенно если учитывать, что сама Фадиме упрямо называла это «просто встречей», а не свиданием. Исо легко представлял, как приведёт её в ресторан со свечами, лепестками роз и скрипачом, играющим что-то мучительно романтичное, а она просто посмотрит на него своим тяжелым взглядом и скажет, что он сошёл с ума. На самом деле Исо было совершенно всё равно, где проводить с ней время. Он бы с удовольствием просто сидел с Фадиме на обычной кухне, пил чай и слушал, как она ворчит на работу, коллег и на него самого. Эта встреча будто должна была показать, будет ли между ними что-то дальше. Если Фадиме согласилась, значит, она тоже хочет что-то понять, решить для себя, разобраться в собственных чувствах. Сам Исо уже давно всё решил. Он знал, чего хочет, и был готов идти дальше, помогая и ей сделать этот шаг, если только она позволит. Но дело было не только в желании — с чувствами всё было куда сложнее. Исо даже пообещал себе, что не будет давить. Как бы сильно ему ни хотелось обнять её, поцеловать, взять за руку и просто не отпускать. Он хотел, чтобы Фадиме сама однажды не сдержалась, сама сделала шаг навстречу, а не поддалась его напору. Хотел, чтобы это было её решением. Правда, сколько он сможет продержаться с этим благородным обещанием самому себе, Исо не знал. Но хотя бы собирался попытаться. И всё же одна идея наконец пришла ему в голову. Он вспомнил, как в начале весны они сдавали готовый объект — новый отель в двадцать пять этажей с панорамным видом на город. Тогда Исо поднялся на крышу вместе с Фадиме. Пока он обсуждал что-то с прорабом, она стояла у самого края защитного ограждения и смотрела на Стамбул с такой высоты. Ветер путал её волосы, а в глазах было что-то почти детское — редкое, живое восхищение. Потом Фадиме тогда усмехнулась и сказала, что владельцу отеля стоило бы сдавать крышу под свидания, потому что вид шикарный, а вечером в темноте там, наверное, вообще невозможно красиво. Исо тогда подумал, что с удовольствием привёл бы её сюда сам. А потом эта мысль испортилась другой — о том, что, скорее всего, однажды она придёт сюда со своим мужем, а не с ним. Это настроение тогда убило весь вечер. Фадиме не говорила, были ли они там с мужем, но Исо всё равно позже позвонил владельцу отеля и уточнил. Оказалось, да — некоторые пары действительно иногда устраивали там свидания, если не боялись высоты. Но Фадиме среди них не было. Почему-то это его тогда очень обрадовало. И теперь, вспомнив тот момент, он наконец понял, куда хочет её пригласить. В пятницу вечером. Потому что в субботу у Элени был день рождения, и Фадиме точно будет занята с семьёй. Исо заранее связался с владельцем отеля, договорился о крыше, подробно объяснил администратору, что именно ему нужно. Без лишней показной романтики, без цирка со свечами и скрипачами — просто красивый вечерний город, хороший ужин, спокойная атмосфера и возможность наконец побыть с ней наедине. Он откинулся на спинку дивана и довольно усмехнулся. Да. Вот это уже было похоже на правильное свидание. Исо только успел довольно откинуться на спинку дивана, мысленно решив, что впервые за последние дни сделал хоть что-то правильно, как в дверь его квартиры настойчиво и совершенно бесцеремонно позвонили. Он даже не сомневался, кто это. — Если это Эюпхан, я клянусь, я его убью, — пробормотал он себе под нос, поднимаясь. Когда дверь открылась, на пороге действительно стоял Эюпхан — довольный, шумный, как стихийное бедствие, с пакетом в одной руке и таким выражением лица, будто это он хозяин квартиры. Рядом, как полная противоположность, стоял Оруч — спокойный, собранный, в тёмной рубашке, с тем самым выражением лица человека, который уже жалеет, что вообще сюда приехал. — О, живой, — радостно сообщил Эюпхан, проходя внутрь без приглашения. — А я думал, ты тут сидишь, страдаешь, пьёшь в одиночестве и слушаешь грустную музыку. — Я ещё не начал, но ты можешь помочь, если уйдёшь, — сухо ответил Исо, закрывая дверь. — Неблагодарный человек, — театрально вздохнул Эюпхан. — Я, между прочим, с заботой. Что это за довольная рожа у тебя? Ты что, ипотеку закрыл? Оруч молча прошёл в гостиную и сел в кресло, наблюдая за этим цирком с выражением полного смирения. Исо усмехнулся, забирая у Эюпхана пакет. — Лучше. Я иду на встречу с Фадиме. Эюпхан замер на секунду, потом медленно расплылся в улыбке. — О-о-о… Вот оно что. Оруч чуть приподнял бровь. — Встречу? По работе? Эюпхан тут же повернулся к нему. — Или у них ролевые игры такие. Очень деловые. С папками. И стрессом. — Эюпхан, — спокойно сказал Исо, — заткнись, пока я не помог тебе это сделать. — Значит, не по работе, — довольно заключил тот, падая на диван. — Продолжай, мне нравится. Исо закатил глаза и сел напротив. — Она дала добро на свидание. Но называет это встречей. Но какая разница. Эюпхан хлопнул в ладоши. — Боже, наконец-то. Я уже думал, вы поженитесь случайно лет через десять, просто потому что оба слишком упрямые. Оруч едва заметно усмехнулся. — Это действительно похоже на вас. — Кстати, друг, — Эюпхан резко прищурился, — а это то самое? У вас что-то было? А то во время баскетбола что-то чувствовалась? Исо медленно повернул к нему голову. — Эюпхан… А не пойдёшь ли ты на четыре стороны? — Значит, было. Было, чёрт возьми. Всё, я ставлю рот, — с хищной улыбкой сказал Эюпхан. Оруч посмотрел на него с ледяным спокойствием. — Рот ставишь, значит? Эюпхан на секунду задумался. — Формулировка, конечно, опасная, но да. Исо тяжело выдохнул. — Я не собираюсь это обсуждать. Что у вас нового и зачем вы вообще припёрлись? Эюпхан тут же оживился. — Да вот скучно стало. Я специально поехал в клинику к Оручу, чтобы увидеть Элени. Оруч, который до этого спокойно пил воду, медленно поставил стакан на стол. — Не преувеличивай. — Не преувеличиваю, — невинно ответил Эюпхан. — Хотел увидеть, как она там. Может, номер взять. Может, судьба. Но передо мной вышел этот медведь, — он кивнул на Оруча, — и сказал, чтобы я шёл к чёрту. Исо заинтересованно повернулся. — К Элени? А ты чего так пристал к ней? Фадиме тебя убьёт не задумываясь. Эюпхан пожал плечами с самой подозрительно невинной улыбкой. — Да что-то понравилась. На этом моменте Оруч застыл буквально на секунду. Незаметно для любого другого. Но не для Исо и не для Эюпхана. Они переглянулись. Медленно. Очень выразительно. Исо даже слегка прищурился. — Понравилась, значит? — Да, — с удовольствием продолжил Эюпхан, уже откровенно издеваясь. — Красивая, умная, зелёные глаза… Я вообще люблю женщин с характером. Хочу номер, а Оруч почему-то не даёт. — Потому что ты раздражаешь людей уже на этапе знакомства, — спокойно ответил Оруч. — Неправда. Я очаровываю. — Ты утомляешь. — Это просто другая форма очарования. Исо уже едва сдерживал улыбку. — Кстати, — протянул он, — у Элени в субботу день рождения. Эюпхан резко сел ровнее. — Серьёзно? — Исо, — очень спокойно произнёс Оруч. — Что? Полезная информация. Вдруг человек хочет поздравить. Эюпхан довольно закивал. — Конечно хочу. Я человек воспитанный. — Нет, — коротко сказал Оруч. — Я ещё даже не спросил. — И всё равно нет. Эюпхан перевёл взгляд на Исо и театрально прошептал: — Он ревнует. В комнате повисла секунда тишины. Очень громкой тишины. Исо медленно поднял брови. Эюпхан победно улыбнулся. А Оруч посмотрел на них обоих тем самым взглядом хирурга, который мысленно уже выбирает, чем именно будет избавляться от лишних органов. — Вы оба сейчас очень близки к смерти. Эюпхан довольно откинулся на диван. — Всё. Подтверждено. Доктор Фуртуна официально влюблён. Исо не выдержал и рассмеялся. — Господи, я ждал этого года два. Оруч медленно выдохнул, прикрыл глаза и покачал головой. — Я ненавижу вас обоих. — Нет, — довольно сказал Эюпхан, — ты просто влюбился. Это разные диагнозы. Хотя, как врач, ты можете уточнить. Исо только покачал головой, глядя на эту парочку, и плеснул в бокал Оруча немного виски, понимая, что после общения с Эюпханом брату это точно необходимо. Гости ушли только глубокой ночью, оставив после себя привычный хаос из пустых бокалов и разбросанных диванных подушек. Проводив парней, Исо запер дверь, вернулся в гостиную и устало упал обратно на диван. Он взял в руки телефон, открыл календарь и посмотрел на заветную дату. До пятницы оставалось всего несколько дней. Он заблокировал экран, закинул руки за голову и уставился в потолок, чувствуя, как внутри разгорается глупое, чисто мальчишеское нетерпение. Пусть Фадиме называет это как хочет — встречей, ужином или обсуждением репутации компании. Для него это было свидание. И он сделает всё, чтобы на этой крыше она забыла обо всех своих «но».