Когда-нибудь

В доме царила привычная суматоха в подготовке к празднику, еще и приезжали важные гости. Хаширама старался, по просьбе брата, не отсвечивать, то есть не мешать, но и быть на виду, выполняя скучные дела главы деревни. Он бы, как в детстве, ушел в депрессию и хандру, да ведь вырос. Поэтому будет только хандра. И капля обиды. Тобирама привык командовать, а Хаширама, который, на минуточку, старший брат, как-то стухал и подчинялся, даром, что Хокаге.      Тоби суровый, хотя если надо было, Хаширама добивался того, что хотел и даже эта колючка прислушивался к нему. К примеру, когда он решил жениться. Тогда это был скорее не брак, а союз для укрепления позиций новообразованной деревни… Варианты были из нескольких невест разных семей, которых он не видел даже, а лишь подбирал стратегически, выбрав из всех один клан.      - Клан Узумаки? – с сомнением чуть щурился Тобирама. Наверняка уже продумывал всю выгоду такого брака.      - А что? А тебе может жену из Учиха поискать?      - Спасибо, обойдусь, - даже не дрогнул братец на такую шутку. Хотя Хаширама вовсе не шутил.      С Учихами у них хотя и мир теперь, но Тобирама все еще держал кунай за пахузой, ожидая что-то такое от клана с шаринганом. И не забывал напоминать брату о том, как эмоционально-нестабилен клан Мадары Учиха. Но это уже не так важно, дело прошлого. Хаширама принял всех как своих братьев. И теперь настало время мира. Для начала хотя бы в деревне, в которой он стал лидером.      Хаширама, улизнув подальше от сурового брата, добрался до своей спальни и замер на пороге, довольно глядя как красавица Мито, в шелковом кимоно, сидя у небольшого зеркала на низком столике, расчесывает длинные красные волосы. Вообще-то ей обычно помогали – у нее была личная помощница, но сейчас девушку отправили носиться с приготовлениями к празднику из-за нехватки рук. Образ госпожи она закончила, даже украсила ее голову цветами и заколками, но часть прически привести в порядок не успела      Мито немного неловко проходилась по шелку волос гребнем, вынужденная постоянно приподнимать кончик, чтобы добраться до него расческой. Хашираме нравилось видеть как по-детски сердится жена, что у нее не так выходит. Сенджу мог понять – у него тоже длинные волосы до пояса, но ее чуть ли не до лодыжек. Как бы мило не было наблюдать за тем как Мито борется со своим богатством, муж зашел в комнату, обнаружив себя, и, забрав у жены расческу, сел позади нее на колени, став аккуратно водить гребнем по гладким, как вода, волосам. У него в руках будто красная река, водопадом спускающаяся по спине кимоно с цветами.      - Возлюбленная Мито-сама, - начал Хаширама. Он все еще стеснялся и немного тушевался перед такой красавицей. Над ним даже Мадара посмеивался, что стань Мито врагом Первого Хокаге, он просто даст ей победить из-за своего мления перед ней.      Мито напряглась, он ощутил это в ее прямой осанке. Кажется, ей не нравилось, что он к ней обращается немного официально и спустя несколько месяцев брака. А Хаширама иначе не мог. Сильный с врагами, среди друзей и любимых он был мягкий, будто сливочное масло. Но если брат – это привычное, Мито – новое, неизведанное, до мурашек потрясающее. То, что начиналось как договорной брак ради укрепления связей и силы новообразованной деревни Скрытого Листа, превращалось в трепет мужчины перед будто бы недосягаемой женщиной. Однако все это было лишь в его голове, жена куда как более реально смотрела на их отношения.      Мито повернулась к нему с заметной морщинкой недовольства на переносице, и вдруг ухватила его щеки, став растягивать и чуть брезгливо ворчать.      - Мито-сама? Сколько можно?! Я просила хотя бы наедине называть меня не так официально.      Она привыкла к нему быстрее, чем он. Но Хаширама точно полюбил ее сразу. Эта женщина сочетала в себе силу, красоту и нечто женское, неподвластное, что-то называемое шармом или нежностью. Хаширама пока не разобрался.      - И вообще, - Мито ласково улыбнулась, проведя по волосам мужа рукой. Он уже с утра был при параде. Брат заставил его даже в доспехи вырядиться для встречи гостей. Мито отчасти была благодарна, что Тобирама так заботится о репутации брата. Сама же не ожидала, что за великим воином прячется настолько ранимый мужчина и эти доспехи сделают его образ внушительней, какую бы глупость не сказал Первый Хокаге… – Тебе тоже следует следить за своим внешним видом.      Она перехватила из его руки гребень и стала расчесывать его волосы, сидя лицом к лицу и просто привстав перед мужем, чтобы добраться до макушки.      - Знаешь, я думал сменить прическу. – Сенджу хотел немного помолчать, но так разволновался заботой жены, что честно поделился сокровенным, но кажется не сильно умным. Тоби бы ворчал, что Хокаге о таком не думают... - Когда весь в битвах и сражениях, как-то не до прически, да? А сейчас мне Тобирама то и дело напоминает голову помыть… Как бы типа представительно, бла-бла… - Хаширама покраснел, поняв, что жена может быть им разочарована, но остановиться болтать не мог, ведь она так близко, и ее грудь упирается ему в лицо… - На-наверное, я подстригусь. Может как в детстве?      - А какая у тебя была прическа в детстве? – как будто не видела, в какое смятение привела мужа, Мито наслаждалась прикосновениями перед тем про кого так много слышала раньше. Вроде уже несколько месяцев женаты, а этот флер любви и восхищения лишь нарастал. Даже когда муж говорил о своих волосах…      - Очень милая. Мне ее мама делала, - с нежностью вспомнил Хаширама.      - Давай тогда я тебя подстригу, если она тебе так нравилась? – Мито тут же нашла ножницы на столике. – И как называется прическа, как она выглядела?      Вроде бы неправильно делать что-то такое импульсивное, когда на пороге гости. Вот и Аюри, девочка из клана Узумаки, ее личная помощница, говорит, что Мито поглупела и размякла от любви…      - Называется? – Хокаге задумчиво отвел взгляд от жены. – Вроде «горшок»… Мило, да?      Рука Мито с ножницами дрогнула над его головой, и жена отложила их, став просто разглаживать волосы мужа.      - Знаешь, а тебе и так хорошо. Просто будешь каждый день голову мыть. Я сама буду ухаживать за твоими волосами! – Мито сурово кивнула себе, чуть ежась от представления самого великого воина их времени с детской прической. Даже не всем детям шла такая, не говоря уже про взрослых. И если на ком другом она не вызвала бы у воспитанной леди Мито никакой реакции, на голове супруга - это будет апокалипсис. Его и так не все всерьез воспринимают, пока не столкнуться с ним в сражении!      - Жаль… Мне очень нравилась. Хотя Мадара насмехался над ней…      - Ну, - Мито немного нервозно гладила мужа по волосам, а потом успокоилась, подняла его лицо к себе, придумав решение, - когда-нибудь у нас будут дети. Пока они маленькие, мы можем делать им любые прически…      Глаза Хаширамы загорелись, он с восторгом смотрел на мудрую жену. И тут за закрытыми седзи раздался недовольный голос Тобирамы.      - Голубки, вы там не забыли, что гости едут. Готовы встречать их?      - Никакой почтительности, - усмехался Хаширама, довольными глазами глядя на Мито и крепко обняв жену. – А я ведь Хокаге.      - Мой Хокаге, - кивнула Мито, заставив румянец поселиться на его щеках до самой встречи гостей.      Хаширама дал себе еще несколько минут в сладостных объятьях жены, напитываясь силами для новых сражений, даже если только словесных. Образ будущих детей с милыми прическами заряжал энергией любви для нового дня.      - Когда-нибудь…