просто увидев

Какаши Хатаке вдохнул полной грудью. Вот уже несколько дней у него не просто хорошее, а отличное настроение – и это даже заходя в свой рабочий кабинет Хокаге, вечно заваленный стопками документов в его рост, которые он обязан прочитать аки Золушка, до полуночи. И он бы сказал, настроение с налетом весны. Когда тепло, птички поют, цветы распускаются и девушки ходят в мини-юбках. В частности, про девушек Какаши стал крайне внимателен. Он будто проснулся несколько дней назад и отчаянно решил: хочу влюбиться. Вот прямо сейчас, вот прямо немедленно. Хочу! И сейчас все женщины в его окружении, не зная того, проходили тщательный отбор на даму его холостяцкого, но нежного сердца.      Вероятно, пугало то, что Какаши по первому настрою было почти все равно с кем замутить историю любви. Он просто был настроен и вдохновлен – необыкновенно и жадно. Но когда его глаза привыкли к тому, что женщин его окружает о-го-го, да и все такие разные – невольно включился отбор на избранную. Хотя бы потому, что заглядываться на старушек или, тем более, девочек-генинов, не в его вкусе. Да и прослыть Хокаге-извращенцем что-то не цепляло. Мигом для него категории «постарше» и «помоложе» превратились в массовку, которым он доброжелательно улыбался – и хватит с них.      Но одна старушка отсеиваться не хотела. Мужские глаза Какаши, может потому, что без шарингана, но видели перед собой спелую плоть красотки. А разум, как дятел долбил мозг, чтобы он не сделал и не сказал лишнего, соблазняя и очаровывая: ведь красотке пусть и не сто лет в обед, однако скоро будет под шестьдесят. Да, речь шла о его предшественнице на посту Хокаге – легендарной куноичи, внучке Первого и Основателя деревни – Цунаде Сенджу. Целительница использовала особые печати, которые придавали ей, годившейся ему в матери, возраст его взрослой, но младшей сестры. С одной стороны, все так и шептало попробовать с ней закрутить, особенно вблизи оценить ее молодое тело – а оно было безупречно красиво, в духе романов Джирайи. Но Какаши на импульсы не поддавался, сохраняя в себе стойкость солдата, забывавшего о мужском, когда перед ним определенная задача. Задача была проста: он не хотел мимолетной связи, даже если она, как в тех же романах, будет полна чудес и воспоминаний на года. Он будто разродился к именно что долгим отношениям. Тем более, скоро скинет с себя ярмо поста Шестого Хокаге – пусть Наруто отдувается. Выйдет на пенсию, найдет себе какое-нибудь спокойное занятие – он подумал открыть библиотеку для взрослых в укромном уголке, где бы таким же отчаянным и одиноким можно было бы где-то уединиться на пару с прекрасным. Какаши считал, что читать – это прекрасно. Читать романы Джирайи или что-то в этом духе – это право каждого занятого делами мужчины, которому было не до любви. И нет никаких пошлостей, всего лишь свидание с книгой и историей о нем и о ней. Иногда о нем и о них - много "них". Потихоньку он даже собирал коллекцию подобных историй…      И возвращаясь к Цунаде, у него не было принципов и предубеждений по поводу возраста любви. Если бы втюрился в нее, то да. А так, пока лишь интерес к телу молодой старушки, что как-то не сильно похоже на начало великой истории любви.      А вот Шизуне, ставшая ему очень нужной помощницей – это вариант. Немного старше, но это не десятки лет. Она привлекательна, в меру болтлива, и как-то ему довелось увидеть чудо. Нечто исключительно женское от нее. На днях обедая с ним, обычно скромная Шизуне, когда кому-то стало плохо в ресторане от аллергической реакции, резко встала и выставила ногу в кимоно на стул, обнажив бедро и стройную ножку почти до самого «не балуй», вытащила закрепленный на ремне аппетитной ляжечки инструмент, и бросилась помогать. Женщины-медики фетиш из фетишей. В Шизуне плохо лишь одно: она человек Цунаде. И начав с ней отношения, Какаши, как мамочку, будет наблюдать и ее начальницу. Уверенный даже в том, что Пятая не будет особо вмешиваться, а несколько дерганная и нервная Шизуне не сможет дистанцироваться в отношениях. Какаши же хотелось легкости отношений, романтики, воздушности влюбленности, а не переживаний, что чем-то обидел-недопонял Шизуне и на его голову точно падет кара небесная в виде каблука туфли Цунаде…      Недавно он встретил Куренай, она гуляла с маленькой дочкой Мирай и Какаши подумал: а почему нет? Готовая семья. Не надо гадать, не надо что-то думать, еще и ребенок в более милом возрасте, когда уже все сама спешит делать. И отчасти это как бы «присмотреть за женщиной друга»… Не, а вот это стрем. Куренай видная женщина, красивая, но сейчас замкнулась в себе и ребенке. Даже если решится, кажется, он там будет совсем лишним. И если она до сих пор горюет по Асуме – нехорошо получится.     А вот Аяме – милашка же! И готовить умеет, и веселая, и характер у нее что надо. Готовая невеста. Только и у нее есть одно такое весомое «но» - Какаши придется почти на виду у ее отца приглашать девушку на свидания, крутить роман, флиртовать. Потому что, хотя Теучи может и мечтает о зяте, но он конкретный батя – без кругов ада дочку не отдаст… Да и есть вариант, что до конца жизни ему придется питаться лапшой, а он сейчас и так сидячий образ жизни ведет. Воздушности в этих отношениях точно не выйдет.      - Эх… - Какаши вернулся в свой кабинет, по дороге сканируя всех подходящих по возрасту девушек и женщин. Это он такой привереда? Вообще-то это нормально, что у каждого свои вкусы, и Хатаке не отказался бы пойти на свидания совсем не с его типажом – вдруг в беседе девушка откроется чем-то потрясающим? Ничего не поделать: он готов к любви, а стрелы амура все никак не найдут ему подходящую цель.      - Ну вот, опять он кряхтит, - проворчал Наруто.      - Не придирайся, это возраст, - деловито заметила Сакура.     Вот в Какаши и попала стрела, но не любовная, а стрела обиды. За что они так со своим сенсеем?! С недавних пор Наруто трудится в роли его помощника – это чтобы понял адский труд Хокаге и его подчиненных с первого ряда. Какаши чуть побаивался, что Наруто насмотрится монотонности и скучности работы, и передумает становиться Каге. Значит, не бывать милой уединенной и уютной библиотеки для холостяков? Сакура тоже тут, когда у нее есть время между своими делами в больнице или миссиями, она помогает Наруто помогать Какаши. В общем, бездельничают, а всю основную работу делают он, Шизуне и Шикамару. К примеру, сейчас Сакура устроилась на диване и листала какую-то книгу, а Наруто вроде бы должен был перебрать одну из стопок документации, чтобы посмотреть, что срочно, а что нет, но то и дело подходил к подружке и болтал с ней.      Вообще-то, когда они поодиночке, работают на совесть. Да и на Сакуру жаловаться грех.      Кстати о Сакуре – она ведь тоже девушка интересная. Он знает ее давно, любит даже – конечно, в данный момент как ученицу. Но влюбиться в юную красотку такому уставшему и отчаянно желающему любви мужчине – только скажите, он уже. Однако у нее пока и без того неясности на любовном фронте: с Саске непонятки, вроде как уходить с ним собралась, но сейчас постоянно проводит время с Наруто. Влезать в этот треугольник опасно для него уже не молодым разбитым сердцем. В его возрасте такое чревато пожизненной угрюмостью и мрачностью – он уже пережил подобное, будучи подростком, и только жить начал, радоваться. В общем, как бы порой не хотелось сорвать с Сакуры предупреждение «опасно», и оттолкнуть в сторону неопытный молодняк кавалеров, все еще не решающийся сделать нормальный шаг в признаниях – нельзя мешать юным сердцам. Хочется самому взять любовь в свои руки. Можно. Но… Здесь вероятно срабатывает что-то отцовское – девочка, пусть и не с младенчества, но росла у него на глазах, а отбирать ее у парнишек будто папаше отбирать самый вкусный кусок у ребенка.      В итоге, полностью готовый любить, Хатаке понимал, что пока ее не встретил. Возможно, он когда-нибудь увидит ее на улице, или она зайдет к нему в кабинет, или случайно столкнется с ней в парке. Кто она, как выглядит, будет ли он знать ее или же это окажется незнакомка? Какаши подождет.       Однажды, он все поймет и почувствует неизвестное доселе трепыхание сердце от нее. Просто увидев.