Мальчик, которого не должно было быть

В тот вечер, когда Волан-де-Морт пришёл в Годрикову Лощину, всё пошло не так. Не потому что Лили пожертвовала собой — это было ожидаемо. Не потому что заклинание отразилось — такое уже случалось в истории магии. А потому что в доме Поттеров был ещё один ребёнок. Он не плакал. Не звал на помощь. Он даже не дышал, когда Тёмный Лорд вошёл в детскую. Маленький Гарри лежал в кроватке — живой, обычный, уязвимый. А в тени комнаты стоял второй. Никто не знал, откуда он появился. Даже Лили не успела понять, почему в последние недели её тянуло к пустому углу комнаты, будто там кто-то есть. Волан-де-Морт поднял палочку. — Авада Кедавра. Зелёная вспышка разорвала воздух… и ударилась не в Гарри. А в того, второго. Мальчик не умер. Он просто… исчез. Заклинание отразилось, как и должно было. Волан-де-Морт пал. Дом разрушился. Гарри выжил. Но никто не заметил, что в комнате стало слишком тихо. Одиннадцать лет спустя. Гарри Поттер стоял на платформе 9¾, сжимая билет и оглядываясь по сторонам. Всё было новым, пугающим и одновременно захватывающим. Но с самого детства его преследовало странное чувство. Иногда, когда вокруг становилось тихо… он слышал дыхание, которое не принадлежало ему. В Хогвартсе всё началось почти сразу. Первой это заметила Гермиона. — Ты… разговариваешь сам с собой? — осторожно спросила она. — Нет, — ответил Гарри, слишком быстро. — Просто думаю. Но в ту же ночь он проснулся от шёпота. Ты не один. Гарри вскочил. Сердце колотилось. — Кто здесь?! Ответа не было. Только холод… и ощущение, будто кто-то стоит прямо за его спиной. На следующий день на уроке Защиты от Тёмных Искусств профессор Квиррелл вдруг замолчал на середине фразы. Он смотрел прямо на Гарри. Точнее — сквозь него. — Кто… стоит рядом с тобой? — прошептал он. В классе раздался смех. Но Квиррелл не шутил. Этой ночью Гарри впервые увидел его. В отражении зеркала. Там стоял мальчик. Точно такой же. Но с пустыми глазами.