Тот, кто живёт между

Зеркало Еиналеж показывало желания. Гарри знал это. Он видел родителей, видел тепло, которого у него никогда не было. Но теперь… Он видел нечто другое. Мальчик в зеркале не улыбался. Он не двигался. Он просто стоял рядом. И смотрел. — Кто ты? — прошептал Гарри. Ответ пришёл не из зеркала. А прямо в его голове. Я — то, что осталось. Гарри отшатнулся. — Осталось от чего?! От тебя. С этого момента всё изменилось. Гарри начал замечать, что вещи происходят без его участия. Двери открывались сами. Люди иногда оборачивались, будто кто-то прошёл мимо них. Свечи гасли, когда он входил в комнату. И главное — он перестал быть один. Тот мальчик… был всегда рядом. Он не говорил много. Но он наблюдал. И иногда… действовал. — Это невозможно, — сказала Гермиона, перелистывая книгу в библиотеке. — Не существует заклинаний, создающих второго человека без тела. — А если он не заклинание? — тихо спросил Гарри. Рон нервно сглотнул. — Тогда что это? Призрак? — Призраки не могут… — Гарри запнулся, — …трогать вещи. Гермиона медленно подняла глаза. — Он трогал? Гарри не ответил. Всё стало ясно на Рождество. Гарри снова оказался перед зеркалом. — Покажи мне правду, — сказал он. Зеркало дрогнуло. И на этот раз он увидел не мечту. А воспоминание. Лили стояла в комнате. Но в углу… было что-то ещё. Тень. Нет — ребёнок. Она смотрела на него. Прямо в глаза. — Я чувствую тебя, — сказала она тогда. — Кто ты? Ответа не было. Но в тот момент Гарри понял. Этот мальчик не появился позже. Он был там с самого начала. — Ты спас меня? — спросил Гарри в темноте. Долгая пауза. Нет. — Тогда кто? Я принял удар. Гарри перестал дышать. — Но почему ты жив? Потому что я не жив. И тогда правда раскрылась. Когда Волан-де-Морт направил заклинание, часть магии разорвала саму реальность. Создала разлом. И в этом разломе родилось нечто. Не душа. Не тело. А эхо. И это эхо привязалось к Гарри. — Ты… часть меня? — спросил он. Нет. — Тогда кто ты?! Долгая тишина. А затем: Я — то, кем ты мог стать.