Глава 2. Голоса в тумане

Утро наступило резко и неожиданно. Джекс проснулся как от толчка, растерянно озираясь по сторонам и не сразу вспоминая, почему находится в окружении сосен, а не в разноцветных стенах Цирка. Среди ветвей проглядывалось голубое небо, озаряя лес медленно нагревающимися светом, где-то далеко по стволу тарабанил дятел, эхом рассеивая стук по воздуху. Картина настолько умиротворяющая, что с трудом можно было поверить в то, как ночью под деревом бегала стая голодных псин в поисках добычи. Первые минуты Джекс не двигался, вслушиваясь в звуки леса. Волков поблизости не слышно, а это уже повышало как настроение, так и вероятность выжить. Джекс попробовал двинуться, и тут же сжался от боли. Резко втянув воздух сквозь стиснутые зубы, он осторожно сел и оглядел ногу, спустив её с ветки. – Да уж, – пробормотал ядовито. – Ты никуда не делась, красотка, я понял. Щепа всë ещё находилась внутри ноги, распухшей за ночь. Кожа вокруг потемнела и выглядела отнюдь не здорово. Поморщившись, Джекс отвернулся от неприятного зрелища и взял рюкзак. Звонко звякнула молния. Порывшись внутри, он вытащил банку консервированных персиков и вскрыл её ножом. В нос сразу ударил сладкий аромат, от которого во рту собралась слюна. Джекс приступил к завтраку, подцепляя большие дольки кончиком лезвия и попутно слизывая с пальцев липкий сироп. Трудно испытывать наслаждение от того, что не является настоящим, но что-то внутри подобные маленькие ритуалы всегда успокаивали. – Прям завтрак чемпиона, – хмыкнул Джекс, вытирая рот, и, замахнувшись, отбросил пустую банку далеко в чащу. – Вот бы чемпион дожил до обеда. Взгляд снова упал на рану. – Что ж, – выдохнул Джекс. – План не меняется: надо найти кого-то, у кого есть аптечка. Потому что по ощущениям, скоро я займу место Джоша Сандквиста и вместо него буду рядиться в костюм фламинго на Хэллоуин. Прыгать на одной ноге до конца приключения, пока Кейн не починит всех участников, ему совсем не хотелось. Спуск с дерева вышел ещё хуже чем подъем, но с некоторой долей успеха Джекс всё-таки справился. Идти по лесу днем было куда спокойней, нежели ночью, но, несмотря на всякую осторожность в выборе троп, боль отдавалась в ноге при каждом шаге, несмотря на опору на копьё. – Я скоро сам тебя отрежу, – проскрежетал Джекс, не выдержав и привалившись к соседнему дереву, чтобы передохнуть. – Панемом клянусь, ты меня доведешь. Он резко замолчал, услышав голоса. Пригнувшись и напрягшись, Джекс тихо двинулся в сторону приближающегося звука. Копьё аккуратно раздвигало ветки, позволив выйти на открытую, освещенную солнечным светом полянку. Первое, что увидел Джекс, была Гэнгл: стояла чуть сгорбившись и держала что-то в руках-ленточках. Когда под ногой хрустнула ветка, и соперница по игре резко обернулась, Джекс увидел голову Зубл. Он с довольной улыбкой шагнул вперёд, поднимая перед собой оружие. – Стой! – жалобно выдохнула Гэнгл. – С чего вдруг? По нынешним правилам я должен вас убить. Зубл закатила глаза. – Убери эту штуку, герой. Я сейчас не в том положении, чтобы уворачиваться или дать тебе под зад. – Вот именно! – радостно отметил Джекс и слегка наклонил голову в бок. – Мне кажется, момент просто идеальный. Минус два игрока за раз, быстро и красиво. Сначала Рагата, потом вы, – и вот я уже почти на финишной прямой. – Так смерть Рагаты всё-таки твоих рук дело, – пренебрежительно отозвалась Зубл. Джекс пожал плечами. – Думай, что хочешь. Мне плевать, ведь вы сейчас отправитесь за ней и как раз спросите. – Джекс, подожди! – запаниковала Гэнгл, когда тот снова к ним приблизился. Она взглянула вниз, а затем снова посмотрела ему в глаза. – Мы можем друг другу помочь! – Чего? – нахмурилась Зубл. – Помочь? – поднял бровь Джекс. Гэнгл отступила, прижимая к себе треугольную голову. – Прошлой ночью на нас напала стая костяных волков, – тихо сказала она. – Сначала окружил туман, а затем появились они. Мы с трудом отбились, но волки на куски разобрали Зубл… Мне удалось схватить только её голову и сбежать. – Какая занимательная история, – сухо похвалил Джекс. – А я-то тут причём? – Вместе с конечностями Зубл они утащили и наш рюкзак. Там была аптечка, – Гэнгл указала на его воспаленную ногу. – Помоги нам, и мы её отдадим. Тебе она понадобиться, потому что рана выглядит очень плохо. Джекс не двигался, напряжённо обдумывая её слова. Ему совершенно не хотелось влезать в это дело, но на ноге теперь даже стоять было больно, не то что передвигаться. Хоть сепсис ему и не грозил, но на общее состояние рана влияла, и он соврал бы самому себе, если бы сказал, что чувствует себя отлично. – Я могу лишить вас жизни, и сам отправиться за аптечкой, – предложил Джекс. – Какая разница, сделаю я это до или после. Зубл раздражённо вздохнула. – И будешь мотыляться по лесу неизвестно сколько времени, пока сам не помрёшь. Мы знаем дорогу и место, идиот. Да и выглядишь ты паршиво, чтобы кого-то убить, если честно. – Мы справимся, – Гэнгл грустно улыбнулась. – Если будем работать сообща. Джекс долго смотрел на них, пока с недовольным мычанием не провёл ладонью по лицу. – Вперёд навстречу своре местных динго, и пусть удача всегда будет с нами, – без всякого удовольствия протянул он и, опустив копьё, подошёл к Гэнгл. – Давай сюда. Та растерянно замерла. – Что? – Голову, – сердито уточнил Джекс. – Из нас двоих лук со стрелами у тебя. Будешь обеспечивать дальнюю оборону. Ну и не хочу смотреть, как ты уронишь её на первом же корне также, как постоянно разбиваешь свою маску комедии. Зубл саркастично усмехнулась. – О, мне уже нравится этот план. Гэнгл осторожно передала ему голову, которая оказалась на удивление не слишком тяжёлой. Джекс открыл рюкзак и положил её внутрь, не застегивая до конца. Навряд ли Зубл нужен воздух, но её глаза могли заметить неожиданную атаку со спины. – Если будешь много разговаривать, я тебя выкину, – предупредил Джекс. – Сначала своë е#$★о завали, а там посмотрим. Он поднял взгляд на Гэнгл. – Веди, Дэви Кроккет. Гэнгл развернулась в сторону леса, и Джекс последовал за ней, морщась при каждом движении. Долгое время они шли молча. Лес постепенно становился гуще, а заросли непроходимей. Цвета постепенно тускнели, оставляя только грязно-зеленые оттенки, освещённые тусклым светом. Воздух тяжелел и ощущался неподвижной прозрачной массой, в которой тяжело было двигаться и дышать. Гэнгл шла впереди, напряжённо удерживая лук наготове. Джекс следовал за ней, одной рукой опираясь на копьё, а второй придерживая рюкзак, болтающийся на плече. – Если ты меня трясешь специально, то я это потом припомню, – глухо раздалось из-за спины. – Зуби, тебе стоит поработать над своим доверием к людям, – ухмыльнулся Джекс и пошатнулся на скользком корне, зашипев сквозь зубы от боли. – С людьми у меня проблем нет, – отрезала Зубл. – Проблема в тебе. Разве не из-за тебя мы сейчас занимаемся всей этой ерундой, а не спокойно сидим в Цирке? – Повторяю ещё раз: идея приключения, где мы играем в «Голодные игры», была не моя, – начал злиться Джекс. – Скорее наоборот, я раздосадован, что не мне первому пришла такая мысль, окей? – А кто ещё мог такое придумать? – не успокаивалась голова. «Я точно скоро выкину тебя в ближайший куст, и тогда мы вообще от всех проблем избавимся», – мрачно подумал Джекс. – Это была я, – вдруг тихо сказала Гэнгл. – Моя идея. Джекс с долей изумления и недоверия уставился на её спину, медленно бредущую впереди. Гэнгл, не оборачиваясь, грустно прижала к себе лук. – Я написала, что хочу попасть в этот сеттинг, чтобы побыть дизайнером в Капитолии, – отозвалась она тоскливо, и в её голосе слышались подступающие слëзы. – Я бы придумала и нарисовала разные костюмы, а вы бы в них выступили. Но Кейн всё переделал, и вот мы здесь. Мне очень жаль. Простите меня. Джекс закатил глаза. Просто великолепно. Из-за того, что кто-то хотел поиграть в модельера и нарядить их в платьица, он тащит на своей спине самое ворчливое существо на свете, прется неизвестно куда по опасному лесу и у него скоро отвалится нога. – Гэнгл, ты не виновата, – мягко отозвалась Зубл. – Кейн часто переделывает наши задумки в угоду себе. Твоей вины тут нет. «Когда ж вы уже пососетесь», – мелькнула в голове недовольная мысль, и тут Джекс резко остановился. – Гэнгл! Та оглянулась. Джекс указал копьём вперёд. Среди густых зарослей орешника, на земле, слегка припорошенной гнилыми листьями, лежало продолговатое ярко-малиновое пятно. – Это рука Зубл! – обрадованно воскликнула Гэнгл, поднимая деталь и стряхивая с неё налипшую грязь. – Сомневаюсь, что у кого-то ещё в этом лесу валяются разбросанные запчасти, – хмыкнул Джекс и подошёл ближе. – Ого, а у пëсиков чешутся зубки. Выглядит изрядно покоцанной. И слюнявой. Эй, Зубл, слышишь? Ты очень понравилась представителям здешней фауны. Зубл выразила мнение очередным зацензуренным витиеватым ругательством, но Джекс равнодушно засунул в рюкзак её руку, которая сложилась в кулак с выставленным средним пальцем. – Значит, идем в верном направлении, – кивнул он. Гэнгл улыбнулась. – Я же говорила. Они пошли дальше, раз за разом находя новые детали Зубл. Чем глубже уходила дорога, тем молчаливей становился обветшалый лес. Ощущение, что за ними кто-то неуловимо наблюдает из теней густой чащи, нарастало с каждым шагом. Джекс не сразу осознал, как крепко стискивает в своей руке копьё. – Паршивенько здесь, – пробормотал он, оглядываясь. Гэнгл, вжавшая маску в плечи, обеспокоенно кивнула. Совершенно внезапно земля под их ногами закончилась, срезанная резким высоким обрывом, под которым гудел холодный ветер. Внизу раскинулся сосновый бор – хвойные верхушки тянулись острыми колпачками к небу, а под ними деревья утопали в плотном молочном тумане. Он был густой, больше похожий не неподвижный дым от огромного костра. И там, внизу, среди чёрных стволов раздавались короткие завывания и сухие щелчки. – Слышишь это? – спросил Джекс, осторожно вытягивая голову над обрывом. Глаза слезились от вспышек ветра, бьющих в лицо. Гэнгл кивнула. – Похоже, им не нравится солнце, – задумчиво протянул он. – И отправляются на перекус наши костяные знакомые по ночам, а днём прячутся в тумане. – Моё туловище, за которое зацепился рюкзак, находится там, – отметила Зубл. Его взгляд пробежал по раскинутой чаше леса, а затем переместился на свою почти целиком почерневшую ногу. Джекс тяжело вздохнул. – Гэнгл, держи лук рядом и не отходи от меня. Спуск давался тяжело. Пусть они и нашли наиболее пологую сторону обрыва, земля оставалась влажной и скользкой. Несколько раз Джекс почти сорвался, – нога реагировала на любой неверный шаг, – но вовремя успевал или ухватиться за ветку, или воткнуть копьё в почву. – Отличное место для прогулок, – прохрипел он. – Можем организовывать экскурсии и рубить на этом деньги, а, Гэнгл? Та что-то пискнула в ответ, продолжая аккуратно скатываться вниз. Чем ближе они подступали к лесу, тем более рассеянным становился воздух, постепенно принимая путников в объятия тумана. Он не окружал их сразу, наоборот, медленно и постепенно принимал в себя подобно воде, – сначала до колен, потом до пояса, и вот, наконец, они нырнули в него с головой. Под подошвами сапог появилась плоская земля, но на расстоянии шести футов уже ничего не было видно за абсолютно белой пеленой. Копье пришлось выставить перед собой на случай защиты. – Проклятье, – с досадой выдохнул Джес, чувствуя нарастающую панику. Нога за ним еле волочилась. Где-то впереди раздался щелчок. Джекс с Гэнгл замерли на месте. Щëлк. Щёлк-щëлк. С каждым хрустом и скрипом, казалось, звук приближался, вальсировал вокруг, не давая понять, откуда именно доносится. – Надеюсь, ты умеешь стрелять, – сглотнул Джекс. – Если честно, только из автомата, – прошептала Гэнгл. – Да, я бы тоже не отказался от пушки… Джекс прижал уши к голове от дикого воя, разрезавшего воздух. Они обернулись, но перед ними были только туман и пустота. Вой так же резко затих, оставляя их в ужасающей тишине. Джекс неуверенно шагнул вперёд, понимая, что стоять на месте совсем не безопасно. Копьё продолжало острым штыком защищать его спереди и проверять расстояние на наличие кустов или острых веток. Голова медленно тяжелела, а перед глазами начинало мутнеть. – Эй, Гэнгл, – Джекс повернул к ней голову, – хочу сказать, чтобы ты… Но Гэнгл рядом не оказалось. Сердце на секунду дрогнуло. Джекс торопливо огляделся. – Гэнгл! – несмело позвал он, опасаясь привлечь внимание костяных тварей. – Джекс! Где ты? Джекс шагнул в сторону по направлению голоса Гэнгл, но тут же звук переместился, оказавшись у него за спиной. – В чем дело? – спросила Зубл. – Где Гэнгл? Я ничего не вижу! – Я… Я не знаю, – Джекс облизнул пересохшие губы, метаясь взглядом по бесконечному бело-серому полотну вокруг. – Так ищи её! – разозлилась Зубл. – Заткнись! Ты сейчас ни черта не помогаешь, – ощерился Джекс и дёрнулся в сторону, где снова послышалась Гэнгл. – Что за?.. – Джекс резко обернулся и снова позвал, но девичий голос звучал одновременно в разных местах, как будто его владелица перемещалась в пространстве с удивительной скоростью. Джекс нервно вытер рукой выступивший холодный пот, чувствуя как становится тяжело дышать. Желание сорваться с места и просто дать дëру, куда глаза глядят, лишь бы скорее вырваться из плена тумана, накрывало с каждой новой секундой. В этот момент что-то под его ногами начало двигаться. Не успев даже выдохнуть, Джекс ощутил, как огромный кусок земли, на котором он стоял, начал сыпаться и внезапно обвалился вместе с ним вниз. Сухие ветки и корни впивались со всех сторон, пока Джекс не провалился на дно оврага. Нога взорвалась болью до такой степени, что дух выбило из груди. Джекс попытался оглядеться, глотая ртом воздух, который остро резал легкие. Копье валялось рядом с ним, а вот рюкзака с головой Зубл нигде не было, – похоже, слетел с плеча, когда он катился с крутого склона. – Джекс! – раздался голос Гэнгл откуда-то сверху, искаженный туманом. Он попытался подняться, но ничего не вышло. Нога полностью онемела и не двигалась. В тяжелой голове вязко перекатывались мысли, с трудом формируясь во что-то ясное. – Я… я сейчас, – выдохнул он хрипло и схватился за ближайшую корягу, чтобы встать, но по итогу просто подтянулся к ней и тяжело сел, приходя в себя. Туман вокруг стал плотнее, полностью поглотив силуэты деревьев и звуки. Джекс не видел ничего на расстоянии вытянутой руки и, что окончательно привело его в состояние паники, исчезли все запахи леса, оставив только сырость и полное пустое ничего. Едва различимые стволы сосен медленно отодвигались от него, хотя сам он сидел на месте, а туман подступал всё ближе, откусывая дюйм за дюймом ещё видимой земли. Джекс обхватил руками голову, с силой зажмурившись. В горле и ушах бешено стучала кровь, перегоняемая болезненно грохочущим сердцем. И тогда он услышал её. – Джекс… Он замер от сразившего ужаса. Голос раздавался одновременно и вокруг, и внутри его головы. – Не сейчас, – слова с губ сорвались едва слышно. – Джекс, – его имя было произнесло совсем рядом, как если бы говорившая стояла прямо перед ним. – Уходи, – прошептал Джекс, сжимаясь в комок. – Ты не настоящая. – Ты всегда так говоришь, – ответ прозвучал тихо и очень спокойно. Джекс нерешительно открыл глаза. Риббит стояла перед ним, окруженная белой поволокой, такая четкая и живая, как будто, как и раньше, просто заглянула к нему в комнату, чтобы рассказать о чем-то обычном, но очень тëплом и интересном. Тот же яркий галстук-бабочка на шее, тот же наклон головы, тот же слегка усталый взгляд, который никто кроме него не видел. Джекс вжался в корень позади себя и разозлился на себя за это. – Тебя не существует, – резко сказал он. – Я видел, как ты абстрагировалась. Это тупые галлюцинации в идиотской игре Кейна. Риббит слегка пожала плечами, а затем мягко присела на корточки, оказавшись на одном уровне с Джексом. Её взгляд оставался усталым, а в больших черных глазах замерло отражение его перепуганного лица. – Да, – она согласилась так легко, что стало не по себе. – И кто в этом виноват, Джекс? Кто оставил меня одну? Кто отказался от памяти обо мне, предпочитая делать вид, будто меня никогда не существовало? – она медленно протянула руку и указала на него. – Глупый-глупый маленький трусливый кролик. Джекс судорожно сжал рукоять копья, лежавшего рядом. – Пошла прочь! Копье пронеслось сквозь неё, не причинив вреда. Риббит нежно усмехнулась, опустив голову. – Ты продолжаешь считать это всё игрой, потому что так тебе становится легче. Игнорировать и веселиться гораздо проще, чем принять собственные чувства, верно, Джекс? – Замолчи, – его голос сорвался. Риббит улыбнулась. – Когда осознаешь, что всё по-настоящему, станет слишком поздно, чтобы спастись. – Уйди от меня! Ты – лишь выдумка моего сознания! Риббит кивнула. Туман вокруг начал пульсировать и дрожать цифровыми помехами. – Ты прав. Я не настоящая, – она подняла голову. В её глазах искрились разноцветные всполохи абстракций, а часть лица почернела. – Но то, что ты сделал, было настоящим. И тебе никогда от этого не сбежать. Объятый ужасом, Джекс рванулся в сторону, не видя перед собой ничего. Его руки и ноги загребали землю и листья в безуспешной попытке скрыться от холодного липкого страха, сковавшего всё тело. Мир вокруг перестал существовать, потому что в голове билась всего одна фраза: «Беги!». – И снова бегство, – раздалось тихое разочарованное эхо. – Ты всегда был трусом, Джекс, не так ли?.. Громкий щелчок, раздавшийся в полной тишине, напомнил раскат грома на чистом ясном небе. Джекс не сразу понял, что произошло, рухнув лицом в землю от того, что что-то схватило его руку. Перед глазами сверкнула яркая белая вспышка, за которой последовала неимоверная боль от металлических зубьев в руке, вырвавшаяся из горла громким криком. Капкан. Джекс схватился свободной рукой за землю, но пальцы не слушались. Дыхание разрывало грудную клетку, перед глазами всё плыло в бледной неясной дымке. Силуэт Риббит возвышался над ним, как исполнитель приговора над виновным. – Хватит… – просипел Джекс, не осознавая себя. – Хватит, хватит, хватит… Темнота подступала слишком быстро. Силуэт приблизился к нему, обретая очертания, – округлые, красно-синие, до отчаяния знакомые. Сквозь мглу проступило лицо Помни, наполовину скрытое платком. Она упала рядом на колени и обхватила безвольное тело руками. – Джекс! Ты слышишь меня? Не дыши туманом!.. Он пытался уловить смысл её слов, но стремительно провалился в черную пустоту. Голова слишком тяжёлая, а боль разрывала тело на части. Последнее, что он ощутил, – мягкие ладони на своей щеке, а затем закрыл глаза, окончательно теряя сознание.