Глава 1. Хорошие – плохие девочки и мальчики

Лера Москвина не любила хоккеистов, работая при этом уже как 6 месяцев пресс-секретарем и пиарщиком «Акул Политеха». Иронично, не правда ли? Всё началось зимой прошлого семестра, ровно тогда же, когда отношения её сестры постепенно разваливались на глазах у неё самой и всего универа. Казанцев Вадим Юрьевич с лёгкой подачи своей руки всё же не дал распустить команду после провального периода, когда «Акулы» буквально трещали по швам из-за неудач и провалов на ледовой площадке. После ухода прошлого SMM-менеджера Даши Колодиной он быстро понял, что ситуация требует не просто замены, а человека, который сможет не утопить команду окончательно. Так, на эту должность он и затащил Леру – почти случайно, почти впрямую, без долгих собеседований и формальностей. Главное, пообещал прикрывать её отсутствие на лекциях, а также частично снять с неё часть обязательств, связанных с выполнением и сдачей практических работ и курсовых проектов в срок. Так, у нее появилась отсрочка и чуть больше времени на сдачу материала. Чего, в тайне, наверное, желали бы все студенты её потока. Тогда Лера училась на втором курсе журналистики и очень хотела доказать маме, что уже взрослая: может сама зарабатывать и не зависеть ни от кого. Предложение Казанцева стало для неё удобным шансом – пусть и с сомнительным окружением, но с реальной работой и первым серьёзным опытом. И именно в этом окружении она впервые по-настоящему столкнулась с тем, что потом надолго определило её отношение к парням–хоккеистам. Постарался именно бывший парень её сестры, Кирилл Егоров. Сначала он казался Лере обычным: громким, уверенным, слишком самодовольным, как и большинство из команды. Но очень быстро за этим образом начали появляться детали, которые она запоминала лучше всего. Резкие слова в адрес Лизы, часто «я занят», даже когда он просто не хотел разговаривать, и привычка всегда выходить из любой ситуации так, будто виноваты все, кроме него. Вишенка на тортике – подозрения в измене, которые выдвинула ему Лиза, застав в его квартире какую-то девчонку. Правда ли измена была или это было лишь прискорбное совпадение – не знает никто. Егоров выкрутился, как обычно, обставив всё так, будто его девушка – недалёкая дурочка, которая, не разобравшись в ситуации, кинулась обвинять своего несчастного парня. Лера видела больше, чем хотела бы. Видела, как сестра сначала оправдывает его, потом молчит, потом снова улыбается, будто ничего не происходит. Хотя по ночам она плакала в подушку, а утром сразу проскальзывала в ванную, прикрывая ладонью опухшее от слёз лицо и подолгу держала патчи под глазами. Лера даже заметила, что Лизка стала подворовывать у неё капли для глаз, спасаясь от покраснений. Эту баночку Лера молча оставила в комнате старшей сестры, купив себе новую. И чем дольше это тянулось, тем сильнее у Леры закреплялось простое правило: хоккеисты – это не всегда, но сложно, иногда громко и почти никогда не спокойно. Теперь, работая пресс-секретарем «Акул Политеха», она это правило старалась не забывать. Даже если сама система каждый день его опровергала. Захар Дергачёв и Димка Федорцов, конечно, в её глазах стояли на ступеньку выше, но это скорее исключение из правил, нежели повод пересмотреть всё отношение к хоккеистам в целом. Хотя один «грешок» за Лерой всё же был: фотографий и видео с защитником и вратарём команды на сайте универа накопилось заметно больше, чем с тем же Егоровым.

****

– Валенцов, ты можешь отклеиться от борта и выкатить шайбу к воротам? Или тебе там мёдом помазано? – Андрей Викторович, или как обращался к нему Егоров, «коуч», только то и делал, что срывал голосовые связки на первой тренировке в новом сезоне. – Низом бросай! Быстрее! Пас пошёл вдоль синей линии. Шайба с глухим звуком ударилась о борт и отскочила в центр. Сразу же перехват, столкновение, короткая силовая борьба. Удар и шайба валяется уже где-то в сетке за спиной у Федорцова. – Ну, что скажешь? – Вадим Юрьевич стоял позади Кисляка опираясь на бортик и чему-то улыбался. Сзади него маячил силуэт девушки с телефоном и фотиком в руках. – Пока впечатляет только вратарь. Видно, что профи и порядок с дисциплиной. Кстати, он первый пришел на тренировку. – Значит будем брать? – Хватаем обеими руками, – тренер явно был доволен новым голкипером, которого подогнал генеральный менеджер команды. – Закончили двухсторонку! Ребят, подъехали ко мне. Ну что, во-первых, всех поздравляю с первой тренировкой в сезоне. А во-вторых, – продолжил он после одобрительного постукивания клюшками по льду, – по итогам просмотра поприветствуем новых игроков нашей команды. Это: Родион Щербаков – защитник; Влад Филаткин – нападающий; Саша Сокол – вратарь. Сразу же послышались радостные восклицания от Акул и несколько шутливых свистов со стороны команды. Правда, тишина накрыла ледовую площадку стремительнее улюлюканий, когда «пацан-вратарь» Саша поднял защитную маску, из-под которой показалось довольно миловидное личико нового игрока. – Чё? – Егоров озвучил кажется мысли всех своих сокомандников. А Лера успела запечатлить этот момент для будущей статьи про пополнение хоккейной дружины. – Это что шутка? – Что? Регламент разрешает, – попытался смягчить ситуацию Казанцев. – А я нет. – Кисляк явно не такого «подарка» для команды ждал. – Девушка, спасибо. Для вас тренировка закончена. «Видимо, не видать мне резонансной новости для сайта», – подумала Москвина. – А, то есть, это я вам не подхожу, да? – Саша прищурилась, опираясь на клюшку и даже не пытаясь скрыть усмешку. «А девчонка не промах». Явно не из тех, кто молчит и тихо разворачивается к выходу. Она говорила спокойно, но уверенно, не отвела взгляд и даже не моргнула лишний раз – наоборот, чуть наклонила голову, оценивая всех так же, как они её. – У меня опыта больше, чем у всех ваших игроков. – Девушка, вы свободны. – Да ладно, Андрей Викторович, пусть остается. – усмешка. – Нам вот насчет опыта очень интересно, – «когда-то капитан» Егоров, конечно же не мог промолчать и не обратить внимание на свою персону. Придурок. «Молодец Лизка, что с ним порвала. Как только терпела этого придурка?» – Я сказал, покиньте площадку. Ребят, продолжаем упражнения. Поехали! – Да пошли вы! – не удержалась Сокол и все же покатила на выход со льда. В след за ней вещи стала собирать и пресс-секретарь. Работу свою выполнила, фоток нащелкала, и даже видос записала. Правда, может он и не пригодиться, ведь в главной роли Сокол в воротах, а как теперь стало ясно всем – девчонке в команде не место. Новенький айфон, на который удалось накопить отложив бо́льшую часть со своих зарплат, разрывался сообщениями и звонками. Мама писала о каком-то списке продуктов и спрашивала, когда дочь будет дома. Лера то знала, что родительница не одобряет её «подработку», но ничего не могла с собой поделать – иметь преимущество перед другими однокурсниками, а именно возможность сдавать работы позже, подстраивать график под себя и не зависеть от дедлайнов казалось слишком сладким, чтобы от этого отказываться. Эти же однокурсники в общем чате уже делили темы для очередного курсача, хотя казалось бы, учебный год только начался. Лиза скидывала фотки из магазина, примеряя платья разных цветов и фасонов и выбирая «то самое», в котором Валенцов (или всё же Егоров?) упадет к её ногам сегодня на вечеринке в клубе. Что именно они празднуют, Лера так и не поняла, но спонсором вечеринки выступил Егоров, пообещав отметить «как надо». Вероятнее всего, поводом стал старт нового игрового сезона, в котором «Акулы» участвуют в международном турнире среди университетских команд за Кубок дружбы. В таком случае отмечать что-то серьёзное было рановато – тем более, первый матч уже завтра. Из общей привычной картинки выделялся только один контакт – звонки от него были такими же неуместными, как Саша Сокол в команде, по мнению Кисляка. – Какого фига ты мне названиваешь? – уже выйдя в душный, по сравнению с ледовой площадкой, коридор, ответила она на звонок. Голос у Леры стал резче, чем обычно. – Нет, не могу, – огрызнулась. – Потому что я работаю и учусь. А, и ещё у меня есть семья и друзья, и вот ты в списке моих интересов пока где-то в самом низу, – она чуть протянула букву «а» в предпоследнем слове, явно раздражаясь всё сильнее. – Так что отвали, у меня сейчас нет времени на тупые разговоры и эсэмэски. Блондинка с холодными голубыми глазами сейчас выглядела куда жёстче, чем обычно: челюсть напряжена, взгляд острый, быстрый. На ней была красная свободная льняная рубашка, накинутая поверх белого топа, и она постоянно перехватывала её полы пальцами, резко размахивая ими, пытаясь хоть немного охладиться. – Сам разберёшься, – коротко бросила она в трубку, не дожидаясь ответа, и сбросила звонок. На секунду Лера просто замерла, глядя на дисплей и быстро смахивая вкладку с коротким диалогом, открытым в инстаграме. Собственно через эту социальную сеть ей и позвонили. Если бы знала, закрыла профиль. Резко выдохнула – или с облегчением, или с раздражением, и убрала телефон в карман. «Наверное, пора домой». – Лера, подожди секундочку. Генеральный менеджер команды окликнул её как раз в тот момент, когда девушка думала завернуть за угол и направиться к выходу из спорткомплекса. – Да, Вадим Юрьевич? – В общем так, – наконец сказал он. – До завтра на сайте университета, ну в разделе про нашу команду, должна быть статья про новых игроков. Про всех новых игроков. – И про… – Лера уточнила, уже догадываясь, к чему идёт разговор. – Да, про Сокол тоже, – коротко кивнул Казанцев, бросив взгляд в экран телефона. – Так, Андрей Викторович же… – Я с ним ещё переговорю, но одно могу сказать точно – этот вратарь будет в нашей команде! Он ещё сильнее зажал телефон в руке, продолжая нервно им жестикулировать. Лера как-то читала в интернете, что в психологии активное размахивание телефоном часто свидетельствует о высоком эмоциональном накале, раздражении или попытке доминировать в разговоре. Нервишки то шалят, а, Вадим Юрич? – Твоя задача – повесить статью на сайт. Без банальщины, но так, чтобы все головы выворачивали, когда Сокол пройдёт по коридору. Это понятно? Лера усмехнулась, чуть склонив голову. – Понятно. Ваш хейт – это просто мой пиар. Типа «сенсация века: держитесь, противники, девчонка в воротах». – Типа того, – коротко подтвердил Казанцев. – Вот. Он протянул ей папку, всё ещё удерживая телефон в другой руке. – Тут информация, которая поможет тебе написать не просто про «девчонку», а бывшего игрока женской сборной по хоккею! – Ого, – Лера приняла папку, быстро пролистав страницы. – Поняла. Всё сделаю в лучшем виде. «Интересненько, однако».

****

Лера вышла из здания спорткомплекса, на ходу поправляя ремешок сумки и уже мысленно прокручивая вечер. В её планах всё было просто: на автобусе домой, быстро написать статью про Сокол, выкинуть её на сайт универа, а потом – ванна, музыка, сборы на вечеринку. Такие ритуалы Лера любила, как, наверное, любая девчонка. Клубы и потанцевать она тоже любила, а если такое удовольствие ещё и бесплатное – вообще прелесть. Уже хотелось поскорее сменить светлые джинсы и топ на что-то более праздничное, а повседневные кеды – на босоножки. В шкафу как раз был подходящий вариант: светло-голубой комбинезон – спереди как юбка, сзади шорты, с открытыми плечами. Идеально для клуба. Телефон снова завибрировал в кармане. Тот самый навязчивый звонящий. Лера не стала долго думать – привычным движением нажала на самолетик и убрала телефон обратно. Не сейчас. Свежий воздух на улице после душного коридора показался почти приятным. Она сделала пару шагов вперёд… и услышала: – Лера. Голос был знакомый, и от этого немного неприятный. Кирилл Егоров стоял чуть в стороне у входа, как будто специально ждал её. Спокойный, уверенный, в той же манере, как всегда – будто проблем в его жизни не существовало, а если и были, то папочкина кредитка всё разрулит. – Ты на вечеринку тоже идёшь? – спросил он, как будто между делом, подходя ближе. – Возможно, – коротко сказала она. Кирилл кивнул, будто этого и ожидал. – Лиза там будет? – спросил он чуть тише, но всё так же буднично. Пауза получилась слишком ровной, чтобы быть случайной. Лера чуть прищурилась. – Я не её расписание, Егоров, – спокойно ответила она. – И не справочное бюро. Но если тебе так важно знать, то да, будет. С Олегом. А тебя я настоятельно прошу: не лезь в их отношения. У Лизы без тебя в жизни всё прекрасно. – Да? Ты так думаешь? Типа, чмокнулись в щечку и разбежались по разным этажам баиньки? – Не твоё дело. По крайней мере, она больше по ночам не плачет, – чёрт, зачем только это сказала? Лизка бы убила, если бы узнала. Кирилл усмехнулся краем губ, но ничего не возразил. Только на секунду в его взгляде мелькнула неуверенность, перемешанная с неприятным осознанием. Мысль о том, что Лиза могла плакать из-за него, на мгновение выбила его из привычной уверенной маски и оставила после себя неприятный осадок. – Ладно, – только и сказал он. – Увидимся на вечеринке тогда. Лера ничего не ответила. Просто развернулась и пошла дальше, уже мысленно возвращаясь к статье, к ванне и к плану вечера, в котором ничему и никому другому не было места.

****

Лиза Москвина встречалась с Кириллом Егоровым около года. По началу у них всё было легко: совместные вечера, шутки, общие друзья и возвращения к нему домой вместе. Они могли дурачиться, спорить, мириться так же быстро, как ссорились, и в какой-то момент это казалось чем-то устойчивым. Не известно, как для Егорова, но для Лизы точно. Позже новость, которая высадила в осадок младшую Леру и чуть не вызвала инфаркт у их мамы, Ольги Сергеевны. Всё по классике, совместная ночь у него в квартире, задержка, тест и Лиза подумала, что беременна. Бах! Разговор с Кириллом оказался холоднее, чем Лиза ожидала. Он не стал разбираться, сразу сказал, что это не его ребёнок, и разговор быстро перешёл в обвинения. Их отношения фактически закончились, но точку никто не поставил окончательно. Позже Кирилл вернулся. И в команду, откуда ранее его выставили, и в «отношения» с Лизой. Точнее, то что, от них осталось. Даже организовал Лизе день рождения – с тем расчётом, что это поможет вернуть её обратно. Но Лиза уже отдалилась. Эмоционально он для неё остался в прошлом. В это же время рядом появился Олег – спокойный, ровный, без лишнего давления. «Хороший мальчик», как окрестила его Лера. «Хороший» Олег, в противовес «плохому» Кириллу. Но ведь, хорошие девочки любят плохих мальчиков? Правда, может, это Лиза не такая уж идеальная «хорошая девочка»? Или Кирилл не однозначный «плохой мальчик»? В этот факт верится с трудом. Или вообще Олег Валенцов и окажется тем самым не подходящим, временным вариантом? Лера, правда, в это не углублялась. Ей было проще думать в других категориях: лишь бы Кирилл напрочь забыл дорогу и к двери квартиры Москвиных, и к сердцу её сестры. Она даже мысленно называла это молитвами – хотя ни одной настоящей молитвы не знала и в церковном смысле не умела просить ни о чём. Просто повторяла одно и то же желание, как заевшую мысль: чтобы он исчез. И всё же жизнь редко слушает такие «молитвы» всерьёз. Тогда какой же ответ на вопрос о том, каких мальчиков любят девочки? Лера сама не знала. Её прошлый и единственный партнер по отношениям был «посредственным», как говорила Лизка; «стабильным и ответственным», как торочила мама; и «скучным, но своим», как думала сама Валерия. С Юрой они сошлись ещё в конце школы и решили не расходиться после вступительных экзаменов. Так, пара со школьного вальса незаметно перетекла во взрослую жизнь. Которая, признаться честно, не была такой, какой казалась Лере раньше. Тогда, когда они танцевали последний танец в актовом зале родной школы; летом, когда купались за городом на озере; и в конце августа, когда вместе ходили подавать документы в университеты, всё было просто и понятно. Первые объятия, следом поцелуй. Первый секс в квартире Григорьевых, когда родители Юры уехали в отпуск. Куча фоток в сторис и необъятная гора общих планов на будущие. Они гуляли до темноты, ездили за город с бывшими одноклассниками и ребятами с параллели, обещая всем, что даже если разъедутся по разным городам, то раз в год стабильно будут собираться на такие же пикники и встречи. Но вот уже второе лето после выпускного, и от этих обещаний остались только редкие сообщения в общем чате и несколько лайков под старыми фотографиями. Каждый раз «давайте соберёмся» заканчивалось чьим-то «не могу», «работа», «сессия» – и всё снова откладывалось на потом. «Интересно, это у всех так?» – думалось Лере. – «Или только мы такие?» И так же плавно изменения подкрались и в отношения Лерки Москвиной и Юрки Григорьева. Изменилось всё. Он поступил на юридический, она – в журналистику. Разные университеты, разные люди, разные ритмы. Сначала они старались подстраиваться: встречались по вечерам, списывались, ходили на свидания. Потом разговоры становились короче, реже, более формальными. Как будто они оба постепенно выпадали из жизни друг друга, но продолжали делать вид, что всё нормально. Они проводили время вместе – но уже как-то привычно, без особого желания, просто потому что «так надо». Даже близость перестала быть чем-то естественным: всё чаще неловко, с паузами, с ощущением, что ни он, ни она до конца не понимают, зачем это продолжают. Лера ловила себя на мысли, что рядом с ним ей не хватает воздуха. Не из-за ссор – их как раз почти не было. Просто слишком тихо, слишком ровно, слишком безразлично. Слишком скучно. Оторвой Лера назвать себя не могла, но ведь ей всего-то девятнадцать! В какой-то момент они оба перестали притворяться. Без громких сцен, без попыток что-то изменить. Просто разговор, после которого стало ясно: дальше смысла нет. И вот сейчас был сентябрь третьего курса – первый месяц, когда Лера окончательно жила без него. И, как ни странно, это ощущалось легче, чем она ожидала.

****

Статью Лера написала быстро – почти на автомате. Несколько правок, громкий заголовок, цепляющий первый абзац, и всё уже было готово к публикации. «Лёд не делит на «мальчиков» и «девочек»: Саша Сокол в «Акулах Политеха». Она перечитала текст один раз, удовлетворённо кивнула и выложила на сайт. Казанцев заценит. Теперь оставался только вечер. После жаркой ванны и укладки волос Лера открыла шкаф и на секунду зависла. В руках у неё по очереди оказались кеды и босоножки на невысоком каблуке. Макияж она делала почти всегда одинаково – лёгкий, без ярких акцентов, максимум тушь, уложить брови, румяна и немного блеска. Сейчас добавила контуринга и подкрасила чуть ярче губы. Она посмотрела на босоножки на небольшом каблуке, потом на кеды. У Лизы были босоножки без каблука, но они были на размер больше. У мамы – более пляжный вариант, явно не для клуба. Лера вздохнула, покрутила босоножки в руках и, помедлив, отложила их обратно в сторону. – Да ну их, – тихо сказала сама себе. И просто надела белые кеды. Светло-голубой комбинезон сел идеально: открытые плечи, лёгкий силуэт, чуть игривый, но не вычурный. Волосы она оставила распущенными, слегка поправила перед зеркалом и, забрав сумку, закинув внутрь телефон, наконец вышла.

****

В клубе уже было шумно. Музыка, свет, знакомые лица команды, которые Лера сразу заметила за дальним столиком. Акулы были почти в полном составе – кто-то смеялся, кто-то спорил, кто-то уже явно был в настроении праздника. Лера пробралась между столиками и подошла ближе. За столом уже сидели Олег и Лиза, Захар и Мила. – О, пресс-служба пришла, – заметил кто-то из ребят с лёгкой усмешкой. Лера только фыркнула и спокойно опустилась на свободное место рядом, закидывая сумку назад на диван. – Я человек, который сегодня заслужил бокал. Я, между прочим, больше вас всех работаю. Умственный труд, знаете ли, … – спокойно ответила она, переводя взгляд на Лизу и чуть приподнимая бровь. – Что это у тебя? – она вдруг резко выхватила Лизин бокал и прищурилась, рассматривая напиток на свету. Сестра тут же возмущённо подалась вперёд, чуть не опрокинувшись на диване. – Эй, вообще-то это мой! – Лиза нахмурилась, скорее по привычке. Лера даже не обратила внимания. Она спокойно принюхалась, потом сделала один глоток через трубочку и довольно кивнула. – Ммм… джин-тоник, – протянула она с лёгкой ухмылкой. Лиза закатила глаза и откинулась обратно на спинку, скрестив руки на груди. – У тебя вообще совесть есть? – Иногда просыпается, – лениво ответила Лера и поставила бокал обратно, но уже ближе к себе, чем к Лизе. Рядом, чуть усмехнувшись, Олег наблюдал за ними, закинув руку за спину своей девушки. – Олеж, – Лиза повернулась к нему, чуть наклонив голову, – принесёшь ей с бара такой же? – Минутку, дамы, – спокойно ответил он и уже начал подниматься из-за стола.

****

Потасовка оборвала этот вечер резко и не вовремя – как будто кто-то переключил рычаг. Лера как раз была на танцполе с девчонками, полностью уйдя в музыку. Свет мигал, звучал знакомый молодёжный трек, все смеялись, двигались без особого смысла, просто под настроение. Кобякова приглянулась Лере больше всего. Они как раз обсуждали, какие витамины можно попить Лере, чтобы хоть немного спасти быстро «устающее» зрение от постоянного телефона, когда начался настоящий цирк. Сначала – резкий шум со стороны бара. Потом движение толпы, кто-то отшатнулся, кто-то вскрикнул. И уже через секунду стало понятно: Кирилл Егоров сцепился с каким-то парнем. Музыка ещё играла, но будто на фоне – все смотрели туда же. – Да вы издеваетесь… – тихо выдохнула Лера, опустившись на диванчик и сложив руки на груди. «Девушка» Кирилла, как он её всем представил, начала что-то говорить по поводу самого Егорова, его бывшей и что вообще всё это только, для того чтобы позлить Лизу. В принципе, в стиле Егорова. И даже когда обсуждение и общий накал чуть спали, ребята всё равно потянулись к выходу, обсуждая на ходу, что произошло. Лера медленно выдохнула, убрала волосы за ухо и посмотрела в сторону выхода. – Ну конечно, – пробормотала она. – Без сюрпризов никак. И вместо нормального вечера остался только шум, суета и ощущение, что всё опять пошло не по плану. Опять из-за Егорова. У выхода уже было прохладнее. Люди толпились, кто-то спорил, кто-то смеялся, кто-то вызывал такси. Именно это собиралась сделать и Лера. – Я сейчас такси вызову. А сестра где? – сказал Кирилл напряжённо, даже не спрашивая, а скорее утверждая. Лера посмотрела на него пару секунд. – Мы сами справимся, – спокойно ответила она. Чуть усмехнулась, и достала телефон. Двери клуба повторно открылись и к ним тут же подошли. – Мы на такси, – коротко сказал Олег рядом, обнимая Лизу за плечи. – Вместе поедем. Лера только кивнула и бросила на уходящего Кирилла быстрый взгляд. – Я как раз собиралась. «И на что этот индюк только рассчитывает? Разве не понятно, что Лиза уже занята.» В момент, когда Валенцов отошел к остальным ребятам, а старшая Москвина обернулась и посмотрела на Егорова, Лера не выдержала. – Не смотри на него, идиотка! Или хочешь опять увязнуть в этом стихийном бедствии по имени Кирилл Егоров?! – тихо, сквозь зубы, так чтобы услышала только Лиза, сказала она и дернула сестру за руку, переключая внимание на себя. – Никуда я не смотрю. Просто что-то его «девушки» тут не наблюдаю, – сказала она, и в её глазах Лера заметила тот самый блеск, который появлялся у Лизы в детстве, когда ей дарили новую игрушку или когда она получала пятёрку на экзамене. Или, когда познакомилась с Кириллом Егоровым. Вот только, когда расходились, глаза сестры уже так не блестели. Лера тяжело выдохнула, сжав пальцы Лизы чуть сильнее, чем нужно. – Мне вообще всё равно, кто там у него есть или нет, – отрезала Лизка. – Просто не начинай. – Девчонки, наше такси приехало, – выкрикнул Валенцов уже у парковочных мест, открывая дверь серого автомобиля. Только в машине Лера вспомнила, что так и не выключила режим полёта на телефоне. Экран тут же ожил – посыпались сообщения из чатов и университетских групп. Особенно активничал чат Акул, куда все подряд пересылали фотки с тусовки. Кто-то из пацанов даже успел снять видео в клубе, прямо в момент потасовки, скинув и подписав: «беру на себя лишние хлопоты нашей пресс-службы. Умственный труд нынче тяжёлый, знаете…». Лера хмыкнула, но пролистала дальше. Уведомление от мобильного оператора с напоминание, что вообще-то уже пора бы оплатить тариф за следующий месяц. Парочка смс о прибытии посылки на почту. Лера как раз заказала новую сумку для ноутбука. Старая отжила своё и змейка на большом отсеке перестала нормально функционировать. Подруга из Москвы, Рита, прислала голосовые вперемешку с фотками какого-то нового кафе и жалобами на универ: «у нас тут препод опять новый, я чуть не уснула на паре», и ещё пару скриншотов переписки с одногруппниками. Обычная «московская жизнь», шумная и немного хаотичная. И пролистывая дальше, Лера зацепилась за новые сообщения – от контакта, которого она всё усерднее проклинала за такую навязчивость. Сначала он названивал всё утро, а сейчас в их диалоге висит два новых смс, и Лера уже сама не рада, что судьба когда-то свела их. Ты трубу поднимать будешь? Ты ж сама хотела чё-то делать Лера на секунду замерла, глядя на экран. Следом, Денис Вяземский написал ещё одно: Или зассала?