Тихий час у озера

Завтрак в столовой шёл своим чередом — гречка, компот, привычный гул голосов. Адель сидела напротив Кая и с первой же минуты заметила, что с ним что-то не так. Обычно парень не закрывал рта — подкалывал, смеялся, строил рожицы, когда Артемий не видел. Сегодня же он ковырял кашу ложкой, смотрел куда-то сквозь стол и отвечал односложно. — Власов, ты где? — Адель помахала рукой перед его лицом. — Земля вызывает. Кай моргнул, будто только что очнулся. — А? Да, всё нормально. — Не похоже, — прищурилась Адель. — Ты даже не огрызнулся, когда я назвала тебя Власовым. Это тревожный звоночек. Он усмехнулся — но как-то вяло, без огня. — Просто мысли. — Какие? Кай огляделся по сторонам. Артемий сидел в конце стола и увлечённо обсуждал что-то с Дайей. Остальные были заняты своими разговорами. Тогда парень наклонился вперёд, почти касаясь лбом своей тарелки, и сказал тихо, чтобы слышала только Адель: — Сегодня на тихом часу. У озера. Приходи. Адель замерла с ложкой у рта. — Что? Зачем? Но Кай уже поднялся, бросил поднос с остатками еды и, не оглядываясь, вышел из столовой. Адель так и осталась сидеть с открытым ртом. — Эй! — крикнула она вдогонку, но парень скрылся за дверью. Дайя, сидевшая справа, вопросительно подняла бровь. — Чего это он? — Не знаю, — пробормотала Адель, чувствуя, как внутри разрастается тревога. — Но я собираюсь это выяснить.

***

После завтрака она перехватила Наиля у выхода, схватила за рукав футболки и оттащила в сторону — подальше от Милы, от Артемия, от чужих ушей. — Наиль, мне нужно с тобой поговорить. — О чём? — брат выглядел озадаченным. — Ты какая-то дерганая. — До конца смены четыре дня, — зашептала Адель, нервно оглядываясь. — А этот что-то учудить вздумал! Наиль моргнул. — Кто — «этот»? Можно введешь меня в контекст событий? — Ну Кай, кто же ещё! — Адель чуть не закричала и тут же прикусила язык. — Он позвал меня к озеру на тихом часу! Помнишь, как вы с Милой сбежали? Артемий нам такую взбучку устроит, если заметит! Что только в голове у этого… Она не договорила, потому что Наиль вдруг улыбнулся. Широко, по-дурацки, так, что Адель захотелось дать ему подзатыльник. — Ты чего лыбишься? — Так, подожди, — брат поднял руки в примирительном жесте. — Может, он тебе признаться хочет? Вы же хорошо общались, насколько я знаю. Адель замерла. Признаться? Эта мысль даже не пришла ей в голову. Кай — и вдруг признания? Он же вечно подкалывает её, дразнит, выводит из себя... — Правда? — спросила она тише, и в голосе проскользнуло что-то, очень похожее на надежду. — Ну а вдруг, — Наиль пожал плечами. — В общем, если что — зови. Я приду. — Мгм, — кивнула Адель, всё ещё переваривая услышанное. Они разошлись на коллективные занятия. Адель не слушала, что говорила преподавательница по рукоделию. Она смотрела в окно и думала об озере, о тихом часе и о том, что Кай никогда не был таким — растерянным, молчаливым, загадочным. Что ты задумал, Власов?

***

День тянулся бесконечно долго. На спорте Кая не было — Артемий сказал, что он отпросился в медпункт с головной болью. На обеде его место пустовало. Даже на вечерней прогулке, которую Адель специально прошла мимо мужской комнаты, она не увидела знакомой лохматой головы. Кай будто растворился. К тихому часу Адель уже кипела от любопытства и тревоги. Дайя и Френс уютно устроились на своих кроватях — Дайя с книжкой, Френс с очередным бьюти-блогом на телефоне. — Я выйду подышать, — сказала Адель, натягивая толстовку. — Сейчас же тихий час, — удивилась Дайя. — Артемий по коридорам ходит. — Я быстро, — бросила Адель и подошла к окну. Окно выходило на заднюю сторону корпуса, где редко кто ходил. Адель проверила, не смотрит ли Френс (та была увлечена своим телефоном), подтянулась и бесшумно выскользнула наружу. Трава была мокрой, ветер — прохладным. Она обогнула здание и быстрым шагом направилась к тропинке, ведущей к озеру. Сердце колотилось где-то у горла. Кай уже ждал. Он сидел на деревянных мостках, опустив ноги к воде, и смотрел на рябь. Увидев Адель, поднялся и жестом велел ей пригнуться. — Ты одна? — спросил он шёпотом, оглядываясь по сторонам. — Да, — выдохнула Адель, присаживаясь рядом. — Ты что творишь? Я весь день тебя не видела! Артемий сказал, у тебя голова болит. — Соврал, — Кай виновато поморщился. — Мне нужно было подготовиться. — К чему подготовиться? — Адель начинала злиться. — Власов, говори прямо, или я ухожу. Кай вздохнул и полез в карман толстовки. Достал маленькое устройство — электронную сигарету. Прозрачный резервуар внутри был абсолютно пуст. — Видишь? Кончилась. Адель уставилась на него, не веря своим глазам. — Ты меня позвал к озеру на тихом часу, рисковал тем, что нас засечёт Артемий, и заставил волноваться весь день... из-за этой дряни? — Не из-за дряни, — поправил Кай устало. — Мне нужно на заправку. В город. Там, где мы приехали, есть киоск. Я запомнил. — Ты с ума сошёл, — сказала Адель, и в её голосе вдруг не осталось злости — только страх. — Кай, это же опасно. Ты не знаешь дороги, а если пойдёшь один... — Поэтому я позвал тебя, — перебил он. Посмотрел прямо в глаза — серьёзно, без обычной усмешки. — Пойдём со мной. Вернёмся через пару часов. Никто не узнает. Адель молчала. В голове бились мысли: он псих, он идиот, он меня втягивает в авантюру, за которую нас выгонят из лагеря. Но в груди пульсировало что-то другое. Он позвал именно её. Не Наиля, не Рави, не кого-то из старших. Её. — Адель, — Кай снова вздохнул. — Пожалуйста. Я не справлюсь один. Она посмотрела на его руки — они чуть заметно дрожали. На лицо — осунувшееся, бледное даже в свете луны. И поняла, что не сможет отказать. — Ладно, — выдохнула она. — Но если нас поймают, я скажу, что ты меня украл. Кай улыбнулся — впервые за весь день по-настоящему. — Договорились. Они поднялись с мостков и скрылись в темноте, оставив озеро и тихий лагерь позади.