Часть 2 "Колыбель из плоти"

***

Говорят, что глаза — это зеркало души. По одним глазам можно прочитать весь внутренний мир их хозяина. Подрагивающие ресницы, слишком прямой взгляд, суженные зрачки: все говорит само за себя. Он (теперь она) смотрел на свое отражение в ванной комнате, ощупывая свое новое лицо тонкими руками. Темные вьющиеся пряди висели чуть выше хрупких женских плеч, спрятанными под свободными рукавами летнего платья. Темные, как крепкий кофе, глаза миндалевидной формы узнавали лицо перед собой. Это было его лицо, только резкие мужские черты сменились на аккуратные женственные изгибы. Темные круги говорили о бессонных ночах с маленьким ребёнком. Ребенок. Маленькое живое тельце до сих пор ворочалось на заправленной постели, где только что была его «мама». Большие темные глаза, в которых даже не было видно зрачков, бегали по комнате в поисках чего-то, или кого-то. Они остались наедине. Вокс, нет, Винсент срулил на работу, захватив с собой девочку, должно быть их старшую дочь. Не теряя времени Ал начал заглядывать во все шкафы и комоды, чтобы найти хоть какую-то информацию о его новой «семье». В большинстве случаев получалось найти только стопки пелёнок, гору детских игрушек и прочие вещи, предназначенные для младенца, лежащего сзади. Наконец, спустя сорок минут поисков, удалось отыскать коробку с документами, завязанную бечёвкой. Аккуратно развязав маленький бант, Аластор начал разглядывать бесконечные бумаги. Паспорт в синей обложке. Соединённые Штаты Америки. «Амелия Джеймс Читтман. 01.01.1920 г.р.» 1920 год. А сейчас? Карие глаза метнулись в сторону календаря. «12 марта 1954 год». То есть ему сейчас. примерно тридцать с хвостиком. «Свидетельство о браке. Винсент Р. Читтман и Амелия Д. Дюпре 22.04.1943». Одиннадцать лет назад. «Свидетельство о рождении. Марта В. Читтман 02.11. 1943». Двадцать второе апреля и второе ноября. Получается Амелия была беременна ещё до брака. «Свидетельство о рождении. Ноа В. Читтман 10.09. 1953». Шесть месяцев и два дня. Хм. «Амелия» закрыла коробку, предварительно сложив туда документы в том порядке, в каком они лежали до. Ноги понесли хозяйку вниз, на кухню. Маленькое помещение находилось сразу на выходе из прихожей. На обеденном столе лежала записка. «Из-за проблем, связанных со светом, у Марты сегодня сокращены уроки. Будь добра, забери ее из школы примерно в два часа дня. Целую, В.» Женщина посмотрела на наручные часы с тонкой цепочкой. Половина одиннадцатого. Времени ещё много. Сверху донеслись детские рыдания. Правый глаз нервно дёрнулся. — За что мне все это? — тихо произнесла «мамочка " и направилась на второй этаж. Маленькое личико покраснело и было похоже на сморщенный изюм. Аластор закатил глаза. Крепко сжатые кулачки метались из стороны в сторону, короткие кудряшки прилипли ко лбу. Ну и чего он орет? Немного постояв, радиоведущий взял ребенка на руки и начал осматривать. — Ты голодный. — вынес вердикт мужчина. (женщина?) и начал искать бутылочку. Прошарив все комоды и шкафы, перевернув все пеленки, одеяла и игрушки он ничего не нашел. Спустя несколько минут безрезультатных поисков, пришло осознание: Ноа не питается смесью, было глупо не догадаться об этом с самого начала. Поморщившись, Ал взял мальчика и присел на край кровати, долго разглядывая лицо младенца, который уже не кричал, но продолжал всхлипывает и умываться слезами. Твою мать, как он это сделает? Одна мысль о том, что он от первого лица будет видеть обнаженную часть женского тела вызывала волну отвращения. Может сходить в ближайший магазин за смесью? Амелия подскочила с кровати с ребенком на руках и начала искать кошелёк, который в итоге оказался в прикроватной тумбочке. Сменив одежду сына на более теплую, она вышла на улицу. Улица. Она встретила женщину чуть прохладным влажным ветерком, запахом распускающихся магнолий и сигаретным дымом. Как давно Аластор не чувствовал этот запах. Ноа безмятежно ворочался в коляске, продолжая хныкать. Знать бы ещё, в какой стороне аптека. С этими мыслями радиоведущий подошёл к случайной прохожей. После вопроса «где здесь аптека», женщина посмотрела на него, как на умалишенного. — Амелия, дорогая, вижу материнство совсем из тебя все силы выбило. Аптека всегда находилась за нашим домом. — собеседница выглядела сочувствующе. — А что случилось? Неужто Ноа заболел? Ты смотри за ним, в их возрасте они так беззащитны. — Она поправила одеялко на всхлипывающем ребенке. Стараясь не создавать себе проблем, Аластор быстро попрощался с. соседкой? И пошёл в сторону магазина. В аптеке пахло антисептиком и спиртом. Толстая женщина за кассой посмотрела на него сквозь очки и спросила, чего тот желает купить. Озвучив вещь, за которой пришел, радиоведущий стал ждать, пока неповоротливая туша рылась, пытаясь отыскать детскую смесь и бутылку. Выйдя из аптеки женщина вдохнула свежий воздух, пропитанный запахом магнолий, и посмотрела на часы. Половина второго. Пора идти за дочерью. Теперь надо искать школу. Расспросив нескольких прохожих, удалось узнать, что учебное заведение находится примерно в двухста метрах от многоквартирного дома, в котором Аластору удосужились поселиться. Город бурлил жизнью. Бесконечных поток людей бродил по улицам Нового Орлеана. Цветущие деревья источали сладкий, даже приторный, аромат, коротый смешался с табачным дымом. Хотелось остановиться и вдыхать свежий воздух, позабыв о том, зачем ты здесь находишься, что у тебя за один день появилось двое детей и муж, что младшего сына нужно было покормить ещё три часа назад. Подойдя к школе, женщину чуть не снесло потоком школьников, у которых, видимо, в одно время закончились уроки. — Мама! — послышалось где-то справа, и из толпы выбежала девочка, на лице которой сияла улыбка. На щеке школьницы поселилось чернильное пятно, которое Амелия инстинктивно стёрла большим пальцем. Марта встала впереди матери, и схватившись за ручки коляски, покатила младшего брата домой, параллельно рассказывая, про то, что происходило с ней в школе. Рассказы дочери доносились приглушённо. Голову занимали мысли о том, как можно быстрее вернуться обратно домой, в Ад. О том, как он обязательно разберётся с Чарли за такую выходку. О том, что будет с Воксом, после «исправления». О том. — Мам, ты меня слушаешь? — Марта выглядела возмущенной. Голубые глаза, отражающие солнечные лучи, блестели недовольством. — А? Ах, да, конечно слушаю. — рассеяно пробормотала женщина. Девочка закатила глаза. — Понятно. Тебе опять все равно. — она надула губы и продолжила путь. — Неправда, просто я очень устал.ла за сегодня. — Не оправдывайся. — Сухо произнесла Марта, подъезжая к дому. Радиоведущий взял Ноа на руки и зашёл в квартиру. — Что тут произошло? — Тихо спросила дочь, осматривая помещение. Раскрытые настежь шкафы, перевёрнутые подушки на диванах, выдвинутые ящик комодов, словом, беспорядок. — Да так, ерунда. Искала кое-что. — Марта недоверчиво посмотрела на него, но промолчала, направившись в свою комнату. Зазвенел телефон. Аластор взял трубку и приложил ее к уху. — Привет, сегодня опять завал на работе, не ждите меня. Целую. — Донесся голос Винсента, а за ним короткие гудки. Супер. Он должен исправить этого человека, а тот дома не проявляется. Ну что за наказание? Вздохнув, женщина набрала вскипяченной воды в бутылочку, в которую перед этим положила пару ложек смеси, как было написано в инструкции, и закрутила крышкой. Ноа взял в рот соску и сразу же выплюнул, заливаясь ещё одной волной слез. Это начинало раздражать. Аластор взял опрокинутую на кровать бутылку и вновь всучил ее младенцу, который в свою очередь закинул ее ещё дальше. — Да что с тобой не так! — крик вырвался сам, спровоцировав ещё более громкую истерику. Мужчина спохватился и взял ребенка на руки, начиная покачивать того. — Ну чего ты? Чш, чш, чш. Прости, я правда не хотел, просто зачем ты, черт возьми, так орёшь? — маленькое ручки прижались к женской груди. Нет, ну почему это происходит именно с ним? Взвесив ситуацию женщина села в кресло качалку. Рука, словно во сне, начала расстёгивать верхние пуговицы блузки. — Поверить не могу, что я это делаю. — сказав это, радиоведущий отвернул голову куда-то в сторону, стараясь не смотреть вниз. Острая боль пробежала от груди к позвоночнику, заканчиваясь где-то в районе копчика. Амелия скрипнула зубами и нахмурила тонкие брови. Прошло наверное минут десять, а Ноа все не мог отлипнуть. — Ну ты все там? — рука попыталась отодвинуть маленькую голову, но та прижалась ещё сильнее, вызывая новые приступы боли. Обречённо вздохнув женщина начала медленно качаться в кресле. Вскоре послышалось тихое сопение со стороны ребенка. Поспешно застегнув все пуговицы, креолка отнесла сына в колыбель, после чего спустилась вниз. Обед никто не отменял все-таки. За столом Марта без умолку рассказывала о контрольной по математике, пока ее мать суетилась возле плиты. - А потом миссис Морган сказала, что у меня лучшая работа в классе. - сказала девочка с набитым печеньки ртом. Правый глаз снова дёрнулся. - Прожуй сначала, а потом говори, подавишься ведь. - Школьница мгновенно проглотила сладость, запивая какао. - Ты раньше не готовила это блюдо. - задумчиво произнесла Марта, помешивая ложкой содержимое тарелк, поставленной перед собой. Амелия нервно улыбнулась. - Все бывает в первый раз. Все равно дома постоянно сижу, решила поэкспериментировать. - девочка недоверчиво посмотрела на нее. - Ты стала какой-то другой. Раньше ты ходила с лёгкостью, немного пригнувшись, а теперь выглядишь, как натянутая струна, и шаги у тебя стали.. как будто мужские. - Голубые глаза прожигали дыру в теле. - Ещё ты улыбаешься по другому. Ты всегда улыбалась левой стороной, а теперь правой. - Ком подкатился к горлу. Не хватало, чтобы эта мелкая выскочка усугубила и без того сложную ситуацию. - Правда? Я и не заметила. Видимо переутомилась. - радиоведущий изобразил лёгкое удивление, а затем улыбнулся. Правой стороной. Марта ничего не ответила, лишь рожала плечами и принялась есть. Нужно как можно быстрее выбраться из этого мира.

***

Пособие для идеальной мамы, глава 1: Всегда слушай ребенка, даже если на душе скребут кошки.