Глава 5. Эрон

Я захлопнул за собой дверь спальни и наконец выдохнул. Вчера мне было лень распаковывать вещи, так что сумка так и валялась в углу, где я ее бросил. Я схватил ноутбук и плюхнулся на кровать. Экран ожил от прикосновения пальца, запуская программу сканирования. Строки кода побежали вниз, вылавливая все устройства в радиусе ста метров. Несколько неудачных попыток — телефон Аполло, чьи-то Bluetooth-наушники, пара «iPhone». И — бинго. На экране всплыло уведомление: «Внимание! Доступ к конфиденциальным данным. Первый секрет: Оливия любит пиццу больше, чем людей». — Еще бы, — саркастически усмехнулся я и нажал Enter. Система мгновенно взломала ее телефон. Сообщения, список звонков, голосовые заметки, напоминания о приеме противозачаточных, календарь цикла. Пульс ускорился, когда я наткнулся на подборку фотографий, которые она отправляла Мэтту. Селфи в зеркале в кружевном белье, облегающем ее убийственные изгибы. Дразнящие ракурсы соблазнительны, но без пошлости. Мэтт в ответ слал ей самые жалкие и бездарные дикпики, какие я только видел в жизни. — Блять… боже, — злобно выдохнул я сквозь зубы, с глухим стуком захлопнул ноутбук и встал. Нужно было срочно сбросить напряжение. Душ обдал меня кипятком, обжигая кожу, но это ни черта не помогло. Член снова стоял колом от воспоминаний об утре. Оливия, оседлавшая меня на диване, ее соски, проступающие сквозь тонкую ткань, и эти чертовы фотографии, которые только подлили масла в огонь. Я уперся одной рукой в плитку, а второй с силой обхватил ноющий член. Дыхание сбилось. Я представлял Лив перед собой на коленях. Губы приоткрыты, глаза смотрят снизу вверх, умоляющие накормить ее моей спермой. Это не заняло много времени. Пара резких, злых движений, и сдавленный стон вырвался из груди. Горячая вода смыла все, но напряжение никуда не делось. Оно только усилилось. Я натянул джинсы и белую футболку, спустился вниз. Аполло уже ждал меня в гостиной. Сегодня у нас была запланирована примерка костюмов, а вечером — встреча с Сетом и Финном в ночном клубе. Я сел в свой черный «Мустанг» и провел ладонью по рулю. Машина стояла в гараже поместья все то время, пока меня не было. Леон следил за ней, как за своей. Это была моя первая серьезная покупка на собственные деньги. Даже спустя годы она оставалась безупречной. Когда Аполло впервые увидел ее, он обозвал мою малышку «рухлядью». Я не разговаривал с ним три дня, пока он не извинился перед тачкой. Мы с Леоном полгода возились в гараже, возвращая ей прежний вид. Ни за что на свете я не променял бы ее на другую. Аполло плюхнулся на пассажирское сиденье и сразу полез в мой плейлист. — Так что, блять, случилось между тобой и Лив на кухне? — спросил он, не поднимая глаз. — Ничего особенного, — ухмыльнулся я, переключая передачу. Аполло фыркнул. — Чувак, я тебя слишком хорошо знаю. То, что было между вами точно не пахло свежей выпечкой. Я вдавил газ. «Мустанг» зарычал, и мы вылетели за ворота на открытую дорогу. — Ждешь какого-то признания? — я заметил, как в его глазах пляшет злорадство. — Не-а, — брат нажал «play», и динамики взорвались тяжелыми гитарными риффами и яростными барабанами. — Просто хочу убедиться, что ты понимаешь, в какое дерьмо вляпываешься. Я приподнял бровь. — Просвети меня. Аполло откинулся на сиденье, закинув ногу на кожаную обивку. Его лицо стало серьезным. — Мэтт — конченое дерьмо. Контролирующий психопат, — в голосе брата слышалась настоящая злость. — Он вцепился в Лив, когда она была совсем девчонкой. Вырвал ее из привычной жизни, отрезал от всего, что она любила. Он изменяет ей постоянно и все это знают. А она каждый раз прощает его. Может, он промыл ей мозги, а может, просто запугал так, что она боится вздохнуть без его разрешения. Не знаю. Но знаю одно: Оливия — часть нашей семьи. И никто из нас не хочет снова видеть, как ее сердце разбивается на куски. В груди быстро разгоралось пламя, разливаясь по венам. Пальцы сильнее сжали руль. — То есть у меня сто чертовых причин всадить ему пулю в лоб? — пошутил я, хотя в этот момент был абсолютно серьезен. Аполло покачал головой. — Просто… будь аккуратнее. Если ты устроишь драку на нашей свадьбе и испортишь ее из-за Мэтта, Реджи тебя прикончит. Мы въехали в центр города и припарковались перед элегантным зданием одного из самых эксклюзивных ателье в округе. Почти сорок лет назад никому не известный итальянский иммигрант по имени Альонсо сшил свадебный костюм для нашего отца. У Джеймса Экхарда тогда не было ни гроша, но Альонсо отказался брать даже цент. «За настоящую любовь я не беру платы», — сказал он тогда. С тех пор многое изменилось. Отец заработал миллионы и щедро отплатил мастеру, вложившись в его бизнес. Сегодня «Conietti Atelier» считался вершиной портновского искусства. Но, несмотря на то что он одевал самых влиятельных людей города, Альонсо по-прежнему отказывался брать деньги с нашей семьи. Как только мы вошли, нас встретила высокая сексуальная блондинка-помощница с большими выразительными глазами. Она протянула приветственные бокалы шампанского. Я отказался и взял бутылку воды, а Аполло попросил чашку кофе. — Вся эта свадебная хрень превращает меня в чертову зефирку, — пробормотал он, потирая виски. — Я не могу принять ни одного решения, не чувствуя дыхание Реджины у себя на затылке. Мы прошли в примерочную. Альонсо сидел на корточках, подправляя край брюк. Завидев нас, он вскочил и расплылся в теплой улыбке. Не раздумывая, заключил нас обоих в крепкие объятия. — Miei ragazzi! — воскликнул он и, по старой итальянской традиции, расцеловал каждого в обе щеки. — Эрон, figlio mio, как же я рад тебя видеть! Мы немного поболтали о делах и свадьбе. Он жаловался, какой головной болью оказалось найти нужный оттенок синего шелка, на котором настаивала Реджина. Альонсо хлопнул в ладоши, подзывая подмастерьев помочь мне влезть в смокинг. — Святой Иисус, Эрон, да когда ты перестанешь набирать массу? — простонал Аполло, когда пиджак натянулся на моих плечах, грозя разойтись по швам, стоило мне поднять руки. Я усмехнулся. — Может, если бы кое-кто дождался моего возвращения, вместо того чтобы использовать мой выпускной костюм как шаблон, у нас бы не было этой проблемы. Аполло отмахнулся и отпил горячий кофе. — Вали все на мою ненаглядную невесту. У нее были образцы тканей, таблицы оттенков, бесконечные доски в Pinterest. Я просто пытался выжить. Альонсо улыбнулся, орудуя мелом и булавками. — Не переживай, caro. Мы подгоним все идеально к великому дню. Брат жениха от Conietti не может выглядеть иначе. Как только он закончил со мной, сразу переключился на Аполло. Я опустился в кожаное кресло, наконец позволив себе расслабиться, и взял в руки телефон.