Глава 1 "Переезд"

Мне исполнилось восемнадцать. Я окончила школу с отличием, и впереди меня ждало тёплое, солнечное лето — последнее перед поступлением в университет. Я тихо и глубоко вздохнула. Моя комната, ставшая домом на целый год… подруги, с которыми я делила каждый день… Всё это казалось теперь удивительно печальным. Мы расставались — навсегда. У каждой из нас начинался свой путь, своё предназначение. Я не думала, что окончание школы вызовет во мне такую тоску по прошлому. Мы ведь так много делали вместе — плавали, танцевали, занимались борьбой… И это было лишь малой частью того, что нас объединяло. Закрыв глаза, я мысленно пролистала страницы воспоминаний и улыбнулась. Пришло время прощаться. Собрав вещи, я надела своё любимое худи и свободные спортивные брюки — в них я чувствовала себя уверенно. Ещё раз оглядела комнату, вздохнула и шепнула себе: — Я готова. Такси прибыло вовремя. К одиннадцати утра мне нужно было быть в аэропорту. Я приехала с запасом, прошла в зал ожидания и остановилась у большого окна с видом на взлётную полосу. Поставила сумки рядом, посмотрела на самолёты и почувствовала лёгкость. Где-то внутри зарождалось волнение — здесь начиналась новая глава моей жизни. Глава, в которой не было места грусти. Когда объявили посадку, я направилась к своему рейсу — на солнечное побережье Коста-дель-Соль. Там жила моя любимая тётя Эмили с мужем Генри, двоюродной сестрой Амелией и её сводным братом Николасом. Сев на своё место, я включила музыку, закрыла глаза и позволила себе мечтать о будущем. Полёт прошёл быстро. И вот — самолёт приземлился. Я нетерпеливо ждала встречи с Эмили — моей тётей, крестной, подругой, почти матерью… Самым замечательным человеком в моей жизни. Именно она настояла, чтобы я жила у них после школы. И, хотя я не спорила, но в глубине души сама знала — я тоже этого хочу. Вот она, Эмили. Я подбежала и крепко обняла её. Её руки были тёплыми, глаза — ласковыми, а запах напомнил мне детство. — Привет! Как же замечательно ты выглядишь, — улыбнулась она и, поцеловав, спросила: — Как долетела? — Отлично, спасибо, дорогая, — ответила я, глядя в её ярко-зелёные глаза. — Пойдём, Амелия уже измаялась, пока ждала тебя. — Тогда не будем заставлять её скучать! — засмеялась я. Ибо, Мели — моя сестра, которой скоро исполнится семнадцать, — была настоящим солнечным человеком. Весёлая, жизнерадостная, с лучезарной улыбкой, она напоминала ангела. Стройная, зеленоглазая, с рыжеватым оттенком волос и милыми чертами лица — копия Эмили. От отца ей достался высокий рост, почти метр семьдесят пять. В этом мы с ней были похожи. После развода родителей Амелия осталась с матерью и, можно сказать, она ни минуты не горевала по той жизни, которую они вместе с Эмили покинули. Мы с ней делились всем и были по-настоящему близки. Мы подошли к машине — белому «Рейндж Роверу». Я закинула сумки в багажник и огляделась. Город, в который меня привела судьба, показался удивительно красивым. Эмили взяла меня за руку и указала на машину: — Ну что, готова? — Конечно, — ответила я, хотя в душе всё ещё колебалась, правильно ли поступаю. Машина была новая, и видеть Эмили за рулём внедорожника было забавно. — Никогда не представляла тебя за рулём такой машины, — поддразнила я. — А вот видишь, времена меняются, — улыбнулась она. Мы ехали неспешно, и я могла рассмотреть всё вокруг: узкие улочки, белые дома, море вдали. Город был словно соткан из света. «Я действительно в самом прекрасном месте на земле», — подумала я. Эмили, будто прочитав мои мысли, сказала: — Здесь очень красиво, правда? Мы гордимся этим! Тебе, понравится. Уверена, ты найдёшь здесь множество интересных занятий. Мы живём прямо у моря — можешь попробовать серфинг. Ник с радостью тебе всё покажет. — Спасибо, Эми, я подумаю, — ответила я, отворачиваясь, чтобы скрыть смущение. Серфинг звучал заманчиво… но уроки у Николаса? Так себе предложение, не уверена, что готова. Мир был слишком новым, слишком большим. Но где-то глубоко я знала — это лето изменит меня. Сплошные противоречия… — Эмили, кто-нибудь знает… что было раньше? — Амелия, конечно. И Генри. Я рассказала ему сама — ты ведь не против? Генри знал. Мои ладони вспотели… Но, пожалуй, это даже к лучшему. — Нет, не против. Только хочу попросить, чтобы больше никто не знал. — Моё сердце колотилось, словно хотело вырваться наружу. — Конечно, дорогая. Я обещаю тебе. Но ты должна принять всё, что случилось, и позволить себе жить дальше. Ты ведь у меня озорная девчонка, с добрым сердцем и огромным потенциалом, — Эмили посмотрела на меня с той самой, родной, тёплой улыбкой. Я понимала, о чём она говорит. Всё, что осталось в прошлом, — это то, что я пыталась забыть за стенами школы. Я старалась не возвращаться туда мыслями. Эмили знала обо всём — я рассказывала ей, когда мы созванивались. Про десятки увлечений, которыми я пыталась заполнить пустоту. Я спала по четыре часа в сутки, а всё остальное время чем-то занималась — лишь бы не думать о том, что было. Я взглянула на Эмили и улыбнулась: — У вас здесь и правда очень красиво. Кафе, ресторанчики, маленькие магазинчики, кинотеатр… Всё выглядит так уютно. Что ещё здесь есть? — У нас потрясающая набережная и прекрасный пляж. Кстати, пляж прямо у нашего дома, — Эмили указала рукой в сторону моря. — Здорово! Пока мне здесь всё нравится, — подмигнула я, и в машине раздался наш общий смех. Некоторое время мы ехали молча. Я разглядывала за окном каждый дом, каждое дерево, впитывая всё вокруг. — Эмили, а давай как-нибудь устроим девичник? Мы ведь так давно не виделись. — С удовольствием! Уверена, Амелия будет визжать от восторга. — Представив это, мы обе рассмеялись. — И ещё… спасибо тебе за всё. За то, что всегда рядом и не оставляешь меня, — сказала я, чувствуя, как глаза наполняются слезами. Я не заплакала, но ком в горле мешал дышать. Эмили посмотрела на меня внимательно, мягко и спокойно: — Всё будет хорошо. Знай, мы с тобой. Всегда. Она сделала короткую паузу и улыбнулась: — Кстати, мы уже приехали. Мы подъехали к одной из белоснежных вилл, возвышающихся на утёсе у самого моря. Высокий забор, казалось, скрывал всё от посторонних глаз, а массивные ворота с инициалами семейства Морел придавали дому особое величие. Эмили нажала кнопку на пульте и сказала в переговорник: — Франсуа, это мы. Открой, пожалуйста. Она выглядела довольной, почти гордой. Ворота медленно распахнулись, и передо мной открылся вид, от которого перехватило дыхание. Возле подъездной дороги трава была усыпана цветами, а по обеим сторонам её окружали стройные пальмы, ягодные деревья и кустарники. Среди них встречались растения, которых я никогда раньше не видела. Чем ближе мы подъезжали, тем торжественнее становился пейзаж: впереди мерцал в солнечных лучах большой фонтан, а за ним простирался просторный двор, ведущий к широким ступеням главного входа. Я не могла сдержать восторга. Всё казалось нереальным — словно кадр из фильма, только теперь я была в нём главным персонажем. Дом поражал своей красотой: белоснежные стены, панорамные окна во всю высоту, зелень на балконах и цветы, расставленные повсюду. «Интересно, как он выглядит внутри…» — подумала я, пока машина медленно останавливалась у входа. Эмили подала сигнал и заглушила двигатель. На ступенях нас уже ждали. Из дома вышел Генри — высокий, атлетически сложенный мужчина со смоляными волосами и карими глазами, обрамлёнными длинными ресницами. Он был красив, и я вдруг поняла, почему Эмили так им восхищалась. — Добро пожаловать, Оливия, — сказал он, мягко пожав мне руку. Голос у него был спокойный и уверенный. — Рад наконец познакомиться. — Мне тоже очень приятно, — ответила я, чувствуя, как его доброжелательность вызывает доверие. Эмили подошла к мужу и поцеловала его так страстно, что я поспешила отвернуться, чувствуя, как щёки заливает румянец. Чтобы скрыть смущение, я уставилась на волнующиеся волны вдалеке, а также- прекрасные виды, которые окружали дом. Эйфория не покидала меня… Тёплые руки Эмили легли мне на плечи. — Пойдём, покажем тебе дом и твою комнату. Я кивнула, и мы вошли внутрь. Холл оказался огромным. В центре — широкая лестница на второй этаж, а над ней висела хрустальная люстра, искрящаяся сотней бликов. Стены были белоснежными, украшенные картинами и изящными статуэтками. В воздухе витал лёгкий аромат моря, смешанный с нотами свежести. Из холла можно было попасть в другие комнаты. Дом казался бесконечным. — Здесь у нас кухня, — показала Эмили. Кухня, как и весь дом, была просторной и светлой. Столовая плавно переходила в рабочую зону. В центре стоял большой деревянный стол с букетом свежих цветов. Кухонный остров, стулья, фасады шкафов — всё из благородного дерева, от которого исходил лёгкий запах древесины. Следом мы прошли в библиотеку — гордость Генри. — Здесь книги на трёх языках, — заметил он с улыбкой. Затем была гостиная с роялем у одной стены и огромным телевизором напротив. Посередине — мягкий диван, словно разделявший комнату пополам. Странное, но завораживающее сочетание. После этого Эмили показала кабинет Генри, тренажёрный зал, джакузи с бассейном и даже гараж — настоящий автопарк. Всё выглядело безупречно. Наконец настала очередь второго этажа — и моей комнаты. Мы поднимались по лестнице, и Эмили рассказывала, что моя комната будет находиться между спальнями Амелии и Николаса. Окна выходят во внутренний двор и дальше — к морю. Я невольно улыбнулась. Казалось, оттуда должно открываться что-то особенное.                  — Ты готова? — спросила Эмили, положив руку на дверную ручку. Мы вошли. Комната оказалась просторной и светлой. Большое панорамное окно заливало пространство мягким солнечным светом. У стены стояла широкая кровать, рядом — изящный туалетный столик с зеркалом. Напротив — комод, а в углу, возле окна, — небольшой письменный стол, на котором стоял букет алых роз. Запах свежих цветов мгновенно наполнил комнату. Мои вещи уже были аккуратно составлены. Всё выглядело так, будто меня здесь ждали. Я подошла к балконной двери и, отворив её, вышла наружу. На мгновение дыхание перехватило. Передо мной открывался вид, от которого невозможно было отвести взгляд: море, уходящее в бесконечность, блестело под солнцем; внизу раскинулся огромный бассейн, окружённый зеленью и лежаками. В стороне виднелся небольшой мостик и уютная зона отдыха у самого края утёса. Всё это было словно нарисовано рукой художника. Глаза защипало от переполнявших чувств. Я резко повернулась и крепко обняла Эмили. — Спасибо… — прошептала я, не в силах сказать больше. Она ответила тем же — просто обняла в ответ, ничего не говоря. Через несколько мгновений раздался звонкий, радостный голос Амелии.