Глава 17 "Время тишины"

Что произошло? Почему он так поступил? Чем я заслужила такое отношение — какой ошибкой, каким словом, каким неверным движением? С каждым моим шагом по коридору вопросы множились, словно эхом ударяясь о стены внутри головы. Дорога до каюты казалась бесконечной, как будто кто-то растянул время, заставляя меня снова и снова переживать один и тот же момент. Через несколько минут дверь резко распахнулась — в каюту влетела Амелия. — Оливия! Ты здесь! Я уже всю палубу обошла, — выдохнула она, переводя дыхание. Я не ответила. Не могла. Ком в горле так сдавил голос, что любое слово просто застревало внутри. Амелия посмотрела на меня — и всё поняла без объяснений. — Ты тоже это видела… — её голос стал почти шёпотом. — Я вообще не понимаю, что произошло. Я лишь пожала плечами и отвернулась, натягивая одеяло до самого лба, словно ткань могла спрятать меня от реальности, что больно ударила по сердцу. Прошло две недели с того момента, как я в последний раз видела Ника. Боль в груди то стихала, то снова возвращалась глухим ноющим эхом. Я старалась не вспоминать — но стоило закрыть глаза, как передо мной снова всплывал тот вечер. Ник сделал свой выбор. Где-то глубоко внутри, там, где прячутся несбывшиеся ожидания, я, наверное, всегда понимала: это была игра. Игра чувствами. Игра желаниями. Между нами было так много… И от этого воспоминания были одновременно и горькими, и тёплыми. Иногда, вспоминая наши ночи — те редкие мгновения чистой близости, — я ловила себя на тёплой, искренней улыбке. Я попросила девчонок не упоминать его имени при мне. Не стала вдаваться в подробности — объяснять всё заново не хотелось. Пусть останется так, недосказанностью и догадками. Иногда я замечала, как разговоры между ними резко обрывались, стоило мне появиться. Конечно, я понимала, о чём они шептались. Но предпочитала делать вид, что не замечаю. Я закрыла эту главу. Захлопнула тихо, без истерик. И решила быть открытой тому, что принесёт жизнь дальше. Две недели я буквально жила в своей комнате, работая без пауз. Лишь йога перед рассветом и плавание после полуночи позволяли мне хоть немного дышать. Эмили и Амелия наведывались несколько раз — как всегда, с заботой и теплом, по-семейному. Уговаривали выйти куда-нибудь, сменить обстановку, но я снова и снова обещала появиться, когда завершу все рабочие заказы. И мы оставались каждый при своём. На прошлой неделе я купила себе новый мотоцикл. Эмили и Генри помогли с документами. Первое, что я сделала, — сфотографировала байк и отправила снимок Элоди с подписью: «Надеюсь, ты окажешь мне честь и выйдешь со мной на трассу». И три улыбающихся смайлика в конце. Элоди ответила почти сразу: «Поздравляю с покупкой. Будет честью выехать с тобой…» И жизнь продолжалась своим тихим чередом. Сегодня я наконец доделала последний заказ — и сразу написала Амелии, попросив заглянуть ко мне, если она свободна. Она влетела в комнату почти в ту же секунду, как будто всё это время стояла под дверью. Обняла, расцеловала — настолько тепло и искренне, что у меня защипало глаза. Её поддержка ощущалась даже тогда, когда её не было рядом… а уж сейчас тем более. — Оливочка, пупсик, наконец-то ты подала знак жизни! Ты всё закончила? — выпалила она без паузы. — «Пупсик»? Это что-то новенькое, — рассмеялась я, закрывая ноутбук. — Да. С сегодняшнего дня я свободный человек. Как и обещала. — Прекрасно. Тогда вопрос: чем займёмся? — Мели мягко плюхнулась на кровать и стала изучать меня взглядом, оценивая настроение. — Даже не знаю… Предлагаю перекусить где-нибудь, потом пройтись по набережной. А в конце — кино, если найдём что-то стоящее. — Вот и отлично. Начнём с первого. Дуй собираться — и поехали. А то ты, небось, уже соскучилась по своему Демону, — Амелия хитро улыбнулась и подмигнула. — Конечно. Ты тоже давай быстрее. Мы разошлись по комнатам. Я собралась почти мгновенно: чёрные шорты, красная майка, сверху белая рубашка — лёгкая, свободная. На ноги — кеды. Волосы поправила, сумочку взяла, телефон — и вперёд. Я подошла к двери Амелии и постучала. И в этот момент услышала шаги на лестнице. Повернулась просто поздороваться… и застыла. Ник поднимался наверх медленно, точно смакуя каждый шаг. Смотрел прямо на меня — взглядом холодным, цепким, прожигающим до самых костей. Сердце сорвалось с места и врезалось в рёбра. К счастью, Амелия открыла как раз вовремя. Я почти вбежала внутрь, закрывая за собой дверь, словно спасаясь. Меня бросило в жар. Сердце колотилось так, точно хотело вырваться наружу. Амелия сразу взяла меня за руки, её ладони были тёплыми, уверенными. — Дыши. Ну-ка, давай. Вдох… выдох… Всё хорошо. — Всё нормально, Мел. Просто я… — я запнулась. Объяснять ей всё это, говорить про Ника — не хотелось даже начинать. — Нам пора. Пойдём скорее. Я сжала её руку и почти потащила вниз по лестнице. На входе нас уже ждал мой автомобиль, а рядом сиял свеженький мотоцикл. Я невольно улыбнулась — внутри разлилось чувство гордости и свободы. Мы поехали на набережную, болтая о том о сём, пытаясь нагнать две недели тишины, что лежали, между нами. День выдался солнечным. Жарким, но приятным: лёгкий бриз то и дело пробегал по коже, освежая город. Мы шли вдоль воды. А где-то внутри, словно вспышками, снова и снова появлялись сцены с Ником. Его руки. Его взгляд. Его голос. Я тяжело выдохнула — слишком много всего ещё болело. Амелия шла рядом. Молча. Но по взгляду было понятно: она всё видит, всё чувствует, и вопросы уже вертятся у неё на языке. Мы зашли в уютное кафе. Знакомый официант проводил к столику, протянул меню и живо порекомендовал пару блюд. Мы послушались. Он так красочно описывал ингредиенты и способ приготовления, что у нас реально потекли слюнки. Пока мы пробовали заказанное, официант всё время бросал взгляды в нашу сторону. Амелия это, разумеется, подметила. — Оли, ты заметила? Он явно наблюдает за тобой. Я улыбнулась, прожевала кусок, сделала паузу и посмотрела в сторону парня. — Да, вижу. Может, что-то хочет сказать, — я улыбнулась официанту чуть шире и перевела взгляд на море. Набережная жила своей собственной жизнью. Волны накатывали мягко и размеренно. Воздух был солёным, влажным, знакомым до щемоты. Люди шли, ехали, смеялись, разговаривали — мир жил, двигался, дышал. А мы сидели в кафе, ели свои блюда и были маленькой частью этого огромного, бесконечного движения. Я посмотрела на Мели. Её взгляд — родной, понимающий, бесконечно поддерживающий. Я взяла её за руку. — Тем вечером, когда я пошла за телефоном, чтобы прочитать сообщение от Ника… за мной шёл Рой. На верхней палубе он остановил меня. Признался, что я ему нравлюсь. И… поцеловал, — я вздохнула. — Это застало меня врасплох. Я оттолкнула его и сказала, что в моём сердце есть другой. Мы договорились забыть этот момент и остаться друзьями. Я замолчала. На секунду перестало хватать воздуха. Перед глазами вспыхнул другой образ — обжигающий. — После этого я поспешила к Нику, — продолжила я тихо. — Но, когда вошла в зал, увидела его… с другой. Он наклонился к ней, сказал что-то, ухмыльнулся мне — и пошёл дальше. Я последовала. На палубе он её целовал, Мели. Так, будто… будто ко мне у него и не было ничего. Внутри всё рухнуло в один миг. Всё, что было, между нами. Я опустила глаза. Боль прошла, но шрамы ещё ныли. Амелия смотрела на меня так, словно пропускала мою боль через собственное сердце. В её глазах блестели слёзы — тихие, искренние, такие, от которых внутри становилось теплее. Она крепче сжала мою руку. — Лив… — произнесла она мягко, внимательно изучая моё лицо. — Я знаю, Мел. — я выдохнула. — И не хочу больше ни вспоминать, ни говорить ни о Николаcе, ни о том вечере. Всё это уже позади. Амелия чуть наклонила голову и улыбнулась — грустно, но с надеждой. — Лив, ты найдёшь своё счастье. Пусть оно придёт не сразу. Пусть, возможно, не с Ником. Но оно обязательно придёт. — Спасибо тебе, родная, — я коснулась губами её руки. — Так всё и будет. Посмотри — жизнь идёт дальше, как бы ни штормило нас изнутри. И мы идём вместе с ней. Маленькая частичка большого движения. Мы какое-то время просто смотрели друг другу в глаза — понимая больше, чем могли бы сказать словами. К нашему столику подошёл официант. — Простите… могу задать вопрос? — он явно нервничал. — Конечно, — мягко ответила я. — Почему вы перестали приходить к нам вечерами? У нас по вечерам танцуют… а ваш танец в тот раз был потрясающим. Я улыбнулась. — Меня зовут Оливия. Очень приятно, Люк, — прочитав его имя на бейдже, сказала я. — А мы как-то всё не могли выбраться. Может быть, завтра? Мы бы заглянули вечерком. Ты сам работаешь? Глаза Люка загорелись почти по-детски. — Завтра у меня выходной, — проговорил он, едва сдерживая улыбку. — Тогда… во сколько встретимся? — Может, в семь? Подойдёт? — Отлично. Придём девчонками. Ты не против? — я улыбнулась, чувствуя, как во мне поднимается легкое предвкушение перемен. — Прекрасно! — Люк расправил плечи. — Постараюсь привести и своих друзей. Он извинился и поспешил к другому столику. — Договорились, — бросила я ему вслед. Амелия наблюдала за этим, как заворожённая — довольная, улыбающаяся, подмигивающая. Мы расплатились и вышли на набережную. Солнце уже клонилось к горизонту, окрашивая море мягким золотом. Лёгкий ветер трепал волосы, прохлада смешивалась с ароматом соли и горячего асфальта. Мы шли рядом, обсуждая завтрашний вечер — оживлённо, увлечённо. Впервые за долгое время мне хотелось куда-то идти. Хотелось танцевать. Хотелось чувствовать себя открытой. Люк был тем самым парнем, на которого невольно оборачиваешься. Темноволосый, с огромными голубыми глазами — такими чистыми, что будто видят тебя насквозь. Выше меня, подтянутый, ухоженный, словно только что вышел из спортзала. Полные губы, длинные ресницы, и улыбка… такая яркая, белозубая, что её невозможно забыть. Он действительно был красив — и, признаться, приятно было, что именно он первый подошёл ко мне. Фильм пролетел незаметно — точно мы прожили его вместе с героями. И всё возвращение домой превратилось в бурное обсуждение: мы с Амелией спорили на поворотах сюжета, хохотали над забавными сценами и делились впечатлениями, перебивая друг друга. Но настроение резко сменилось, когда мы подъехали к дому. На пороге стояли Ник и Рой. Я ощутила, как что-то внутри сжалось. Один короткий вдох — и я уже надеваю на себя спокойствие, как маску. Мы с Мел обменялись быстрым взглядом и вошли в дом. — Привет, Рой, — сказала я нарочно ровным голосом, даже не удостоив Ника взглядом, и почти сразу поднялась к себе. В комнате я закрыла дверь, точно отгораживалась от всего мира. Захлопнула и балкон — не хотелось, чтобы в мой небольшой уют проникал хоть малейший сквозняк из прошлого. Сняла одежду, наполнила ванну горячей водой, зажгла свечи. Две ароматные бомбочки шипя растворились, наполняя воздух сладким туманом. Я медленно опустилась в воду, закрыла глаза и какое-то время просто лежала — пустая, тихая, ни о чём не думая. Потом всё же взяла телефон. Открыла страницу Ника. Он до сих пор был у меня в друзьях. И наши снимки — яркие, живые, наполненные счастьем, которое казалось вечным — стояли на его стене, как напоминание о том, что было. Горло перехватило, а по щекам горячо побежали слёзы. Я отбросила телефон в сторону… и нырнула под воду с головой, надеясь там найти тишину, которой мне так не хватало внутри. Утро пришло чинно и неторопливо — ровно в девять, как будто кто-то сверху щёлкнул по будильнику. Я позволила себе роскошь поваляться в кровати чуть дольше обычного: сегодня — никакой работы, никакой суеты. Только я, одеяло и приятное предвкушение вечера. Но спокойствие прервало сообщение от Амелии: «Мама просит спуститься к ней. Она в спортзале. Жду тебя у себя через 20 минут». Эмили? В спортзале? И снова что-то задумала? Эта потрясающая женщина способна удивлять даже в полудреме. Я быстро привела себя в порядок и вышла из комнаты. В коридоре наткнулась на Роя. — Доброе утро, Оливия! — радостно сказал он, явно в хорошем настроении. — Доброе! — улыбнулась я и постучала в дверь Амелии. Мели распахнула её с такой лучезарной улыбкой, словно собиралась вручить мне подарок. — Готова? — подмигнула она. — К чему? Что происходит, Мел?.. Но Амелия уже взяла меня под руку и потащила вниз, насвистывая какую-то бодрую мелодию. За ней можно было идти хоть куда — всё равно было бы весело. — Мам, привет! Мы пришли, — пропела она уже у входа в спортзал. Эмили как раз заканчивала упражнение на тренажёре. Она аккуратно слезла, подошла к нам и распахнула руки: — Привет, мои красавицы! Пока у нас с Генри передышка от поездок, предлагаю собраться, бросить в сумки пару вещей — и водитель отвезёт нас в загородный клуб. Хочу устроить настоящий девичник. — Ааа… это классно! — пискнула Мели, как ребёнок, которому пообещали мороженое. Я лишь улыбнулась. Половина меня уже мысленно сидела в шезлонге у бассейна… другая половина мечтала завернуться в плед и провести день в тишине. Но отказаться? После такой радостной атаки двух поколений энтузиазма?.. Честно говоря, у меня не было шансов. Через час мы уже мчались в загородный клуб — тот самый, куда стремились богатые гости, знаменитости и всевозможные влиятельные персоны. Здесь умели удовлетворять любой каприз, но без намёка на пошлость. Всё — со вкусом, изяществом и лёгким налётом роскоши, который словно говорил: «Устройся поудобнее, здесь тебе рады». Дорога тянулась лениво, не желая заканчиваться. Я устроилась у окна, наблюдая, как за стеклом сменяются живописные пейзажи. В какой-то момент поймала свой отражённый профиль — и будто провалилась обратно в тот вечер, в тот лимузин, на ту набережную… В его взгляд. В ту боль. В груди что-то сжалось, но я упрямо закрыла глаза — не хватало только расплакаться перед всеми. Да, я скучала. Да, я всё ещё его любила. И да — я делала всё, чтобы эти чувства не разорвали меня изнутри. Амелия наклонилась ко мне и тихонько ткнула пальцем в окно: — Смотри! Перед нами возвышалось огромное здание, утопающее в зелени. Светлые фасады и насыщенные оттенки растительности создавали такой контраст, что место казалось почти волшебным. У входа — роскошные машины, одна дороже другой. Люди неспешно прогуливались, наслаждаясь солнцем и атмосферой спокойной праздности. Эмили, сияя как ребёнок на каникулах, поторопила нас: — Девочки, давайте. Оставим вещи, переоденемся — и сразу в спа. Парень на ресепшене выдал нам ключи и проводил до номеров. Переодевшись, мы спустились туда, где творят маленькие чудеса: массажисты, косметологи, специалисты по ароматерапии… Полтора часа удовольствий, девичьих разговоров и смеха. В какой-то момент я даже поймала себя на мысли, что рада тому, что приехала. После процедур мы отправились в кафе. Эмили сразу заказала несколько блюд и тот самый «божественный» десерт, о котором говорила с таким восторгом, что сомнений не оставалось — будет вкусно. Пока официант ушёл, я рассматривала гостей. Эмили же, кажется, знала тут вообще всех: то кивнёт, то поздоровается, то махнёт рукой кому-то за соседним столиком. — Эмили, — я наклонилась ближе, — надолго мы здесь? Она всплеснула руками, словно только что вспомнила что-то крайне важное: — Ах да, девочки! Вовсе забыла сказать — мы остаёмся на два дня. Надеюсь, вы проведёте их со мной? — Конечно, — улыбнулась я, хотя в голове пронеслась тревожная мысль: я даже не смогу предупредить Люка… Неподалёку от нас мелькнул знакомый силуэт, и что-то внутри дрогнуло — я узнала её сразу. Кора. Она была здесь со своими родителями, полностью погружённая в разговоры, и меня не замечала. Это дало мне возможность рассмотреть её чуть внимательнее. Высокая, стройная, с густыми тёмными волосами, ниспадающими до талии. Большие карие глаза, выразительные скулы, мягкие полные губы, чёрные ресницы и аккуратные брови. На лице — ни грамма косметики, но она всё равно выглядела ошеломительно. Хотя в её взгляде читалось что-то тоскливое, словно за этой внешней красотой пряталась тихая грусть. Пока я разглядывала Кору, Эмили уже вовсю махала кому-то рукой. — Фред! Хелен! Здравствуй… — тётя вскочила, обнимая их с теплом, присущим только ей. Я обернулась, чтобы тоже поздороваться — и сердце на мгновение пропустило удар. — Люк… — вырвалось у меня прежде, чем я успела себя остановить. Он стоял рядом со своими родителями и смотрел на меня с тем самым лёгким удивлением, которое испытывают люди, неожиданно встретившие знакомого там, где меньше всего его ждали. — О, так вы уже знакомы! — Эмили буквально расцвела от радости. — Это моя дочь Амелия и племянница Оливия. — Здравствуйте, — произнесли мы с Мели почти синхронно. Родители Люка улыбнулись, и Эмили тут же пригласила их присесть к нам. Они не задумываясь сразу согласились. Я наклонилась к Люку: — Можно тебя на минутку? Он кивнул, и мы отошли в сторону. — Как же удачно, что ты здесь, — выдохнула я. — Эмили сегодня решила устроить небольшое путешествие, попросила остаться с ней на два дня. А у меня не было твоего номера… Я не знала, как сообщить, что нас с Амелией сегодня не будет на встрече. Люк слушал внимательно, не перебивая, слегка наклонив голову, точно ловил каждое слово. Когда я закончила, он только мягко улыбнулся. — Дай телефон. — он протянул ладонь. Я положила ему свой смартфон. Люк быстро набрал номер, нажал «вызов» — и где-то зазвучала знакомая мелодия. Он посмотрел на экран и сделал запись в контактах. — Готово. Теперь у тебя есть мой номер, а у меня — твой. И если не получится встретиться вечером в кафе, я буду только рад провести время здесь — и заодно показать тебе пару интересных мест. — Отлично, — я тоже улыбнулась. — Нам пора возвращаться, кажется, на нас уже смотрят. Когда мы подошли к столу, Люк галантно придвинул мне стул и помог сесть, точно мы были в каком-то старинном фильме. Это тронуло до глубины души. — Оливия, ваша тётя рассказывала о вашей работе. Не могли бы вы взглянуть на наши сайты по гостиничному бизнесу? Возможно, подскажете, что можно улучшить, — вежливо попросил отец Люка, наливая себе сок. — Конечно, с удовольствием, — ответила я без раздумий. — Благодарю. Люк, возьми у Оливии номер и договоритесь о встрече. Покажешь ей всё, что у нас есть, — добавил он и повернулся к жене, чтобы что-то тихо обсудить. Пока взрослые погрузились в свои светские беседы, мы с Амелией переглянулись: скука нависла над столом плотным облаком. — Простите, можно мы пойдём к бассейну? — я поднялась, обращаясь к Эмили. — Конечно, дорогая. Увидимся позже, — тётя заговорщицки подмигнула. Люк тоже решил составить нам компанию. Мы договорились переодеться и через десять минут встретились у бассейна. Я села на край бортика, позволив прохладной воде омывать ноги. И тут же воспоминания хлынули всей силой — Ник, его руки, вода, его запах и его смех… Всё накрыло так резко, точно кто-то выдернул из прошлого целый кусок и бросил мне в лицо. Сердце болезненно сжалось, и я машинально коснулась губ — они ещё помнили его поцелуи. Резкий всплеск отвлёк меня. Люк с разбега прыгнул в воду, окатив меня фейерверком брызг. Через секунду следом в воду нырнула Амелия. — Лив, давай к нам! — радостно позвала она. — Вода супер! Но я покачала головой. Хотелось просто немного посидеть. Плавать — в последнюю очередь. Главное — держаться подальше от разговоров о работе. Чей-то настойчивый взгляд прожигал кожу. Я подняла глаза — Кора. Она лежала неподалёку на шезлонге и смотрела прямо на меня. Это подстегнуло меня лучше любой мотивации. Я опустилась в воду и поплыла, разрезая гладь бассейна длинными ровными гребками, пока дыхание не сбилось и мышцы не начали приятно ныть. Остановившись, я увидела, что Люк и Амелия уже растянулись на шезлонгах, болтая о чём-то своём. Я легла на спину в воде, набрала в лёгкие побольше воздуха и позволила телу свободно всплыть. Мгновение покоя. В воду кто-то прыгнул. Я подплыла к бортику — и увидела её. Кора. — Ну здравствуй, Оливия. Какими судьбами? — её голос прозвучал язвительно, привычка говорить на повышенных оборотах не спешила отступать. Я посмотрела на неё. Внутри промелькнуло желание не отвечать вовсе. Но усталость от негатива оказалась сильнее. — Привет, Кора. Мы приехали сюда с тётей, — спокойно сказала я, не желая втягиваться в очередную пикировку. Сил на это не было. Интонация Коры смягчилась. — А это кто с вами? — она кивнула в сторону шезлонгов. Я последовала её взгляду. Люк лежал под солнцем, разговаривая с Амелией, и свет играл на его мокрых волосах, заставляя их блестеть. — Это Люк. Мы недавно познакомились, — ответила я. Кора медленно улыбнулась, подплыла ближе. — Чёрт... Где ты таких находишь? — протянула она, облокотившись на бортик рядом со мной. — Они сами меня находят, — так же спокойно сказала я, глядя на неё. Мы впервые разговаривали без напряжения. И даже несмотря на лёгкую улыбку на её губах, глаза Коры оставались удивительно печальными — точно она носила в себе груз, о котором никто не догадывался. — Ты надолго здесь? — Кора задержала на мне взгляд. — Сегодня, завтра… возможно, послезавтра, — выдохнула я, чувствуя, как внутри становится тяжеловато. — Ну вот, и я угодила. Семейная вылазка — как по расписанию. Кора пожала плечами и бесшумно скользнула дальше, уходя в воду. Рядом моментально возникла Амелия. — Это же Кора! И вы даже не поссорились. Невероятно, — Мели переводила взгляд то на меня, то на удаляющуюся фигуру. — Кажется, ей все это надоело ровно так же, как и мне. Я выбралась из бассейна и устроилась на шезлонге рядом с Амелией. Закрыла глаза. Тёплое солнце, лёгкий ветер — всё это расслабляло до полузабвения. Но стоило закрыть глаза, как всплыл образ Ника: как он подошёл, как легко поднял меня на руки, как шагнул со мной в воду… И то непреодолимое, почти болезненное желание поцеловать его в тот момент, когда мы оказались так близко. К нам подошли родители Люка и Эмили. — Девочки, надеюсь, вы наплавались. Нам пора — у нас процедуры, — Эмили взглянула на часы. Мы попрощались и разошлись по комнатам. Телефон дрогнул: «Увидимся вечером» — сообщение от Люка. Тётя повела нас в салон. Маникюр, педикюр, волосы — всё, что только может поднять девушкам настроение. Я выбрала насыщенный красный лак и попросила мастера добавить розового оттенка моим снежно-белым волосам. Этот маленький ритуал обновления оказался приятнее, чем я ожидала. — Лив, ты такая яркая! Тебе потрясающе идёт розовый, — восхищённо сказала Амелия. — Полностью согласна, — подхватила Эмили. Когда мы вернулись в номера, раздался стук. Это была тётя. — Оливия, можно с тобой поговорить? — мягко спросила она, входя. — Конечно. Что-то случилось? — Нет, милая. Просто… мы давно не разговаривали по-настоящему. Что происходит у тебя внутри? Ты несколько недель сама не своя — грустная, задумчивая. Её голос был тёплым, спокойным, как всегда. — Да всё нормально. Работа есть, деньги зарабатываю, два желания уже исполнила. Сейчас рядом с любимыми людьми, в таком чудесном месте… — я будто протараторила всё на одном дыхании. Эмили слегка наклонила голову — её глаза видели глубже моих слов. — А что у тебя и Николаса? — спросила она прямо, но так мягко, что скрываться было бессмысленно. — С Ником… — ком мгновенно подступил к горлу. — Я думала, что между нами может что-то быть. А потом поняла: ошиблась. Эмили осторожно сжала мою руку. — Он хороший парень. Правда хороший. Но он боится. Больно боится, что его снова ранят. Поэтому и прячется, когда что-то начинает закручиваться. Я смотрела ей в глаза, но слова застряли. Эмили продолжила: — Если у тебя к нему чувства — дай ему время. Пусть разберётся в себе. Она улыбнулась уже легче: — А вообще, Люк очень приятный молодой человек. Она изобразила то самое многозначительное выражение, что и в кафе, и подмигнула. — Люк… да, он симпатичный. Но… он больше друг. — Не спеши с выводами, — загадочно произнесла тётя. — И ещё… Может, вам с Амелией съездить к твоим родителям на пару дней? Сменить обстановку, выдохнуть. Проведёшь время с семьёй. — Да, звучит замечательно. Думаю, Мели будет только за, — я кивнула. День медленно подходил к концу. Эмили уже ушла к себе, оставив после разговора ощущение странного покоя. Я лежала на кровати, глядя в потолок и прокручивая в голове её предложение. Мысли путались — то о родителях, то о Нике, то о том, что будет дальше. Телефон вдруг зазвонил. Я поднялась, подошла к комоду и взглянула на экран: Люк. — Люк, привет, — улыбнулась я, поднимая трубку. Звонок был неожиданным, но приятным. — Хей, красавица, выгляни-ка в окошко, — пропел он почти игривым тоном. Я вышла на балкон и увидела его внизу: аккуратно одетый, волосы уложены, стоит, будто из рекламы вечернего отдыха. — Ты что, собрался куда-то? — я помахала ему в ответ. — И не один. Ты и Амелия сейчас идёте со мной. Звони сестре — встречаемся у бара, — улыбнулся он и указал пальцем на место встречи. Я тут же набрала Амелию и коротко объяснила: Люк зовёт, надо спешить. Мы бросились собираться и через несколько минут уже спускались вниз. У барной стойки нас ждал Люк, опираясь локтем о прилавок — точно кадр из фильма. — Ну что, готовы? — с широкой улыбкой он повёл нас вперёд. Территория комплекса оживала к вечеру. Мы проходили мимо бассейнов, слышали лёгкие разговоры, музыку, звон бокалов. За стеклянными дверями играла тихая мелодия, но Люк свернул дальше — туда, где ритм был громче и быстрее. Помещение оказалось чем-то вроде ночного клуба: приглушённый свет, яркие мерцания, смех, танцы. Молодёжи было много, атмосфера — лёгкая, захватывающая. «Интересненько», — отметила я, оглядываясь. И вдруг в стороне заметила знакомый силуэт. Кора. Конечно же. Я подошла ближе и села рядом на высокий барный стул. — Привет! — сказала я, наклоняясь к ней. — Оливия!!! — радостно выкрикнула Кора и развела руки, словно готовилась обнять весь мир. Я не удержалась от улыбки — такой реакции от неё я точно не ожидала. — А где твоя сестра? И этот симпатяга, что был с вами? — она быстро оглядывала пространство за моей спиной. — Уже идут, — я обернулась и увидела, как Амелия подходит к нам вместе с Люком. — Ты одна пришла? Кора кивнула, но тут же махнула бармену, заказывая ещё напитков. — Знаешь, уже не одна, — она хитро улыбнулась. Амелия и Люк подошли. — Привет, Кора, — Амелия дружелюбно наклонилась. — Люк, знакомься, это Кора, наша… давняя знакомая. Люк тепло поздоровался, они уселись рядом. Бармен подал напитки — заказ Коры. Мы чокнулись. Вкус, музыка, смеющиеся люди — всё смешалось в лёгкое, приятное ощущение вечера, который только начинался. Кора, разумеется, тут же заказала второй раунд — на всех. Музыка раскатывалась по залу густыми волнами. Световые лучи резали танцпол, скользя по телам танцующих. Дымовые пушки выпускали в воздух плотные белые клубы — всё вокруг было похоже на пульсирующий сон. Зазвучала песня, которую я любила. Люк сразу это уловил. Он подошёл, взял меня за руку и мягко потянул на танцпол. — Доверься мне, — сказал он почти шёпотом, его голос коснулся моего уха, как теплый ветерок. Он положил руки мне на талию, и мы начали двигаться. Вся энергия Люка переливалась сквозь прикосновения — уверенная, сильная, но при этом заботливая. Он вёл плавно, то притягивая меня ближе, то отпуская, давая мне пространство. Мы двигались так, словно давно репетировали этот танец, словно наши движения знали друг друга лучше, чем мы сами. Когда песня закончилась, мы вернулись к столу. — Мои поздравления, — наклонилась ко мне Кора, язвительно, но уже без прежней колкости. — Ты еще и ему нравишься. Я не стала отвечать. Лишь взглянула на неё. В её глазах было то, чего не спрячешь: усталость, надлом, тихая тоска. Она смотрела на танцующих так, точно пыталась найти среди них чей-то конкретный силуэт. Мне хотелось спросить, но не здесь, не под рев музыки. До самого конца вечера мы танцевали, смеялись, и Кора всё это время была рядом — уже не холодная, не колючая, а просто… человеческая, естественная. Позже, когда все снова увлеклись танцами, я осталась на минуту одна у барной стойки. И вдруг — как вспышка — перед глазами возник тот вечер с Ником. Его глаза. Наш сорвавшийся танец. И ночь, к которой я так была готова. Я вспомнила всё слишком отчётливо — прикосновения, дыхание, то ощущение, будто мир стал узким до одного человека. Сердце кольнуло. Мне стало душно. Я отвернулась от танцпола, затем только подошла к ребятам, тихо сказала, что выйду на воздух, и направилась к выходу. Снаружи было удивительно спокойно. За клубом начинался небольшой парк — гирлянды, деревья, аккуратные лавочки. Воздух прохладный, свежий, почти лечебный после духоты внутри. Я присела на ближайшую лавочку и задрала голову. Звёзды здесь были какими-то неправильными — слишком яркими, слишком близкими. Казалось, протяни руку — и зацепишь одну за кончик пальца. Когда я обернулась, ко мне по дорожке шёл Люк. В темноте он выглядел почти нереальным — свет гирлянд цеплялся за его волосы, отражался в глазах. — Вот ты где, — сказал он и сел рядом. — Хотелось немного свежего воздуха. Ночь сегодня какая-то… особенная, — я снова подняла взгляд к звёздам. Люк осторожно взял меня за руку — тёплую, чуть остывшую от ветерка. — Оливия, — произнёс он тихо. Я повернулась. Его голубые глаза смотрели прямо в меня — открыто, внимательно. — Да? — почти шёпотом ответила я. Он приблизился медленно, давая мне время отстраниться, если я этого хочу. Я не двинулась. Его губы коснулись моих — мягко, робко, словно он проверял, не обожжётся ли. После поцелуя повисла короткая, неловкая тишина. Я невольно улыбнулась и опустила голову. — Прости… я просто… не хочу торопиться, — призналась я, выдохнув. — Конечно, — мягко сказал он, принимая это без обиды. Утро пришло тихо. Я проснулась, уткнувшись в подушки, закутавшись в тёплый плед так крепко, точно он держал меня в своих объятиях. Выбираться наружу не хотелось вовсе. Я лениво провалялась до самого обеда, наслаждаясь неподвижностью. Написала Амелии — они с Эмили были у бассейна. Привела себя в порядок и пошла к ним, но сначала зашла в кафе. Выпила чашку крепкого кофе, съела сладкий сырок — маленькое удовольствие, от которого сразу стало теплее. Люк сидел с родителями за обеденным столом. Он заметил меня первым — улыбнулся, помахал рукой. Я легко ответила тем же. Амелия в это время плескалась в бассейне, Эмили загорала на шезлонге. — Лив! Ну как выспалась? — прокричала мне Мели. — Просто великолепно, — улыбнулась я. — Даже не помню, когда так сладко спала. Амелия хитро приподняла бровь и поманила меня в воду. Я нырнула, ощущая, как прохлада смывает остатки утренней лени. Чуть поодаль на шезлонге загорала Кора, глядя куда-то в сторону. — Так… — протянула Мели, когда я подплыла к ней ближе. — Люк вчера вышел за тобой? — в голосе её скользнула загадочная нота. — Вышел, — призналась я. — И… кое-что случилось. Но я не хочу бежать впереди событий. Мели закатила глаза и нырнула с головой, словно ей срочно нужно переварить мои слова под водой. Я ещё немного поплавала, пока не устала, и уже собиралась вылезать, когда увидела, как ко мне спокойно подплывает Кора. — Как самочувствие после вчерашнего? — спросила я, когда Кора подплыла ближе. — Нормально. Могло быть и лучше, конечно… но имеем то, что имеем, — она попыталась улыбнуться, но в её глазах по-прежнему стояла тень. Это был тот самый момент, когда я могла спросить то, что так и не решилась спросить вчера. — Кора… что с тобой происходит? — тихо произнесла я. — Всё хорошо, Оли, — она сделала паузу, после чего посмотрела прямо в меня. — Просто… со мной случилась ты. Ты перевернула и изменила мою жизнь. И, наверное, в каком-то смысле — меня. — Но я… — начала я, но Кора тут же перебила: — Да брось. Не нужно оправдываться. Я жива, не развалилась. Переживу, — сказала она нарочито весело, хоть голос её едва заметно дрогнул. Между нами легла короткая, почти осязаемая тишина. — Тогда скажи… вчера, когда ты сказала, что я нравлюсь Люку… кого ты еще имела в виду? — мне хотелось услышать это не догадками, а вслух. Кора посмотрела, затем отвела взгляд, собираясь с духом. — Ты знаешь, как долго мы с Ником держались друг за друга, пока не появилась ты. Мы были… не парой, нет. Но мы выбирали друг друга снова и снова. Это было безопасно. Нас не могли ранить, потому что мы никого к себе не подпускали, — она снова посмотрела на меня, и её глаза блеснули от честности. — И да… возможно, ты была права, говоря, что он мне нравился. Мы были слишком долго рядом. Слишком привыкли. Но, Оливия… у Ника есть чувства к тебе. Я это видела. И даже если вы не вместе… это ничего для него не меняет. Слова ударили мягко, но глубоко. В памяти вспыхнул каждый момент — взгляд Ника, его руки, его близость, наши несостоявшиеся "мы". Как же это забыть. — И да, — Кора снова улыбнулась, на этот раз чуть живее, — Люку ты тоже нравишься. Ваш танец вчера… это было вау. — Мне он тоже понравился, — призналась я. — Люк или танец? Или весь комплект? — Кора толкнула меня плечом. Я лишь улыбнулась. На всё не обязательно отвечать вслух. Мы ещё долго болтали — проще, спокойнее, чем когда-либо. Сегодня я увидела в ней совсем другую Кору. Честную. Ранимую. Живую. И поняла: первое впечатление — самое обманчивое. После бассейна Эмили увела нас туда, куда давно хотела показать, пока мы не уехали домой. День вышел удивительно тёплым, нужным, насыщенным. Я ловила себя на том, что за перепиской с Люком всё реже вспоминала о Нике. Сердце словно наконец выдохнуло. И впереди меня ждала поездка к моим родителям — любимым, родным. С моей сестрой рядом. Звучало как правильное начало. Как новая глава. Как маленькое, но очень нужное приключение.